Эпоха Верховного суда Уоррена (1953–1969)

Введение

Период Верховного суда США с 1953 по 1969 год

Суд Уоррена – это период в истории Верховного суда Соединенных Штатов с 1953 по 1969 год, когда Эрл Уоррен занимал пост председателя суда. Суд Уоррена часто считается самым либеральным судом в истории США. Суд Уоррена значительно расширил гражданские права, гражданские свободы, полномочия судебной власти и федеральной власти. Широко признано, что суд, под руководством либерального крыла, произвел значительную "конституционную революцию" в истории США. Суд Уоррена установил принцип "один человек – один голос" в Соединенных Штатах посредством серии решений и ввел предупреждение Миранды. Кроме того, суд вызвал как одобрение, так и критику за прекращение юридически закрепленной расовой сегрегации в Соединенных Штатах, включение Билля о правах (то есть его применение через 14-ю поправку и пункт о надлежащей правовой процедуре) и запрет на официально санкционированную добровольную молитву в государственных школах. Этот период признан наиболее либеральным этапом в истории судебной власти, оказавшим существенное и продолжающееся влияние. efn|"Эли пошел еще дальше, утверждая, что некоторые группы систематически оказываются в невыгодном положении в демократическом процессе, и что, защищая "изолированные и уязвимые меньшинства", суды также укрепляют демократию."

Другие отрасли

Среди президентов в период деятельности этого суда были Дуайт Д. Эйзенхауэр, Джон Ф. Кеннеди, Линдон Б. Джонсон и Ричард Никсон. В период деятельности этого суда работали 83-й по 91-й Конгрессы Соединенных Штатов.

Руководство Уоррена

Одним из ключевых факторов лидерства Уоррена был его политический опыт: он прослужил два с половиной срока губернатором Калифорнии (1943–1953) и был кандидатом от Республиканской партии на пост вице-президента в 1948 году (в качестве партнера по предвыборному списку Томаса Э. Дьюи). Уоррен привносил твердую веру в способность закона исправлять недостатки. По мнению историка Бернарда Шварца, Уоррен рассматривал закон прагматично, как инструмент для достижения справедливости и беспристрастности. Шварц утверждает, что подход Уоррена был наиболее эффективен "в тех случаях, когда политические институты не выполняли свою обязанность по решению таких проблем, как сегрегация и перераспределение избирательных округов, а также в случаях нарушения конституционных прав обвиняемых". Важным аспектом лидерства Уоррена была его ориентация на широкие этические принципы, а не на узкие интерпретативные рамки. Описывая последние как "традиционные модели рассуждений", профессор Г. Эдвард Уайт предполагает, что Уоррен часто отступал от них в таких принципиально новых делах, как Brown v. Board of Education, Reynolds v. Sims и Miranda v. Arizona, где традиционные прецеденты были против него. Уайт считает, что принципы Уоррена "были философскими, политическими и интуитивными, а не юридическими в обычном техническом смысле". Лидерство Уоррена характеризовалось замечательным консенсусом в суде, особенно по наиболее спорным вопросам. К ним относятся Brown v. Board of Education, Gideon v. Wainwright и Cooper v. Aaron, которые были решены единогласно, а также Abington School District v. Schempp и Engel v. Vitale, каждое из которых отменило обязательные религиозные чтения в школах при одном голосе против. В необычном шаге решение по делу Cooper было подписано всеми девятью судьями, а три новых члена суда добавили, что они поддерживают и присоединились бы к решению суда по делу Brown v. Board. Фэллон отмечает, что "некоторые были в восторге от подхода суда Уоррена. Многие профессора права были озадачены, часто сочувствуя результатам суда, но сомневаясь в обоснованности его конституционных рассуждений. И, конечно, некоторые были возмущены".

One of the primary factors in Warren's leadership was his political background, having served two and a half terms as Governor of California (1943–1953) and experience as the Republican candidate for vice president in 1948 (as running mate of Thomas E. Dewey). Warren brought a strong belief in the remedial power of law. According to historian Bernard Schwartz, Warren's view of the law was pragmatic, seeing it as an instrument for obtaining equity and fairness. Schwartz argues that Warren's approach was most effective "when the political institutions had defaulted on their responsibility to try to address problems such as segregation and reapportionment and cases where the constitutional rights of defendants were abused." A related component of Warren's leadership was his focus on broad ethical principles, rather than narrower interpretative structures. Describing the latter as "conventional reasoning patterns," Professor G. Edward White suggests Warren often disregarded these in groundbreaking cases such as Brown v. Board of Education, Reynolds v. Sims and Miranda v. Arizona, where such traditional sources of precedent were stacked against him. White suggests Warren's principles "were philosophical, political, and intuitive, not legal in the conventional technical sense." Warren's leadership was characterized by remarkable consensus on the court, particularly in some of the most controversial cases. These included Brown v. Board of Education, Gideon v. Wainwright, and Cooper v. Aaron, which were unanimously decided, as well as Abington School District v. Schempp and Engel v. Vitale, each striking down religious recitations in schools with only one dissent. In an unusual action, the decision in Cooper was personally signed by all nine justices, with the three new members of the Court adding that they supported and would have joined the Court's decision in Brown v. Board. Fallon says that, "Some thrilled to the approach of the Warren Court. Many law professors were perplexed, often sympathetic to the Court's results but skeptical of the soundness of its constitutional reasoning. And some of course were horrified."

Исторически значимые решения

Важные решения, принятые в годы судейства Уоррена, включали признание политики сегрегации в государственных школах (Brown v. Board of Education) и законов, запрещающих межрасовые браки (Loving v. Virginia) неконституционными; установление, что Конституция защищает общее право на частную жизнь (Griswold v. Connecticut); признание того, что штаты обязаны соблюдать решения Верховного суда и не могут их игнорировать (Cooper v. Aaron); запрет на установление обязательной молитвы (Engel v. Vitale) или обязательного чтения Библии (Abington School District v. Schempp) в государственных школах; существенное расширение сферы действия доктрины инкорпорации (Mapp v. Ohio, Miranda v. Arizona); включение принципа равной защиты в Пятую поправку (Bolling v. Sharpe); установление, что штаты не могут формировать палаты своих законодательных собраний по образцу Сената Соединенных Штатов (Reynolds v. Sims); и признание того, что Конституция требует активного соблюдения закона (Gideon v. Wainwright). Расовая сегрегация: Brown v. Board of Education, Bolling v. Sharpe, Cooper v. Aaron, Gomillion v. Lightfoot, Griffin v. County School Board, Green v. School Board of New Kent County, Lucy v. Adams, Loving v. Virginia, Boynton v. Virginia
Голосование, перераспределение округов и непропорциональное представительство: Baker v. Carr, Reynolds v. Sims, Wesberry v. Sanders
Уголовное судопроизводство: Brady v. Maryland, Mapp v. Ohio, Miranda v. Arizona, Escobedo v. Illinois, Gideon v. Wainwright, Katz v. United States, Terry v. Ohio
Свобода слова: New York Times Co. v. Sullivan, Brandenburg v. Ohio, Yates v. United States, Roth v. United States, Jacobellis v. Ohio, Memoirs v. Massachusetts, Tinker v. Des Moines School District
Принцип разделения церкви и государства: Engel v. Vitale, Abington School District v. Schempp
Свобода вероисповедания: Sherbert v. Verner
Право на частную жизнь и репродуктивные права: Griswold v. Connecticut
Жестокие и необычные наказания: Trop v. Dulles, Robinson v. California

Роль Уоррена

Уоррен занял свое место 11 января 1954 года по временному назначению президента Эйзенхауэра; Сенат утвердил его через шесть недель. Несмотря на отсутствие судебного опыта, годы работы в окружной прокуратуре округа Аламеда и в качестве генерального прокурора штата дали ему гораздо больше практических знаний закона, чем у большинства других членов Верховного суда. Главным преимуществом Уоррена, благодаря которому многие его почитатели называли его «Супер-главным», было его политическое умение влиять на других судей. Со временем его способность руководить судом, формировать большинство для принятия важных решений и вдохновлять либеральные силы по всей стране перевешивала его интеллектуальные недостатки. Уоррен осознавал свою слабость и попросил старшего судью, Хьюго Л. Блэка, председательствовать на заседаниях, пока он не освоится. Быстро обучаясь, Уоррен вскоре стал главным судьей и по имени, и по сути. Когда Уоррен присоединился к суду в 1954 году, все судьи были назначены Франклином Д. Рузвельтом или Трумэном, и все они были убежденными либералами «Нового курса». Они расходились во мнениях относительно роли судов в достижении либеральных целей. Суд был расколот на две враждующие группировки. Феликс Франкфуртер и Роберт Х. Джексон возглавили одну группировку, которая настаивала на судебной сдержанности и считала, что суды должны уступать полномочиям Белого дома и Конгресса в вопросах политики. Хьюго Блэк и Уильям О. Дуглас возглавили противоположную группировку, которая соглашалась с тем, что суд должен учитывать позицию Конгресса в вопросах экономической политики, но полагала, что судебная повестка дня изменилась: от вопросов прав собственности к вопросам индивидуальных свобод, и в этой сфере суды должны играть более важную роль. Вера Уоррена в то, что судебная власть должна стремиться к справедливости, сближала его со второй группировкой, хотя он не получил устойчивого большинства до выхода Франкфуртера на пенсию в 1962 году.

Решения

Уоррен оказался более либеральным судьей, чем кто-либо предполагал. Уоррену удалось добиться целой серии знаковых решений, поскольку он сформировал успешную коалицию. Когда Франкфуртер вышел в отставку в 1962 году, а президент Джон Ф. Кеннеди назначил адвоката профсоюза Артура Голдберга на его место, Уоррен наконец получил пятый голос, необходимый для его либерального большинства. Уильям Дж. Бреннан-младший, либеральный демократ, назначенный Эйзенхауэром в 1956 году, был интеллектуальным лидером группировки, в которую входили Блэк и Дуглас. Бреннан дополнял политический талант Уоррена сильными юридическими знаниями, которых Уоррену не хватало. Уоррен и Бреннан встречались до регулярных совещаний, чтобы разработать свою стратегию.

Браун против Совета по образованию (1954)

Дело «Браун против Совета по образованию» запретило сегрегацию в государственных школах. Первое дело поставило лидерские качества Уоррена на исключительное испытание. Фонд юридической защиты NAACP (небольшая юридическая группа, созданная по налоговым соображениям из гораздо более известной NAACP) вел систематическую юридическую борьбу против доктрины «раздельные, но равные», сформулированной в деле «Плесси против Фергюсона» (1896), и, наконец, оспорил решение по делу «Плесси» в серии из пяти связанных дел, которые были рассмотрены в Суде весной 1953 года. Однако судьи не смогли принять решение по этому вопросу и попросили пересмотреть дело осенью 1953 года, с особым вниманием к тому, запрещает ли положение о равной защите Четырнадцатой поправки функционирование отдельных государственных школ для белых и афроамериканцев. В то время как все, кроме одного судьи, лично отвергли сегрегацию, сторонники сдержанности усомнились, дает ли Конституция Суду полномочия для приказания прекратить ее. Сторонники Уоррена считали, что Четырнадцатая поправка предоставляет необходимые полномочия и настаивали на продолжении работы. Уоррен, занимавший лишь временную должность, воздерживался от высказываний, пока Сенат, где доминировали южане, не утвердил его назначение. После устных прений Уоррен сказал своим коллегам, что считает сегрегацию нарушением Конституции и что только если считать афроамериканцев неполноценными по сравнению с белыми, эту практику можно оправдать. Но он не стал добиваться голосования. Вместо этого он разговаривал с судьями и поощрял их к общению друг с другом, стремясь найти общую основу, на которой все могли бы стоять. В конце концов, он получил восемь голосов, и последний противник, Стэнли Рид из Кентукки, согласился присоединиться к остальным. Уоррен подготовил основное заключение по делу «Браун против Совета по образованию» (1954) и продолжал распространять и пересматривать его, пока не получил заключение, одобренное всеми членами Суда. Достигнутое Уорреном единогласие способствовало ускорению процесса десегрегации государственных школ, который произошел при президенте Ричарде М. Никсоне. На протяжении всего срока пребывания в должности Уоррену удавалось сохранять единогласие по всем решениям, касающимся сегрегации. Решение по делу «Браун» касалось школ, но вскоре Суд расширил эту концепцию на другие действия штатов, отменив расовую классификацию во многих областях. Конгресс утвердил этот процесс в Законе о гражданских правах 1964 года и Законе об избирательных правах 1965 года. Уоррен пошел на компромисс, согласившись с требованием Франкфуртера о том, чтобы Суд действовал медленно при реализации десегрегации; Уоррен использовал предложение Франкфуртера включить в решение 1955 года (Браун II) фразу «со всей возможной скоростью». Решение по делу «Браун» 1954 года в драматической форме ознаменовало радикальный сдвиг в приоритетах Суда и страны от вопросов прав собственности к гражданским свободам. При Уоррене суды стали активным партнером в управлении страной, хотя и не равноправным. Уоррен никогда не рассматривал суды как ветвь власти, ориентированную на прошлое. Решение по делу «Браун» было мощным моральным заявлением. Его биограф заключает: «Если бы Уоррена не было в Суде, решение по делу «Браун», возможно, не было бы единогласным и не вызвало бы морального подъема, который способствовал бы возникновению движения за гражданские права 1960-х годов. Уоррен никогда не был юристом уровня Франкфуртера или выдающимся сторонником определенных доктрин, как Блэк и Дуглас. Вместо этого он считал, что во всех ветвях власти решающими являются здравый смысл, порядочность и элементарная справедливость, а не stare decisis (то есть, опора на предыдущие решения Суда), традиция или текст Конституции. Он хотел результатов, которые, по его мнению, отражали лучшие американские устремления. Он считал расовую сегрегацию просто неправильной, и дело «Браун», несмотря на свои доктринальные недостатки, остается знаковым решением прежде всего из-за интерпретации Уорреном положения о равной защите.

Brown v. Board of Education banned the segregation of public schools. The very first case put Warren's leadership skills to an extraordinary test. The Legal Defense Fund of the NAACP (a small legal group formed for tax reasons from the much better known NAACP) had been waging a systematic legal fight against the "separate but equal" doctrine enunciated in Plessy v. Ferguson (1896) and finally had challenged Plessy in a series of five related cases, which had been argued before the Court in the spring of 1953. However the justices had been unable to decide the issue and asked to rehear the case in fall 1953, with special attention to whether the Fourteenth Amendment's Equal Protection Clause prohibited the operation of separate public schools for whites and blacks. While all but one justice personally rejected segregation, the self restraint faction questioned whether the Constitution gave the Court the power to order its end. Warren's faction believed the Fourteenth Amendment did give the necessary authority and were pushing to go ahead. Warren, who held only a recess appointment, held his tongue until the Senate, dominated by southerners, confirmed his appointment. Warren told his colleagues after oral argument that he believed segregation violated the Constitution and that only if one considered African Americans inferior to whites could the practice be upheld. But he did not push for a vote. Instead, he talked with the justices and encouraged them to talk with each other as he sought a common ground on which all could stand. Finally he had eight votes, and the last holdout, Stanley Reed of Kentucky, agreed to join the rest. Warren drafted the basic opinion in Brown v. Board of Education (1954) and kept circulating and revising it until he had an opinion endorsed by all the members of the Court. The unanimity Warren achieved helped speed the drive to desegregate public schools, which came about under President Richard M. Nixon. Throughout his tenure in the bench, Warren succeeded in keeping all decisions concerning segregation unanimous. Brown applied to schools, but soon the Court enlarged the concept to other state actions, striking down racial classification in many areas. Congress ratified the process in the Civil Rights Act of 1964 and the Voting Rights Act of 1965. Warren did compromise by agreeing to Frankfurter's demand that the Court go slowly in implementing desegregation; Warren used Frankfurter's suggestion that a 1955 decision (Brown II) include the phrase "all deliberate speed." The Brown decision of 1954 marked, in dramatic fashion, the radical shift in the Court's and the nation's priorities from issues of property rights to civil liberties. Under Warren the courts became an active partner in governing the nation, although still not coequal. Warren never saw the courts as a backward looking branch of government. The Brown decision was a powerful moral statement. His biographer concludes, "If Warren had not been on the Court, the Brown decision might not have been unanimous and might not have generated a moral groundswell that was to contribute to the emergence of the civil rights movement of the 1960s. Warren was never a legal scholar on par with Frankfurter or a great advocate of particular doctrines, as were Black and Douglas. Instead, he believed that in all branches of government common sense, decency, and elemental justice were decisive, not stare decisis (that is, reliance on previous Court decisions), tradition, or the text of the Constitution. He wanted results that in his opinion reflected the best American sentiments. He felt racial segregation was simply wrong, and Brown, whatever its doctrinal defects, remains a landmark decision primarily because of Warren's interpretation of the equal protection clause.

Перераспределение

Дела "Один человек – один голос" (Бейкер против Карра и Рейнольдс против Симса) 1962–1964 годов положили конец чрезмерному представительству сельских районов в законодательных собраниях штатов, а также недостаточному представительству пригородов. Центральные города, которые долгое время были недостаточно представлены, теперь теряли население в пользу пригородов и не пострадали в значительной степени. Приоритет Уоррена в вопросах справедливости определил и другие важные решения. В 1962 году, несмотря на резкие возражения Франкфурта, Суд согласился с тем, что вопросы, касающиеся непропорционального представительства в законодательных собраниях штатов, не являются политическими и, следовательно, не выходят за рамки его юрисдикции. На протяжении многих лет малонаселенные сельские районы лишали крупные города равного представительства в законодательных собраниях штатов. В Калифорнии, где действовал Уоррен, округ Лос-Анджелес имел всего одного сенатора штата. Города давно прошли свой пик развития, и теперь недостаточно представлены были пригороды со средним достатком. Франкфурт настаивал на том, что Суд должен избегать этого "политического поля боя" и предупреждал, что он никогда не сможет выработать четкую формулу для руководства нижестоящими судами в ожидаемом шквале судебных исков. Однако Дуглас нашел такую формулу: "один человек – один голос". В ключевом деле о распределении мест в законодательных собраниях Рейнольдс против Симса (1964) Уоррен преподал урок основ гражданственности: "В той мере, в которой право гражданина на голосование ущемляется, он в той же мере перестает быть полноценным гражданином", – заявил Уоррен. "Вес голоса гражданина не может зависеть от места его проживания. Это ясное и недвусмысленное предписание о равной защите, содержащееся в нашей Конституции". В отличие от дел о десегрегации, в данном случае Суд потребовал немедленных действий, и, несмотря на громкие протесты сельских законодателей, Конгрессу не удалось набрать две трети голосов, необходимых для принятия конституционной поправки. Штаты подчинились, быстро и без особых проблем перераспределили места в своих законодательных собраниях. Многие комментаторы пришли к выводу, что перераспределение стало главной "историей успеха" Суда во главе с Уорреном.

Надлежащий судебный процесс и права ответчиков (19631966)

В деле «Гидеон против Уэйнрайт» Суд постановил, что Шестая поправка к Конституции требует, чтобы всем нуждающимся в защите уголовным обвиняемым предоставлялся адвокат за государственный счет (закон штата Флорида в то время требовал назначения бесплатного адвоката нуждающимся обвиняемым только по делам, наказуемым смертной казнью); в деле «Миранда против Аризоны» было установлено, что определенные права лица, подвергающегося допросу в полицейском участке, должны быть четко разъяснены, включая право на адвоката (часто называемое «предупреждением Миранды»). Хотя большинство американцев в конечном итоге согласились, что решения Суда по вопросам десегрегации и перераспределения избирательных округов были справедливыми и правильными, разногласия относительно «революции надлежащей правовой процедуры» продолжаются и в XXI веке. Уоррен возглавил направление в области уголовного правосудия; несмотря на годы работы в качестве строгого прокурора, он всегда настаивал на том, что полиция должна действовать по закону, иначе обвиняемый должен быть освобожден. Уоррен был возмущен тем, что он считал злоупотреблениями полиции, которые варьировались от обысков без ордера до принудительных признаний. Суд Уоррена обязал предоставлять адвокатов нуждающимся обвиняемым в деле «Гидеон против Уэйнрайт» (1963 г.) и запретил прокурорам использовать доказательства, полученные в результате незаконных обысков, в деле «Мапп против Огайо» (1961 г.). Знаменитое дело «Миранда против Аризоны» (1966 г.) суммировало философию Уоррена. Каждый, даже обвиняемый в преступлении, по-прежнему обладает конституционно защищенными правами, и полиция должна уважать эти права и выдавать специальное предупреждение при аресте. Уоррен не верил в попустительство преступникам; поэтому в деле «Терри против Огайо» (1968 г.) он предоставил сотрудникам полиции право останавливать и обыскивать лиц, в отношении которых у них есть разумные основания полагать, что они вооружены. Консерваторы гневно осудили «связывание рук полиции». В последующие годы уровень насильственных преступлений и убийств резко возрос по всей стране; например, в Нью-Йорке, после устойчивой тенденции к снижению до начала 1960-х годов, уровень убийств удвоился в период с 1964 по 1974 год – с чуть менее 5 на 100 000 в начале этого периода до чуть менее 10 на 100 000 в 1974 году. Существуют разногласия относительно причин этого явления: консерваторы обвиняют решения Суда, а либералы указывают на демографический взрыв и увеличение урбанизации и неравенства доходов, характерные для той эпохи. После 1992 года уровень убийств резко снизился.

In Gideon v. Wainwright, the Court held that the Sixth Amendment required that all indigent criminal defendants receive publicly funded counsel (Florida law at that time required the assignment of free counsel to indigent defendants only in capital cases);
Miranda v. Arizona, required that certain rights of a person interrogated while in police custody be clearly explained, including the right to an attorney (often called the "Miranda warning"). While most Americans eventually agreed that the Court's desegregation and apportionment decisions were fair and right, disagreement about the "due process revolution" continues into the 21st century. Warren took the lead in criminal justice; despite his years as a tough prosecutor, he always insisted that the police must play fair or the accused should go free. Warren was privately outraged at what he considered police abuses that ranged from warrantless searches to forced confessions. Warren’s Court ordered lawyers for indigent defendants, in Gideon v. Wainwright (1963), and prevented prosecutors from using evidence seized in illegal searches, in Mapp v. Ohio (1961). The famous case of Miranda v. Arizona (1966) summed up Warren's philosophy. Everyone, even one accused of crimes, still enjoyed constitutionally protected rights, and the police had to respect those rights and issue a specific warning when making an arrest. Warren did not believe in coddling criminals; thus in Terry v. Ohio (1968) he gave police officers leeway to stop and frisk those they had reason to believe held weapons. Conservatives angrily denounced the "handcuffing of the police." Violent crime and homicide rates shot up nationwide in the following years; in New York City, for example, after steady to declining trends until the early 1960s, the homicide rate doubled in the period from 1964 to 1974 from just under 5 per 100,000 at the beginning of that period to just under 10 per 100,000 in 1974. Controversy exists about the cause, with conservatives blaming the Court decisions, and liberals pointing to the demographic boom and increased urbanization and income inequality characteristic of that era. After 1992 the homicide rates fell sharply.

Первая поправка

Суд Уоррена также стремился расширить сферу применения Первой поправки к Конституции США. Решение суда, запрещающее обязательную школьную молитву в деле "Энгель против Витале" (1962), вызвало резкие протесты консерваторов, эхо которых докатилось до XXI века.

Другие вопросы

Уоррен работал над распространением действия Билля о правах на штаты, применяя его к ним. Более того, в одном из важнейших дел, рассмотренных Судом – Griswold v. Connecticut (1965) – Суд во главе с Уорреном подтвердил конституционно защищенное право на частную жизнь, основанное на пункте о надлежащей правовой процедуре Четырнадцатой поправки, также известном как процессуальное право по существу. Это решение имело решающее значение даже после ухода Уоррена в отставку (и трагической кончины Фортаса) для исхода дела Roe v. Wade, признавшего конституционное право на аборт. За исключением решений о десегрегации, немногие решения принимались единогласно. Выдающийся ученый-юрист судья Джон Маршалл Харлан II сменил Франкфуртера в роли сторонника самоограничения Суда, к которому часто присоединялись Поттер Стюарт и Байрон Р. Уайт. Однако с назначением Тёргуда Маршалла, первого афроамериканского судьи (и первого судьи неевропейской расы), и Эба Фортаса (вместо Голдберга), Уоррен мог рассчитывать на шесть голосов в большинстве дел.