История еврейской общины Алжира

Введение

История евреев в Алжире восходит к античности, хотя невозможно с уверенностью установить время и обстоятельства прибытия первых евреев на территорию современной Алжирии. В любом случае, несколько волн иммиграции способствовали увеличению численности населения. Возможно, евреи обитали в Карфагене и на территории нынешней Алжирии еще до римского завоевания, однако развитие еврейских общин связано с римским присутствием. Еврейские восстания в Израиле и Киренаике в I и II веках, безусловно, привели к прибытию еврейских иммигрантов из этих регионов. Подавляющее большинство исследователей отвергают предположение о массовом обращении берберов в иудаизм. Мусульманское завоевание Северной Африки, завершившееся в Алжире в VIII веке, включило Северную Африку в сферу исламской цивилизации и оказало длительное влияние на идентичность местных еврейских общин, чей статус отныне определялся положениями диммы. Позднее, новые волны иммигрантов укрепили алжирскую еврейскую общину: евреи бежали из Испании во время готских преследований в V и VI веках, а также во время преследований, связанных с испанской Реконкистой в XIV и XVI веках. Многие евреи с Иберийского полуострова поселились в Алжире, смешавшись с местным еврейским населением и оказав влияние на его традиции. В XVIII веке другие евреи, гранас из Ливорно, были немногочисленны, но играли роль коммерческих посредников между Европой и Османской империей. Позже, в XIX веке, в Алжир прибыло много евреев из Тетуана, что укрепило ряды общины. После французской колонизации Алжира в 1830 году алжирские евреи, как и другие алжирцы, столкнулись с дискриминацией со стороны колониальной администрации. Как и мусульмане, им был присвоен статус "indigène" (коренного населения) и им было отказано в праве на получение французского гражданства, за исключением выполнения очень строгих условий. Однако, димма была отменена. Декрет Кремьё 1870 года предоставил алжирским евреям гражданство (в то время как мусульманам по-прежнему отказывали в нем, если они не проходили индивидуальную процедуру натурализации), и евреи все больше стали отождествлять себя с метропольной Францией. В 1882 году, когда французская империя распространилась на южный Алжир, его коренные евреи сохранили статус коренного населения, и все алжирские евреи были возвращены к этому статусу во время Второй мировой войны. В преддверии независимости Алжира большинство алжирских евреев коллективно решило репатриироваться во Францию, а меньшинство выбрало Израиль. Это изгнание фактически положило конец более чем 2000-летнему присутствию на алжирской земле. В Алжире до сих пор проживает несколько десятков очень скрытных евреев.

The history of Jews in Algeria goes back to Antiquity, although it is not possible to trace with any certainty the time and circumstances of the arrival of the first Jews in what is now Algeria. In any case, several waves of immigration helped to increase the population. There may have been Jews in Carthage and present day Algeria before the Roman conquest, but the development of Jewish communities is linked to the Roman presence. Jewish revolts in Israel and Cyrenaica in the 1st and 2nd centuries certainly led to the arrival of Jewish immigrants from these regions. The vast majority of scholarly sources reject the notion that there were any large scale conversions of Berbers to Judaism. The Muslim conquest of North Africa, which was completed in Algeria in the 8th century, brought North Africa into the realm of Islamic civilization and had a lasting impact on the identity of local Jewish communities, whose status was henceforth governed by the dhimma. New immigrants later strengthened the Algerian Jewish community: Jews fled Spain during the Visigothic persecutions of the 5th and 6th centuries, and again during the persecutions linked to the Spanish Reconquista of the 14th and 16th centuries. Many Jews from the Iberian Peninsula settled in Algeria, mixing with the local Jewish population and influencing its traditions. In the 18th century, other Jews, the Granas of Livorno, were few in number, but played a role as commercial intermediaries between Europe and the Ottoman Empire. Later in the 19th century, many Jews from Tetouan arrived in Algeria, strengthening the ranks of the community. After the French colonization of Algeria in 1830, Algerian Jews, liked other Algerians, faced discrimination by the colonial state. Like Muslims, they were given the status of "indigéne" (indigenous) and were barred from gaining French citizenship unless highly specific conditions were met. The dhimma was however abolished. The Crémieux Decree of 1870 gave Algerian Jewish people citizenship (while Muslims continued to be barred unless they went through an individual naturalisation process), and the Jews increasingly identified with metropolitan France. In 1882, when the French empire extended into southern Algeria, its native Jews retained indigenous status, and all Algerian Jews were returned to theis status during World War II, On the eve of Algerian Independence, most Algerian Jews opted en masse to be repatriated to France, with a minority choosing Israel. This exile virtually put an end to more than 2,000 years of presence on Algerian soil. A few dozen very discreet Jews still live in Algeria.

Ранняя история евреев в Алжире

Существуют свидетельства еврейских поселений в Алжире, начиная как минимум с римского периода (Mauretania Caesariensis). Эпитафии, обнаруженные в ходе археологических раскопок, подтверждают присутствие евреев в первые века нашей эры. Считается, что берберские земли очень рано приняли христиан и евреев из Римской империи. Разрушение Второго Храма в Иерусалиме Титом в 70 году н.э., а затем восстание Китоса в 117 году, способствовало укреплению еврейских поселений в Северной Африке и Средиземноморье. В ранних описаниях столицы Рустамидов, Тахерта, упоминается о присутствии евреев, как и в любом другом крупном мусульманском городе Северной Африки. Спустя столетия, письма, найденные в Каирской генизе, содержат упоминания о многих алжирских еврейских семьях.

Эпоха мусульманского господства

В VII веке еврейские поселения в Северной Африке получили подкрепление от еврейских иммигрантов, прибывших после бегства от преследований вестготского короля Сисебута и его преемников. Они нашли убежище в Магрибе, который в то время еще входил в состав Византийской империи. Дискутируется, оказывали ли евреи влияние на берберское население, обращая их в иудаизм. В том же столетии исламские армии завоевали весь Магриб и большую часть Пиренейского полуострова. Еврейское население оказалось под мусульманским правлением, поддерживая постоянный культурный обмен с Аль-Андалусом и Ближним Востоком. Позже многие сефардские евреи были вынуждены искать убежища в Алжире, спасаясь от преследований в Испании – в Каталонии, Валенсии и на Балеарских островах в 1391 году, а также от испанской инквизиции в 1492 году. Вместе с морисками они устремлялись в порты Северной Африки, смешиваясь с местными евреями. В XVI веке крупные еврейские общины существовали в таких городах, как Оран, Бежая и Алжир. Евреи также присутствовали во внутренних городах, таких как Тлемсен и Константин, и расселились до Туггурта и М’заба на юге, с разрешения мусульманских властей. Некоторые евреи в Оране сохранили ладино – уникальный консервативный диалект испанского языка – до XIX века. Еврейские купцы преуспевали в финансовом плане в Алжире позднего османского периода. Французское нападение на Алжир было спровоцировано требованиями Дея о выплате французским правительством крупного долга за пшеницу двум еврейским купцам. Между XVI и XVII веками богатые евреи из Ливорно (Италия) начали селиться в Алжире. Коммерческие связи между Европой и Османской империей укрепили еврейскую общину. Впоследствии, в XIX веке, многие сефардские евреи из Тетуана поселились в Алжире, образовав новые общины, особенно в Оране.

Французский Алжир

В 1830 году численность еврейского населения Алжира составляла от 15 000 до 17 000 человек, в основном сконцентрированных в прибрежной зоне. В Алжире проживало около 6500 евреев, что составляло 20% населения; в Оране – 2000; в Константине – 3000; в Тлемцене – 1000. В то время как мусульмане оказывали сопротивление французской оккупации, некоторые алжирские евреи оказывали помощь в завоевании, выступая в качестве переводчиков или поставщиков. После завоевания французское правительство оперативно реструктурировало османскую систему миллетов. В то время французское правительство проводило различие между гражданами Франции (наделенными национальными избирательными правами и подчинявшимися французским законам и воинской повинности) и еврейским и мусульманским "коренным" населением, которым разрешалось сохранять собственные законы и суды. К 1841 году еврейские религиозные суды – "бейт-дин" – были подчинены французской юрисдикции и связаны с Израильской центральной консисторией Франции. Были созданы региональные алжирские суды или консистории, действовавшие под французским надзором. Такой надзор был проявлением попыток французских евреев "цивилизовать" алжирских евреев, поскольку они считали свои европейские традиции превосходящими сефардским обычаям. Это ознаменовало изменение в отношениях евреев с государством. Они были отделены от мусульманской судебной системы, где ранее классифицировались как зимми – защищенное меньшинство. В результате алжирские евреи оказывали сопротивление французским евреям, пытавшимся поселиться в Алжире; в некоторых случаях возникали беспорядки, в других местные евреи отказывались разрешать французским евреям хоронить их на алжирских еврейских кладбищах. Французское гражданство, предоставленное в 1870 году декретом Кремье, сохраняло при этом неполноправный статус для мусульман, которые, хотя и считались технически гражданами Франции, должны были подавать заявление на получение французского гражданства и проходить процедуру натурализации. По этой причине их иногда ошибочно относят к "пьемон-нуар". Решение о предоставлении гражданства алжирским евреям было принято под давлением видных членов либеральной, интеллектуальной французской еврейской общины, которая считала североафриканских евреев "отсталыми" и стремилась вывести их на путь модернизации. В течение одного поколения, несмотря на первоначальное сопротивление, большинство алжирских евреев стали говорить по-французски, а не по-арабски или по-иудео-испански, и переняли многие аспекты французской культуры. Приняв "французскость", алжирские евреи присоединились к колонизаторам, хотя по-прежнему оставались "другими" в глазах французов. Хотя некоторые из них занялись более типичными европейскими профессиями, "большинство евреев были бедными ремесленниками и торговцами, обслуживающими мусульманскую клиентуру". После завоевания М’заба в 1882 году французское правительство в Алжире юридически классифицировало южных алжирских евреев, как и мусульман, как "indigènes", и, следовательно, они подвергались ограничениям и сокращению прав в соответствии с системой "indigénat" по сравнению с их северными еврейскими соотечественниками, которые по-прежнему оставались гражданами Франции в соответствии с декретом Кремье 1870 года. В 1881 году в Южном Алжире проживало всего около 30 000 мозавитских евреев. Они установили в Южном Алжире "местные законы о гражданском состоянии", а раввины осуществляли надзор за правовыми вопросами. Французское правительство признало еврейские законы, касающиеся вопросов, таких как брак и наследование. Хотя эти законы позволяли евреям руководствоваться Галахой, они не давали южным евреям доступа к "элитным" возможностям, поскольку их статус коренного населения определял их как граждан второго сорта. Французский антисемитизм пустил глубокие корни в среде французских эмигрантов в Алжире, где каждый муниципальный совет контролировался антисемитами, а газеты были полны ксенофобских нападок на местные еврейские общины. Большая часть этого поощрялась французской колониальной администрацией, в частности воинственным антисемитом Максом Реги. В Алжире, когда Эмиль Золя предстал перед судом за свою защиту в открытом письме 1898 года "Я обвиняю…!", Альфреда Дрейфуса, к которому была широко распространена симпатия в арабской прессе, было разграблено и сожжено более 158 магазинов, принадлежащих евреям, и убиты два еврея, в то время как армия стояла в стороне и отказывалась вмешиваться (см. Алжирские беспорядки 1898 года). Ханна Арендт позже отметила, что "погромы против евреев в Алжире совершались не, как утверждалось, "отсталыми арабами", а "полностью развитыми офицерами французской колониальной администрации" и мэром Алжира Максом Реги. При французском правлении все еще происходили мусульманские антиеврейские беспорядки, как, например, в 1897 году в Оране. В 1931 году евреи составляли менее 2% от общей численности населения Алжира. Это население было более представлено в крупнейших городах: Алжире, Константине и Оране, в каждом из которых еврейское население превышало 7%. Многие небольшие города, такие как Блида, Тлемсен и Сетиф, также имели небольшое еврейское население. К середине 30-х годов экстремистское движение "Croix de Feu" Франсуа де Ла Рока и, позднее, Французская социальная партия в Алжире активно пытались настроить мусульман против алжирских евреев, публикуя трактаты на арабском языке, и несли ответственность за разжигание Константинского погрома 1934 года, в котором погибло 25 евреев и было разграблено около 200 магазинов.

In 1830, the Algerian Jewish population was between 15,000 and 17,000, mostly congregated in the coastal area. Some 6,500 Jews lived in Algiers, where they made up 20% of the population; 2,000 in Oran; 3,000 in Constantine; and 1000 in Tlemcen. While Muslims resisted the French occupation, some Algerian Jews aided in the conquest, serving as interpreters or suppliers. After their conquest, the French government rapidly restructured the Ottoman millet system. At the time, the French government distinguished French citizens (who had national voting rights and were subject to French laws and conscription) from Jewish and Muslim "indigenous" peoples, who each were allowed to keep their own laws and courts. By 1841, the Jewish batei din "religious courts" were placed under French jurisdiction, linked to the Israelite Central Consistory of France. Regional Algerian courts or consistoires were put in place, operating under French oversight. Such oversight was an example of the French Jews' attempt to "civilize" Jewish Algerians, as they believed their European traditions were superior to Sephardic practices. This marked a change in the Jewish relationship with the state. They were separated from the Muslim court system, where they had previously been classified as dhimmis, or a protected minority people. As a result, Algerian Jews resisted those French Jews attempting to settle in Algeria; in some cases, there was rioting, in others the local Jews refused to allow French Jewish burials in Algerian Jews' cemeteries. French citizenship in 1870 under the Crémieux Decree, while maintaining an inferior status for Muslims who, though technically French nationals, were required to apply for French citizenship and undergo a naturalization process. For this reason, they are sometimes incorrectly categorized as pieds noirs. The decision to extend citizenship to Algerian Jews was a result of pressures from prominent members of the liberal, intellectual French Jewish community, which considered the North African Jews to be "backward" and wanted to bring them into modernity. Within a generation, despite initial resistance, most Algerian Jews came to speak French rather than Arabic or Judaeo Spanish, and they embraced many aspects of French culture. In embracing "Frenchness," the Algerian Jews joined the colonizers, although they were still considered "other" to the French. Although some took on more typically European occupations, "the majority of Jews were poor artisans and shopkeepers catering to a Muslim clientele." After the 1882 conquest of the M'zab, the French government in Algeria legally categorized southern Algerian Jews, like the Muslims, as "indigènes", and thus subject to restricted and decreased rights under the indigénat compared to their northern Jewish counterparts, who were still French citizens under the Crémieux Decree of 1870. In 1881, there were only about 30,000 Mozabite Jews in Southern Algeria. They established, in Southern Algeria, “local civil status” laws, with rabbis overseeing legal issues. The French government recognized Jewish laws pertaining to domestic issues, such as marriage and inheritance. While these laws allowed for Jews to be structured under halakha, it prevented southern Jews from accessing “elite” opportunities, as their indigenous status established them as lesser citizens. French antisemitism set down strong roots among the expatriate French community in Algeria, where every municipal council was controlled by anti Semites, and newspapers were rife with xenophobic attacks on the local Jewish communities. Much of this was encouraged by the French colonial administration, in particular by the militant antisemitic Max Régis. In Algiers when Émile Zola was brought to trial for his defense in an 1898 open letter, J'Accuse !, of Alfred Dreyfus, sympathy for whom was widespread in the Arabic press, over 158 Jewish owned shops were looted and burned and two Jews were killed, while the army stood by and refused to intervene (see 1898 Algerian riots). Hannah Arendt was to comment later that,'that pogroms against Jews in Algeria were carried out not, as it was claimed, by “‘backward Arabs’” but by “thoroughly sophisticated officers of the French colonial administration” and by the mayor of Algiers, Max Régis.' Under French rule, some Muslim anti Jewish riots still occurred, as in 1897 in Oran. In 1931, Jews made up less than 2% of Algeria's total population. This population was more represented in the largest cities: Algiers, Constantine and Oran, which each had Jewish populations of over 7%. Many smaller cities such as Blida, Tlemcen and Setif also had small Jewish populations. By the mid thirties, François de La Rocque's extremist Croix de Feu and, later, the French Social Party movements in Algeria proved active in trying to turn Muslims against Algerian Jews by publishing tracts in Arabic, and were responsible for inciting the 1934 Constantine Pogrom, in which 25 Jews were killed and some 200 stores were pillaged.

Холокост в Алжире, при режиме Виши

Одним из первых шагов прогерманского режима Виши было отменить действие декрета Кремье 7 октября 1940 года, тем самым лишив французского гражданства алжирских евреев, что затронуло около 110 000 человек. При правлении Виши в Алжире даже караиты и евреи, принявшие другую религию, подвергались антисемитским законам, известным как Statut des Juifs. Законы режима Виши запрещали евреям занимать государственные должности, работать в страховании и сфере недвижимости. Эти заключенные были объединены в "Еврейскую рабочую группу" и трудились над планом Виши по строительству транссахарской железной дороги; многие погибли от голода, истощения, болезней или избиений. ФНО (Фронт национального освобождения) опубликовал декларации, гарантирующие место евреям в Алжире как неотъемлемой части алжирского народа, надеясь заручиться их поддержкой. Алжирские мусульмане оказывали помощь евреям во время их судебных процессов при режиме Виши во время Второй мировой войны, когда их гражданские права, закрепленные декретом Кремье, были отменены. Для других роль сыграли воспоминания о погроме 1934 года, инциденты насильственных нападений мусульман на евреев в Константине и Батне, а также поджоги синагог в Батне и Орлеанвилле, что повлияло на их решение отказаться от предложения. В 1961 году, благодаря закону Национальной ассамблеи Франции № 61-805, мозабитские евреи, исключенные из декрета Кремье, также получили французское гражданство. После референдума 1961 года Эвианские соглашения 1962 года закрепили независимость Алжира. Некоторые алжирские евреи вступили в Organisation armée secrète, которая стремилась сорвать процесс обретения независимости посредством взрывов и покушений, в том числе на Шарля де Голля и Жана-Поля Сартра. Несмотря на последние призывы в Алжире к евреям остаться, около 130 000 алжирских евреев решили покинуть страну и переехали во Францию. С 1948 года около 25 000 алжирских евреев эмигрировали в Израиль.

Независимая Алжир

В период с конца 1961 года по конец лета 1962 года 130 000 из примерно 140 000 алжирских евреев уехали во Францию, в то время как около 10 000 из них эмигрировали в Израиль. Марокканские евреи, проживавшие в Алжире, и евреи из долины М’заб в алжирской Сахаре, не имевшие французского гражданства, а также небольшое число алжирских евреев из Константина, также эмигрировали в Израиль в тот же период. К 1969 году в Алжире осталось менее 1000 евреев. К 1975 году правительство конфисковало все синагоги страны, кроме одной, и преобразовало их в мечети или библиотеки. С 2005 года алжирское правительство предпринимает попытки снизить дискриминацию в отношении еврейского населения, учредив еврейскую ассоциацию и приняв закон, признающий свободу вероисповедания. Также было разрешено возобновление еврейского паломничества к наиболее святым еврейским святыням Северной Африки. В 2014 году министр по религиозным делам Мохаммед Эйсса объявил о намерении правительства Алжира содействовать повторному открытию еврейских синагог. Однако это так и не было реализовано, поскольку Эйсса заявил, что это больше не отвечает интересам алжирских евреев.