Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.
Содержание
Введение
Момент в пьесе или другом произведении, когда персонаж делает критическое открытие.
Moment in a play or other work when a character makes a critical discovery
Анагноризис (,/æ//n//ə//ɡ/'/n//ɒr//ᵻ//s//ᵻ//s/; ἀναγνώρισις) – это момент в пьесе или другом произведении, когда персонаж совершает важное открытие. Изначально в греческом контексте анагноризис означал узнавание, не только личности, но и того, что эта личность собой представляет. В аристотелевской трагедии анагноризис – это внезапное осознание героем истинного положения вещей, понимание реальности и, наконец, прозрение героя относительно его отношений с часто враждебным персонажем.
Anagnorisis (,/æ//n//ə//ɡ/'/n//ɒr//ᵻ//s//ᵻ//s/; ἀναγνώρισις) is a moment in a play or other work when a character makes a critical discovery. Anagnorisis originally meant recognition in its Greek context, not only of a person but also of what that person stood for. Anagnorisis was the hero's sudden awareness of a real situation, the realisation of things as they stood, and finally, the hero's insight into a relationship with an often antagonistic character in Aristotelian tragedy.
Трагедия
В своей «Поэтике», как часть обсуждения перипетии, Аристотель определил анагноризис как «переход от незнания к знанию, вызывающий любовь или ненависть между лицами, которым поэт предначертал счастливую или несчастливую судьбу» (1452а). Его часто рассматривают в связи с аристотелевской концепцией катарсиса. В аристотелевском определении трагедии анагноризис – это открытие трагическим героем собственной личности или истинного характера (например, Корделия, Эдгар, Эдмунд и др. в «Короле Лире» Шекспира) или личности или истинной природы другого человека (например, детей Лира, детей Глостера). Аристотель был первым, кто обсудил использование анагнориза, с перипетией, являющейся его следствием. Он считал это признаком высшей трагедии, как, например, в случае с Эдипом, который убил отца и женился на матери в неведении, а затем узнал правду, или когда Ифигения в Тавриде вовремя понимает, что незнакомцы, которых она должна принести в жертву, – это её брат и его друг, и воздерживается от этого. Аристотель считал такие сложные сюжеты превосходящими простые сюжеты, лишённые анагнориза или перипетии, как, например, когда Медея решает убить своих детей, зная, кто они, и совершает это. Другим ярким примером анагнориза в трагедии является «Хефоры» («Носители жертв») Эсхила, где Электра узнаёт своего брата Ореста после его возвращения из изгнания в Аргос, у могилы их отца Агамемнона, убитого их матерью Клитемнестрой. Электра убеждается, что перед ней Орест, благодаря трём доказательствам: локону волос Ореста на могиле, его следам рядом с могилой и вышитой ею части ткани. Отпечатки ног и волосы оказываются идентичными её собственным. Электра осознаёт присутствие брата, единственного, кто может помочь ей отомстить за смерть отца.
In his Poetics, as part of his discussion of peripeteia, Aristotle defined anagnorisis as "a change from ignorance to knowledge, producing love or hate between the persons destined by the poet for good or bad fortune" (1452a). It is often discussed along with Aristotle's concept of catharsis. In the Aristotelian definition of tragedy, it was the discovery of one's own identity or true character (e. g. Cordelia, Edgar, Edmund, etc. in Shakespeare's King Lear) or of someone else's identity or true nature (e. g. Lear's children, Gloucester's children) by the tragic hero. Aristotle was the first writer to discuss the uses of anagnorisis, with peripeteia caused by it. He considered it the mark of a superior tragedy, as when Oedipus killed his father and married his mother in ignorance, and later learned the truth, or when Iphigeneia in Tauris realizes in time that the strangers she is to sacrifice are her brother and his friend, and refrains from sacrificing them. Aristotle considered these complex plots superior to simple plots without anagnorisis or peripeteia, such as when Medea resolves to kill her children, knowing they are her children, and does so. Another prominent example of anagnorisis in tragedy is in Aeschylus's "The Choephoroi" ("Libation Bearers") when Electra recognizes her brother, Orestes, after he has returned to Argos from his exile, at the grave of their father, Agamemnon, who had been murdered at the hands of Clytemnestra, their mother. Electra convinces herself that Orestes is her brother with three pieces of evidence: a lock of Orestes's hair on the grave, his footprints next to the grave, and a piece of weaving which she embroidered herself. The footprints and the hair are identical to her own. Electra's awareness is of her brother's presence, who is the one person who can help her by avenging the death of their father.
Комедия
Раздел «Поэтики» Аристотеля, посвященный комедии, не сохранился, но многие критики также обсуждают мотив узнавания в комедиях. Типичным сюжетом Новой комедии было финальное раскрытие, посредством опознавательных знаков, благородного происхождения героини, что делало её подходящей партией для героя. Часто этого добивались благодаря интригам хитроумного раба. Этот сюжет встречается у Шекспира в «Зимней сказке», где сцена узнавания в последнем акте раскрывает, что Пердита – дочь короля, а не пастушка, и поэтому достойна своего возлюбленного-принца.
The section of Aristotle's Poetics dealing with comedy did not survive, but many critics also discuss recognition in comedies. A standard plot of the New Comedy was the final revelation, by birth tokens, that the heroine was of respectable birth and so suitable for the hero to marry. This was often brought about by the machinations of the tricky slave. This plot appears in Shakespeare's The Winter's Tale, where a recognition scene in the final act reveals that Perdita is a king's daughter rather than a shepherdess, and so suitable for her prince lover.
Тайна
Самое раннее использование анагноризиса в детективном жанре встречается в рассказе «Три яблока» — классической сказке из «Тысячи и одной ночи», где этот прием эффективно используется в неожиданной развязке. Главный герой, Джафар ибн Яхья, получает от Харуна аль-Рашида приказ найти убийцу в течение трех дней, иначе ему грозит казнь. Лишь после истечения срока, когда он готовится к казни, он обнаруживает, что виновным был его собственный раб.
The earliest use of anagnorisis in a murder mystery was in "The Three Apples", a classical Arabian Nights tale, where the device is employed to great effect in its twist ending. The protagonist of the story, Ja'far ibn Yahya, is ordered by Harun al Rashid to find the culprit behind a murder mystery within three days or else be executed. It is only after the deadline has passed, and as he prepares to be executed, that he discovers that the culprit was his own slave all along.