Введение

Воображаемое (или социальное воображаемое) – это совокупность ценностей, институтов, законов и символов, посредством которых люди осмысливают свою социальную целостность. Оно является общим для членов определенной социальной группы и соответствующего общества. Концепция воображаемого привлекла внимание в антропологии, социологии, психоанализе, философии и медиаисследованиях.

Касториады

В 1975 году Корнелиус Касториадис использовал этот термин в своей книге «Воображаемое учреждение общества», утверждая, что «воображаемое общества создает для каждого исторического периода свой особый способ жизни, видения и осмысления собственного существования». Для Касториадиса «центральные воображаемые значения общества – это то, что связывает общество воедино и определяет, что для данного общества является "реальным"». Аналогичным образом, Хабермас писал о «массивном фоне межсубъективно разделяемого жизненного мира – контекстах жизненного мира, обеспечивающих поддержку широкого консенсуса».

Лакан

Воображаемое представлено Лаканом как один из трех пересекающихся порядков, структурирующих все человеческое существование, два других – символическое и реальное. Лакан отталкивался от работы Сартра "L'Imaginaire", вышедшей в 1940 году и представлявшей собой "феноменологическую психологию воображения", где образ рассматривается как форма сознания. Лакан также опирался на то, как "Мелани Кляйн расширяет границы, в рамках которых мы можем наблюдать функционирование субъективной идентификации", в своих исследованиях фантазии – область, расширенная ее последователями для анализа того, как "мы все подвержены вовлечению в системы социальных фантазий, то есть опыту принадлежности к определенным человеческим коллективам". "Хотя в раннем детстве человек живет исключительно в Воображаемом, оно сохраняет отчетливое присутствие на протяжении всей жизни индивида". В лакановском понимании Воображаемое относится к иллюзии и очарованию образом тела как целостного единства, происходящего из дуальных отношений между эго и зеркальным отражением. Эта иллюзия согласованности, контроля и целостности отнюдь не является ненужной или незначительной. "Термин "воображаемое" очевидно связан с "вымышленным", но в лакановском смысле он не просто синонимичен фиктивному или нереальному; напротив, воображаемые идентификации могут иметь вполне реальные последствия". Он рассматривает ренессансный идеал цивилизованности и самосовершенствования как своего рода промежуточный этап на пути к современности и современной морали. Современное социальное воображаемое, по его мнению, включает в себя систему взаимосвязанных сфер, таких как рефлексивность и общественный договор, общественное мнение и публичная сфера Хабермаса, политико-рыночная экономика как самостоятельная сила и самоуправление граждан в обществе как нормативный идеал. Тейлор признал влияние Бенедикта Андерсона на его формулировку концепции социального воображаемого. Андерсон рассматривал нацию как "воображаемое политическое сообщество – национальность, равно как и национализм, являются культурными артефактами особого рода".

Онтология

Хотя социальный воображаемый и не является устоявшейся реальностью, он всё же выступает как институт, поскольку представляет собой систему значений, определяющую данную социальную структуру. Эти воображаемые следует понимать как исторические конструкции, формирующиеся в результате взаимодействия субъектов в обществе. В этом смысле воображаемое не обязательно является "реальным", так как это концепт, основанный на воображении конкретного социального субъекта. Тем не менее, среди использующих этот термин (или связанные с ним, такие как *imaginaire*) сохраняется дискуссия относительно онтологического статуса воображаемого. Некоторые, например, Генри Корбин, считают воображаемое вполне реальным, в то время как другие приписывают ему лишь социальную или воображаемую реальность. Джон Р. Сёрл полагал, что онтология социального воображаемого сложна, но на практике "сложная структура социальной реальности, можно сказать, невесома и невидима. Ребенок растет в культуре, где он просто принимает социальную реальность как данность. Сложная онтология представляется простой".

Технология

В 1995 году Джордж Э. Маркус отредактировал книгу под названием «Технонаучные воображения», в которой этнографически исследовались современная наука и технологии. Этот сборник, представляющий собой серию встреч в области технонауки, собран коллективом антропологов и других исследователей и был направлен на выявление стратегических точек перемен в современном мире, который больше не вписывается в традиционные представления и педагогические подходы, и который лучше всего изучать посредством совместных усилий технологов и социальных ученых. Хотя лакановское воображаемое упоминается лишь косвенно, взаимодействие между эмоциями и разумом, желанием, символическим порядком и реальностью неоднократно подвергается тщательному анализу. Важную роль в техническом аспекте этих воображений играют визуальные, статистические и другие репрезентативные способы отображения информации, которые, с одной стороны, способствовали научному прогрессу, а с другой – иногда создавали иллюзию объективности и достоверности. Данные исследования исходят из того, что «технологический смысл исторически обусловлен и, как следствие, локализуется в рамках более широкого социального воображения».

Воображаемые средства массовой информации

Несколько исследователей в области медиа и историков проанализировали представления о технологиях по мере их возникновения, такие как ранние средства связи, мобильные телефоны и Интернет.

Серийные воображаемые исследования

Недавний исследовательский проект, возглавляемый командой из Университета Гренобль-Альпы, предлагает разработать концепцию воображаемого и понять, как оно функционирует при взаимодействии с серийными произведениями искусства. Это исследование, опубликованное в Imaginaire sériel: Les mécanismes sériels à l'oeuvre dans l'acte créatif (Джонатан Фруоко, Андреа Рандо Мартин (ред.), Гренобль, UGA Edition, 2017), опирается на гренобльский подход Гилбера Дюрана и одновременно ставит под вопрос влияние сериальности на наше воображение и определяет само воображение сериальности. Развитие этой концепции позволяет лучше понять тесную связь между способностью обуславливать и организовывать взаимосвязь между переживанием и его репрезентацией, и процедурой, основанной на ритмическом повторении одной или нескольких парадигм в определенной и последовательной структуре, обеспечивающей их воспроизведение и вариации. Серийные произведения искусства, таким образом, представляют собой привилегированную область для исследований, поскольку они превращают рекурсию и избыточность в принципы структурирования. Исследования школы Дюрана стремятся проиллюстрировать эту серийную концептуализацию воображаемого посредством анализа серийной литературы, телевизионных сериалов, комиксов, серийной музыки и танца и т.д.

Архитектурный воображаемый

Питер Олшавский проанализировал роль воображения в архитектуре. Опираясь на работы Тейлора, воображение понимается как категория для осмысления социальной практики и обоснований, которые дизайнеры приводят для понимания этой практики.