Бессы: Древнее фракийское племя и его территория.

Введение

Древнефракийское племя историческое племя Бесси (/b/ɛ/s/aɪ/; Βῆσσοι, или Βέσσοι, ) или Бессеи были фракийским племенем, населявшим верхнюю долину Геброса и земли между хребтами Хаемуса и Родопы в исторической Фракии.

География

Точное географическое положение бессов до сих пор не установлено. Согласно Геродоту, бессы занимали самые высокие вершины Сатры в юго-западной Фракии, тогда как Полибий упоминает бессов как обитающих на равнинах между дентелитами и одрисами. Географические пределы территории бессов более подробно описаны Страбоном в его «Географии», где он указывает, что бессы населяли земли, начинающиеся вблизи истока Гебра и охватывающие высокогорья между горами Хем и Родопа, граничащие с пеонитами и иллирийскими авториатами и дарданами на западе. Страбон также указывает на то, что бессы граничили с одрисами и сапеями. Есть также свидетельства того, что бессы постепенно стали заселять низменности между Гебром и Тонсом в районе Филиппополя и современного Пазарджика, что привело к их расширению на восток вблизи Береи. В свете археологических и эпиграфических данных современные ученые выдвинули ряд теорий о местонахождении земель, связанных с бессами в период римского империализма, известного как Бессика. Первая основная парадигма, первоначально предложенная Гаврилом Кацаровым, в значительной степени совпадала с древними свидетельствами, хотя позже Георги Михайлов расширил ее, включив в нее также Филиппополь и прилегающие территории, расположенные к востоку от основной территории бессов, а также район современной Якоруды на юге. Согласно этой парадигме, во время правления Траяна эта территория была административно включена в состав Филиппополя в результате градостроительных проектов императора во Фракии. С другой стороны, Маргарита Тачева предположила, что римская Бессика не имела административного центра и была сосредоточена вокруг гор Родопы, Рила и Странджа. Она утверждает, что этот регион был административно присоединен к Филиппополю во время правления Веспасиана, а затем разделен и включен в административные единицы Скупи, Сердики и Филиппополя при Траяне. Хотя эти две парадигмы преобладают в научном сообществе, третья теория, предложенная Петером Делевым, утверждает, что Бессика была сосредоточена на северных предгорьях горного массива Рила и находилась за пределами Родоп.

The exact geographic location of the Bessi is still unclear. According to Herodotus, the Bessi occupied the highest summits of the Satrae in south western Thrace, while Polybius alludes to the Bessi as having been situated on the plains between the Dentheletae and Odrysians. The geographic extent of the Bessi is further expanded upon by Strabo in his Geographica, where he states that the Bessi inhabited a land beginning near the source of the Hébros and encompassing the highlands between the Haemus and Rhodope mountain ranges that bordered the Paeonians and Illyrian Autariatae and Dardani to the west. Strabo also places the Bessi as bordering the Odrysians and Sapaeans. There are also indications that the Bessi gradually came to settle the lowlands between the Hébros and Tonsus near Philippopolis and modern Pazardzhik, consequently expanding eastwards near Beroe. In light of archaeological and epigraphic evidence, modern scholars have formulated a number of theories on the location of the lands associated with the Bessi during the period of Roman imperialism known as Bessica. The first major paradigm, originally advanced by Gavril Katsarov, largely coincided with ancient accounts although was later expanded by Georgi Mihailov to also coincide with Philippopolis and the surrounding environs located to the east of the Bessi core, as well as including the area around modern Yakoruda to the south. The paradigm would then maintain that, during the reign of Trajan, the territory would come to be administratively incorporated into Philippopolis as a consequence of the emperor's urbanizing projects in Thrace. On the other hand, Margarita Tacheva proposed that Roman Bessica had no civic centre and was based around the Rhodope, Rila, and Strandzha mountains. She then argues that the region was administratively attached to Philippopolis during the reign of Vespasian, later being divided and absorbed into the administrative units of Scupi, Serdica, and Philippopolis under Trajan. While these two paradigms dominate academia, a third theory presented by Peter Delev puts forth that Bessica was centred on the northern foothills of the Rila mountain range and was located outside of the Rhodopes.

История

Согласно Геродоту, бессы были подплеменем или ветвью сатра, тесно связанной с культом Диониса и отвечавшей за толкование пророческих изречений пророчицы в святилище божества, расположенном на самых высоких вершинах земли, населенной племенем. Эта пророческая роль бессов в культе привела многих ученых к предположению, что они, возможно, изначально представляли касту священников в рамках более крупной племенной группы сатраи, и что членство в общине было неразрывно связано с их культовой ролью и поддержанием святилища Диониса. В 340 г. до н.э. македонские полководцы Антипатр и Парменион провели военные кампании на землях тетрахоритов в рамках подчинения Филиппом II Македонским различных фракийских политий. Страбон считал, что вышеупомянутая племенная группа была тождественна бессам, которых он также называл тетракомами. Однако, согласно современной интерпретации источников, возможно, что тетрахориты и другие фракийские группы, связанные с бессами, первоначально были меньшими племенами, которые позже вошли в состав племенного конгломерата под предводительством бессов. С другой стороны, также возможно, что племенное наименование бессов (и его вариации) впоследствии утратило какое-либо истинное этническое значение и применялось классическими авторами к ряду различных фракийских племен, населявших высокогорья юго-западной Фракии. Считается также, что дии связаны с бессами, поскольку Плиний Старший упоминает этноним диобессы. Позже, в 184 или 183 г. до н.э., бессы упоминаются среди фракийских племен, подвергшихся нападению Филиппа V Македонского. Македонскому царю удалось продвинуться в долину Гебра и захватить Филиппополь, разместив там гарнизон, который впоследствии был изгнан одрисами. Бессы достигли наибольшей известности в исторических источниках в своих конфликтах с расширяющимся римским государством и образованием Римской Македонии в 146 г. до н.э. В период между 106 и 100 гг. до н.э. бессы вступили в вооруженный конфликт с консулом Марком Минуцием Руфом, который прославился своими кампаниями против фракийцев, настолько, что жители Дельф воздвигли в его честь конную статую. На статуе была двуязычная надпись, восхваляющая победу консула над кельтскими скордисками и «бессами и остальными фракийцами» (pros Bessous [k]ai tous loipous Thrai[kas]). Сообщается также о возведении практически идентичной статуи в Европе. Разнообразие местоположений этих статуй свидетельствует о широком географическом масштабе конфликта и о военной мобильности бессов. Надписи также отражают изменение в представлении о бессах, которые изображаются как наиболее заметные среди фракийцев. В 72 г. до н.э., после отступления Митридата VI Евпатора и его войск в Вифинию, Фракия была передана проконсулу Македонии Марку Теренцию Варрону Лукуллу, который начал кампанию против фракийцев и подчинил бессов, заняв поселение Ускудама – один из племенных центров бессов. В 29–8 гг. до н.э. священное святилище Диониса было отнято у бессов Марком Лицинием Крассом и передано одрисам, соперникам бессов и союзникам римлян. В ответ жрец Вологаес поднял бессов в 15–1 гг. до н.э. и сумел одержать ряд военных побед над одрисскими знатьями Раскипорисом и Роеметаклом. Этот конфликт подтверждает тезис о том, что идентичность бессов до полного римского подчинения была тесно связана и укоренена в святилище Диониса, и что их соперничество с соседними проримскими фракийцами укрепило эту племенную и географическую идентичность. Согласно Аппиану, бессы сдались Августу. В результате их сопротивления римлянам произошел сдвиг в изображении бессов, который подчеркивал их воинственный и хищнический характер. Так, Страбон называет племя «разбойниками, даже среди разбойников». Стереотипный образ бессов стал репрезентативным для всех коренных жителей Фракии в целом, что подтверждается настенной живописью II века н.э. из Валентии, Испанской Тарраконенсис, на которой изображена женщина-бесс рядом с другими народами, экзотичными для римлян. Этноним бессов стал менее связан с основным племенем и их первоначальным географическим положением, превратившись в идентичность, которую легко приписывали жителям юго-восточных Балкан. В результате конфликтов с римлянами часть бессов была насильственно переселена в регион Добруджи, поэт Овидий отметил общину бессов, живущих рядом с Томисом. Эпиграфический анализ свидетельствует о 40–50 людях, носивших этноним бессов или Бесс в римском имперском флоте, 22 – в вспомогательных сухопутных войсках, 5–7 – в equites singulares Augusti и еще меньше – в Преторианской гвардии. Одно из объяснений значительного присутствия бессов во флоте заключается в том, что они происходили из ветви, переселенной в Добруджу и, таким образом, привыкшей к плаванию; однако тот факт, что бессские моряки не достигли высоких званий во флоте, говорит о том, что у них, вероятно, не было предыдущего опыта морского дела. Таким образом, возможно, что присутствие бессов можно объяснить просто большим населением во время массового набора при Нероне и Домициане, последний из которых готовился к войне в Дакии. Однако традиционная научная мысль утверждает, что в римский период бессы стали синонимом всех фракийцев, живущих к югу от Дуная, и, следовательно, племенное название утратило этническое значение. Поэтому византийский автор Кекавмен писал, что влахи происходят от даков и бессов, которые мигрировали из своей родины между Дунаем и Савой в Эпир, Македонию и Элладу. Название бессов и его производные встречаются по всей территории Балкан, особенно в римский период. Бесс засвидетельствован среди древних жителей района современных Плевля и Приеполе. Он также встречается в римских поселениях ветеранов-легионеров Скупи (Colonia Flavia Aelia Scupi) и Апрусе (Colonia Claudia Apri). В Дакии он встречается в нескольких местах, включая Сармизегетусу Регия, Банатску Паланку и Апулум.

According to Herodotus, the Bessi were a sub tribe or branch of the Satrae intimately tied to the cult of Dionysus and responsible for interpreting the prophetic utterances of the prophetess at the deity's sanctuary, located on the highest summits of the land inhabited by the tribe. This prophetic role of the Bessi in the cult has led many scholars to suggest that they may have initially represented a priestly caste within the greater Satrae tribal group, and that membership into the community was intrinsically entwined with their cultic role and maintenance of the sanctuary of Dionysus. In c. 340 BCE, the Macedonian generals Antipater and Parmenion are noted as having conducted military campaigns in the lands of the Tetrachoritai as a part of Philip II of Macedon's subjugation of various Thracian polities. The aforementioned tribal group was believed by Strabo to have been the same as that of the Bessi, which he also refers to by the name of Tetrakomai. According to a modern reading of the sources, however, it is possible that the Tetrachoritai and other Thracian groups associated with the Bessi were originally smaller tribes that later became a part of a Bessian led tribal conglomerate, on the other hand, it is also possible that the tribal designation of Bessi (and its variations) later came to bear no true ethnic meaning and was applied by classical sources to a range of different Thracian tribes inhabiting the highlands of south western Thrace. Likewise, the Dii are believed to be related to the Bessi as Pliny the Elder records the ethnonym Diobessoi. Later in 184 or 183 BCE, the Bessi appear as among the Thracian tribes that were attacked by Philip V of Macedon. The Macedonian king had managed to push into the valley of the Hébros and captured Philippopolis, installing a garrison which was later driven out by the Odrysians. The Bessi would achieve their greatest prominence in the historical record in their conflicts with the expanding Roman state and the formation of Roman Macedonia in 146 BCE. Between the years 106 and 100 BCE, the Bessi would come into armed conflict with the consul Marcus Minucius Rufus who was distinguished in his campaigns against the Thracians, to the point in which the people of Delphi erected an equestrian statue in his honour. The statue bore a bilingual inscription which outlined the consul's victory against the Celtic Scordisci and "Bessi and the rest of the Thracians" (pros Bessous [k]ai tous loipous Thrai[kas]). A virtually identical statue is also noted as having been erected in Europus. The disparate locations of these statues suggests that the conflict was geographically broad and also attests to the military mobility of the Bessi, the inscriptions also present a change in the presentation of the Bessi, who are depicted as the most notable among the Thracians. In 72 BCE, following the retreat of Mithridates VI Eupator and his forces to Bithynia, Thrace was assigned to the proconsul of Macedonia, Marcus Terentius Varro Lucullus, who initiated a campaign against the Thracians and subjugated the Bessi, occupying the settlement of Uscudama – one of the Bessian tribal centres. In 29–8 BCE, the sacred sanctuary of Dionysus was taken from the Bessi by Marcus Licinius Crassus and given to the Odrysians, rivals of the Bessi and allies of the Romans. In response, the priest Vologaesus rallied the Bessi in c. 15–1 BCE, and managed to win a number of military victories against the Odrysian nobles Rhascyporis and Rhoemetacles. This conflict further supports the thesis that the identity of the Bessi prior to complete Roman subjugation was strongly linked and rooted to the sanctuary of Dionysus, and that their rivalry with the neighbouring pro Roman Thracians strengthened this tribal and geographic identity. According to Appian, the Bessi surrendered themselves to Augustus. As a result of their opposition to the Romans, there was a shift in the depiction of the Bessi which emphasised their war like and predatory natures. As such, Strabo refers to the tribe as being "called brigands even by the brigands". The stereotypical image of the Bessi would also become representative for all natives of Thrace as a whole, as is evidenced by a second century CE mural painting from Valentia, Hispania Tarraconensis, which depicts a Bessian woman next to other peoples exotic to the Romans. The ethnonym of the Bessi became less associated with the core tribe and their original geographic location, it became an identity that was readily abstracted onto the inhabitants of the south eastern Balkans. As a result of their conflicts with the Romans, a portion of the Bessi were forcibly resettled in the region of Dobruja, with the poet Ovid noting a community of Bessi living near Tomis. Epigraphic analysis attests to around 40–50 individuals bearing the ethnonym of Bessi or Bessus in the Roman imperial navy, while 22 appear in the auxiliary land forces, 5–7 in the equites singulares Augusti, and even less in the Praetorian Guard. One explanation for the significant presence of the Bessi in the navy maintains that they were from the branch that had been resettled in Dobruja and thus had become accustomed to sailing; however, the fact that the Bessian sailors did not reach high ranks within the navy suggests that they likely had no prior experience in seafaring. Thus, it is possible that the presence of the Bessi can simply be attributed to a larger population size during the time of mass recruitment under Nero and Domitian, the latter of which was preparing for a war in Dacia. However, traditional scholarship has argued that during the Roman period Bessi became a synonym for all Thracians living south of the Danube and thus the tribal name did not bear an ethnic meaning. Hence why the Byzantine author Kekaumenos wrote that the Vlachs stem from the Dacians and Bessi who had migrated from their homeland between the Danube and Sava, and into Epirus, Macedonia, and Hellas. The name Bessi and its related variations appear across the Balkans, particularly during the Roman period. Bessus is attested among the ancient locals of the area around modern Pljevlja and Prijepolje. It also appears in the Roman veteran legionary settlements of Scupi (Colonia Flavia Aelia Scupi) and Aprus (Colonia Claudia Apri). In Dacia it appears in several sites, including Sarmizegetusa Regia, Banatska Palanka, and Apulum.

Христианизация

К концу IV века Никетас, епископ Ремезианы в Дакии-Средиземноморье, принес христианство "этим горным волкам", Бессам. По сообщениям, его миссия была успешной, и поклонение Дионису и другим фракийским богам в конце концов было заменено христианством. В 570 году Антонин Плацентий писал, что в долинах горы Синай был монастырь, в котором монахи говорили по-гречески, латыни, сирийски, египетски и бессийски. Происхождение монастырей объясняется в средневековой агиографии, написанной Симеоном Метафрасте, в Vita Sancti Theodosii Coenobiarchae, в которой он писал, что святой Феодосий основал на берегу Мертвого моря монастырь с четырьмя церквями, в каждом из которых говорится на разных языках, среди которых был и Бессан. Место, где были основаны монастыри, называлось "Кутила", которое может быть фракийским именем.