Аппий Клавдий Пульхер: Жизнь и политическая деятельность римского патриция

Введение

Аппий Клавдий Пулхер (97–49 до н. э.) — римский патриций, политик и генерал первого века до н. э. Он был консулом Римской Республики в 54 году до н. э. Он был знатоком римского права и древностей, особенно эзотерических знаний коллегии авгуров, членом которой он был весьма противоречивым. Он являлся главой старшей ветви самой влиятельной патрицианской семьи Клавдиев. Клавдии были одной из пяти ведущих фамилий (gentes maiores, или «Великие роды»), которые доминировали в римской общественной и политической жизни с самых ранних лет республики. Он наиболее известен как адресат 13 сохранившихся писем из корпуса «К близким» (ad Familiares) Цицерона (всей третьей книги), датируемых 53–50 годами до н. э. Ни одно из ответов Аппия Цицерону в этих письмах не сохранилось. Он также известен как старший брат печально известных Клодия и Клодии.

Родословная

Апий был старшим сыном и главным наследником Апия Клавдия Пулхера (консул 79 г. до н. э.), и стал главой главной ветви рода Клавдиев Пулхров после смерти отца, погибшего во время военной кампании в Родопских горах на посту наместника Македонии в 76 г. до н. э.

Ранняя карьера, 7667 до н.э.

Смерть отца сделала Аппия главой его влиятельной семьи в возрасте 20 или 21 года, но обремененным двумя младшими братьями, двумя незамужними сестрами и скромными средствами. Это была лишь относительная бедность, но она свидетельствует о честности его отца, который, очевидно, не извлек особой выгоды, если вообще извлек, из периода проскрипций, когда менее щепетильные личности, наиболее известные как Марк Лициний Красс и Гай Курий-старший, нажили огромные состояния на конфискованных имуществах жертв марианцев, пострадавших от проскрипций Суллы. Апий получил щедрую помощь от Луция Лициния Лукулла, который, вернувшись из африканского пропреторства в 75 г. до н.э., согласился жениться на младшей сестре без приданого. Он также передал Апию значительное наследство, благодаря которому в более поздней жизни Апий отметил возвращение своего дома к состоятельным временам. Апий быстро отплатил Лукуллу в политической сфере. Будучи перспективным молодым оратором, в том же году он согласился защищать А. Теренция Варрона (претор 77 г. до н.э.), недавно вернувшегося из своего азиатского командования. Варрон был близким другом и родственником Лукулла и главного защитника его дела, Квинта Гортензия, ведущего оратора Рима того времени. Однако Варрон, по-видимому, был настолько виновен, что Гортензий прибег к нечестным приемам, включая пометку бюллетеней судей, которых он подкупил, что вызвало общественный скандал. Апий сохранил хорошие отношения с семьей Варрона. Одноименный сын Варрона (родившийся ок. 80 г. до н.э.) позже стал одним из его ближайших друзей, служил квестором в год смерти Аппия, а впоследствии вошел в число наиболее противоречивых и интересных фигур раннего Августова режима, согласно современной науке: А. Теренций Варрон Мурена, скончавшийся в первые недели (или дни) своего консульства в 23 г. до н.э. Он служил в штабе своего зятя Лукулла, главнокомандующего римскими армиями в Азии в первой половине Третьей Митридатовой войны. Вероятно, Апий отправился с Лукуллом еще в начале 73 г. до н.э., хотя его присутствие на Востоке не зафиксировано до осени 71 г. до н.э., после оккупации восточной Каппадокии Понтийской (Понта), когда Лукулл послал его к армянскому царю Тиграну с требованием капитуляции Митридата VI. Его манеры и речь оскорбили Тиграна, самопровозглашенного Царем царей, который более двадцати лет привык к раболепству восточного придворного этикета. Это была не просто обычная римская прямота, но клавдиевская надменность и *pietas* (благочестие, чувство долга). Провал этой миссии спровоцировал первую войну Рима с Арменией, начатую Лукуллом в 69 г. до н.э. Возможно, Лукулл послал молодого Аппия с определенной целью, прекрасно зная, что его манеры, скорее всего, будут неприязненно восприняты при дворе Царя царей. Он мог послать Л. Фанния или Л. Магия, оба из которых имели опыт общения при понтийском дворе, и его письмо Тиграну, в котором он обращался к нему просто как к царю, а не к царю царей, почти наверняка было преднамеренным оскорблением более изысканного дипломатического рода. Тигран, безусловно, воспринял это именно так.

His father's death left Appius head of his powerful family aged 20 or 21, but encumbered with two younger brothers, two unmarried sisters and little money. This was only relative poverty, but it proves the integrity of his father, who obviously did not profit much, if at all, from the proscription period when less scrupulous characters, most notoriously Marcus Licinius Crassus and Gaius Curio pater, made enormous fortunes from the confiscated properties of Sulla's Marian victims. Appius found generous help from Lucius Licinius Lucullus, who upon returning from his African propraetorship in 75 BC agreed to marry the youngest sister without a dowry. He also handed over a significant legacy to Appius, who in later life marked his household's return to opulent circumstances from this gift. Appius quickly returned the favour in political life. A promising young orator, the same year he agreed to defend A. Terentius Varro (praetor 77), recently returned from his Asian command. Varro was a close friend and relative of Lucullus and of the chief advocate of his defence Quintus Hortensius, Rome's leading orator at the time. But Varro was apparently so guilty that Hortensius resorted to dirty tricks which involved marking the ballots of the judges he had bribed, which caused a public scandal. Appius' good relations with Varro's family endured. Varro's homonymous son (born c. 80 BC) was later one of his closest friends, serving as quaestor in the year of Appius' death, and later one of the most contentious and interesting characters of the early Augustan regime in modern scholarship: A. Terentius Varro Murena, who died in the early weeks (or days) of his consulate in 23 BC. He served on the staff of his brother in law Lucullus, commander in chief of the Roman armies in Asia during the first half of the Third Mithridatic War. Most likely Appius went with Lucullus from the beginning in early 73 BC, although he is not directly attested in the east until the autumn of 71 following the occupation of eastern Kappadokia Pontike (Pontus), when Lucullus sent him to the Armenian king Tigranes to demand the surrender of Mithridates VI. His manner and speech offended Tigranes, the self styled King of Kings, who for more than twenty years had been accustomed to grovelling oriental court ceremony. This was not just every day Roman frankness, but Claudian arrogance and appietas. The failure of this mission precipitated Rome's first war with Armenia, which Lucullus began in 69 BC. Lucullus perhaps sent young Appius with deliberate purpose, knowing full well that his manner was likely to be ill received at the court of the King of Kings. He might have sent L. Fannius or L. Magius, both of whom had experience at the Pontic court, and his letter to Tigranes addressing him simply as King, rather than King of Kings, was almost certainly a deliberate insult of the more refined diplomatic sort. Tigranes certainly regarded it as such.

Пропратор Сардинии, 5655 г. до н. э.

После претуры в 57 году до н.э. Аппию была назначена Сардиния в качестве пропреториальной провинции. Пропреторство Аппия на Сардинии прошло спокойно, и в 55 году его сменил Марк Эмилий Скавр. Однако он активно участвовал в политической жизни до и после этого, присутствуя на многолюдных совещаниях в Равенне и Лукке весной 56 года, когда Юлий Цезарь восстановил хрупкий союз с Крассом и Помпеем, а примерно летом 55 года выдал свою младшую дочь замуж за одноименного старшего сына Помпея, Гнея Помпея (родившегося около 79 года до н.э.), тем самым обеспечив себе избрание консулом на следующий год.

Консул, 54 г. до н. э.

Он был избран вторым консулом на 54 год вместе с Луцием Домицием Аенобарбом.

Проконсул Киликии, 53-51 гг. до н. э.

Он был проконсулом Киликии в течение двух лет после своего консульства, что обернулось катастрофой для региона, отчасти из-за того, что его младший брат Кай (претор 56 г. до н.э.) занимал должность пропретора в провинции Азия в течение трех лет – с 55 по 52 год, или, возможно, четырех лет – с 55 по 51 год. Таким образом, Аппий и его брат контролировали большую часть Анатолии совместно как минимум один год, а возможно, и два. Его предшественник, Публий Корнелий Лентул Спинтер, был добросовестным и честным администратором, а преемник, Цицерон, – одним из лучших в римской истории. Однако командование Клавдия было беспорядочным, суровым и коррумпированным. В его переписке с Цицероном, когда тот приближался к провинции, чтобы сменить его, проявляются многочисленные признаки серьезных потрясений, граничащие порой с ужасом, которые пережила страна под управлением Аппия. Цицерон был, безусловно, потрясен тем, что обнаружил, и странным поведением Аппия, который избегал его и в итоге покинул провинцию, не встретившись со своим преемником. В 52 г. до н.э., во время проконсульства Аппия в Азии, его младший брат Публий (Клодий) был убит политическим соперником (Мило). Ирония судьбы заключается в том, что убийство произошло на Аппиевой дороге (построенной их предком Аппием Клавдием Цеком). По пути домой Аппий вновь остановился в Афинах, возродив интерес к Элевсинским мистериям и начав подготовку к восстановлению ворот Малых Пропилей в Элевсине, проект, который впоследствии был завершен, согласно его завещанию, главными наследниками Пулхром Клавдием и Рексом Марцием.

Цензор, 50 г. до н. э.

Избранный цензором в 50 году вместе с тестем Цезаря, Луцием Кальпурнием Пизоном Цезонином (консулом 58 года), Аппий незамедлительно был обвинен в подкупе избирателей новым зятем Цицерона, Публием Корнелием Долабеллой, но оправдан благодаря защите своего зятя Брута и Квинта Хортензия. Эта речь стала последней для Хортензия, поскольку он скончался через несколько дней. После назначения сенатом (lectio senatus) цензором, Аппий отстранил от должности сенатора, имевшего права трибуна, Гая Саллустия Криспа (историка Саллуста).

Полы Евбеи

Он отправился на восток с Помпеем в начале 49 года, примечательно, без каких-либо прав командования или даже легации, поскольку все еще занимал должность цензора (магистратура сроком на 18 месяцев). Помпей в конечном итоге назначил его ответственным за Грецию, где он умер в том же году, примерно в то время, когда Цезарь возвращался в Рим из Испании. Согласно Павлу Оросию, «Истории против язычников» VI (15.11): Аппий Клавдий Цензорин, который по приказу Помпея управлял Грецией, захотел испытать достоверность Пифийского оракула, к тому времени уже прекратившего свое существование. И действительно, прорицатель, которого он вынудил спуститься в пещеру, по преданию, дал ему следующий ответ на вопрос о войне:
«Эта война тебя не касается, римлянин. Ты будешь владеть углублениями Эвбои». Теперь Эвбейский залив называют «углублениями». Так Аппий, не понимая этой загадочной судьбы, скончался. Более подробный рассказ о возрождении Аппием давно молчавшего оракула содержится в «Фарсалии» Лукана. Там мы узнаем, что Аппий, как и многие до него, неверно истолковал пророчество и поспешил в Эвбею, надеясь захватить Халкиду как личное владение. Вместо этого он умер там, и в память о нем была воздвигнута известная гробница недалеко от берега пролива Эврип.