Положение женщин в Иране: история и современность

Введение

Обзор статуса женщин в Иране

На протяжении всей истории женщины в Иране играли множество ролей и вносили значительный вклад в иранское общество. Исторически сложилось так, что традиционно женщинам отводилась роль домохозяйки, занимающейся ведением домашнего хозяйства и воспитанием детей. В эпоху Пехлеви произошли кардинальные социальные изменения, направленные на эмансипацию женщин, включая запрет на ношение хиджаба, предоставление права голоса, права на образование, равную оплату труда для мужчин и женщин, а также права занимать государственные должности. Женщины принимали активное участие в Исламской революции. Конституция Ирана, принятая после Исламской революции в 1979 году, провозглашает равенство мужчин и женщин в соответствии со статьей 20, одновременно предписывая соблюдение норм шариатского права. Статья 21 конституции и ряд законов, принятых парламентом, предоставляют женщинам такие права, как право водить автомобиль, занимать государственные должности и учиться в университете, однако отсутствие хиджаба в общественных местах может повлечь за собой юридическое наказание; при этом в общественных местах все волосы и кожа, за исключением лица и кистей рук, должны быть покрыты. Тем не менее, эти правила часто не соблюдаются; особенно в последние годы иранские женщины создали множество организаций для борьбы с репрессивной политикой правительства и отстаивания своей независимости и прав.

Древний Иран

Археологические раскопки в Шахр-э-Сухте («Сгоревшем городе»), доисторическом поселении в провинции Систан-Балдучистан на юго-востоке Ирана, показали, что женщины в этом регионе в IV–III тысячелетии до нашей эры обладали высоким статусом. Из печатей, обнаруженных в захоронениях, 90% принадлежали женщинам, которые составляли более 60% населения. Распространение этих печатей – инструментов торговли и управления, символизировавших экономический и административный контроль – свидетельствовало о том, что эти женщины были влиятельной группой в своем доисторическом обществе. Единственным ограничением власти матери царя был сам монарх. В табличках «незнатные и обычные работники упоминаются с указанием их ранга в конкретной рабочей группе или мастерской, где они были заняты. Пайки, которые они получали, зависели от их квалификации и уровня ответственности на рабочем месте. Профессии разделены по половому признаку и перечислены в соответствии с размером пайка. Из записей следует, что некоторые профессии были доступны как мужчинам, так и женщинам, в то время как другие были ограничены работниками только мужского или только женского пола. В смешанных мастерских работали как мужчины, так и женщины, что подтверждается более высокими пайками, которые они получали, при незначительной разнице в их количестве между полами. Бывали случаи, когда женщины, относящиеся к той же категории, что и мужчины, получали меньшие пайки и наоборот. Женщины-управители имели различные титулы, вероятно, отражающие их уровень квалификации и ранг. Наивысший ранг среди работниц в текстах носили арашшара («великий вождь»). Они неоднократно упоминаются в текстах, работали в разных местах и руководили большими группами женщин, детей и иногда мужчин, работавших в их подразделениях. Обычно они получали высокие пайки вина и зерна, превышающие пайки всех остальных работников в подразделении, включая мужчин». Беременным женщинам также выдавались увеличенные пайки. Женщины с новорожденными детьми получали дополнительные пайки в течение месяца. Некоторые эксперты полагают, что именно Кир Великий, за двенадцать столетий до ислама, установил обычай покрывать женщин для защиты их целомудрия. Согласно их теории, покрывало перешло от Ахеменидов к эллинистическим Селевкидам, которые, в свою очередь, передали его византийцам. Арабские завоеватели превратили его в хиджаб и распространили по обширным территориям мусульманского мира. Сасанидская принцесса Пурандохт, дочь Хосрова II, правила Персидской империей почти два года, прежде чем отречься от престола. Во время династии Сасанидов многие иранские солдаты, попавшие в плен к римлянам, были женщинами, сражавшимися наравне с мужчинами. Персидские женщины изображены на многих шедеврах персидской миниатюры, которые часто используются в качестве источников для «прослеживания эволюции женской моды в более ранние периоды». В битве при Ктесифоне (363 г.) победившие римские солдаты высоко ценили молодых персидских женщин, захватывая их в качестве военной добычи.

Archaeological excavations at Shahr e Sukhteh ("Burnt City"), a prehistoric settlement in the Sistan Baluchistan province of southeastern Iran, have revealed that women in the region during the 4th to 3rd millennium BC possessed high status. Of the seals discovered in graves there, 90% were in possession of women, who made up over 60% of the population. The distribution of these seals – instruments of trade and government which represented economic and administrative control – revealed these women to have been a powerful group in their prehistoric society. The only limits on the extent of the authority exercised by the king's mother were set by the monarch himself. In the tablets, "non royals and the ordinary workers are mentioned by their rank in the specific workgroup or workshops they were employed. The rations they received are based on skill and the level of responsibility they assumed in the workplace. The professions are divided by gender and listed according to the amount of ration. Records indicate that some professions were undertaken by both sexes while others were restricted to either male or female workers. There are male and female supervisors at the mixed workshops as evident by the higher rations they have received with little difference in the number of rations between the two sexes. There are also occasions where women listed in the same category as men received fewer rations and vice versa. Female managers have different titles presumably reflecting their level of skill and rank. The highest ranking female workers in the texts are called arashshara (great chief). They appear repeatedly in the texts, were employed at different locations, and managed large groups of women, children, and sometimes men working in their units. They usually receive high rations of wine and grains exceeding all the other workers in the unit including the males." Pregnant women also received higher rations than others. Women with newborn children also received extra rations for one month. A few experts say that it was Cyrus the Great who, twelve centuries before Islam, established the custom of covering women to protect their chastity. According to their theory, the veil passed from the Achaemenids to the Hellenistic Seleucids. They, in turn, handed it to the Byzantines, from whom the Arab conquerors turned it into the hijab, transmitting it over the vast reaches of the Muslim world. The Sassanid princess Purandokht, daughter of Khosrau II, ruled the Persian empire for almost two years before resigning. During the Sassanian dynasty, many of the Iranian soldiers who were captured by Romans were women who were fighting along with the men. Persian women are depicted in many masterpieces of Persian miniatures. These are often used as sources to "trace through the sequence of women's fashion from earlier periods". At the Battle of Ctesiphon (363) the victorious Roman soldiers prized young Persian women, seizing them as war booty.

Династия Каджаров

В период Каджаров женщины играли роль резервной рабочей силы, что было важно для экономики. Их труд всегда приносил пользу семье, владельцам предприятий и государству. Женщины из сельской местности и низших слоев общества преимущественно занимались ткачеством ковров, вышивкой и производством одежды, текстиля, масла, фруктов и чая. Они также работали в шелко- и хлопкоткачестве, а также в других ремеслах. Женщины также были заняты на кладбищах, в общественных банях и в более обеспеченных домах в качестве служанок, кормилиц и нянь. В более крупных городах женщины работали артистками, танцовщицами или проститутками. Несмотря на множество доступных возможностей для работы, их заработная плата была ниже. Женщины, работавшие в текстильной промышленности в этот период, зарабатывали в среднем треть того, что зарабатывали мужчины. Даже получив возможность зарабатывать, женщины все равно не имели многих прав, и в сельской местности все еще существовала практика продажи девочек главами семей. Этот период, особенно с 1905 по 1911 год, стал началом «пробуждения» женщин в Персии. Это пробуждение можно определить как женское движение и феминизм. Женщины стали активнее участвовать в общественной жизни, а гарем Насир ад-Дин Шаха принял участие в табачном восстании 1891 года. Однако в этом участвовали не только женщины из высших слоев общества, но и простые женщины. Прачки жертвовали свои сбережения, а богатые женщины – свои драгоценности, чтобы поддержать национальный банк. Буря, в которой женщины изображены как "несчастные создания".

Во время династии Каджаров (1789–1925) Малек Джахан Ханом, будучи матерью-королевой, оказывала значительное политическое влияние во время правления своего сына с 1848 года до своей смерти в 1873 году.

Династия Пахлави

Шахи Пехлеви правили Ираном с 1925 по 1979 год и провели множество реформ, касающихся прав женщин. Примером ранней реформы, введенной Резой Шахом, стал Кашф-е хиджаб – «принудительное снятие хиджаба специальным указом от 8 января 1936 года, которое, как следует из названия, включало в себя действия полиции, силой срывавшей хиджаб даже с религиозных женщин». Вовлеченность женщин в общественную жизнь в целом возросла. Иранские женщины все активнее участвовали в экономике, образовании и на рынке труда. Повысился уровень грамотности. Примеры участия женщин: женщины занимали высокие государственные должности, такие как министры, деятели искусства, судьи, ученые, спортсменки и т.д. При преемнике Резы Шаха, Мохаммеде Резе Шахе, было проведено еще больше значительных реформ. Например, в 1963 году шах предоставил женщинам избирательное право, и вскоре после этого женщины были избраны в Меджлис (парламент) и верхнюю палату, а также назначены судьями и министрами в кабинет министров. В период правления Пехлеви наблюдался значительный прогресс женщин в образовании и сфере труда. С 1965 по 1966 год процент неграмотных женщин снизился на 11%. Однако это снижение грамотности в основном произошло в городских районах, где оно сократилось на 20%, в то время как в сельской местности – всего на 3%. Это, вероятно, связано с увеличением количества учебных заведений и университетов в иранских городах, особенно в Тегеране и Абадане, в этот период. Рост образования среди женщин привел к увеличению их участия в различных сферах труда в период с 1956 по 1966 год. Женщины стали осваивать такие области, как биология, сельскохозяйственные исследования, медицина, преподавание, юриспруденция и экономика, что дало им больше политического влияния. В городских центрах возросла занятость женщин в Абадане, Тебризе и Исфахане, причем в последних двух наблюдался значительный рост женской рабочей силы. Интересно, что в этот период занятость женщин в Тегеране несколько снизилась. В 1996 году 14 женщин были избраны в Исламский консультативный совет. Лидерство аятоллы Хомейни привело к множеству парадоксальных проблем для женщин. Женщины приобрели значительное влияние в определенных областях, но все еще сталкивались с многочисленными политическими препятствиями на пути к равноправию с мужчинами. Например, женщинам разрешалось служить в армии, часто в военизированных формированиях, но их ограничивали во многих областях обучения в школе. После начала ирано-иракской войны женщины продолжали укреплять свои политические позиции. Женщины были мобилизованы как на передовой, так и на рабочих местах. Они участвовали в роли пехоты, а также в разведывательных программах и политических кампаниях. В разгар ирано-иракской войны женщины составляли значительную часть рабочей силы, заменяя мужчин, которые воевали, были ранены или погибли. Хомейни часто выражал признательность за проблемы женщин после прихода к власти. В мае 1979 года Хомейни обратился к своей аудитории и говорил о Фатиме: «После смерти своего отца Фатима (мир ей) прожила семьдесят пять дней. Она была в этом мире, переполненная печалью и горем. Гавриил, Доверенный Дух, пришел навестить и утешить ее и рассказать о будущих событиях». Таким образом, согласно этой традиции, в течение этих семидесяти пяти дней, когда она общалась с Гавриилом, он приходил и уходил много раз. Я не верю, что кто-либо, кроме великих пророков, имел такой опыт, когда в течение семидесяти пяти дней Гавриил, Доверенный Дух, приходил и уходил и говорил о том, что должно произойти в будущем, что должно произойти с ее предками в будущем». Аятолла с любовью говорил о Фатиме как об образце для подражания для женщин. Он сказал, что, хотя ее посетил ангел Гавриил, это не делает ее особенной. По его мнению, ее замечательные качества были двойственными и, предположительно, были представлены визитами Гавриила: ее особый духовный статус и ее превосходный моральный характер. Он продолжил объяснять, что Фатима могла родиться с этим духовным статусом или Фатима могла пройти через своего рода уникальный мистический опыт. Именно поэтому аятолла считал, что она представляет собой идеальный женский образец для подражания. Моральное превосходство Фатимы проявляется в трех взаимосвязанных действиях: борьбе, вдохновении людей и страданиях. Фатима вдохновила своего мужа на преданность исламу. Хомейни проводит параллели с этим вдохновением и иранскими женщинами и тем, как они должны стремиться следовать своему религиозному призванию, как Фатима. Хотя во время революции хиджаб носили и воспринимали как символ протеста, многие женщины были встревожены, когда обсуждался вопрос о том, чтобы сделать ношение хиджаба обязательным. Это привело к протестам в Международный женский день в Тегеране в 1979 году против обязательного хиджаба. Тема была раздута, когда аятолла Хомейни был процитирован, заявивший, что он предпочитает видеть женщин в скромной исламской одежде. В начале 1980-х годов женщинам было запрещено выступать в качестве судей, и их не поощряли становиться юристами. Исламское правительство отменило Законы о защите семьи 1967 и 1973 годов, которые ограничивали полигамию, предоставляли женщинам право на развод и повышали минимальный возраст вступления в брак. Режим запретил контрацепцию и снизил возраст вступления в брак для девочек с 15 до 9 лет. Они также запретили женщинам поступать на некоторые факультеты и заниматься определенными профессиями. После смерти аятоллы Хомейни многие ограничения для женщин были сняты. Правительство попыталось стабилизировать рост населения, распространяя контрацептивы, часто бесплатно. Это привело к снижению рождаемости с 3,2 до 2,3 ребенка на женщину, что было одним из самых низких показателей на Ближнем Востоке. После смерти Хомейни начались более практичные реформы для женщин при президенте Рафсанджани. Рафсанджани заявил, что в исламе «нет препятствий для образования женщин в любой области». Три основные области, на которых сосредоточился Рафсанджани, – это образование, планирование семьи, здравоохранение и брак. Статистические данные за 1986/87 годы показывают, что количество женщин, поступающих на стоматологические, аудиологические, статистические, офтальмологические, радиологические и радиотерапевтические факультеты, было сопоставимо с количеством мужчин. По мнению религиозных политических лидеров, считается, что иранская женщина может быть одновременно традиционной и современной. Это прививается ей в процессе обучения. Это означает, что центральная роль женщины – в доме, забота о детях, семье и домашних обязанностях, а также возможность выходить в свет и создавать общественную жизнь, не ухудшая социальный статус своей семьи. Ограничение домашним очагом создает традиционную частную сферу для женщины, а свобода выходить в свет создает современное социальное присутствие. Исламская Республика никогда не намеревалась намеренно привязывать женщину к дому и заставлять ее выполнять обязанности жены и матери, однако именно в религиозном аспекте республики это было сделано. Ислам не запрещает женщинам участвовать в общественной жизни, однако именно политический и культурный климат Ирана поощряет женщин вести частную домашнюю жизнь. Многие школы сейчас вдохновляют молодых девушек готовиться к завтрашнему дню как матери и жены, а также как активные участники общественной и политической жизни. Однако очевидно, что Образовательный план Исламской Республики имеет четкое разделение между образованием, которое преподается мальчикам и девочкам. Это включает в себя представление о роли ответственности за семью, а также о ролях мужчин и женщин в супружеской жизни. Но девочкам дают уверенность в том, чтобы они могли получить образование в тех областях, которые они желают, не забывая о личной семейной жизни. Помимо образования, Рафсанджани уделял большое внимание планированию семьи и здравоохранению по всему Ирану, в котором женщины играли центральную роль. Население Ирана в 1980-х годах стремительно росло, несмотря на ирано-иракскую войну, при этом рождаемость в 1983 году достигла 3,9, что вдвое превышало средний мировой показатель. По всей стране были созданы женские поликлиники; к 1994 году их стало больше, чем…

The Pahlavi Shahs were the rulers of Iran between 1925 and 1979 and they introduced many reforms concerning women's rights. An example of an early reform introduced by Reza Shah was the Kashf e hijab, the "forced unveiling of women by a special decree on January 8, 1936, which, as the name suggests, involved the police force pulling the hijab away even from religious women, by force." Women's involvement in society in general increased. Iranian women increasingly participated in the economy, the education sector, and in the workforce. Levels of literacy were also improved. Examples of women's involvement: women acquired high official positions, such as ministers, artists, judges, scientists, athletes, etc. Under Reza Shah's successor Mohammad Reza Shah many more significant reforms were introduced. For example, in 1963, the Shah granted female suffrage, and soon after women were elected to the Majlis (the parliament) and the upper house, and appointed as judges and ministers in the cabinet. Throughout the Pahlavi period, female advancements in education and labor were significant. From 1965 to 1966, the percentage of illiterate women dropped by 11%. However, this decrease in illiteracy had mainly taken place in the urban areas, which saw a decrease of 20% in illiteracy, while rural areas, by contrast, saw a decrease of 3%. This is most likely due to the increase of educational centers and universities across Iranian cities, mainly in Tehran and Abadan, during this time period. The increase in education among females led to an increase in female participation in various labor fields throughout the 1956–1966 period. Women began entering fields such as biology, agricultural studies, medicine, teaching, law, and economics among other fields, giving them more significant political power. In urban centers, the employment of women in Abadan, Tabriz, and Esfahan increased, with the latter two seeing significant increases in female labor. Interestingly during this period, female employment in Tehran dropped slightly. and, in 1996, 14 women were elected to the Islamic Consultative Assembly. The leadership of Ayatollah Khomeini led to many paradoxical issues for women. Women gained much influence in certain areas, but still faced many political obstacles to equality with men. For example, women were allowed to serve in the military, often in paramilitary groups, but were restricted in many fields of study in school. After the breakout of the Iran–Iraq War, women continued to gain political power. Women were mobilized both on the front lines and at home in the workplace. They participated in basic infantry roles, but also in intelligence programs and political campaigning. During the height of the Iran Iraq War, women made up a large portion of the domestic workforce, replacing men who were fighting, injured, or dead. Khomeini often expressed appreciation for women's issues after he took power. In May 1979, Khomeini addressed his audience and spoke about Fatimah: "After the death of her father, Fatimah (peace be upon her), lived for seventy five days. She was in this world, overcome with sadness and grief. Gabriel, the Trusted Spirit, came to visit and console her and tell her of future events." So, according to this tradition, in these seventy five days that she had contact with Gabriel, he came and went many times. I do not believe that anyone else except the great prophets has had such an experience, in which for seventy five days Gabriel, the Trusted Spirit, came and went and spoke of things that would take place in the future, that would happen to her ancestors in the future." The Ayatollah spoke fondly of Fatimah as a role model for women. He said that even though she was visited by the Angel Gabriel, this is not what made her special. To him, her admirable qualities were twofold and supposedly represented by the visits from Gabriel: her special spiritual status and her excellent moral character. He continued to explain that Fatimah could have been born with this spiritual status or Fatimah could have gone through a kind of unique mystical experience. This is why the Ayatollah believed she represented the ideal female role model. Fatimah's moral excellence is observed in three interconnected activities: struggle, inspiring men, and suffering. Fatimah inspired her husband as a devout Muslim. Khomeini draws parallels to this inspiration with women of Iran and how they should strive to follow their religious calling like Fatimah. While during the revolution, the veil was worn and seen as a symbol of protest many women were alarmed when talk of the hijab being compulsory was discussed. This resulted in the International Women's Day Protests in Tehran, 1979 against compulsory hijab. The topic was inflated when Ayatollah Khomeini was quoted to say that he preferred to see women in modest Islamic clothing. In the early 1980s women were banned from acting as judges and were discouraged from becoming lawyers. The Islamic government repealed the Family Protection Laws of 1967 and 1973, which restricted polygamy, allowed women the right to divorce, and raised the minimum age for marriage. The regime banned contraception and lowered the marriage age of girls from 15 to 9. They also banned women from various fields of study and professions. After the death of Ayatollah Khomeini, many of the restrictions on women were lifted. The government tried to stabilize population growth by distributing contraceptives often for free of charge. This caused the fertility rate to decline from 3.2 to 2.3 children per woman, which was one of the lowest rates in the Middle East. After the death of Khomeini, more practical reforms under President Rafsanjani for women began. Rafsanjani asserted that in Islam, "There are no barriers to the education of women in any field." The three major fields which Rafsanjani focused on were education, family planning, health, and marriage. Statistics from the 1986/87 years show that female admissions into schools of dentistry, audiology, statistics, optometry, radiology, and radiotherapy were on par with men. According to the religious political leaders, it is believed that a woman in Iran can be both traditional and modern at the same time, this is instilled in the education they receive. Meaning that a woman's central role is in the home, taking care of children, their family and house duties, while also being able to go out into the social world and create a public life but not deteriorating any social standing of her family. The restriction of the home creates a traditional private realm for the woman while the freedom of going out creates a modern social presence. The Islamic Republic had never intended to purposely bind a woman to her home and have her fulfill wifely and motherly duties, however, it is in the religious aspect of the republic that this was done. Islam does not prohibit women from public life however it is the political and cultural climate of Iran that encourages women to practice a private domestic life. Many schools are now inspiring young girls to prepare for tomorrow, as a mother and a wife and as active figures in the involvement of social and political affairs. However, it is evident that the Education Plan of the Islamic Republic has a clear divide between the education taught to boys and girls. This includes introducing the role of responsibility for a family as well as the roles of males and females in marital life. But girls are given the confidence to put themselves out into the education fields that they desire to be in while keeping a personal family life in mind. Aside from education, Rafsanjani greatly focused on family planning and health across Iran, with women playing the central role. Iran's population throughout the 1980s soared despite the Iran–Iraq War, with the birthrate reaching 3.9 in 1983, double the world average. Health clinics for women were established nation wide; by 1994, there were more than 10,000 health centers in Iran, and once banned contraceptives were made available to women. In 1986, the Majlis voted to introduce a 12 article law which allowed many marriage rights to women. These rights included prenuptial agreements, a divorced woman's right to a share of the property, and increased alimony rights. In 1992, the Council of Expediency passed a law allowing women who were "unjustly and unfairly" divorced to collect payment from the former husband for services she had performed during the course of the marriage. Late 1970sComparison Early 2010s 42.33% Literacy (15 24) 97.70% 24.42% Literacy (>15) 2,191,409 122,753 Graduates 5,023,992 2.4% Graduates (%) 23.4
By 1999, Iran had 140 female publishers, enough to hold an exhibition of books and magazines published by women. As of 2005, 65 percent of Iran's university students and 43 percent of its salaried workers were women. As of early 2007, nearly 70 percent of Iran's science and engineering students are women. 27.1% female ministers in government put Iran among first 23 countries in early 2000s, 2.8–4.9% female parliamentarians in past 15 years put it among least 25 countries. In 2009 Fatemeh Bodaghi became vice president for Legal Affairs and a top advisor to President Mahmoud Ahmedinejad. Maryam Mojtahidzadeh who runs the women's ministry was also selected as an advisor to the president. At least one observer (Robert D. Kaplan) has commented on the less traditional attitude of many women in Iran compared to other Middle Eastern countries. "In Iran, you could point a camera at a woman and she would smile" in contrast to other more conservative places where women may mind this. There are also women in the Iranian police who deal with crimes committed by women and children. According to opinion of Supreme Leader of Iran, Ali Khamenei, giving opportunity for develop woman's talents in the family and society is respecting to the woman. On May 14, 2019, the Iranian Islamic Consultative Assembly approved an amendment to their nationality law, in which women married to men with a foreign nationality should request to confer nationality on children under age 18, while children and spouses of Iranian men are granted nationality automatically. However, the Guardian Council should approve the amendment. On October 2, 2019, the Guardian Council agreed to sign the bill into a law, taking into account the background checks on foreign fathers. In August 2019, the FFIRI lifted the ban on Iranian women's entry to football stadiums for the first time in 40 years. On September 8, 2019, Sahar Khodayari self immolated after being arrested for trying to enter a stadium. Following that incident, FIFA assured that Iranian women are able to attend stadiums starting from October 2019. On October 10, 2019, more than 3,500 women attended the Azadi Stadium for a World Cup qualifier against Cambodia.

Женщины и антиправительственные протесты в Иране

Правозащитная организация Amnesty International сообщила о получении сообщений о нескольких случаях изнасилования женщин и мужчин, содержащихся в иранских тюрьмах. 17 января 2020 года Раха Бахрейн, специальный докладчик Amnesty International по Ирану, сообщила о случае сексуального насилия в отношении иранской женщины, задержанной в Тегеране во время протестов, последовавших за крушением украинского пассажирского самолета.

Образование

Важность образования для иранских женщин определяется ключевой ролью, которую образование может сыграть напрямую или косвенно, помогая им обрести осознанность и навыки для преодоления гендерного неравенства. Оно также позволяет понять причины несправедливости по отношению к ним и способы улучшения их маргинализированного социального положения. Образование играло важную роль в иранском обществе, особенно в начале XX века, когда страна вступила в период модернизации под руководством Резы-шаха Пехлеви, и число женских школ стало расти. Формальное женское образование в Иране началось в 1907 году с открытия первой начальной школы для девочек. К середине века юридические реформы, предоставившие женщинам право голоса и повысившие минимальный возраст вступления в брак, открыли им больше возможностей для получения образования вне дома. К 1989 году женщины стали доминировать на вступительных экзаменах в высшие учебные заведения. Участие женщин в образовании не снизилось, несмотря на попытки ввести ограничения в этой все более женской сфере. Изменения в женском образовании проявились в расширении доступа и доминировании женщин в образовательных возможностях, а также в ужесточении требований, регулирующих их роль в образовании, включая раздельное обучение, исламскую одежду и ориентацию женщин на "женские" специальности, ограничивающие выбор карьеры. Грамотность среди иранских женщин выросла с 46% до 83%. Согласно данным ЮНЕСКО за 2012 год, в Иране больше студенток, обучающихся на инженерных специальностях, чем в любой другой стране мира, что на 22,8% больше, чем 13 лет назад. Женщины составляют более половины населения Ирана, однако их доля в рабочей силе остается небольшой. Официальная статистика Бюро переписи населения свидетельствует о низком уровне участия женщин в рабочей силе. В 2004 году в Иране было занято 18 миллионов человек, из которых женщины составляли лишь 12,9% (около 2,16 миллиона), а мужчины – 64% (около 11,52 миллиона). Однако данные МОТ показывают, что в последние годы уровень безработицы среди женщин стабильно выше, чем среди мужчин (Олмстед). Женщины в основном заняты в традиционно "женских" профессиях – преподавании и уходе. 82,7% женщин-госслужащих работают в сфере образования, за ними следуют административные, финансовые, канцелярские, медицинские и санитарные профессии. Исследования участия женщин в рабочей силе различаются, что связано с различиями в методах измерения. Перепись населения Ирана и обследование рабочей силы предоставляют разные данные. Всемирный банк и Международная организация труда также имеют разные данные о занятости женщин: МОТ сообщает об уровне занятости в 17,1%, что значительно выше, чем у Всемирного банка. Работодатели часто считают женщин менее надежными работниками, чем мужчин. Однако Исламская революция оказала определенное влияние на изменение этого восприятия. Светские феминистки и элита были недовольны революцией, в то время как другие феминистки, такие как Роксана Бахрамиташ, утверждают, что революция способствовала вовлечению женщин в общественную жизнь. По мнению Карими, после революции, несмотря на формальное признание равного права женщин на труд, это не нашло отражения в практике. Сравнивая период до и после революции, в период с 1976 по 1986 год доля женщин в рабочей силе резко сократилась с 12,9% до 8,2%. В 1996 году более 91% женщин, занятых в промышленности, работали в текстильной промышленности, в основном в ковроткачестве.

The importance of education for Iranian Women is characterized by the main role of what the education can provide directly or indirectly helping them to gain consciousness and skills to fill the gap of gender inequality. It can also be useful to understand the reasons of their injustice and how women can make better their marginal social positions. Education held an important role in Iranian society, especially as the nation began a period of modernization under the authority of Reza Shah Pahlavi in the early 20th century when the number of women's schools began to grow. Formal education for women in Iran began in 1907 with the establishment of the first primary school for girls. By mid century, legal reforms granting women the right to vote and raising the minimum age for marriage offered more opportunities for women to pursue education outside the home. By 1989, women dominated the entrance examinations for college attendance. Women's participation in education has not slowed despite efforts to impose restrictions on the increasingly female dominated educational sphere. The changes in women's education have split into increased usage and dominance of the opportunities available to women, and the imposition of strict requirements governing their role in education, including gender segregated classes, Islamic dress, and the channeling of women into "feminine" majors that prevent the pursuit of certain careers. Iranian female education went from a 46 percent literacy rate, to 83 percent. According to UNESCO data from 2012, Iran has more female students in engineering fields than any other country in the world. That is a 22.8 percent increase in 13 years. Women make up over half of the Iranian population, yet they only make up a small percentage of the workforce. Official statistics reported by the Census Bureau suggest that women's labor force participation remains quite low. In 2004, there were 18 million people employed in Iran, Women made up only 12.9 percent (or roughly 2,160,000) of the employed population. Men, on the other hand, made up 64 percent, or roughly 11,520,000. The ILO data, however, suggest that female unemployment has been consistently higher than men's in recent years (Olmsted). Women are concentrated in the typically female jobs of teaching and caring. 82.7 percent of female civil servants work in teaching and education followed by administrative, financial, clerical, health, and medical professions. Studies concerning female labor force participation vary. One factor to this is the difference between measurements. The Iranian Census provides one measurement for labor force participation, and the Labor Force survey provides another. The World Bank and International Labour Organization have different data on recent female employment; the ILO reports an employment rate of 17.1 percent which is considerably higher than that of the World Bank. Employers depict women as less reliable in the workforce as opposed to men. However, the Islamic Revolution had some influence in changing this perception. Secular feminists and the elite were not happy with the revolution, while other feminists such as Roksana Bahramitash argue that the revolution did bring women into the public sphere. In Karimi's viewpoint, after the revolution, even though it had been accepted on paper that women had an equal right to employment, she believed that this did not show in practice. Comparing the pre revolution and post revolution era, between 1976 and 1986, the labor force participation of women had declined immensely from 12.9 percent down to 8.2 percent. In 1996, over 91 percent of the female industrial employees were in the textile industry which consisted largely of carpet weaving.

Проституция и секс-индустрия

Иранские женщины, занимающиеся проституцией, иногда едут работать в соседние страны. С 1990-х годов Дубай стал известен в Объединенных Арабских Эмиратах как место для торговли сексуальными услугами с участием иранок, однако с конца 2000-х годов большое количество иранок, занимающихся проституцией, стали появляться и в других странах, соседствующих с Ираном, включая Турцию, Грузию и Иракский Курдистан. После этого иранские женщины быстро приобрели популярность в регионе как проститутки. Доход иранок, занимающихся проституцией в соседних странах, считается высоким, но сопряжен с риском. Точное число проституток, работающих в Иране, неизвестно, но по оценкам на 2017 год в Иране насчитывалось 228 700 женщин, занимающихся проституцией, и эта цифра продолжает расти. Кожаные сапоги широко используются иранскими проститутками в целях финдома и для усиления контроля над мужчинами. Иранские мужчины восприняли сапоги как символ женской власти. Отчет за 2020 год показал, что значительное число мужчин жертвовали большую часть своего дохода иранским девушкам, носящим сапоги. Другой отчет за 2021 год сообщил, что проституция в Иране стала более распространена благодаря Интернету, и на некоторых веб-сайтах были размещены данные о миллионах женщин со всей страны.

Иранское женское движение

Движение за права женщин в Иране особенно сложно в контексте политической истории страны. Женщины последовательно расширяли границы общественных норм и неуклонно добивались большего объема политических и экономических прав. Женщины принимали активное участие на всех уровнях революции. В течение нескольких месяцев после формирования Исламской республики Рухоллой Хомейни многие важные права были отменены, но в середине 1980-х годов их заменили гораздо более строгие законы. После конституционной революции (1905-1906), падения династии Каджаров и восхождения на престол династии Пехлеви, иранские женщины решили поэкспериментировать с государственным феминизмом. Новый монарх решил следовать тем же принципам, что и турецкий президент Ататюрк: насильственно отменить обязательное ношение хиджаба и открыть доступ к университетам для женщин. Во время правления Резы-шаха Пехлеви феминистское движение окрепло, хотя им так и не удалось достичь своей главной цели – всеобщего избирательного права. В 2005 году президент Хатами был заменен консерватором Махмудом Ахмадинежадом. Его переизбрание означало, что положение женщин будет игнорироваться. В день объявления результатов выборов женщины вышли на протесты, и одна из них стала символом движения за права женщин – Неда Ага-Солтан. В общей сложности 49,8% студентов иранских университетов – женщины. После избрания Махмуда Ахмадинежада в 2005 году западные СМИ сообщали об ухудшении положения женщин. После его переизбрания в 2009 году был назначен первый в истории Ирана женский министр. В 2022 году «Зелёное движение» полностью политизировалось и заняло активную позицию, создав новую символику, способствующую пониманию важных понятий. В древней Персии носили кожаные сапоги на высоком каблуке. И персидские женщины, и мужчины носили различные виды «высоких» сапог. В современную эпоху сапоги стали основной и распространенной обувью среди иранских женщин, что оказало влияние на иранскую индустрию моды. Согласно отчету за 2000-е годы, продажи женских сапог в Иране превышали продажи мужских в десять раз. Ношение сапог на высоком каблуке – одна из главных особенностей иранской женской моды. Женщины, не придерживающиеся консервативных взглядов, которые носили хиджаб как символ оппозиции во время революции, не ожидали, что он станет обязательным. Когда в феврале 1979 года ношение хиджаба было впервые объявлено обязательным, это вызвало протесты и демонстрации либеральных и левых женщин. Протесты привели к временной отмене обязательного ношения хиджаба. На улицах революционеры нападали на женщин без покрывала, и два лозунга революции звучали так: «Надень хиджаб, или мы ударим тебя по голове» и «Смерть тем, кто не носит хиджаб». В июле 1981 года был введен указ об обязательном ношении хиджаба в общественных местах, а в 1983 году был принят Закон об исламском наказании, предусматривающий наказание в виде 74 ударов плетью для женщин без покрывала. После революции иранская женская мода отразила стремление иранских женщин действовать в рамках строгих ограничений исламского кодекса скромности, при этом типичный наряд постепенно эволюционировал от стандартного черного чадора до русари (простого платка) в сочетании с другими яркими элементами одежды. В 2010 году в исследовании, проведенном в девяти провинциях Ирана, приняли участие 531 молодая женщина (в возрасте 15–29 лет). Результаты показали, что 77% предпочитают более строгое покрытие, 19% – более свободное, и только 4% вообще не верят в необходимость покрытия. Тенденция к ношению западной одежды коррелировала с 66% случаев несоблюдения дресс-кода.

The movement for women's rights in Iran is particularly complex within the scope of the political history of the country. Women have consistently pushed the boundaries of societal norms and were continually gaining more political and economic rights. Women heavily participated at every level of the revolution. Within months of the formation of the Islamic republic by Ruhollah Khomeini many important rights were repealed, but in mid 1980s replaced by a far more protective laws. After the constitutional Revolution (1905 1906), the fall of the Qajar dynasty and the ascension to the throne of the Pahlavi dynasty, Iranian women decided to experiment with state feminism. The new sovereign decided that he would have followed the same principles as the Turkish president Atatürk; forcefully eliminating the obligation to wear the veil and opening the access to universities for women. During Reza Shah Pahlavi's reign the feminist movement grew stronger. Though they never achieved their main goal, universal suffrage. In 2005 president Khatami was replaced by the conservative Mahmud Ahmadinejad. The president was re elected and this meant that women's conditions were going to be overlooked. The day of the result of the elections women protested and in particular one of these became the symbol of women's right movement; this woman was Neda Agha Soltan. In total 49.8 percent of the university students in Iran are women. With the 2005 election of President Mahmoud Ahmadinejad, Western media said that women's rights declined. After Ahmadinejad's re election in 2009, the first female minister was appointed. In 2022 the Green Movement became fully political and achieved a frontal position creating a new symbology able to help comprehend important definitions. Ancient Persians used to wear leather high heeled boots. Both Persian women and men wore varieties of "tall" boots. In modern era, boot became a main and common footwear among Iranian women, and this influenced the Iranian fashion industry. The sale of women's boots in Iran was reported ten times more than men's boots in a report in the 2000s. One of the main features of Iranian women's fashion is wearing high heeled boots. The non conservative women, who had worn the veil as a symbol of opposition during the revolution, had not expected veiling to become mandatory, and when the veil was first made mandatory in February 1979 it was met with protests and demonstrations by liberal and leftist women, The protests resulted in the temporary retraction of mandatory veiling. On the streets, unveiled women were attacked by revolutionaries, and two slogans of the revolution were: "Wear a veil, or we will punch your head" and "Death to the unveiled". In July 1981, an edict of mandatory veiling in public was introduced, which was followed in 1983 by an Islamic Punishment Law, introducing a punishment of 74 lashes on unveiled women. post revolutionary Iranian women's fashion has seen Iranian women attempt to work within the narrow confines of the Islamic modesty code, with the typical attire gradually evolving from the standard black chador to a rousari (simple headscarf) combined with other colorful elements of clothing. In 2010, 531 young females (aged 15–29) from different cities in nine provinces of Iran participated in a study the results of which showed that 77 percent prefer stricter covering, 19 percent loose covering, and only 4 percent do not believe in veiling at all. A tendency towards Western dress correlated with 66 percent of the latest non compliance with the dress code.

Протесты против обязательного хиджаба

За годы, прошедшие после революции, в иранском обществе произошли значительные изменения, которые часто называют «разрывом поколений». Этот разрыв носит всеобъемлющий характер и затрагивает такие сферы, как образ жизни, семейные отношения, политика и религия. Для многих молодых женщин одной из наиболее обсуждаемых тем стал вопрос о хиджабе. После революции 1979 года ношение хиджаба стало обязательным, наряду с требованиями к скромности в одежде: свободный покрой и русари (головной платок), полностью покрывающий волосы. Также наблюдается рост числа девушек, носящих бэдди-джаб – тех, кто формально соблюдает требования закона, но делает это не полностью, часто демонстрируя большую часть волос. Многие молодые иранки из городов утверждают, что становятся менее традиционными, и рассматривают свой стиль одежды как личный выбор, включая выбор носить или не носить хиджаб. Протесты против хиджаба стали символом сопротивления исламскому режиму. В 2015 году Масих Алинежад запустила проект My Stealthy Freedom, призывавший иранских женщин публиковать фотографии без хиджаба. После декабря более 35 протестующих были арестованы только в Тегеране. Реакция правительства была жесткой: полиция заявила, что женщинам, участвующим в демонстрациях против обязательного хиджаба, грозит до 10 лет тюремного заключения. Ситуация обострилась в апреле после публикации видео, на котором сотрудница Гаст-э Эршад (полиции морали) ударила женщину за ношение неплотно повязанного платка. Этот инцидент привлек международное внимание к проблемам, с которыми сталкиваются иранские женщины. Гаст-э Эршад (также известный как Патруль руководства) является частью иранской исламской религиозной полиции, отвечающей за соблюдение законов о хиджабе и дресс-коде. Сотрудники патруля имеют право делать замечания и даже арестовывать женщин, не соответствующих требованиям «тестов на скромность». Женщины, арестованные за протест против обязательного хиджаба, утверждают, что их содержат в одиночных камерах и подвергают пыткам и избиениям. Протесты против обязательного хиджаба продолжались и приобретали все больший масштаб. В декабре 2017 года и январе 2018 года несколько женщин сняли платки в знак протеста и стали известны как «Девушки с улицы Революции». Одна из них, Вида Мовахеди, была арестована по обвинению в преступлениях против общественной морали, поощрении коррупции и проституции и приговорена к году тюремного заключения. Наказание грозит не только протестующим, но и тем, кто их защищает. Насрин Сотуде, иранский адвокат по правам человека, защищавшая женщин, преследуемых за протест против обязательного хиджаба, была приговорена к 38 годам тюрьмы и 148 ударам плетью. Ее судили по обвинениям в сборе и сговоре против национальной безопасности, пропаганде против государства, членстве в различных правозащитных группах, поощрении коррупции и проституции, появлении в суде без исламского хиджаба, нарушении общественного порядка и распространении ложной информации с целью дестабилизации общественного мнения. Протесты продолжались, и 13 мая 2019 года на территории Тегеранского университета прошла масштабная мирная акция студентов и студенток, которую атаковали другие протестующие, скандировавшие: «Студенты могут умереть, но мы не потерпим унижения». Целью протеста было объединение иранцев для выражения своего недовольства правительством и стремления к долгожданным переменам. Протест перерос в насилие после вмешательства иранских силовиков. В июне 2018 года иранский адвокат по правам человека Насрин Сотуде, представлявшая интересы женщин, арестованных за снятие платка, была арестована и приговорена к 38 годам тюрьмы и 148 ударам плетью по обвинениям, связанным с национальной безопасностью. Она – одна из семи адвокатов по правам человека, арестованных в Иране в 2018 году. 16 сентября 2022 года 22-летняя иранка Махса Амини была арестована за якобы неправильное ношение хиджаба и впоследствии умерла, по словам очевидцев, после жестокого избиения сотрудниками полиции морали. Смерть Амини привлекла всемирное внимание и стала символом насилия в отношении женщин в Исламской Республике Иран, вызвав серию протестов против обязательного хиджаба по всему миру. По состоянию на 9 января 2023 года, по данным правозащитной организации Iran Human Rights, было убито не менее 481 протестующего, в том числе 64 несовершеннолетних. Протесты охватили всю страну, затронув все слои населения, университеты, улицы и школы, и были названы «наибольшим вызовом» для правительства Ирана со времен Исламской революции 1979 года. Протесты быстро сформировали движение «Женщины, жизнь, свобода», а такими его заметными участницами стали Ника Шакарами, Сарина Эсмайльзаде, Хадис Наджафи, Ходанур Лоджеи и Киан Пирфалак.

There have been many changes in Iran's society in the years since the revolution, often referred to as the "generation gap". This gap is overreaching and affects issues such as lifestyle, familial relationships, politics, and religion. For many of the young women one topic gaining popularity is the issue of the veil. After the 1979 revolution, the Hijab became compulsory as well as modesty requirements; loose fitting clothing as well as a Rusari (headscarf) that covers all the hair. There has also been a rise in baddhi jab, or girls who wear the legal requirements but not to the letter of the law, often having the majority of their hair showing. Many young urban Iranian women claimed that they are becoming less traditional. Many view their clothing style as a personal choice include the choice to veil. Issues and protests against the veil became symbolic as resistance against the Islamic regime. Masih Alinejad in 2015 launched My Stealthy Freedom, which encouraged Iranian women to post pictures without their hijab. After December more than 35 protesters were arrested in just Tehran. The reaction from the government has been severe; police have stated that any women that participate in demonstrations against compulsory hijab could face up to 10 years in prison. The situation had become more tense in April after a video was shared showing a woman being slapped by a female member of Gast e Ersade (morality police) for wearing a loose headscarf. This incident also drew international attention to the issues Iranian women were facing. The Gasht E Ershaad (also known as the Guidance Patrol) is a part of Iranian Islamic religious police, which is tasked with enforcing Iran's headscarf and dress code laws. They have the authority to chastise and even arrest women who do not conform to dress "modesty tests". Women who are arrested for demonstrating against compulsory hijab claim that they are held in solitary confinement and subjected to torture and beatings. Protests against compulsory hijab continued with the response becoming larger. In December 2017 and January 2018, several women took off their headscarves to protest. These women became known as "the Girls of Revolution Street". One of "the Girls of Revolution Street", Vida Movahedi, was arrested for crimes against public morals, encouraging corruption and prostitution, and was sentenced to a year in prison. Punishment is given out to not only those who protest but also those who defend them; Nasrin Sotoudeh, an Iranian human rights lawyer who defended women who were being prosecuted for protesting compulsory hijab, was sentenced to 38 years in prison and 148 lashes. She was tried on the charges of assembly and collusion against national security, propaganda against the state, membership in various human rights groups, encouraging corruption and prostitution, appearing at the judiciary without Islamic hijab, disturbing public peace and order, and publishing falsehoods with the intent to disturb public opinion. Protests have continued to occur where on May 13, 2019, there was a vast peaceful protest of both male and female students on the campus of Tehran University, but they were assaulted by other protesters who were chanting "Students may die, but we will not tolerate indignity". This protest was created to bring together Iranians in order to show their frustration with the government and an effort to receive change that has been sought for a long time. The protest turned violent when Iranian officers became involved. In June 2018, Iranian human rights lawyer Nasrin Sotoudeh, who represented women arrested for removing their headscarves, was arrested and sentenced to 38 years in prison and 148 lashes for national security related offenses. She is one of the seven human rights lawyers arrested in Iran in 2018. On 16 September 2022, a 22 year old Iranian woman named Mahsa Amini was arrested for alleged wearing her Hijab improperly and later died after according to eyewitnesses, she had been severely beaten by religious morality police officers. Amini's death received global attention and became a symbol of violence against women under the Islamic Republic of Iran, sparking a series of anti compulsory hijab protests across the world. At least 481 protesters including 64 minors killed (Iran Human Rights) as of January 9, 2023. The protests have been "nationwide, spread across social classes, universities, the streets [and] schools", and called the "biggest challenge" to the government of Iran since the Islamic Revolution in 1979. The protests soon shaped the "Women, Life, Freedom" movement, with notable protesters such as Nika Shakarami, Sarina Esmailzadeh, Hadis Najafi, Khodanur Lojei and Kian Pirfalak being the well known faces of the movement.

Персидская литература

За последние два столетия женщины играли заметную роль в персидской литературе, однако она в основном оставалась преимущественно ориентированной на мужчин. Литературное творчество женщин на протяжении многих лет подавлялось и даже им было отказано в возможности заниматься им. Современные иранские поэтессы, такие как Симин Бехбахани, Форух Фаррохзад, Парвин Этесами и Мина Асади, способствовали включению женской литературы в Иран. Симин Бехбахани писала страстные любовные стихи, а также повествовательную поэзию, обогащенную материнской любовью ко всему человечеству. Она была защитницей прав человека, независимо от пола, класса или религии. Более того, Бехбахани не стремится к соперничеству в своей литературе, а вместо этого пишет, вдохновляя и расширяя возможности как мужчин, так и женщин. Бехбахани является президентом Ассоциации иранских писателей и была номинирована на Нобелевскую премию по литературе в 1997 году. Среди современных авторов – Симин Данешвар, Махшид Амиршахи, Шахрнуш Парсипур, Мониру Раванипур и Зоя Пирзад, и это лишь некоторые из них. Творчество Данешвар охватывает как дореволюционную, так и постреволюционную иранскую литературу. Ее первый сборник рассказов, Âtash e khâmush (Погасший огонь), был опубликован в 1948 году и стал первым сборником рассказов, изданным женщиной в Иране. В 1969 году она опубликовала роман "Савушун" (Скорбящие по Сиявашу), который отразил иранский опыт современности в XX веке и стал первым романом, опубликованным женщиной в Иране. Данешвар была первым президентом Ассоциации иранских писателей. Шахрнуш Парсипур приобрела популярность в 1980-х годах после публикации своих рассказов. Ее роман 1990 года, Zanân bedûn e Mardân (Женщины без мужчин), затрагивает вопросы сексуальности и идентичности. Многие критиковали ее работы за излишнюю откровенность и за то, что она бросала вызов традиционным взглядам, таким как сексуальное угнетение, девственность и сексуальность. В результате роман был запрещен Исламской Республикой. В творчестве Мониру Раванипур входят сборник рассказов "Канизу" (Рабыня) и роман "Ахл-э-гарк" (Жители Гарка). Раванипур известна своим вниманием к ритуалам, обычаям и традициям прибрежной жизни.

Over the past two centuries, women have played a prominent role in Persian literature, however, it mostly remained predominantly male focused. The literary work of women was repressed for many years and even denied to them. Contemporary Iranian poets such as Simin Behbahani, Forough Farrokhzad, Parvin Etesami and Mina Assadi have helped in the inclusion of woman literature in Iran. Simin Behbahani has written passionate love poems as well as narrative poetry enriched by a motherly affection for all humans. She has been an advocate for individual rights regardless of anyone's gender, class or religion. In addition, Behbani does not compete in her literature but instead writes and empowers both man and woman. Behbahani is president of The Iranian Writers' Association and was nominated for the Nobel Prize in literature in 1997. Contemporary authors include Simin Daneshvar, Mahshid Amirshahi, Shahrnush Pârsipur, Moniru Ravânipur and Zoya Pirzad to name a few. Daneshvar's work spans pre Revolutionary and post Revolutionary Iranian literature. Her first collection of short stories, Âtash e khâmush (Fire Quenched), was published in 1948. It was the first collection of short stories published by a woman in Iran. In 1969, she published Savushun (Mourners of Siyâvash), a novel that reflected the Iranian experience of modernity during the 20th century. It was the first novel published by a woman in Iran. Daneshvar was the first president of the Iranian Writers' Association. Shahrnush Pârsipur became popular in the 1980s following the publication of her short stories. Her 1990 novel, Zanân bedûn e Mardân (Women Without Men), addressed issues of sexuality and identity. Many people criticized her work for being too outspoken and because she challenged many traditional views such as sexual oppression, virginity, and sexuality. As a result, it was ultimately banned by the Islamic Republic. Moniru Ravânipur's work includes a collection of short stories, Kanizu (The Female Slave), and her novel Ahl e gharq (The People of Gharq). Ravânipur is known for her focus on rituals, customs, and traditions of coastal life.

Иранская музыка

Возможно, Камар оль-Молук Вазири была первой женщиной, достигшей мастерства в персидской музыке, представившей новый стиль и получившей высокую оценку других персидских музыкантов того времени. Спустя несколько лет Махмуд Карими обучил женщин-студенток – Арфу Атраи, Сусан Матлуби, Фатеме Ваэзи, Масуме Мехр Али и Сусан Аслани, которые впоследствии сами стали мастерами традиционной персидской музыки. Судабе Салем и Сима Бина развивали иранскую детскую и иранскую народную музыку соответственно. Вклад иранских женщин не ограничивается только персидской музыкой. Например, Лили Афшар работает над сочетанием персидской и западной классической музыки. Гугуш – одна из самых знаменитых иранских певиц. Ее известность в Иране восходит к дореволюционным временам, где она достигла популярности, сравнимой с Элвисом Пресли или Барброй Стрейзанд. Она стала культовой фигурой, когда после Иранской революции 1979 года более двадцати лет оставалась в забвении. В 2000 году она покинула Иран с международным турне.

Современное искусство

Иранские женщины сыграли важную роль в получении международного признания иранского искусства и, в частности, иранского кино. С момента возникновения иранской Новой волны персидского кино, Иран выпускает рекордное количество выпускников киношкол; каждый год более 20 новых режиссеров, многие из которых женщины, представляют свои дебютные фильмы. За последние два десятилетия процент иранских режиссеров-женщин превысил процент женщин-режиссеров в большинстве западных стран. Успех новаторского режиссера Рахшан Бани Этемад свидетельствует о том, что многие женщины-режиссеры в Иране усердно работали над фильмами задолго до того, как Самира Махмалбаф привлекла к себе внимание прессы. Международно признанными фигурами в персидском женском кино являются Тахмине Милани, Рахшан Бани Этемад, Захра Доулатабади, Ники Карими, Самира Махмалбаф, Махин Оскуей, Пари Сабери, Хана Махмалбаф, Пуран Рахшандех, Ширин Нешат, Сепиде Фарси, Марьям Кешаварз, Яссмин Малекнаср и Сара Растегар. Иранский сценарист и режиссер Рахшан Бани Этемад, вероятно, является самой известной и, безусловно, самой плодовитой женщиной-режиссером Ирана. Она утвердилась как признанный авторитет иранского кино, создавая документальные и игровые фильмы о социальных проблемах. Одной из самых известных женщин-режиссеров в стране сегодня является Самира Махмалбаф, которая сняла свой первый фильм «Яблоко» в возрасте всего 17 лет. Самира Махмалбаф получила в 2000 году приз жюри Каннского кинофестиваля за фильм «Доски», рассказывающий о судьбе двух учителей, путешествующих по Курдистану. В персидской литературе упоминания о женщинах встречаются еще со времен, предшествовавших исламу. И многие авторы классической поэзии и прозы были женщинами. В их числе Катран Табризи, Рабия Балхи, Тахира, Симин Бехбахани, Симин Данешвар, Парвин Этесами, Форуг Фаррохзад, Махсати и Мина Асади – всего девять имен.