Введение

Трактат об архитектуре Витрувия De architectura (О архитектуре, опубликованный как «Десять книг об архитектуре») — это трактат об архитектуре, написанный римским архитектором и военным инженером Марком Витрувием Поллионом и посвященный его покровителю, императору Цезарю Августу, как руководство по строительным проектам. Являясь единственным сохранившимся со времен античности трактатом по архитектуре, он с эпохи Возрождения считается первой известной книгой по архитектурной теории и основным источником по канонам классической архитектуры. Он содержит разнообразную информацию о греческих и римских зданиях, а также рекомендации по планированию и проектированию военных лагерей, городов и сооружений как больших (акведуки, здания, бани, гавани), так и малых (машины, измерительные приборы, инструменты). Поскольку Витрувий опубликовал свой труд до изобретения крестовых сводов, куполов, бетона и других новшеств, связанных с имперской римской архитектурой, его десять книг не содержат информации об этих характерных особенностях римского строительного дизайна и технологий. Из упоминаний в тексте известно, что в оригинальных экземплярах было по крайней мере несколько иллюстраций (возможно, восемь), но ни одна из них не дошла до нас в средневековых рукописях. Этот недостаток был устранен в печатных изданиях XVI века, которые стали иллюстрироваться многочисленными большими гравюрами.

Здания

Витрувий стремился осмыслить этический аспект архитектуры, утверждая, что качество зависит от социальной значимости работы художника, а не от формы или мастерства исполнения самого произведения. Пожалуй, самое известное изречение из «Десяти книг об архитектуре» до сих пор цитируется архитекторами: «Хорошее здание должно обладать тремя качествами: прочность, удобство и красота». Эта цитата взята из версии сэра Генри Уоттона 1624 года и точно передает смысл отрывка из труда (I. iii.2), однако с тех пор английский язык изменился, особенно в отношении слова "commodity", и данная формулировка может быть истолкована неверно. В современном английском это звучало бы так: «Идеальное здание состоит из трех элементов: оно прочное, функциональное и красивое». Витрувий также изучал пропорции человеческого тела (Книга) и эта часть его канонов впоследствии была воспринята и адаптирована в знаменитом рисунке «Homo Vitruvianus» («Витрувианский человек») Леонардо да Винчи.

Домашняя архитектура

В то время как Витрувий подробно описывает религиозные здания, инфраструктуру и машины, его отношение к жилой архитектуре неоднозначно. Подобно Аристотелю, Витрувий выражает восхищение домовладельцами, которые строили свои дома самостоятельно, без участия архитектора. Эта двойственность в отношении жилой архитектуры наиболее отчетливо проявляется в первом абзаце введения к Книге 6. Книга 6 посвящена исключительно жилой архитектуре, но, как объяснил теоретик архитектуры Саймон Вейр, вместо того чтобы начать введение с рассуждений о достоинствах жилища, семьи или какой-либо темы, непосредственно связанной с домашним бытом, Витрувий приводит анекдот о греческом этическом принципе ксении – гостеприимстве и проявлении доброты к незнакомцам.

Римская технология

De architectura важна благодаря описаниям множества различных машин, используемых в строительстве и инженерном деле, таких как лебедки, краны и блоки, а также военных машин, таких как катапульты, баллисты и осадные орудия. Витрувий также описал устройство солнечных и водяных часов, а также использование эолипиля (первого парового двигателя) в качестве эксперимента, демонстрирующего природу движений атмосферного воздуха (ветра).

Аквадукты и мельницы

Книги Витрувия "Об архитектуре" составляют основу большинства наших знаний о римской технике, дополненных археологическими исследованиями сохранившихся сооружений, таких как Пон-дю-Гар во Франции. Многочисленные подобные массивные постройки встречаются по всей территории бывшей Римской империи, свидетельствуя о мощи римской инженерии. Описание Витрувием строительства римских акведуков лаконично, но содержит ключевые детали, особенно касающиеся способов их геодезической съемки и тщательного выбора необходимых материалов. Его труд мог быть полезен Фронтину, генералу, назначенному в конце I века нашей эры для управления римскими акведуками. Фронтин написал трактат "Об акведуках" (De aquaeductu) – исчерпывающее исследование римских акведуков I века – и обнаружил расхождение между объемом забираемой и поставляемой воды, вызванное незаконными врезками в каналы для перехвата воды. Римская империя добилась значительных успехов в использовании гидроэнергии, о чем свидетельствует комплекс из не менее чем 16 водяных мельниц в Барбегале во Франции. Эти мельницы эффективно перемалывали зерно, и сейчас известно о многих других подобных сооружениях, например, о пилораме в Иераполисе, построенной значительно позже.

Материалы

Витрувий описал множество различных строительных материалов, используемых для широкого спектра сооружений, а также такие детали, как роспись штукатуркой. Он дал подробные описания цемента, бетона и извести, а долговечность многих римских построек служит немым свидетельством их мастерства в строительстве и проектировании. Он рекомендовал не использовать свинец для проведения питьевой воды, предпочитая глиняные трубы. К такому выводу он пришел в книге «De architectura» после эмпирического наблюдения за очевидными болезнями рабочих на свинцовых литейных заводах своего времени. Однако большая часть воды, используемой в Риме и многих других городах, была очень жесткой, и минералы быстро покрывали внутреннюю поверхность труб, что снижало риск отравления свинцом. Витрувий пересказал известную историю об Архимеде и его обнаружении примеси в золоте королевской короны. Когда Архимед понял, что объем короны можно точно измерить по вытесненной ею воде в ванне, он выбежал на улицу с криком «Эврика!», и это открытие позволило ему сравнить плотность короны с плотностью чистого золота. Он доказал, что корона была подделана серебром, и король был обманут.

Машины для обезвоживания

Витрувий описал конструкцию винта Архимеда в главе 10, хотя и не упомянул Архимеда по имени. Это устройство широко использовалось для подъема воды для орошения полей и откачки воды из шахт. Среди других подъемных машин, упомянутых в «De architectura», – бесконечная цепь ковшей и водяное колесо с верхним боем. Остатки водяных колес, использовавшихся для подъема воды, были обнаружены в старых шахтах, таких как Рио-Тинто в Испании и Долаукоти в Западном Уэльсе. Одно из колес из Рио-Тинто сейчас находится в Британском музее, а другое – в Национальном музее Уэльса. Эти остатки были обнаружены при возобновлении работ в этих шахтах в ходе современных попыток добычи. Колеса использовались последовательно по вертикали, и 16 таких мельниц могли поднимать воду на высоту не менее 29 метров над уровнем грунтовых вод. Каждое колесо приводилось в движение шахтером, наступающим на ступени на верхнем краю колеса. Тот факт, что они использовали такие устройства в шахтах, явно указывает на то, что они вполне могли использовать их и как водяные колеса для выработки энергии для различных целей, не только для помола зерна, но и, вероятно, для распиловки древесины, дробления руды, валки сукна и тому подобного.

Силовой насос

Ктесибию приписывают изобретение силового насоса, который Витрувий описал как изготовленный из бронзы с клапанами, позволяющими создать столб воды над машиной. Это устройство также описано Героном Александрийским в его труде «Пневматика». Машина приводится в действие вручную, посредством перемещения рычага вверх и вниз. Ктесий упоминал его использование для подачи воды в фонтаны, расположенные выше уровня резервуара, хотя его могли использовать и в качестве простой пожарной машины. Один такой насос был найден в Каллеве Атребатум (римский Сильчестер) в Англии, а другой экспонируется в Британском музее. Их назначение не известно, но оба изготовлены из бронзы, как и указал Витрувий. Витрувий также упоминал несколько автоматов, изобретенных Ктесибием, которые предназначались для развлечения и удовольствия, а не для практического применения.

Центральное отопление

Витрувий описал множество нововведений в архитектуре, призванных улучшить условия жизни обитателей. Наиболее важным из них стало изобретение гипокауста – системы центрального отопления, в которой горячий воздух от огня направлялся под полы и в стены общественных бань и вилл. Он дал подробные инструкции по проектированию таких зданий для максимальной экономии топлива; например, кальдарий располагался рядом с тепидарием, а за ним следовал фригидарий. Он также рекомендовал использовать регулятор для контроля температуры в горячих помещениях – бронзовый диск, вмонтированный в крышу над круглым отверстием, который можно было поднимать или опускать с помощью шкива для регулировки вентиляции. Хотя сам он этого не предлагал, его водоотводные устройства, такие как водяное колесо с обратным захватом, вероятно, использовались в крупных банях для подъема воды в накопительные резервуары на верхних уровнях больших терм, таких как бани Диоклетиана и бани Каракаллы.

Стрелки для геодезии

Витрувий, несомненно, был хорошо знаком с геодезией, что подтверждается его описаниями геодезических инструментов, особенно водяного уровня, или хорбата, который он выгодно сравнивал с громой – прибором, использующим отвесы. Грома была необходима во всех строительных работах, но особенно при строительстве акведуков, где равномерный уклон был важен для обеспечения постоянной подачи воды без повреждения стенок канала. Он описал геодезическое колесо, по сути, устройство для автоматического измерения расстояний по дорогам, машину, необходимую для составления точных маршрутов, таких как Таблица Peutinger'а.

Изменение уровня моря

В книге, глава 1, подпункт 4 «De architectura» содержится описание 13 афинских городов в Малой Азии, «земле Карии», на территории современной Турции. Эти города перечислены следующим образом: Ефес, Милет, Миус, Приена, Самос, Теос, Колофон, Хиос, Эритра, Фокея, Клазомены, Лебедос, Митилена, а позднее – четырнадцатый, Смирна. Миус, третий в списке город, описывается как «давно поглощенный водой, вместе со своими священными обрядами и правом голоса». Это предложение указывает на то, что во времена Витрувия было известно о происходивших изменениях уровня моря и/или оседании суши. Расположение этих городов в целом с юга на север предполагает, что местоположение Миуса должно быть вглубь суши. Если это так, то с момента написания «De architectura» в этом регионе либо произошло поднятие почвы, либо уровень моря понизился. Хотя это не является прямым свидетельством или предположением об изменении уровня моря, в период поздней Римской империи многие римские порты страдали от того, что современники описывали как «заиливание». Постоянная необходимость в дноуглублении портов ложилась тяжелым бременем на казну, и некоторые полагают, что эти расходы внесли значительный вклад в окончательный крах империи. Римские солеварни в Эссексе, Англия, сегодня находятся на высоте пяти метров над уровнем моря, что указывает на то, что это была береговая линия в прошлом. Эти наблюдения лишь демонстрируют степень заиливания и поднятия почвы, повлиявших на изменение береговой линии с момента написания «De architectura».

Рукописи

Работа Витрувия – один из многих примеров латинских текстов, сохранившихся благодаря дворцовой скриптории Карла Великого в начале IX века. (Эта деятельность по поиску и переписыванию классических рукописей является частью так называемого Каролингского Ренессанса.) Многие из дошедших до нас работ Витрувия происходят из существующей рукописи, переписанной там – рукописи Британской библиотеки Харли 2767. Эти тексты не только копировались, но и были известны при дворе Карла Великого, поскольку его историк, епископ Эйнхард, обратился к прибывшему английскому церковному деятелю Алкуину с просьбой разъяснить некоторые технические термины. Кроме того, известно, что ряд людей читали этот текст или испытали его косвенное влияние, в том числе: Вуссин, Храбан Мавр, Герман Рейхенский, Гуго Сен-Викторский, Гервас Мельки, Вильгельм Мальмсберийский, Теодерих Сен-Трондский, Петр Диакон, Альберт Великий, Филиппо Виллани, Жан де Монтрей, Петрарка, Боккаччо, Джованни де Донди, Доменико ди Бандино, Никколо Акчайоло, завещавший копию базилике Сан-Лоренцо во Флоренции, Бернвард Хильдесхаймский и Фома Аквинский. В 1244 году доминиканский монах Винсент Бовеский сделал множество ссылок на «De architectura» в своем сборнике всех знаний Средневековья – «Speculum Maius».

Многие копии «De architectura», датируемые VIII–XV веками, существовали в виде рукописей в Средние века, и 92 из них до сих пор доступны в публичных коллекциях, однако, по-видимому, они не привлекали особого внимания, возможно, из-за устаревания многих специализированных латинских терминов, использованных Витрувием, и утраты большей части из 10 оригинальных иллюстраций, которые, по мнению некоторых, могли помочь в понимании отдельных частей текста. Работа Витрувия была «заново открыта» в 1416 году флорентийским гуманистом Поджио Браччолини, который обнаружил ее в библиотеке аббатства Санкт-Галлен в Швейцарии. Он представил рукопись восприимчивой аудитории мыслителей эпохи Возрождения, в то время как интерес к классическому культурному и научному наследию возрождался.

Печатные издания

Первое печатное издание (editio princeps), версия инкунабулы, было опубликовано в 1486 году веронским ученым Фра Джованни Сулпициусом (второе издание вышло в 1495 или 1496 году), но ни одно из них не содержало иллюстраций. Доминиканский монах Фра Джованни Джокондо создал первое иллюстрированное гравюрами на дереве издание в Венеции в 1511 году. Оно отличалось глубоким философским подходом и великолепными иллюстрациями. Переводы на итальянский язык появились в обращении к 1520-м годам, первым печатным переводом с новыми иллюстрациями стал перевод Чезаре Чезариано, миланского друга архитектора Браманте, изданный в Комо в 1521 году. Книга была быстро переведена на другие европейские языки: первое французское издание вышло в 1547 году, а первое немецкое – в 1548 году. Первый испанский перевод был опубликован в 1582 году Мигелем де Урреа и Хуаном Грацианом. Самым авторитетным и влиятельным изданием стал французский перевод, опубликованный в 1673 году Клодом Перро по заказу Жана-Батиста Кольбера в 1664 году. Джон Шут использовал этот текст еще в 1563 году для своей книги «Первые и главные принципы архитектуры». Работа сэра Генри Уоттона «Элементы архитектуры» 1624 года представляет собой во многом основанную на нем адаптацию, а перевод 1692 года был значительно сокращен. Англоязычные читатели дождались полного перевода первых пяти томов только в 1771 году, а всего труда – в 1791 году. Благодаря искусству печати, труд Витрувия стал популярным объектом герменевтики, с подробными и интерпретирующими иллюстрациями, и получил широкое распространение. Среди множества последующих изданий, перевод Морриса Х. Моргана, Ph.D., LL.D., покойного профессора классической филологии Гарвардского университета, «Десять книг об архитектуре» 1914 года, полностью доступен в Project Gutenberg и в Интернет-архиве.

Влияние

Переоткрытие трудов Витрувия оказало глубокое влияние на архитекторов эпохи Возрождения, вызвав возрождение классической архитектуры в последующие века. Архитекторы Возрождения, такие как Никколи, Брунеллески и Леон Баттиста Альберти, нашли в «De architectura» рациональное обоснование для возведения своей области знаний в ранг научной дисциплины, а также для подчеркивания мастерства ремесленников. Один из самых известных рисунков Леонардо да Винчи, «Витрувианский человек», основан на принципах пропорций тела, разработанных Витрувием в первой главе третьей книги «О симметрии: в храмах и в человеческом теле». Английский архитектор Иниго Джонс и француз Соломон де Коз были одними из первых, кто пересмотрел и внедрил те дисциплины, которые Витрувий считал необходимым элементом архитектуры: искусства и науки, основанные на числах и пропорциях. Архитектор XVI века Палладио считал Витрувия своим учителем и проводником и создал ряд рисунков на основе его работ, прежде чем сформулировать собственные архитектурные принципы.

Астроляб

Самые ранние свидетельства использования стереографической проекции в механизме содержатся в трактате «De architectura», где описываются анафорические часы (вероятно, клепсидра или водяные часы) в Александрии. Эти часы имели вращающееся поле звезд, расположенное за проволочной сеткой, указывающей время суток. Проволочная сетка (называемая «пауком») и положение звезд были построены с использованием стереографической проекции. Аналогичные конструкции, датируемые I–III веками, были обнаружены в Зальцбурге и на северо-востоке Франции, что позволяет предположить, что подобные механизмы были довольно распространены среди римлян.