Введение
Латинская фраза в эпизоде "Звездного пути" Inter arma enim silent leges – латинская фраза, которая буквально означает «Посреди оружия законы молчат», но более известна в переводе «В военное время закон умолкает».
the Star Trek episode
Inter arma enim silent leges is a Latin phrase that literally means "For among arms, the laws are silent" but is more popularly rendered as "In times of war, the law falls silent."
Древний Рим
Афоризм, вероятно, впервые был записан именно в такой формулировке Цицероном в его опубликованной речи Pro Milone, однако точная формулировка Цицерона звучала как Silent enim leges inter arma. Когда Цицерон использовал эту фразу, политически мотивированное насилие толпы было обычным явлением. Вооруженные банды, возглавляемые партийными лидерами, контролировали улицы Рима, при этом эти лидеры избирались на высокие государственные должности. Это выражение использовали и другие латинские писатели, например, святой Иероним в письме 126.
Соединенные Штаты
Запрос президента США Авраама Линкольна о вынесении мнения о приостановке права на habeas corpus во время Гражданской войны в США в конечном итоге привел к решению по делу Ex parte Merryman (1861) главного судьи Роджера Б. Тейни, в качестве судьи Окружного суда США по округу Мэриленд: правительство США явно ссылалось на этот принцип в своем аргументе по делу, отметив (со ссылкой на Цицерона), что "эти [поправки к Биллю о правах], по сути, являются исключительно мирными положениями Конституции и, как и все другие обычные и законодательные законы и нормативные акты, умолкают в условиях войны, и когда безопасность народа становится высшим законом". Подрыв прав граждан во время Второй мировой войны был поддержан Верховным судом США в деле Хирабаяси против Соединенных Штатов (1943), в котором было установлено, что применение комендантского часа к членам меньшинства было конституционным, когда страна находилась в состоянии войны со страной происхождения этой группы. Дело Yasui против Соединенных Штатов было сопутствующим и было решено в тот же день. В более современном употреблении эта фраза стала предостережением об ущемлении гражданских свобод во время войны. Сразу после терактов 11 сентября этот принцип был вновь активно обсуждаться и подвергаться сомнению в средствах массовой информации США. Значение этого высказывания, в его нынешнем использовании, является предметом дебатов о том, являются ли гражданские свободы и права подчиненными обязанности страны к самообороне во время войны. В 1998 году главный судья Уильям Ренквист в книге "Все законы, кроме одного: гражданские свободы во время войны" предположил, что "наименее оправданные ограничения гражданских свобод" вряд ли будут приняты судами в будущих войнах: "Нежелательно и маловероятно, что гражданские свободы займут столь же привилегированное положение во время войны, как и в мирное время. Однако желательно и вероятно, что суды будут уделять больше внимания обоснованию требований правительства о необходимости ограничения гражданских свобод. Таким образом, законы не будут молчать во время войны, но будут говорить несколько иным голосом". В 2004 году судья Верховного суда Антонин Скалия использовал эту фразу, чтобы критиковать решение по делу Хамди против Рамсфельда, которое поддержало задержание гражданина США как вражеского комбатанта без предъявления обвинения или приостановки действия habeas corpus.
The US government explicitly referred to the maxim in its argument in the case by remarking (with an additional reference to Cicero) that "these [amendments of the Bill of Rights], in truth, are all peace provisions of the Constitution and, like all other conventional and legislative laws and enactments, are silent amidst arms, and when the safety of the people becomes the supreme law." The erosion of citizens' rights during World War II was upheld by the US Supreme Court in Hirabayashi v. United States (1943), a case that held that the application of curfews against members of a minority group was constitutional when the nation was at war with the country from which that group originated. Yasui v. United States was a companion case that was decided on the same day. In its more modern usage, the phrase has become a watchword about the erosion of civil liberties during wartime. In the immediate wake of the September 11 attacks, the maxim was aired and questioned in the media of the United States with renewed force. The implication of the saying, as currently used, is in debate whether civil liberties and freedoms are subservient to a wartime nation's duty of self defense. In 1998, Chief Justice William Rehnquist, in All the Laws but One: Civil Liberties in Wartime, suggested that "the least justified of the curtailments of civil liberty" were unlikely to be accepted by the courts in future wars: "It is neither desirable nor is it remotely likely that civil liberty will occupy as favored a position in wartime as it does in peacetime. But it is both desirable and likely that more careful attention will be paid by the courts to the basis for the government's claims of necessity as a basis for curtailing civil liberty The laws will thus not be silent in time of war, but they will speak with a somewhat different voice." In 2004, Associate Justice Antonin Scalia used this phrase to decry the plurality decision in Hamdi v. Rumsfeld, which upheld the detention of a US citizen as an enemy combatant without charge or suspension of habeas corpus:
В художественной литературе
Фраза была использована в качестве названия эпизода 1999 года научно-фантастического телесериала "Звёздный путь: Глубокий космос 9"; персонаж адмирала Уильяма Дж. Росса использует эту фразу, чтобы оправдать морально сомнительное действие во время Войны Доминиона.