Японская философия: история и основные течения.

Введение

Обзор японской философии

Японская философия исторически представляла собой сплав местных синтоистских верований и континентальных религий, таких как буддизм, даосизм и конфуцианство. Ранее испытав сильное влияние китайской и индийской философии, в частности, Митогаку и Дзэн, современная японская философия в значительной степени подвержена влиянию западной философии.

Древняя и средневековая мысль

До того, как феодализм окончательно утвердился в Японии, буддизм занимал центральное место в японской мысли. Буддийская культура, политически внедрённая принцем Сётоку, оформилась в концепцию "защиты государства" в период Нара. С началом периода Хэйан (794–1185) на смену концепции "защиты государства" пришла широко распространённая форма эзотерического буддизма, известная как миккё. Однако в поздний аристократический период, когда из-за "веры в угасание буддизма в последние времена" был популярен пессимизм, движения Чистой Земли распространялись, вселяя надежду на "будущую жизнь" как способ преодолеть отчаяние, вызванное "жизнью в этом мире". В период Камакура (1185–1333), когда к власти пришёл класс самураев, появился "новый" буддизм, ориентированный на этот новый правящий класс.

Прибытие буддизма и его раннее влияние на Японию

В древней Японии приход буддизма тесно связан с национальным строительством и централизацией власти. Принц Сётоку и клан Сога боролись и победили клан Мононобе, который ведал древней японской религией, и разработали план государственного управления, основанный на объединении системы правовых кодексов и буддизма. Сотрудничая с кланом Сога, принц Сётоку, регент императрицы Суйко, проявил глубокое понимание «зарубежного» буддизма и планировал стабилизировать национальную политику посредством буддизма. Учение о том, что национальный мир и безопасность достигаются силой буддизма, называется учением о «обеспечении благополучия страны». В период Нара, особенно во времена императора Сёму, по всей стране были возведены храмы Кокубун-дзи и Кокубун-ни-дзи, а в Наре – храм Тодай-дзи и статуя Дайбуцу. Буддийская политика государства достигла своего пика в период Нара, о чем свидетельствует прибытие Дзяньчжэня из династии Тан, который принес в храм Тодай-дзи императорскую платформу для принятия обетов.

В то время как буддизм периода Нара следовал лишь учению о «обеспечении благополучия страны», буддизм периода Хэйан приносил не только национальный мир и безопасность, но и личную мирскую выгоду. Поскольку последователи буддизма периода Хэйан часто практиковали суровые аскезы, заклинания и молитвы в горах, этот буддизм стали называть миккё. Кукай, буддийский монах, изучал китайский эзотерический буддизм во время дипломатической миссии при китайском дворе и объединил японский буддизм с китайскими эзотерическими практиками, сформировав японский буддизм Сингон. Сайчо, буддийский монах, также совершивший путешествие в Китай, изучил практики китайской секты Тэндай и утверждал, что учение Лотосовой сутры должно быть основой японского буддизма. К концу эпохи Хэйан земная направленность буддизма периода Хэйан привела буддийских монахов к провозглашению «греховного века», в котором возможность обретения облегчения в этом мире отрицалась, и, следовательно, возникла тенденция к поиску перерождения в буддийском раю после смерти. Кроме того, новая мысль о том, что «буддизм придет в упадок в последние дни этого мира», привела к возникновению движения Чистой Земли. Это движение, возглавляемое Куя, последователем буддизма Чистой Земли, проповедовало веру в Амитабху и учило, что все люди, а не только буддийские монахи, могут достичь буддийского рая.

Камакуринский буддизм

Вера Джодо, испытавшая влияние секты Джодо позднего периода Хэйан, опирается на спасение благодаря милосердию Амитабхи и будет избавленa его силой. Хонен, основатель секты буддизма Джодо, полностью отказался от иных аскетических практик. Он учил своих учеников верить в Амитабху и усердно произносить "наму амида буцу", чтобы достичь рая. Его ученик, Шинран, основатель буддизма Чистой Земли, последовательно развивал учение Хонена и проповедовал абсолютную зависимость. Более того, Шинран утверждал, что объектом милосердия Амитабхи является грешник, осознающий свою мирскую и страстную природу. Иппен, основатель секты Джишу, начал "религиозный танец с пением". В отличие от веры Джодо, основанной на зависимости, Дзен-буддизм стремится к духовному самопробуждению посредством Дзен-медитации. Эйсай изучал секту Ринзай в Китае. Он давал ученикам сложные задачи и заставлял их решать их, чтобы они могли достичь просветления самостоятельно. Дзен Ринзай пользовался широкой поддержкой высших слоев самураев в период Камакура. Доген изучал секту Сото в Китае. В отличие от Эйсая, он проповедовал просветление посредством усердной сидячей медитации (зазен). Сото Дзен поддерживался местными самураями. Большинство школ буддизма Нитирэн (японский: 法華系仏教) считают священника и учителя Нитирэн своим основателем. В своих учениях он подчеркивал, по его мнению, верховенство Лотосовой Сутры. Он выступал за достижение буддийства при жизни и считал свою интерпретацию буддийских учений правильной практикой для Последнего Закона (маппо). Одним из его основных трактатов является "Риссё Анкоку Рон" (Об установлении правильного учения для мира в стране). Повторение мантры "Наму Мёхо Ренге Кё" и по сей день является центральной практикой почти всех школ и организаций буддизма Нитирэн.

Ранняя современная мысль

В то время как древняя и средневековая мысль Японии была тесно связана с буддизмом, ранняя новая мысль Японии была преимущественно конфуцианством или неоконфуцианством, которое сёгунат Токугава назначил для официального изучения. Кроме того, рациональное конфуцианство стимулировало развитие Кокугаку, Рангаку и неофициальной народной мысли после середины периода Эдо.

Конфуцианство

В период Эдо конфуцианство было утверждено в качестве основной ученой дисциплины. Были популярны различные школы неоконфуцианства. Школа неоконфуцианства Чжу Си почитала семью как феодальный порядок, поддерживающий закрепленные социальные позиции. Хаяши Разан рассматривал школу Чжу Си неоконфуцианства как теоретическую основу сёгуната Токугава. На основе принципа гражданского управления было основано Юсима Сейдо, посвященное Конфуцию. Реформы Кансэя еще больше укрепили и утвердили школу Чжу Си неоконфуцианства сёгунатом Токугава. Более того, идеи этой школы неоконфуцианства оказали значительное влияние на политическое движение, выступавшее за почтение императора и изгнание иностранцев в конце эпохи Токугава. В отличие от школы Чжу Си неоконфуцианства, школа Ван Янмина неоконфуцианства, уделявшая внимание практической этике, последовательно подвергалась надзору и подавлению со стороны сёгуната Токугава из-за критики социально-политических условий при сёгунате Токугава. Третья школа неоконфуцианства принимала во внимание истинные намерения оригинальных текстов Конфуция и Мэн-цзы. Ямага Соко построил свою философию на конфуцианской этике и считал самураев высшим сословием. Ито Цзинсай обращал внимание на понятие "жэнь" у Конфуция и почитал "жэнь" как любовь к другому человеку и "истину" как чистое созерцание. Кроме того, опираясь на глубокое изучение древних китайских классических текстов, Огю Сорай утверждал, что изначальный конфуцианский дух заключается в управлении миром и спасении народа.

Кокугаку и Рангаку

В середине периода Эдо кокугаку, изучение древней японской мысли и культуры, приобрело популярность в противовес иностранным идеям, таким как буддизм или конфуцианство. Политика сакоку сёгуната Токугава не позволяла интеллектуалам Эдо иметь прямых контактов с западной цивилизацией, и поэтому рангаку, голландское изучение, стало единственным окном на Запад. В середине периода Эдо кокугаку стало популярным, находясь под влиянием позитивистского конфуцианства на фоне национализма. Кокугаку активно изучало древнюю японскую мысль и культуру, включая «Кодзики», «Нихон сёки» и «Манъёсю», стремясь раскрыть изначальную моральную культуру Японии, отличную от конфуцианства и буддизма. Камо но Мабути занимался изучением «Манъёсю» и назвал «масурао бури» мужественный и великодушный стиль, оценив сборник как чистый и простой. Изучая «Кодзики», Мотори Норинага утверждал, что суть японской литературы происходит от «моно но аварэ» – естественных чувств, возникающих при соприкосновении с предметами. Он почитал японский «дух Ямато» вместо китайского (конфуцианского/буддийского) «духа Кара». По его мнению, кокугаку должно следовать древнему японскому пути синто. Благодаря изучению кокугаку, Хирата Ацутане выступал за националистическое государственное синтоизм, повиновение императору и отмену конфуцианства и буддизма. Это стало движущей силой к концу сёгуната Токугава и реставрации Мэйдзи. В период сакоку эпохи Эдо не было прямых контактов с Западом, но рангаку получило распространение благодаря поощрению импорта западных книг, переведенных с китайского языка из Китая во время реформ Кёхо. Маэно Рётаку и Сугита Генпаку перевели голландский «Tafel Anatomie» на японский язык. К концу эпохи Токугава голландское изучение распространилось на другие западные науки, такие как британские, французские и американские исследования. Формула «японский дух, западная цивилизация» была завершена прямолинейным выражением Сакумы Сёзана: «Восточная этика и западные технологии». Поскольку Такано Чоэй и Ватанабэ Казан строго критиковали политику сакоку, они подверглись репрессиям со стороны сёгуната Токугава.

In the middle of the Edo period, Kokugaku, the study of ancient Japanese thought and culture, became popular against foreign ideas such as Buddhism or Confucianism. By the Sakoku policy of the Tokugawa shogunate, Edo intellectuals could not have any positive contact with Western civilization, and so Rangaku, Dutch learning, was the only window to the West. In the middle days of the Edo period, Kokugaku became popular while being influenced by positivist Confucianism with nationalism as a background. Kokugaku positively studied ancient Japanese thought and culture, including "Kojiki", "Nihon Shoki" and "Man'yōshū", and they aimed at excavating original moral culture of Japan which was different from Confucianism and Buddhism. Kamo no Mabuchi wrestled with the study of "Manyoshu" and called "masurao buri" for masculine and tolerant style, and he evaluated the collection as pure and simple. Through his study of the Kojiki, Motoori Norinaga argued that the essence of the Japanese literature came from "mono no aware" which were natural feelings to occur when you contacted an object. He respected Japanese "Yamato spirit" instead of Chinese (Confucianism / Buddhism) "Kara spirit". According to him, Kokugaku should pursue the Japanese old way of "Shinto". Through his study of Kokugaku, Hirata Atsutane advocated nationalistic State Shinto, the obedience to the Emperor and abolition of Confucianism and Buddhism. It was a driving force to the end of the Tokugawa shogunate and the Meiji Restoration. In the Sakoku period of the Edo period, there was no direct contact with the West, but Rangaku became popular by encouraging importation of Western books translated in Chinese from China during the Kyōhō Reforms. Maeno Ryotaku and Sugita Genpaku translated the Dutch "Tafel Anatomie" into Japanese. Dutch learning unfolded to other Western studies such as British, French and American studies by the late Tokugawa era. The manner of "Japanese spirit, Western civilisation" was completed by Sakuma Shōzan’s straightforward expression, "Eastern ethics and Western technology". Because Takano Chōei and Watanabe Kazan criticized Sakoku strictly, they were oppressed by the Tokugawa shogunate.

Позднемодернистская мысль

В то время как ранняя японская мысль развивалась под влиянием конфуцианства и буддизма, после реставрации Мэйдзи на неё стали быстро оказывать влияние идеи английского Просвещения и французских прав человека. Начиная с Сино-японской и Русско-японской войн, японский капитализм получил значительное развитие. Также развивались христианство и социализм, которые оказались связаны с различными социальными движениями. Помимо этого, формировалась националистическая мысль и изучение, в противовес западному влиянию.

Просвещение и права человека

В период реставрации Мэйдзи были заимствованы идеи английского и французского гражданского общества, в частности, утилитаризм и социал-дарвинизм из Англии, а также концепция народного суверенитета Жана-Жака Руссо из Франции. Мыслители раннего периода Мэйдзи отстаивали британские ценности Просвещения, унаследованные от западного гражданского общества. Они стремились критиковать традиционную японскую власть и феодализм. Однако в конечном итоге они пришли к согласию с правительством и приняли модернизацию «сверху», избегая радикальных перемен. В 1873 году Мори Аринори основал общество «Мэйрокуся». Члены этого культурного объединения разделяли общие взгляды, такие как приоритет практического обучения, прагматическое понимание человеческой природы и признание формы правления, соответствующей условиям страны, как идеальной. Мори Аринори, будучи министром образования, способствовал развитию национального образования. Ниси Амане утверждал, что человеческое поведение определяется интересами. Като Хиройюки, под влиянием социал-дарвинизма, отказался от идеи естественных прав и вместо этого выступал за выживание наиболее приспособленных. Фукузава Юкити, который познакомил Японию с британским утилитаризмом и защищал естественные права, полагал, что права человека даны Небом. Он рассматривал развитие цивилизации как развитие человеческого духа и считал, что независимость личности ведет к независимости страны. Фукузава считал, что правительство существует «ради удобства», и его форма должна соответствовать культуре, утверждая, что не существует единой идеальной модели правления. Кроме того, он настаивал на необходимости экспансии Японии на континент в противовес великим державам. В то время как члены «Мэйрокуся» в конечном итоге выступали за гармонию между правительством и народом, демократически настроенные мыслители переняли радикальные идеи о правах народа из Франции и после восстания Сацумы словесно поддерживали национальное сопротивление и революцию против олигархии Мэйдзи. В 1874 году Итагаки Тайсукэ предложил создание выборного законодательного органа, что положило начало общенациональному движению за свободу и права народа. Уэки Эмори помогал Итагаки и разработал радикальный проект. Накаэ Тёмин, находясь под сильным влиянием Руссо, выступал за народный суверенитет и индивидуальную свободу. Однако, учитывая японскую ситуацию, он подчеркивал важность парламентской монархии, полагая, что Императорская конституция должна постепенно пересматриваться Сеймом. С конца периода Мэйдзи до эпохи Тайсё распространилась демократическая тенденция, обусловленная ростом буржуазного политического сознания. Это привело к политическим движениям за защиту Конституции и за введение всеобщего избирательного права. Ёсино Сакудзо выступал за партийное правительство и всеобщие выборы, не углубляясь в вопрос о том, кто является сувереном, но настаивая на том, что политическая цель должна заключаться в обеспечении счастья народа, а политические решения – отражать его волю. Минобэ Тацукити интерпретировал суверенитет не как принадлежащий императору, а государству, утверждая, что император осуществляет свою власть лишь как высший орган в рамках Конституции Мэйдзи. Хотя его теория первоначально получила широкое признание, впоследствии он подвергся политическим репрессиям со стороны военных и правых сил. В 1911 году Хирацука Райтё основала общество «Сэйтося», призывая к пробуждению прав женщин и развитию феминистского движения. В то время как Ёсано Акико отрицала гендерные различия, Райтё подчеркивала важность материнства и воспитания детей, признавая необходимость государственной поддержки женщин в реализации их женских способностей. В 1920 году Райтё вместе с Итикава Фусаэ и Оку Мумэо создала новую женскую ассоциацию. Вскоре после успешного привлечения женщин к участию в политических выступлениях ассоциация распалась из-за внутреннего раскола. Позже Итикава создала новую организацию и продолжила борьбу за избирательное право женщин.

In the Meiji Restoration, English and French civil society was introduced, in particular, utilitarianism and social Darwinism from England, and popular sovereignty of Jean Jacques Rousseau from France. The thinkers of the early Meiji period advocated the British Enlightenment values derived from Western civil society. They attempted to criticise Japanese traditional authority and feudalism. However they were finally in harmony with the government and accepted the modernization from the above without the radicalness. In 1873, Mori Arinori formed Meirokusha. The people who gathered in this cultural association had much in common with points such as regarding practical learning as important, catching human characteristics practically and assuming the form of government that accepted the conditions of a country an ideal. Mori Arinori promoted national education as Minister of Education. Nishi Amane affirmed a human behaviour based on interest. Katō Hiroyuki threw away natural rights under influence of social Darwinism, and instead advocated the survival of the fittest. Fukuzawa Yukichi, who introduced British utilitarianism to Japan and advocated natural rights, assumed that human rights were given by Heaven. He considered the development of the civilization to be the development of the human spirit, and it was assumed that one's independence led to independence of one country. Fukuzawa thought that government is for the "sake of convenience", and its appearance should be suitable to the culture. He said that there is no single ideal form of government. In addition, he insisted that Japan should have gone into the continent externally against the Great Powers. While members of Meirokusha finally advocated harmonization of the government and people, democratic thinkers absorbed radical people's rights from France and they supported national resistance and revolution verbally against the Meiji oligarchy after the Satsuma Rebellion. In 1874, Itagaki Taisuke introduced the establishment of the elected legislature. It spread nationwide as the Freedom and People's Rights Movement. Ueki Emori helped Itagaki and he drew up a radical draft. Strongly influenced by Rousseau, Nakae Chōmin argued for people's sovereignty and individual freedom. However, concerning the Japanese situation, he pointed out the importance of parliamentary monarchy. According to him, the Imperial Constitution should be gradually revised by the Diet. From the late period of Meiji to the Taishō era, a democratic trend spread as a background of bourgeois political consciousness. Its current led to political movements for safeguarding the Constitution and for the popular election. Yoshino Sakuzō argued for party cabinet politics and popular election. He did not deeply pursue who was the sovereign but he insisted the political goal aim for people's happiness and political decisions aim for people's intentions. Minobe Tatsukichi interpreted a sovereign as not an emperor but the state. According to him, an emperor only excises his power as the highest organ under the Meiji Constitution. Although his theory was widely acknowledged at first, he was politically suppressed by the military and the rightists afterwards. In 1911, Hiratsuka Raichō formed Seitosha. She asked for awakening of women's own right and development of feminist movement. While Yosano Akiko denied gender differences, Raicho emphasised motherhood raising a child and she acknowledged the official aids for women to demonstrate their feminine ability. In 1920, Raicho formed a new association for women with Ichikawa Fusae and Oku Mumeo. Soon after their activities were successful in getting women's participating at political addresses, the association fell apart due an internal schism. Later, Ichikawa formed a new one and continued a movement for female suffrage.

Христианство и социализм

Именно христиане и социалисты боролись с социальными противоречиями, порожденными японской модернизацией. Христианские социальные движения активизировались после китайско-японской и русско-японской войн, которые принесли капитализм и его противоречия в японское общество. Многие японские социалисты испытали влияние христианского гуманизма, и в этом смысле были тесно связаны с христианством. Христианство, запрещенное сёгунатом Токугава, оказало влияние на многих интеллектуалов эпохи Мэйдзи. Учимура Кандзо разработал концепцию "двух Дж", чтобы объединить Бусидо и христианский дух. Он считал своим призванием служить "Японии" и "Иисусу". Он выступал за движение за пределы церковной структуры. Он оспорил Императорский рескрипт об образовании и выступил против русско-японской войны. Нитобе Инадзо был квакером и стремился объединить японскую культуру и христианство. Он представлял японскую культуру за рубежом и стал генеральным секретарем Лиги Наций. Джозеф Харди Нисима изучал теологию в Соединенных Штатах. Он основал Университет Дошиша в Киото и занимался формированием христианского характера. Примерно во время китайско-японской и русско-японской войн Япония достигла капитализации благодаря промышленной революции, одновременно с тем, как социализм распространялся в противовес капитализму. Однако социальные движения были подавлены законом о безопасности 1900 года, а в 1910 году, в ходе Инцидента о государственной измене, социалисты подверглись давлению со стороны военных и фашистского правительства. Каваками Хадзиме писал статьи о бедности в газете. Сначала он подчеркивал необходимость личной перестройки для решения проблемы бедности, но позже стал марксистом и выступал за социальную перестройку посредством социального принуждения. Котоку Шусуи изначально пытался реализовать социализм через парламент (Сейм), но затем стал профсоюзным деятелем и выступал за прямые действия посредством всеобщей забастовки. Он был казнен как главный организатор Инцидента о государственной измене 1910 года. Осуги Сакаэ отстаивал индивидуальную свободу, опираясь на принципы анархизма и синдикализма. Правительство считало его угрозой и он был убит военной полицией во время беспорядков, последовавших за Великим Кантоским землетрясением 1923 года.

It was Christians and socialists who struggled with social contradictions derived from Japanese modernity. Christian social movements were active after the Sino and Russo Japanese Wars, which brought capitalism and its contradiction to Japanese society. Many Japanese socialists were influenced by Christian humanism, and in that point they were deeply associated with Christianity. Christianity, banned by the Tokugawa shogunate, influenced many Meiji intellectuals. Uchimura Kanzō developed "two Js" to unite Bushido and Christian spirit. He believed that his calling was to serve "Japan" and "Jesus". He argued for the nonchurch movement. He challenged the Imperial Rescript on Education and spoke against the Russo Japanese War. Nitobe Inazō was a Quaker and attempted to unite Japanese culture and Christianity. He introduced Japanese culture abroad and he became secretary general of the League of Nations. Joseph Hardy Neesima studied theology abroad in the United States. He established Doshisha University at Kyoto and he was engaged in Christian character building. About the time of Sino and Russo Japanese wars, Japan succeeded in capitalization through the industrial revolution as soon as socialism spread against capitalism. However, the social movements were suppressed by the security police law of 1900, and finally in the High Treason Incident of 1910 socialists were pressed by the military and the fascist government. Kawakami Hajime wrote articles about poverty in a newspaper. He emphasized personal remodeling to solve poverty at first, however, later he became a Marxist and he argued for social remodeling by social compulsion. Kōtoku Shūsui originally attempted to realize socialism through the Diet, however he became a unionist and he argued for a direct action by a general strike. He was executed as the mastermind of the high treason incident of 1910. Osugi Sakae argued for individual freedom using the principles of anarchism and unionism. He was seen as a threat by the government and was assassinated by military police in the disorder following the 1923 Great Kantō earthquake.

Развитие японства

Эпоха Просвещения, христианство и социализм оказали влияние на японскую мысль со времен Реставрации Мэйдзи. Акцент на японской политической культуре и национальной традиции возник как реакция против вестернизации. Эта тенденция имела идеологическую сторону, заключавшуюся в легитимизации империализма и милитаризма/фашизма. Токутоми Сохо опубликовал журнал, в котором выступал за либеральную демократию и популизм в противовес японской вестернизации. Однако он был разочарован буржуазией, которой отводилась политическая роль. Куга Кацунан высоко ценил японскую политическую культуру и национальную традицию. Он стремился к восстановлению и укреплению национального чувства, однако не был узконационалистом. Он критиковал военных и выступал за парламентскую систему правления и расширение избирательного права. После Реставрации Мэйдзи японское правительство защищало синтоизм и рассматривало его не как особую религию, а как государственное синтоизм. Правительство тесно связывало синтоизм со священным императором и использовало его как инструмент государственного управления. Государственное синтоизм чётко отличалось от частных сект синтоизма. Оно представляло собой модель идеологического государственного управления, направленную на формирование государственного синтоизма и провозглашение Императорского рескрипта об образовании. Мэйдзи-статизм стремился восстановить национальный суверенитет и проводил политику империализма и колониализма в ходе китайско-японской и русско-японской войн. Однако его милитаристские тенденции переросли в ультранационализм. Кита Икки выступал за исключение дзайбацу, старейшин и политических партий и создание правительства, напрямую связанного с императором и народом. Янагита Кунио стоял у истоков изучения японского фольклора. Он назвал членов широкой общественности, не являющихся политическими лидерами и интеллектуалами, «дзёмин». Другими фольклористами были Минаката Кумагусу, Янаги Мунейоси и Орикути Синобу. В довоенной Японии немецкая философия активно изучалась и внедрялась. Однако с конца периода Мэйдзи до периода Тайсё Киотская школа пыталась гармонизировать западную мысль с восточной, такой как дзен-буддизм. Нисида Китаро создал оригинальную мысль, объединив дзен и западную философию. Его учение называется философией Нисиды. Он настаивал на чистом опыте, в котором нет противопоставления субъективности и объективности. Его онтология исходит из абсолютного небытия. Вацудзи Тэцуро критиковал западный эгоистичный индивидуализм. Его этика утверждает, что люди существуют не в изоляции, а в связи друг с другом. Он настаивал на том, что индивидуумы и социальные существа должны осознавать свою индивидуальность и социальную принадлежность. Он также известен своей работой «Климат и культура», в которой исследовал взаимосвязь между природной средой и местным образом жизни.

The Age of Enlightenment, Christianity and socialism have influenced Japanese thought since the Meiji Restoration. The emphasis on Japanese political culture and national tradition rose as a reaction against westernization. This trend has had an ideological side of legitimizing imperialism and militarism/fascism. Tokutomi Sohō published a magazine in which he argued for liberal democracy and populism against Japanese westernization. However, he was disillusioned with the bourgeois who should play a political part in Kuga Katsunan regarded Japanese political culture and national tradition very highly. He aimed for restoration and enhancement of national emotion; however, he was not a narrow minded nationalist. He criticized the military and argued for a parliamentary system of government and expansion of suffrage. After the Meiji Restoration, Japanese government protected Shinto and treated it not as a special religion but as State Shinto. The government closely related Shinto with the holy emperor, and they used Shinto as a tool for their state governance. State Shinto was clearly distinguished from private sects of the Shinto religion. It was a model of ideological state governance to form State Shinto and to promulgate the Imperial Rescript on Education. Meiji statism attempted to restore national sovereignty and pursued imperialism and colonialism through the Sino and Russo Japanese Wars. However, its militaristic trend developed to ultra nationalism. Kita Ikki advocated the exclusion of the zaibatsu, senior statesmen and political parties and the establishment of government for direct connection with the emperor and the people. Yanagita Kunio was at the forefront of study of Japanese folklore. He named members of the general public who are not political leaders and intellectuals as “jomin”. Other folklorists are Minakata Kumagusu, Yanagi Muneyoshi and Orikuchi Shinobu. In pre war Japan, German philosophy was eagerly studied and introduced. However, from the late Meiji to Taishō period, Kyoto School attempted to harmonize Western thought with Eastern thought such as Zen Buddhism. Nishida Kitaro established an original thought by fusion of Zen and Western thought. His thought is called Nishida philosophy. He insisted on pure experience in which there is no opposition between subjectivity and objectivity. His ontology derived from absolute nothingness. Watsuji Tetsuro criticized Western selfish individualism. His ethics says human beings are not in an isolated existence but related existence. He insisted that individual and social beings should be aware of their own individuality and social membership. He is also well known as his Climate and Culture in which he studied the relationship between the natural environment and local lifestyle.

Современная японская философия

После Второй мировой войны многие академические философы опубликовали книги по континентальной философии и американской философии. Среди них Омори Шодзо, Ватару Хиромацу, Ясуо Юаса и Такааки Йошимото создали оригинальные работы под влиянием марксизма, феноменологии и аналитической философии. Омори Шодзо разработал уникальную монистическую эпистемологию, основанную на его концепциях "монизма репрезентации", "двойного отображения" и "анимизма языка". Ватару Хиромацу развил свою теорию "многосубъектной онтологической структуры мира". Ясуо Юаса предложил новую теорию тела, находящуюся под влиянием Мерло-Понти и представлений о теле в китайской медицине. Такааки Йошимото известен своей "теорией разделенной иллюзии" и различными философскими эссе о японской культуре. Сегодня такими учеными, как Кодзин Каратани (литературная теория), Хитоси Нагай (солипсизм), Шигеки Ноя (аналитическая философия), Масахиро Мориока (философия жизни), Мотоёси Ирифудзи (аналитическая философия), признаются характерные философы японской академической среды.