Введение

Германское племя

Батавы — древнее германское племя, обитавшее в районе современной дельты Рейна, который римляне называли Батавией, со второй половины I века до н.э. по III век н.э. Это название также применялось к нескольким военным подразделениям, набранным римлянами из числа батавов. Название племени, вероятно, происходит от *batawjō («хороший остров», от германского *bat «хороший, отличный», родственного английскому «better», и *awjō «остров, земля у воды»), отражает плодородие региона, известного сегодня как плодородная долина Нидерландов (Бетуве). Обнаруженные деревянные таблички свидетельствуют о том, что по крайней мере часть батавов умела читать и писать.

Местоположение

Сами батавы не упоминаются Юлием Цезарем в его «Записках о Галльской войне» (Commentarii de Bello Gallico), хотя часто считается, что он основал германскую гвардию для своей династии, в которой, по крайней мере, в более поздних поколениях доминировали батавы. Однако он упомянул «Батавский остров» в реке Рейн. Самая восточная точка острова находится в месте разветвления Рейна на рукава Вааль и Нижний Рейн/Старый Рейн (отсюда и латинское название Insula Batavorum, «Остров батавов»). Гораздо позже Тацит писал, что батавы изначально были племенем чаттов, племенем в Германии, которое также никогда не упоминалось Цезарем (если они не были его «свебами»), и были вынуждены из-за внутренних распрей переселиться в новые земли. Время этого переселения неизвестно, но Цезарь описывает насильственные перемещения племен с востока в его эпоху, например, усипетов и тенктеров. Тацит также сообщает, что до их прибытия эта местность была «необитаемым краем на окраине Галлии, а также соседним островом, окруженным океаном спереди и рекой Рейн сзади и по обеим сторонам». Однако этому мнению противоречат археологические данные, свидетельствующие о непрерывном заселении, по крайней мере, с III века до нашей эры. Стратегическое значение высокого берега Вааля, обеспечивающего беспрепятственный обзор вглубь Трансрейнской Германии (Germania Transrhenana), впервые оценил Друз, построивший там массивную крепость (castra) и штаб (praetorium) в имперском стиле. Последний использовался до Батавского восстания. Археологические находки указывают на то, что батавы жили в небольших деревнях, состоящих из шести-двенадцати домов на очень плодородных землях между реками, занимаясь земледелием и скотоводством. Обнаружение лошадиных скелетов в захоронениях свидетельствует об их увлечении конницей. На южном берегу Вааля (в современном Неймегене) был построен римский административный центр, названный Oppidum Batavorum. Оппидум представлял собой укрепленный склад, где хранились и охранялись сокровища племени. Этот центр был разрушен во время Батавского восстания. Коллекция Сметия сыграла решающую роль в разрешении споров о точном местонахождении батавов.

Военные части

Первым известным нам батовским военачальником был Хариовальда, который возглавил атаку через реку Висургис (Везер) против черусков во главе с Арминием во время кампаний Германика в Германии Трансренеанской. Тацит (De origine et situ Germanorum XXIX) описал батавов как самое храброе из племен в этом регионе, закаленное в германских войнах, с когортами под командованием собственных вождей, переведенными в Британию. Они сохранили честь древней связи с римлянами, не были обязаны платить дань или налоги и использовались римлянами исключительно для войны: «Они поставляли Империи лишь людей и оружие», – отмечал Тацит. Они славились мастерством верховой езды и плавания – по словам Тацита, и люди, и лошади могли пересекать Рейн, не нарушая построения. Дион Кассий описывает эту тактику внезапности, примененную Аулсом Плавтием против «варваров» – британских кельтов – в битве при реке Медуэй в 43 году:

Варвары полагали, что римляне не смогут пересечь реку без моста, и поэтому небрежно расположили лагерь на противоположном берегу; но он отправил отряд германских племен, привыкших легко плавать в полном вооружении через самые бурные потоки. [ ] Тогда бриты отступили к реке Темзе в месте, где она впадает в океан и во время прилива превращается в озеро. Они легко переправились через нее, поскольку знали, где в этой местности находятся твердая почва и удобные переправы; но римлянам, пытавшимся последовать за ними, это не удалось. Однако германцы вновь переплыли реку, а некоторые другие перебрались по мосту немного выше по течению, после чего они атаковали варваров с нескольких сторон одновременно и перебили многих из них (Кассий Дион, Римская история, Книга 60:20). Неясно, как им удалось совершить этот подвиг. Поздний автор IV века, писавший о римском военном деле, Вегеций упоминает о солдатах, использовавших тростниковые плоты, тянувшиеся на кожаных веревках, для переброски снаряжения через реки. Однако источники указывают на то, что батавы могли переплывать реки, действительно нося полное вооружение и оружие. Это было бы возможно лишь при использовании какого-либо плавучего средства: Аммиан Марцеллин упоминает, что полк Корнути переплыл реку, держась на своих щитах «как на каноэ» (357). Поскольку щиты были деревянными, они могли обеспечить достаточную плавучесть.

Батавы использовались для формирования основной части личной германской гвардии императора от Августа до Гальбы. Они также предоставили контингент для их косвенных преемников – конных телохранителей императора, Equites singulares Augusti. Батавский контингент был задействован в десантной операции на остров Иннис-Мон (Англси), застав собравшихся друидов врасплох, поскольку они ожидали только римские корабли. Многочисленные алтари и надгробные плиты когорт батавов, датируемые II и III веками, были найдены вдоль стены Адриана, особенно в Кастелкари и Карроубурге, а также в Германии, Югославии, Венгрии, Румынии и Австрии.

Восстание батави

Несмотря на союз, один из высокопоставленных батавов, Юлий Пауль, если называть его римским именем, был казнен Фонтеем Капито по ложному обвинению в мятеже. Его родственник Гай Юлий Цивилис был представлен в цепях в Риме перед Нероном; хотя Галба и оправдал его, Цивилис остался в Риме, и когда он вернулся к своим соплеменникам в год потрясений в Римской империи, 69 год, он возглавил восстание батавов. Ему удалось захватить Кастру Ветеру, где римляне потеряли два легиона, в то время как два других (I Germanica и XVI Gallica) перешли под контроль повстанцев. Восстание стало серьезной угрозой для Империи, когда конфликт распространился на северную Галлию и Германию. Римская армия ответила вторжением на территорию Батавии. Через реку Набалия был построен мост, где противоборствующие стороны сошлись для переговоров о мире. Подробное описание событий содержится в IV книге "Истории" Тацита, однако, к сожалению, повествование обрывается на самом напряженном моменте. После подавления восстания Легион X Gemina был расквартирован в каменной кастре для наблюдения за батавами.

Судьба батави

Батавы упоминаются еще в 355 году, во время правления Констанция II (317–361), когда их остров уже контролировался салиями, франкским племенем, которое искало римской защиты там в 297 году после изгнания из своих земель саксами. Констанций Галл пополнил свои легионы жителями Батавии, "дисциплиной которых мы до сих пор пользуемся". Считается, что они слились с салиями незадолго до или после этого и, будучи изгнанными другим племенем (предположительно, хамавами), разделили их последующую миграцию в Токсандрию. В поздней римской армии существовало подразделение под названием Батави. Название баварского города Пассау происходит от римского поселения Batavis, названного в честь батавов. Название города древнее, что проявляется в типичных изменениях согласных, характерных для верхненемецкого диалекта (b > p, t > ss).

Батавское возрождение

В XVI веке возник популярный рассказ об основании и миф о происхождении голландского народа, в котором батавийцы стали считаться их предками во время национальной борьбы за независимость в ходе Восьмидесятилетней войны. Смесь вымысла и фактов в "Кронике ван Голландт, Зеландт эн Фрисланд" (известной как "Divisiekroniek") августинского монаха и гуманиста Корнелия Герарди Аврелия, впервые опубликованной в 1517 году, сделала немногочисленные замечания в недавно заново открытой "Германии" Тацита доступными широкой публике; она переиздавалась вплоть до 1802 года. Современные голландские добродетели – независимость, стойкость и трудолюбие – отчетливо прослеживались у батавийцев в более академических исторических трудах, таких как "Liber de Antiquitate Republicae Batavicorum" Гюго Гроция (1610). Это происхождение было увековечено в "Spiegel van Staat der Vereenigden Nederlanden" ("Зеркало государства Соединенных Нидерландов", 1706) Ромейна де Хоге, выдержавшей множество изданий, и вновь обрело популярность в атмосфере романтического национализма в конце XVIII века, в период реформ, приведших к кратковременной Батавской республике и, в колонии Голландской Ост-Индии, к столице, названной Батавией. Хотя с момента обретения Индонезией независимости город называется Джакарта, его жители и по сей день называют себя бетави или оранг бетави, то есть "люди Батавии" – название, восходящее к древним батавийцам. Успех этой истории о происхождении был во многом обусловлен антропологическим сходством, основанным на племенных знаниях. Благодаря своей политической и географической инклюзивности, это историческое видение отвечало потребностям голландского национального строительства и интеграции в период с 1890 по 1914 год. Однако недостаток этого исторического национализма вскоре стал очевиден: он предполагал отсутствие четких внешних границ, одновременно допуская формирование довольно определенных внутренних границ по мере поляризации общества на три части. После 1945 года племенные знания утратили свое влияние на антропологию и практически исчезли. Современные варианты мифа об основании Батавии становятся более точными благодаря признанию того, что батавийцы были лишь одной из составляющих родословной голландского народа – наряду с фризами, франками и саксами, – что подтверждается анализом ДНК. Отголоски этой культурной преемственности до сих пор можно найти в различных сферах современной голландской культуры, например, в очень популярной реплике корабля "Батавия", которую сегодня можно увидеть в Лелистаде.