Введение

Понятие в социальной психологии

Деиндивидуализация – это понятие в социальной психологии, которое обычно понимается как снижение осознания собственной индивидуальности в группе, хотя этот вопрос остаётся дискуссионным (см. ниже). Для социального психолога уровень анализа – это индивид в контексте социальной ситуации. В связи с этим, социальные психологи акцентируют внимание на роли внутренних психологических процессов. Другие социальные науки, такие как социология, больше сосредоточены на широких социальных, экономических, политических и исторических факторах, влияющих на события в конкретном обществе.

Обзор

Теории деиндивидуализации предполагают, что это психологическое состояние, характеризующееся снижением самооценки и уменьшением опасения оценки со стороны других, что приводит к антинормативному и растормаживающему поведению. Теория деиндивидуализации стремится объяснить различные формы антинормативного коллективного поведения, такие как насильственные толпы, линчевание и тому подобное. Эта теория также применялась к изучению геноцида и рассматривалась как объяснение антинормативного поведения в интернете и в компьютерно-опосредованном общении. Хотя обычно она анализируется в контексте негативных проявлений, таких как насилие толпы и геноцид, деиндивидуализация также может играть роль в позитивном поведении и переживаниях. Существуют различные точки зрения на то, как деиндивидуализация способствует возникновению антинормативного поведения, а также на то, как контекстуальные факторы влияют на механизмы этого явления. Деиндивидуализация – это утрата ощущения собственной индивидуальности в группе.

Основные теоретические подходы и история

В современной социальной психологии деиндивидуализация означает снижение чувства собственной индивидуальности, сопровождающееся поведением, не соответствующим личным или общественным нормам. Например, анонимный член толпы с большей вероятностью проявит насилие по отношению к полицейскому, чем известный человек. В определенном смысле, состояние деиндивидуализации может казаться привлекательным, если человек ощущает свободу действовать импульсивно, не задумываясь о возможных последствиях. Однако деиндивидуализация также связана с "агрессивным и асоциальным поведением".

Классические теории

Густав Ле Бон был одним из первых исследователей этого феномена в контексте толпы. Ле Бон представил свою теорию психологии толпы в своей публикации 1895 года «Толпа: исследование популярного разума». Французский психолог охарактеризовал свой предполагаемый эффект «коллективного мышления», при котором индивидуальные личности оказываются подчиненными коллективному мировоззрению толпы. Ле Бон рассматривал поведение толпы как «единодушное, эмоциональное и интеллектуально слабое». Он предположил, что потеря личной ответственности в толпе приводит к склонности всей группы вести себя примитивно и гедонистически. Эта возникающая ментальность, по мнению Ле Бона, принадлежит скорее коллективу, чем отдельному индивидууму, в результате чего индивидуальные черты подавляются. Уже тогда Ле Бон склонялся к пониманию деиндивидуализации как состояния, вызванного снижением ответственности, обусловленного определенной степенью анонимности, возникающей при членстве в толпе, где внимание смещается с самого себя на более стимулирующие внешние качества действий группы (которые могут быть крайними). Согласно этим теоретикам, то, что привлекает каждого члена в определенную группу, заставляет его уделять больше внимания группе, чем отдельным личностям. В качестве альтернативы, Р. Ц. Зиллер (1964) утверждал, что деиндивидуализация подвергает индивидуумов более специфическим ситуационным условиям. Например, он предположил, что в условиях поощрения люди имеют усвоенный стимул демонстрировать индивидуальные качества, чтобы получить признание; в то время как в условиях наказания люди имеют усвоенную тенденцию к деиндивидуализации посредством растворения в группе как способа распределения ответственности. Модель SIDE противопоставляет другие объяснения деиндивидуализации, связанные с уменьшением влияния самосознания. Дальнейшие объяснения, предложенные Райхером и др., указывают на то, что манипуляции, направленные на деиндивидуализацию, влияют на принятие норм не только через их воздействие на самоопределение, но и через их влияние на отношения власти между членами группы и их аудиторией. Классические и современные подходы сходятся в том, что основным компонентом теории деиндивидуализации является то, что деиндивидуализация приводит к «антинормативному и дезингибированному поведению».

Филип Зимбардо (1969)

Это исследование побудило Зимбардо сформулировать свою первоначальную теорию и модель деиндивидуализации, основанную на результатах его исследований. В одном из исследований участникам экспериментальной группы обеспечили анонимность, выдав им большие пальто и капюшоны, которые значительно скрывали их лица. Этих студенток Нью-Йоркского университета переодели в костюмы, напоминающие одежду членов Ку-клукс-клана, группами по четыре человека. В отличие от них, участники контрольной группы носили обычную одежду и бейджи с именами. Каждого участника помещали в комнату и давали задание "подвергать шоку" сообщника в другой комнате, варьируя интенсивность от легкой до опасной (подобно исследованию Стэнли Милграма 1963 года). Зимбардо заметил, что участники, находившиеся в анонимном состоянии, "подвергали шоку" сообщников дольше, что в реальной ситуации привело бы к большей боли, чем у участников неанонимной контрольной группы. Однако, второе исследование с участием солдат показало прямо противоположные результаты. Когда солдаты были опознаваемы, они "подвергали шоку" дольше, чем неопознаваемые солдаты. Зимбардо предположил, что анонимность могла вызвать у солдат чувство изоляции от своих товарищей. Эти исследования побудили Зимбардо изучить деиндивидуализацию и агрессию в условиях тюремного заключения, что будет рассмотрено в следующем исследовании.

Филип Зимбардо (1971)

Теперь, после публикации его книги «Эффект Люцифера», Стэнфордский тюремный эксперимент стал более широко известным исследованием и печально знаменит своей явной демонстрацией агрессии в ситуациях деиндивидуализации. Зимбардо создал имитацию тюремной среды в подвале здания психологии Стэнфордского университета, где случайным образом распределил 24 мужчины на роли охранников или заключенных. Эти мужчины были отобраны специально, поскольку не имели каких-либо отклонений в чертах личности (например, нарциссизма, авторитаризма, антисоциальности). Эксперимент, изначально запланированный на две недели, был прекращен уже через шесть дней из-за садистского обращения охранников с заключенными. Зимбардо объяснил это поведение деиндивидуализацией, вызванной погружением в группу и формированием сильной групповой динамики. Ряд факторов способствовал деиндивидуализации как охранников, так и заключенных. Заключенных заставляли носить одинаковую одежду – шапочки и больничные халаты – и идентифицировали только по присвоенному номеру, а не по имени. Охранникам также выдали униформу и солнцезащитные очки с зеркальными стеклами, скрывавшие их лица. Одежда охранников и заключенных привела к своего рода анонимности с обеих сторон, поскольку индивидуальные особенности мужчин были исключены. Кроме того, охранники столкнулись с эффектом диффузии ответственности, который позволял им снять с себя личную ответственность и переложить ее на вышестоящие инстанции. Несколько охранников отметили, что все они полагали, что кто-то другой остановил бы их, если бы они действительно перешли черту, поэтому они продолжали свое поведение. Зимбардо не остановил бы тюремный эксперимент, если бы одна из его аспиранток, Кристина Маслах, не выступила с критикой в его адрес.

Динер, Фрейзер, Биман и Келем (1976)

В этом классическом исследовании Динер и др. попросили женщину поставить миску с конфетами в гостиной для приходящих за угощениями. Наблюдатель был расположен вне поля зрения детей, чтобы фиксировать их поведение. В одном из условий женщина задавала детям вопросы, чтобы узнать, где они живут, кто их родители, как их зовут и т.п. В другом условии дети оставались полностью анонимными. Наблюдатель также регистрировал, приходили ли дети поодиночке или группами. В каждом случае женщина приглашала детей в дом, говорила, что ей нужно что-то сделать на кухне и ей необходимо выйти, а затем просила каждого взять только одну конфету. Анонимные группы значительно чаще, чем другие, брали больше одной конфеты. В 60% случаев анонимные группы детей брали больше одного куска, иногда даже всю миску. Анонимные дети, приходящие поодиночке, и идентифицированные группы разделили второе место, брали больше одной конфеты в 20% случаев. Наименьшее количество нарушений правила было зафиксировано в условии, когда дети приходили поодиночке и были идентифицированы – они брали больше одной конфеты только в 10% случаев.

Додд, Д. (1985)

Эксперимент Додда оценивает связь между деиндивидуализацией и анонимностью. Додд измерял реакцию испытуемых, спрашивая их, что бы они сделали (в рамках реальности), если бы их личность оставалась анонимной и они не несли бы никакой ответственности за свои действия. Ответы были сгруппированы в четыре категории: социально одобряемые, антисоциальные, отклоняющиеся от нормы и нейтральные. Результаты исследования показали, что 36% ответов были антисоциальными, 19% – отклоняющимися от нормы, 36% – нейтральными и лишь 9% – социально одобряемыми. Наиболее часто встречающимися ответами были преступные деяния. Данное исследование деиндивидуализации демонстрирует важность ситуативных факторов, в данном случае анонимности, при проявлении антисоциального поведения. Более того, исследование показывает, что личностные черты и характеристики не являются существенным предиктором поведения. В целом, исследование подтверждает концепцию деиндивидуализации, поскольку Додд обнаружил, что поведение меняется от типичного для конкретного человека к поведению, не отражающему его обычные решения.

Райхер, С., Левин, Р. М., Гордийн, Э. (1998)

В соответствии с социальными моделями идентичности, предложенными теорией деиндивидуализации, исследование, проведенное Райхером, Левином и Гордином, демонстрирует стратегическое влияние видимости на внутреннюю группу. Экспериментаторы предполагают, что повышение видимости среди членов внутренней группы впоследствии увеличивает их способность поддерживать друг друга против внешней группы – это также приводит к усилению проявления черт, присущих внутренней группе, которые обычно осуждаются внешней группой. Исследование было основано на дебатах о целесообразности запрета охоты на лис. Основное внимание экспериментаторов было сосредоточено на участниках, идентифицирующих себя как «противники охоты». В исследовании приняли участие тридцать студентов мужского и женского пола, среднего возраста 17 лет, обучающихся на первом курсе психологии уровня A-level в сельском городке на юго-западе Англии. Исследование состояло из двух отдельных сессий, в ходе которых участники прошли предварительное тестирование и были распределены в группы «за» или «против» охоты. Был приглашен представитель каждой точки зрения для обсуждения своих мнений с каждым участником индивидуально. Группу сторонников охоты переместили в другую комнату и дальнейшее их участие в исследовании прекратилось. Для условий низкой видимости внутренней группы часть участников, выступающих против охоты, были помещены в отдельные кабинки, где они не были видны другим участникам эксперимента. Оставшиеся участники, отнесенные к группе высокой видимости, были рассажены в круг, где каждый был виден всем на протяжении всего эксперимента. Затем обеим группам показали видео. После просмотра видео участникам выдали анкету, попросив указать свои имена на титульном листе, чтобы представитель внешней группы мог идентифицировать авторов анкеты перед обсуждением комментариев индивидуально. К удивлению экспериментаторов, эксперимент продемонстрировал обратное их гипотезе. Исследование показало, что участники с большей вероятностью выражали нормативное поведение, которое может быть наказано влиятельной внешней группой, когда они находились в поле зрения других членов своей внутренней группы. Экспериментаторы также обнаружили, что участники внутренней группы фактически выражали несогласие с ролями, навязанными самими экспериментаторами. Вместо простого объединения против охоты, некоторые участники внутренней группы возмущались тем, что им говорят, что их группа поддерживает определенные взгляды – некоторые считали себя умеренными сторонниками или противниками охоты. В этом случае сами экспериментаторы спровоцировали реакцию со стороны внутренней группы, которая впоследствии была проанализирована в ходе последующих экспериментов.

Ли, Э. Дж. (2007)

Это исследование, проведенное Ли, исследует влияние деиндивидуализации на групповую поляризацию. Групповая поляризация – это установленный факт, заключающийся в том, что после группового обсуждения люди склонны поддерживать более крайнюю позицию в направлении, уже преобладающем в группе. В исследовании Ли испытуемые были распределены либо в группу деиндивидуализации, либо в группу индивидуализации. Затем каждому испытуемому предлагалось ответить на вопросы и привести аргументы по поводу заданной дилеммы. После этого им были показаны решения их партнеров, и испытуемых попросили оценить убедительность и обоснованность представленных аргументов в целом. Анализируя полученные результаты, Ли пришла к нескольким выводам: групповая идентификация была положительно связана с групповой поляризацией. Ли подтвердила свою гипотезу о том, что испытуемые проявляют более сильную групповую идентификацию и большую поляризацию мнений в состоянии деиндивидуализации, чем в состоянии индивидуализации. Ли обнаружила, что чем сильнее участники идентифицировали себя со своими партнерами, тем более положительно они оценивали их аргументы, что проявлялось в групповом фаворитизме. Результаты исследования Ли показывают, что как участники с высокой групповой идентификацией, так и деиндивидуализированные испытуемые сообщали о значительно более высоком уровне осознания себя в обществе. В целом, данное исследование предоставляет убедительные данные, позволяющие укрепить предыдущие выводы относительно деиндивидуализации. Тот факт, что деиндивидуализация была связана с более сильной групповой поляризацией и идентификацией, соответствует базовым принципам деиндивидуализации: люди, более поляризованные и идентифицированные с группой, более склонны к нетипичному поведению и проявлению антинормативных действий.

Приложения

Деиндивидуализация – это воспринимаемая потеря индивидуальности и личной ответственности, которая может возникнуть, когда человек участвует в группе. Она может побудить человека сделать крупное пожертвование на благотворительность, но также может повысить вероятность участия в насилии толпы. Существует множество реальных примеров, демонстрирующих влияние деиндивидуализации. Деиндивидуализация может проявляться в самых разных ситуациях, таких как в полиции, армии, интернете, спортивных командах, бандах, культах и социальных организациях. Несмотря на кажущиеся различия, эти группы обладают множеством общих черт, которые способствуют деиндивидуализации и даже делают ее необходимой. Всем примерам присуще сильное стремление к групповой сплоченности. Полицейские, солдаты и спортсмены носят униформу, которая создает четкую групповую принадлежность, стирая индивидуальные различия в стиле. Мужчин в армии даже обязывают бриться наголо для большей унификации внешнего вида. Хотя банды, культы, братства и женские клубы не требуют такой же степени физической однородности, они также демонстрируют тенденцию к унификации внешнего вида для укрепления групповой идентичности. Например, у банды может быть символ, который они наносят в виде татуировки, чтобы обозначить свою принадлежность к группе. Члены братств и женских клубов часто носят одежду с символикой своей организации, чтобы их можно было легко идентифицировать. Уменьшая индивидуальные различия, эти группы становятся более сплоченными. Сплоченность группы может привести к тому, что ее члены теряют чувство собственного "я" в подавляющей групповой идентичности. Например, молодой человек в армии может идентифицировать себя различными индивидуальными характеристиками, однако, находясь в форме, с обритой головой и жетонами на шее, он может внезапно идентифицировать себя только как солдата. Аналогично, девушка, одетая в символику своего женского клуба и стоящая в толпе сестер, может почувствовать себя менее индивидуальной и больше как "Чи О" или "Тридельта". Физически соответствующие стандартам своих групп, члены этих групп подвергаются риску деиндивидуализации. Они могут начать воспринимать себя лишь как часть группы, утрачивая осознание того, что они являются индивидуумами, способными мыслить и действовать независимо от группы. Они могут совершать поступки, на которые обычно не решились бы из-за стеснительности, личной морали, самосознания или других факторов. Из-за снижения чувства ответственности и усиления групповой сплоченности и конформизма, члены этих групп могут действовать ненормативным образом. Деиндивидуализация часто происходит без непосредственного взаимодействия и является распространенным явлением в интернете. Ослабление обычных ограничений поведения, вызванное деиндивидуализацией, процветает в онлайн-среде и способствует кибербуллингу. Кроме того, считается, что деиндивидуализация в интернете является причиной широкой готовности к незаконной загрузке программного обеспечения. Один исследователь проверил гипотезу о том, что "люди, предпочитающие анонимность и псевдонимность при взаимодействии в интернете, с большей вероятностью будут пиратить программное обеспечение", но обнаружил, что ни анонимность, ни псевдонимность не предсказывают случаи самоотчетов о пиратстве программного обеспечения. От угощения напитками целого бара незнакомцев до совершения тяжких преступлений, таких как убийство или изнасилование, деиндивидуализация может подтолкнуть людей к действиям, которые они считали невозможными.

Противоречия

Были высказаны сомнения относительно внешней валидности исследований деиндивидуализации. По мере развития теории деиндивидуализации некоторые исследователи полагают, что она упустила из виду динамичный внутри- и межгрупповой контекст коллективного поведения, который она стремится смоделировать. Определенные эксперименты, такие как исследования послушания Милграма (1974), демонстрируют конформизм требованиям экспериментатора; однако исследовательская парадигма в этом эксперименте очень похожа на некоторые, используемые в исследованиях деиндивидуализации, за исключением того, что роль экспериментатора обычно не принимается во внимание в подобных случаях. Более существенная критика заключается в том, что наше понимание антинормативного поведения, вызываемого деиндивидуализацией, основано на социальных нормах, что проблематично, поскольку нормы по своей природе изменчивы и зависят от конкретной ситуации. Это объяснение противоречит первоначальной теории деиндивидуализации Зимбардо, утверждающей, что деиндивидуализация усиливает антинормативное поведение независимо от внешних стимулов. Исследователи, изучающие эффекты деиндивидуализации в контексте ситуативных норм, поддерживают модель социальной идентичности эффектов деиндивидуализации.