Введение
Эссе 1861 года Джона Стюарта Милля "Утилитаризм" – эссе, написанное английским философом и экономистом Джоном Стюартом Миллем в 1861 году, которое считается классическим изложением и защитой утилитаризма в этике. Первоначально оно было опубликовано в виде серии из трех отдельных статей в журнале Fraser's Magazine в 1861 году, а затем собрано и переиздано как единое произведение в 1863 году. В эссе утилитаризм объясняется читателям и рассматриваются многочисленные критические замечания, высказанные в отношении этой теории при жизни Милля. После публикации оно подверглось резкой критике, однако впоследствии утилитаризм приобрел значительную популярность и был признан "самым влиятельным философским выражением либеральной гуманистической морали, созданным в девятнадцатом веке".
Utilitarianism is an 1861 essay written by English philosopher and economist John Stuart Mill, considered to be a classic exposition and defence of utilitarianism in ethics. It was originally published as a series of three separate articles in Fraser's Magazine in 1861 before it was collected and reprinted as a single work in 1863. The essay explains utilitarianism to its readers and addresses the numerous criticism against the theory during Mill's lifetime. It was heavily criticized upon publication; however, since then, Utilitarianism gained significant popularity and has been considered "the most influential philosophical articulation of a liberal humanistic morality that was produced in the nineteenth century."
Резюме
Милль заимствовал многие элементы своей версии утилитаризма у Джереми Бентэма, выдающегося правового реформатора XIX века, который вместе с Уильямом Пейли являлся двумя наиболее влиятельными английскими утилитаристами до Милля. Подобно Бентэму, Милль полагал, что счастье (или удовольствие, которое и Бентам, и Милль отождествляли со счастьем) – это единственное, к чему люди стремятся и должны стремиться ради самого себя. Поскольку счастье является единственным внутренним благом, а большее счастье предпочтительнее меньшего, целью этической жизни является максимизация счастья. Это то, что Бентам и Милль называют «принципом полезности» или «принципом наибольшего счастья». Таким образом, и Бентам, и Милль придерживались «классических» или «гедонистических» форм утилитаризма. Хотя Милль соглашался с Бентэмом во многих основополагающих принципах этики, у него также были существенные разногласия. В частности, Милль стремился разработать более утонченную форму утилитаризма, которая лучше соответствовала бы общепринятой морали и подчеркивала бы важность интеллектуальных удовольствий, самосовершенствования, высоких нравственных идеалов и общепринятых моральных норм в этической жизни.
Глава 1
В главе 1, озаглавленной «Общие замечания», Милль отмечает, что в этике достигнуто мало прогресса. С самого зарождения философии одни и те же вопросы вновь и вновь становятся предметом споров, а философы по-прежнему резко расходятся во мнениях относительно фундаментальных основ этики. Милль утверждает, что эти философские разногласия не нанесли серьезного вреда общепринятой морали, главным образом потому, что традиционная мораль в значительной степени, хотя и неявно, является утилитарной. В заключение главы он отмечает, что не намерен представлять строгое «доказательство» принципа наибольшего счастья. Подобно Бентаму, Милль полагал, что конечные цели и исходные принципы нельзя продемонстрировать, поскольку они лежат в основе всего, что мы знаем и во что верим. Тем не менее, он утверждает, что «можно представить аргументы, способные убедить разум», что близко к доказательству принципа полезности.
Глава 2
Во второй главе Милль формулирует единый этический принцип, принцип полезности или принцип наибольшего счастья, из которого, по его словам, выводятся все этические принципы утилитаризма: «Учение, принимающее в качестве основания морали полезность, или принцип наибольшего счастья, утверждает, что действия правильны в той мере, в какой они направлены на содействие счастью, и неправильны, поскольку направлены на производство обратного счастью. Под счастьем понимается удовольствие и отсутствие боли; под несчастьем – боль и лишение удовольствия». Затем Милль посвящает основную часть главы 2 ответу на ряд распространенных критических замечаний в отношении утилитаризма. Среди них – обвинения в том, что утилитаризм:
является доктриной, достойной лишь свиней (за утверждение, что удовольствие – это единственное, что желательно само по себе) (с. 17)
не признает, что счастье недостижимо (с. 23)
является чрезмерно требовательным (за утверждение, что всегда наш долг создавать наибольшее возможное счастье в мире) (с. 29)
делает людей холодными и бесчувственными (поскольку сосредотачивается исключительно на последствиях действий, а не на таких чертах, как мотивы и характер, которые требуют более чуткого и сочувственного ответа) (с. 31)
является безбожной этикой (за не признание того, что этика коренится в заповедях или воле Бога) (с. 33)
смешивает благо с целесообразностью (с. 34)
не признает, что при принятии этических решений обычно нет времени для расчета будущих последствий (с. 35)
искушает людей нарушать обычные моральные правила (приглашая их игнорировать эти правила, когда они кажутся противоречащими всеобщему счастью) (с. 37)
fails to recognize that happiness is unobtainable (p. 23)
is too demanding (for claiming that it is always our duty to create the greatest possible happiness in the world) (p. 29)
makes people cold and unsympathetic (by focusing solely on the consequences of actions, rather than on features such as motives and character, which require a more sensitive and empathetic response) (p. 31)
is a godless ethics (by failing to recognize that ethics is rooted in God's commands or will) (p. 33)
confuses goodness with expediency (p. 34)
fails to recognize that in making ethical decisions there usually is not time to calculate future consequences (p. 35)
tempts people to disobey ordinary moral rules (by inviting them to ignore such rules when they appear to conflict with the general happiness) (p. 37)
В ответ на обвинение, что утилитаризм – это доктрина, подходящая лишь для свиней, Милль отказывается от бэнтемовского взгляда на то, что удовольствия различаются только по количеству, а не по качеству. Он отмечает, что большинство людей, испытавших как физические, так и интеллектуальные удовольствия, склонны значительно предпочитать последние. Мало кто, по его утверждению, согласится поменяться местами с животным, глупцом или невеждой ради любого количества телесных удовольствий, которые они могли бы тем самым получить. И поскольку «единственным доказательством того, что что-то желательно, является то, что люди действительно этого желают», следует, что интеллектуальные удовольствия (например, удовольствия от дружбы, искусства, чтения и беседы) являются более высокими и более желательными видами удовольствий, чем телесные удовольствия, и что рациональное стремление к долгосрочному счастью требует развития высших способностей человека. В ответ на возражение, что обычно не хватает времени для расчета того, как данный поступок может повлиять на долгосрочное всеобщее счастье, Милль намечает своего рода «двухуровневый» подход к этике, который отводит важную роль моральным правилам в принятии этических решений. Милль утверждает, что традиционные моральные правила, такие как «Держи свои обещания» и «Говори правду», на протяжении долгого времени показали свою способность способствовать благополучию общества. Обычно мы должны следовать таким «вторичным принципам», не слишком задумываясь о последствиях своих действий. Как правило, только в случае конфликта этих принципов второго уровня необходимо (или разумно) обращаться непосредственно к принципу полезности.
Глава 3
В третьей главе Милл спрашивает, какие "санкции" (то есть вознаграждения и наказания) являются основой обязанности способствовать всеобщему счастью. Он исследует различные способы, которыми как внешние, так и внутренние санкции – то есть стимулы, предоставляемые другими, и внутренние чувства сочувствия и совести – побуждают людей задумываться о том, как их действия влияют на благополучие других. По мнению Милля, высшая санкция – внутренняя. Человек – существо социальное, которое по природе своей стремится "быть в гармонии с себе подобными". Отдавать предпочтение эгоистичным целям перед общественным благом противоречит этому глубоко укоренившемуся естественному побуждению.
Глава 4
В четвертой главе Милл предлагает свое знаменитое квази-доказательство принципа наибольшего счастья. В основе его аргумента следующее:
Каждый стремится к счастью. Единственное доказательство того, что что-либо желательно, состоит в том, что люди действительно этого желают. Следовательно, счастье каждого человека является благом для этого человека. Таким образом, всеобщее счастье является благом для совокупности всех людей. Многие критики утверждают, что этот аргумент опирается на сомнительное предположение о связи между индивидуальным и всеобщим счастьем. Могут быть случаи, когда всеобщее счастье можно продвигать только ценой жертв счастья отдельных индивидов. В таких случаях, является ли всеобщее счастье благом для этих индивидов? Другие критики поставили под вопрос, имеет ли смысл говорить о совокупностях, обладающих желаниями, или же сам факт желания чего-либо доказывает, что это действительно желательно.
Влияние
Утилитаризм Милля остаётся «самой известной защитой утилитарной точки зрения, когда-либо написанной» и по-прежнему широко используется в университетских курсах по этике во всем мире. Во многом благодаря Миллю, утилитаризм быстро стал доминирующей этической теорией в англо-американской философии. Несмотря на то, что некоторые современные этики не согласны со всеми аспектами моральной философии Милля, утилитаризм остаётся актуальным направлением в этической теории и сегодня.