Введение

Поэма Перси Бише Шелли "Аластор, или Дух одиночества" – это поэма Перси Бише Шелли, написанная с 10 сентября по 14 декабря 1815 года в Бишопскейте, недалеко от Виндзорского парка, и впервые опубликованная в 1816 году. Когда Шелли передал стихотворение своему современнику и другу Томасу Лаву Пикоку, оно оставалось без названия. Поэма состоит из 720 строк и считается одним из первых значительных произведений Шелли. Пикок предложил название "Аластор", взятое из римской мифологии. Пикок определил Аластора как "злого гения", однако это имя относится не к герою или поэту поэмы, а к духу, который божественно вдохновляет воображение поэта.

Резюме

В "Аласторе" рассказчик якобы повествует о жизни Поэта, который с жаром исследует самые сокровенные уголки природы в поисках "странных истин в неизведанных землях", путешествуя по Кавказским горам ("эфирные скалы Кавказа"), Персии, "Аравии", Кашмиру и "дикой Карманской пустыне". Поэт отвергает "аравийскую девушку" в стремлении к идеальному воплощению женственности. Однажды ночью, во время странствий, Поэт видит во сне "завуалированную девицу". Это таинственное видение приносит с собой предчувствие сверхъестественного мира, лежащего за пределами природы. Это сновидение служит посредником между естественным и сверхъестественным, будучи одновременно духом и проявлением человеческой любви. Когда Поэт пытается воссоединиться с духом, ночная тьма поглощает видение, разрывая его призрачную связь со сверхъестественным. Коснувшись безумия сверхъестественного, Поэт томительно ищет примирения со своим утраченным видением. Хотя его воображение жаждет воссоединения с бесконечностью, оно также неизбежно привязано к восприятию мира природы. Размышляя о смерти как о возможном шаге за грань сна в тот сверхъестественный мир, который он познал, Поэт замечает небольшую лодку ("маленький шалоп"), плывущую по близлежащей реке. Пассивно он садится в лодку, которую стремительно несет вниз по течению гладкая волна. Все глубже и глубже, к самому истоку природного мира, он устремляется. Подобно тому, как водная гладь поддерживает лодку, сверхъестественный мир "колыбелью" оберегает изменчивость и природы, и человека. По мере притупления чувств, воображение помогает ему ощутить сверхъестественное присутствие духа. Вместо того, чтобы воспринимать видение чувствами, Поэт воображает ее в угасающих образах проплывающих мимо природных объектов. Лодка движется вперед, к "неизмеримой бездне", и Поэт чувствует готовность погрузиться в сверхъестественный мир, прорвавшись через порог смерти. Достигнув "самой темной пропасти", Поэт в последний раз видит луну. Когда этот образ исчезает из его сознания, он, наконец, достигает трансцендентности в сверхъестественном мире. Путешествие к истокам природы привело, наконец, к имманентности в самой структуре природы и к миру, свободному от тления и перемен.

Критический прием

Отзывы на поэму «Аластор» были изначально негативными после её публикации в 1816 году. Джон Гибсон Локхарт из журнала Blackwood's Edinburgh Magazine опубликовал первую значительную положительную рецензию в ноябрьском номере 1819 года. Локхарт писал, что Шелли – «человек гения, мистер Шелли – поэт, почти в самом высоком смысле этого таинственного слова». Ли Хант похвалил «Аластор» в декабрьском номере журнала The Examiner. Современные критики подвергли поэму нападкам за её «неясность». В рецензии, опубликованной в «Месячном обозрении» за апрель 1816 года, критик писал: «Мы должны откровенно признать, что эти стихи превосходят наше понимание, и мы не нашли ключа к их возвышенной туманности, пока обращение к мистеру Вордсворту не объяснило, в какой школе автор сформировал свой вкус». В «Эклектическом обозрении» за октябрь 1816 года Джозиа Кондор писал: «Мы опасаемся, что даже этот комментарий [Предисловие Шелли] не позволит обычным читателям разгадать смысл большей части аллегории мистера Шелли. Всё дико и призрачно, неосязаемо и бессвязно, как сон. Мы были бы совершенно не в состоянии передать какую-либо чёткую идею о плане или цели поэмы». В «Британском критике» за май 1816 года рецензент отверг произведение как «безумие поэтического ума». Мэри Шелли в своей заметке о произведении написала: «Ни одно из стихотворений Шелли не является более характерным, чем это». Весной 1815 года Шелли ошибочно диагностировали как страдающего от чахотки. Шелли страдал от спазмов и имел абсцессы в лёгких. Он полностью выздоровел, но потрясение от предчувствия смерти отразилось в его творчестве. Мэри Шелли отметила, что произведение «было излиянием его собственных эмоций, воплощённых в самой чистой форме, которую он мог вообразить, написанных в идеальных тонах, которые вдохновляло его блестящее воображение, и смягчённых недавним предчувствием смерти». В своей биографии Джона Китса Сидни Колвин писал о влиянии «Аластора» на «Эндимиона» Китса: «Несомненно, Китс читал и был впечатлён «Аластором». «Аластор» оказал влияние на поэзию Уильяма Батлера Йейтса, чья собственная работа «Странствия Оисина» была вдохновлена поэмой Шелли.

Критический анализ

Критики приложили немало усилий, пытаясь установить личность Поэта. Одной из версий является Уильям Вордсворт, поскольку стихотворение обрамлено прямыми цитатами из его поэзии, а Шелли испытывал к творчеству Вордсворта глубоко амбивалентные чувства, что отражено в его сонете "К Вордсворту". Другой кандидат – Роберт Саути, которого Шелли очень ценил, а его поэма "Талаба-разрушитель", одна из любимых у Шелли, предвосхищает "Аластора" в плане образов и структуры повествования о странствиях. Шелли прислал Саути экземпляр этой книги. Отмечалось сходство образов с "Кубла-ханом" Сэмюэля Тейлора Колриджа, однако маловероятно, что Шелли читал эту поэму, поскольку она оставалась неопубликованной на момент создания "Аластора". Вероятно, сходство объясняется связью между "Талабой" и "Кубла-ханом", обе поэмы частично создавались в период тесного общения Саути и Колриджа. В 1912 году русский композитор Николай Мясковский написал симфоническую поэму "Аластор, Поэма по мотивам Шелли" (Op. 14), вдохновлённую произведением Шелли.