Дела судьи Ди: Китайский детектив XVIII века

Введение

Китайский детективный роман гонъань XVIII века, написанный анонимным автором.

«Славные дела судьи Ди» (; буквально «Случаи судьи Ди»), также известные как Ди Гун Ань или Ди Гонг Ань, – китайский детективный роман XVIII века, написанный анонимным автором по имени «Бути чжуанжэнь» (不题撰人). Роман основан на историях о Ди Ренцзе (Уэйд-Джайлс: Ти Джень-цзе), уездном судье и государственном деятеле при дворе династии Тан, жившем примерно в 630–700 годах. Хотя действие романа разворачивается в Китае времен династии Тан, он также содержит культурные элементы более поздних династий. Переводная версия была опубликована Робертом ван Гуликом в 1949 году; впоследствии ван Гулик написал собственную серию романов о судье Ди, начав с «Убийств в китайском лабиринте».

Перевод

Голландский синолог и дипломат Роберт ван Гулик обнаружил экземпляр в букинистическом магазине в Токио и перевел роман на английский язык. Затем он использовал его как основу для создания своих собственных оригинальных историй о судье Ди в течение последующих 20 лет. Ван Гулик писал:

Этот перевод – в первую очередь результат периода Тихоокеанской войны 1941–1945 годов, когда частые командировки по военным делам делали невозможными другие, более сложные синологические исследования. Этот роман «Ди Гун Ань» представлен здесь в полном переводе. Вероятно, он пользовался бы большей популярностью, если бы был полностью переработан в форме, более привычной для наших читателей. Перевод впервые был напечатан частным тиражом типографией Toppan Printing Company в Токио по заказу Ван Гулика ограниченным тиражом в 1200 пронумерованных и подписанных экземпляров. В переводе представлены девять рисунков: три репродукции древнекитайского искусства и шесть иллюстраций, выполненных автором.

"Четыре больших странных случая правления императрицы Ву"

Как тщательно отмечается в его научном послесловии, настоящая книга на самом деле является переводом лишь приблизительно половины (31 из 65 глав) китайской книги, которой владел Ван Гулик, под названием «Четыре великих странных дела эпохи правления императрицы Ву». Ван Гулик получил три издания этой книги — рукопись XIX века и два печатных издания, опубликованные соответственно в 1903 и 1947 годах в Шанхае. Между различными вариантами текстов существовало множество различий, и Ван Гулик считал версию XIX века наилучшей, основывая на ней свой перевод. Переведенная Ван Гуликом часть повествует о судье Ди, одновременно расследующем три сложных уголовных дела, что в итоге приводит к его повышению и назначению в императорский двор (который, как отмечает Ван Гулик, был традиционной развязкой китайской истории о чиновнике). В оставшихся 34 главах описываются события при дворе (где исторический судья Ди известен как ценный советник императрицы Ву, хотя его карьера знала как взлеты, так и падения). На основе текстологического анализа Ван Гулик пришел к убеждению, что вторая часть была написана позднее «человеком весьма посредственных способностей». Как указано в послесловии, «Первая часть написана достаточно лаконичным и искусным стилем. Стиль второй части, напротив, многословен и избыточен, сюжет неуклюж, а персонажи проработаны слабо. Кроме того, если первая часть отличается значительной сдержанностью, то во второй встречаются откровенно порнографические сцены, например, описание отношений императрицы Ву со священником Хуайи». Более того, вторая часть вообще не содержала детективного расследования, а была посвящена преимущественно придворным интригам и борьбе за власть, что не соответствовало цели Ван Гулика — представить западным читателям китайскую детективную литературу. По всем этим причинам Ван Гулик решил перевести только первую часть. Название «Знаменитые дела судьи Ди» Ван Гулик предположил, что носила оригинальная работа до добавления второй части. Однако ему так и не удалось получить ни копии этого оригинала, ни убедительных доказательств его существования под таким названием. Вторая часть, вызвавшая столь резкое неприятие у Ван Гулика, очевидно, так и не была переведена, лишив западных читателей возможности самостоятельно оценить его критику.

As carefully noted in his scholarly postscript, the present book is in fact a translation of only about half (31 out of 65 chapters) of a Chinese book in Van Gulik's possession, entitled "Four Great Strange Cases of Empress Wu's Reign". Van Gulik obtained three editions of that book – a 19th century manuscript and two printed editions, published respectively in 1903 and in 1947 at Shanghai. There were many differences between variant texts, Van Gulik considering the 19th century version the best and basing his translation mainly on it. The part which Van Gulik translated describes Judge Dee simultaneously solving three difficult criminal cases, culminating with his being rewarded by promotion to the Imperial court (which, Van Gulik notes, was the traditional culmination of a Chinese story about an official). The later 34 chapters described events at the Court (where the historical Judge Dee is known to have been a valued adviser to Empress Wu, though his career suffered various ups and downs). Based on textual analysis, Van Gulik became convinced that the second part was a later addition written by "a person of feeble talents". As stated in the postscript, "Part I is written in a fairly compact style and cleverly composed. The style of part II, on the contrary, is prolix and repetitious, the plot is clumsy and the characters badly drawn. Further, while Part I is written with considerable restraint, in part II there occur passages which are plain pornography, e. g. where the relations of the Empress Wu with the priest Huai i are described". Moreover, Part II did not describe a detective investigation at all, but rather dealt mainly with court intrigues and power struggles and thus did not serve Van Gulik's aim of presenting Chinese crime fiction to Western readers. For all these reasons Van Gulik decided to translate the first part only. The title given, "Celebrated Cases of Judge Dee", is what Van Gulik assumed the original work was called, before the second part was added. However, he never actually obtained a copy of that original work or a conclusive evidence that it had existed under that name. The second part, of which Van Gulik so strongly disapproved, was apparently never translated leaving western readers with no way of independently evaluating Van Gulik's scathing criticism.

Введение в сюжет

В этой книге описаны три дела. Первое можно назвать «Двойное убийство на рассвете»; дело повествует об опасной жизни странствующего шелкоторговца и убийстве, совершенном ради наживы. Второе, «Странный труп», происходит в небольшой деревне и посвящено преступлению на почве страсти, которое оказывается сложным для раскрытия. Преступница – очень решительная женщина. Третье дело, «Отравленная невеста», касается отравления дочери местного ученого, вышедшей замуж за сына бывшего уездного начальника и таинственно скончавшейся в свою брачную ночь. В этом деле решение содержит неожиданный поворот. Все три дела расследует судья Ди, окружной магистрат, совмещающий в себе функции детектива, прокурора, судьи и присяжных. Его власть огромна, и некоторые его действия были бы явно незаконными в западной судебной системе, например, грубое запугивание свидетелей или подозреваемых, вплоть до применения пыток для получения признания. В отличие от этого, вынесение несправедливого приговора могло быть гораздо более опасным для магистрата вроде Ди, чем для современного западного судьи. Эксгумация тела без доказательств убийства считалась бы святотатством и стоила бы судье должности (что едва не случается с Ди в ходе повествования). Если магистрат приговаривает человека к смерти, а впоследствии доказывается его невиновность, самого магистрата ждет казнь – даже честная ошибка не сможет его спасти. В случае смерти невинного человека под пытками, как приказавший пытки судья, так и все сотрудники, проводившие ее, будут приговорены к смертной казни. Тот факт, что подчиненные Ди уговаривают его прекратить пытки, когда подозреваемый не признается, свидетельствует о том, что они осознают эту страшную опасность для себя. Эти три дела позволяют заглянуть в жизнь различных слоев традиционного китайского общества: предприимчивых торговцев, путешествующих на огромные расстояния по торговым путям Китая, которые становятся жертвами грабителей или сами вступают в сомнительные партнерства, а порой и становятся грабителями; мелких лавочников и горожан, живущих в замкнутом кругу рутины, которая некоторым кажется невыносимой; образованной знати, которая по давней традиции считала себя правителями страны и относилась к себе соответственно. Любой официальный выезд судьи Ди из здания суда (включая его жилые покои) сопровождается помпой и большим количеством стражников и чиновников. Такой подход иногда бывает полезен – особенно когда нужно запугать подозреваемых или добиться сотрудничества от непокорных местных чиновников. Однако иногда судье Ди приходится выходить инкогнито и вести расследование под прикрытием. Он превосходно играет роль странствующего лекаря; как отмечает Ван Гулик, знание медицины ожидалось от китайской образованной элиты. Напротив, судье Ди хуже удается выдавать себя за купца, представителя совершенно другого социального класса; проницательный купец быстро разоблачает его как члена образованной знати. К счастью, оказывается, что этот проницательный купец не является преступником, которого ищут; напротив, он честный торговец, имеющий свои счеты с преступником и становящийся ценным союзником. Судья Ди придерживается строгих этических принципов, считая своим долгом обеспечивать справедливость, выявлять и сурово наказывать всех правонарушителей, независимо от их положения. Замечания различных персонажей и упоминания о других магистратах показывают, что поведение Ди далеко не всегда свойственно окружным судьям. Его коллеги могли бы быть снисходительнее к подозреваемому в убийстве, если бы он происходил из богатой семьи и был выдающимся литератором; или не стали бы тратить силы на поимку убийцы «мелкого» лавочника в провинциальном городке; или предпочли бы пополнить собственные карманы, чем добиться справедливости. Честность и неподкупность судьи Ди были легендарными – поэтому о нем рассказывали даже спустя тысячу лет после его смерти.

There are three cases in this book. The first might be called "The Double Murder at Dawn"; the case describes the hazardous life of the traveling silk merchant and a murder which is committed to gain wealth. The second, "The Strange Corpse", takes place in a small village and addresses a crime of passion which proves hard to solve. The criminal is a very determined woman. The third case, "The Poisoned Bride", addresses the poisoning of a local scholar's daughter, who marries the son of the former administrator of the district and dies mysteriously on her wedding night. This case contains a surprising twist in its solution. All three cases are solved by Judge Dee, the district magistrate, detective, prosecutor, judge, and jury all wrapped up into one person. His powers are vast, and some of the things he can do would be manifestly illegal in a Western judicial system such as grossly intimidating a witness or suspect, up to and including the extraction of a confession by torture. In contrast, making a false judgement could be far more perilous to a magistrate like Dee than to a modern western judge. Exhuming a dead body without proving the dead person was murdered would be an act of sacrilege which would cost the Judge his job (which very nearly happens to Dee in the course of the book). If a magistrate sentenced a person to death and the executed was afterwards proved to have been innocent, the magistrate would be himself executed having made an honest mistake would not be sufficient to save him. Should an innocent person die under torture, both the judge ordering the torture and all members of staff administering the torture would suffer capital punishment and members of Dee's staff urging him to cease torture when the suspect proves obdurate shows they are aware of that dire risk to themselves. The three cases offer a glimpse into the lives of different classes in traditional Chinese society: adventurous traders who travel vast distances along the trade routes up and down the land of China, and who are sometimes targeted by robbers and sometimes form dubious partnerships or turn outright robbers themselves; the small scale shopkeepers and townspeople, who live within a narrow circumscribed life of routine which some find stifling; the gentry of literati, who by long tradition were considered as the land's rulers and so considered themselves. Any official departure of Judge Dee from the court compound (which also includes his private living quarters) is done with fanfare, accompanied by a large retinue of constables and officials. This approach is sometimes useful especially when suspects are to be overawed and intimidated, or recalcitrant local officials intimidated into fully cooperating with an investigation. Sometimes, however, Judge Dee finds it expedient to go out incognito and carry out an investigation in disguise. He carries off very well the disguise of an itinerant physician; as Van Gulik points out, knowledge of medicine was expected of Chinese literati. Conversely, Judge Dee is less successful in passing himself off as a merchant, a member of a completely different social class; an observant merchant quickly unmasks him as what he is, a member of the Literati elite. Fortunately, it turns out that this observant merchant is not the wanted criminal; on the contrary, he is an honest merchant, with his own accounts to settle with the criminal, and becomes a very valuable ally. Judge Dee acts according to very strict ethics, regarding himself as duty bound to enforce justice, seek out, and severely punish all wrong doers, high or low. Some remarks made by various characters and references made to other magistrates make clear that Dee's conduct is far from universal among District Judges. Others of Dee's colleagues might have been more lenient with a suspected murderer when he was a member of a rich family and an outstanding student of literature; or would not have exerted themselves to catch the murderer of a "small" shop keeper in a minor provincial town; or would have thought more of lining their own pockets than of seeing justice done. Judge Dee's honesty and probity were proverbial which is why tales were told of him even more than a thousand years after his death.

Литературное значение и критика

Ди Гун Ань – подлинное произведение XVIII века, почти не подвергшееся изменениям со стороны переводчика ради современной понятности. Подобно его современным вымышленным произведениям, оно ловко переплетает три сюжетные линии и представляет судью и его помощников в уже знакомом свете. Введение и примечания (включая китайские иероглифы для сомневающихся) столь же увлекательны, как и сама повесть, как только читатель становится приверженцем Ди.