Введение

Персидский еврейский ученый, специалист по караитскому иудаизму, Бенджамин Нахаванди, или Бенджамин бен Моисей Нахавенди (بنیامین نهاوندی Nahāwandī;) был выдающимся персидским еврейским ученым в области караитского иудаизма. Его считали одним из величайших ученых-караимов раннего Средневековья. Историк-караим Соломон бен Йерохам считал его даже более значительным, чем Анан бен Давид. Его имя указывает на происхождение из Нахаванда, города в Иране (Персии).

Раввинские обряды

Одним из новшеств Бенджамина было принятие многих раввинских постановлений, ранее отвергавшихся караитами. Однако, в отличие от раввинов, он предоставил отдельным караитам свободу выбора – принимать или отвергать эти правила. Его позиция по этим вопросам суммирована в его труде «Сефер Диним» (Книга правил), где он пишет: «Что касается других правил, соблюдаемых и зафиксированных раббанитами, для которых я не нашел соответствующего библейского основания, я также записал их, чтобы вы могли соблюдать их по своему желанию». Например, Бенджамин поддерживал раввинскую концепцию херема, но с оговоркой, что провинившийся должен быть проклят в течение семи дней после отказа повиноваться вызову судьи, чтобы у него была возможность покаяться и подчиниться (Mas'at Binyamin 2a). Иронично, но некоторые ставят под сомнение его авторство комментария к Книге Исаии, считая его работой Саадии Гаона, одного из главных противников караизма.

Библейский толкования

Бенджамин временами обращался к раввинистическому толкованию Библии и полемизировал с интерпретациями Анан бен Давида. Таким образом, он, подобно раввинам, возражал против Анан бен Давида в том, что обязанность жениться на вдове бездетного брата распространяется лишь на брата умершего, а не на других родственников. Он принял талмудическую интерпретацию библейского текста о субботе – «Оставайтесь каждый на своем месте» (Исх. 16:29) – утверждая, что запрет, содержащийся в этом тексте, относится не к месту пребывания, а к расстоянию более 2000 локтей от города (ср. Илья Башази, «Аддерет», стр. 63).

Свобода мысли

Однако, несмотря на многочисленные уступки раввинизму, Бенджамин твердо придерживался принципа, сформулированного Ананом, – глубокого и самостоятельного изучения Писания. По мнению Бенджамина, не следует слепо полагаться на авторитеты, а нужно руководствоваться собственными убеждениями: сын может расходиться во взглядах с отцом, ученик – с учителем, если у них есть для этого веские основания. Для Бенджамина исследование было долгом, и он полагал, что ошибки, допущенные в результате искреннего поиска истины, не являются грехом (ср. комментарий Иефета бен Али, цитируемый в "Beiträge", II. 26).

Философия Библии

Бенджамин, по-видимому, написал труд, в котором изложил философские идеи, содержащиеся в Библии. Судя по цитатам, сделанным более поздними караимскими авторами, такими как Якуб аль-Киркисани, Йефет бен Али и Хадасси, Бенджамин испытал влияние филонических идей, при этом он воспринял мотазилитские теории о божественных атрибутах, свободе воли и других подобных вопросах, ранее изложенных Анан. Он полагает, что Бог слишком возвышен, чтобы соприкасаться с материальным миром, и идея о том, что материя произошла непосредственно от Бога, неприемлема. Бог сначала сотворил Славу ("Кабод"), затем Трон ("Киссе"), а после – Ангела. Этот Ангел создал мир, в котором он является представителем Бога. Сам Бог никогда не вступал в контакт с людьми и не говорил с Израилем на горе Синай. Закон и откровения пророкам исходили от Ангела, к которому относятся все антропоморфические выражения о Боге, встречающиеся в Библии (Хадасси, "Эшколь", 25b). Душа является частью тела и, следовательно, смертна. Библейские упоминания о награде и наказании применимы лишь к телу (Саадия, "Эмунот ве-ха-Деот", vi. 4). Эта теория о посреднической силе и система аллегорического толкования всех библейских отрывков, касающихся Бога, на которой Бенджамин неоднократно настаивает в своих комментариях к Библии, были заимствованы из сочинений и т.д. Магариях (людей пещер). Это и т.д., основание которого, в результате путаницы в тексте Шахрастани, ошибочно приписывалось Бенджамину, было отождествлено с эссеями Авраамом Харкави, который показал, что их называли "людьми пещер", поскольку они жили в пустыне. Бенджамин писал свои халахические работы на иврите.