Генерал-губернатор Австралии: полномочия и история института

Введение

Представитель монарха Австралии
список должностных лиц

В число важных функций генерал-губернатора входит дача королевского согласия на законопроекты, принятые палатами парламента, выдача предписаний о проведении выборов, осуществление исполнительной власти по совету Федерального исполнительного совета, официальное назначение премьер-министра и других министров, судей и послов, исполнение обязанностей главнокомандующего Австралийскими вооруженными силами и награждение австралийскими наградами. Однако почти во всех случаях генерал-губернатор осуществляет власть de jure в соответствии с принципами Вестминстерской системы и ответственного правительства. Это требует от него политического нейтралитета и действий исключительно в соответствии с Парламентом (например, при выборе премьер-министра и даче королевского согласия) или по совету министров (при осуществлении исполнительных полномочий). Тем не менее, в определенных ограниченных обстоятельствах генерал-губернатор может действовать самостоятельно, без или вопреки официальному совету, используя резервные полномочия, наиболее заметно проявившиеся во время австралийского конституционного кризиса 1975 года. Эти ситуации часто вызывают споры, а использование и само существование этих полномочий остается предметом оживленных дебатов. В своих церемониальных и общественных функциях генерал-губернатор представляет нацию в целом. Внутри страны это предполагает участие в богослужениях и памятных мероприятиях, поддержку общественных организаций и проведение мероприятий в одной из двух официальных резиденций (Дом правительства в Канберре и Адмиралтейский дом в Сиднее). На международном уровне генерал-губернатор представляет Австралию, посещая важные мероприятия и осуществляя, а также принимая государственные визиты. Генерал-губернатора поддерживает штат (80 человек в 2018 году) во главе с официальным секретарем генерал-губернатора Австралии. Генерал-губернатор назначается премьер-министром, но официально утверждается монархом Австралии по совету премьер-министра. Срок его полномочий не фиксирован, но, по традиции, он обычно составляет пять лет. С момента федерации в 1901 году до 1965 года 11 из 15 генерал-губернаторов были британскими аристократами, в их числе шесть баронов, два виконта, два графа и один принц. С тех пор все, кроме одного, генерал-губернаторы родились в Австралии; исключением был сэр Ниниан Стивен, прибывший в Австралию в подростковом возрасте. Только одна генерал-губернатор, Дама Квентин Брайс (2008–2014), была женщиной. Вторая женщина, Саманта Мостин, вступит в должность 1 июля 2024 года.

Significant functions of the governor general include giving royal assent to bills passed by the houses of parliament, issuing writs for elections, exercising executive power on the advice of the Federal Executive Council, formally appointing the prime minister and other ministers, judges and ambassadors, acting as commander in chief of the Australian Defence Force, and bestowing Australian honours. However, in almost all instances the governor general only exercises de jure power in accordance with the principles of the Westminster system and responsible government. This requires them to remain politically neutral and to only act in accordance with Parliament (such as when selecting the prime minister and providing royal assent) or on the advice of ministers (when performing executive actions). However, in certain limited circumstances, the governor general can act independently without or against formal advice by exercising reserve powers, most notably during the 1975 Australian constitutional crisis. These situations are often controversial and the use of and continued existence of these powers remains highly debated. In their ceremonial and community roles, the governor general represents the nation as a whole. Domestically, this role entails attending services and commemorations, sponsoring community organisations and hosting events at one of the two official residences (Government House in Canberra and Admiralty House in Sydney). Internationally, the governor general represents Australia by travelling to significant events and by performing and receiving state visits. The governor general is supported by a staff (of 80 in 2018) headed by the official secretary to the governor general of Australia. The governor general is selected by the prime minister, but formally appointed by the monarch of Australia on the prime minister's advice. Their term is not fixed, but they generally serve for five years by convention. From Federation in 1901 until 1965, 11 out of the 15 governors general were British aristocrats; they included six barons, two viscounts, two earls, and one prince. Since then, all but one of the governors general have been Australian born; the exception, Sir Ninian Stephen, arrived in Australia as a teenager. Only one governor general, Dame Quentin Bryce (2008–2014), has been a woman. A second woman, Samantha Mostyn, will take office on 1 July 2024.

Назначение

Генерал-губернатор официально назначается монархом Австралии на основании комиссии, изданной в соответствии с разделом 2 Конституции и регулируемой патентными письмами, выданными монархом. Когда необходимо назначить нового генерал-губернатора, действующий премьер-министр предлагает кандидатуру монарху, который, по сложившейся практике, принимает эту рекомендацию. Монарх затем разрешает опубликовать рекомендацию, как правило, за несколько месяцев до окончания срока полномочий действующего генерал-губернатора. Получив свою комиссию, новый генерал-губернатор приносит присягу или дает торжественное обещание верности монарху и присягу или торжественное обещание при вступлении в должность. Эти присяги принимаются главным судьей Австралии или другим судьей Высшего суда. В 1961 году лорд Данроссил стал первым и, на сегодняшний день, единственным генерал-губернатором, умершим при исполнении обязанностей. Вакансия возникает в случае отставки, смерти или недееспособности генерал-губернатора. Временная вакансия возникает, когда генерал-губернатор находится за границей в служебной командировке, представляя Австралию. Временная вакансия также возникла в 2003 году, когда Питер Холлингворт временно отстранился от должности. Раздел 4 Конституции позволяет монарху назначать администратора для исполнения обязанностей генерал-губернатора в случае вакансии. По сложившейся практике, губернатор штата с самым длительным стажем пребывания в должности имеет неактивную комиссию, позволяющую ему приступить к исполнению обязанностей при возникновении вакансии. В 1975 году премьер-министр от Лейбористской партии Гоф Уитлэм посоветовал королеве отозвать неактивную комиссию сэра Колина Ханны, тогдашнего губернатора Квинсленда, за публичные и предвзятые политические заявления, критикующие правительство Уитлэма, что являлось нарушением конвенции о нейтральности и неполитичности губернаторов штатов и федеральных генерал-губернаторов.

Отставка

Генерал-губернатор может быть отозван или уволен монархом до истечения срока его полномочий. По традиции, это возможно только по рекомендации премьер-министра, который несет ответственность за назначение немедленной замены или приведение в действие положений о вакансии. Конституционный кризис 1975 года поднял вопрос о возможности одновременного увольнения премьер-министра и генерал-губернатора друг другом. По словам Уильяма Макмахона, Гарольд Холт рассматривал вопрос об отстранении лорда Кейси от должности генерал-губернатора и даже распорядился подготовить необходимые документы. Кейси дважды вызывал Макмахона в Ярралуму, чтобы устроить ему "разнос" из-за его плохих отношений с вице-премьером Джоном Макьюэном, которые, по его мнению, негативно сказывались на работе правительства. Холт считал, что это было неправомерным использованием власти, но никаких дальнейших действий предпринято не было.

Конституционная роль

Генерал-губернатор играет ключевую роль в осуществлении конституционных полномочий во всех ветвях власти.

Роль в австралийском парламенте

Конституция определяет Парламент Содружества как состоящий из монарха, Сената и Палаты представителей. Однако роль монарха носит лишь формальный характер, и генерал-губернатор, в соответствии с Конституцией, отвечает за большинство функций, которые монарх осуществляет в отношении британского парламента, включая выдачу предписаний о проведении выборов в нижнюю палату, созыв совместного заседания, а также предоставление королевского одобрения законопроектам от имени монарха. Генерал-губернатор также выполняет церемониальную роль при приведении к присяге и принятии отставки членов Парламента. Все члены должны принести присягу или дать торжественное обещание верности королю в присутствии генерал-губернатора или назначенного им лица, прежде чем занять свои места. В день открытия Парламента генерал-губернатор произносит речь в Сенате (аналогичную Речи короля в Великобритании), полностью написанную правительством, в которой излагается предлагаемая правительством законодательная программа. Одной из важнейших прерогатив генерал-губернатора является право давать королевское одобрение от имени короля. Правительство формально не дает генерал-губернатору рекомендаций о предоставлении одобрения, но ожидается, что он будет действовать в соответствии с демократически избранными палатами Парламента, и в одобрении законопроектам никогда не отказывалось. Помимо одобрения законопроекта, генерал-губернатор может также оставить законопроект на рассмотрение монарха, то есть предоставить монарху возможность лично дать королевское одобрение предложенному законопроекту. Британское правительство также могло рекомендовать монарху отменить закон, принятый в течение последних двух лет, что привело бы к его аннулированию по провозглашению или сообщению генерал-губернатора палатам. Однако, с момента обретения полной независимости и формирования независимой австралийской короны, британское правительство больше не обладает этими полномочиями, а право резервирования использовалось лишь изредка для законопроектов, затрагивающих лично монарха, таких как Закон о королевских стилях и титулах (1953 и 1973 гг.) и другие законопроекты, имеющие национальное значение, такие как Закон о флагах 1953 года и Закон об Австралии 1986 года.

The Constitution defines the Parliament of the Commonwealth as consisting of the monarch, the Senate and the House of Representatives. However, the monarch's role is no more than titular, with the governor general responsible under the Constitution for the most of the functions undertaken by the monarch in regard to the UK parliament. to issue writs for lower house elections, to convene a joint sitting, as well as the power to give royal assent to bills in the monarch's name. The governor general also has a ceremonial role in swearing in and accepting the resignations of members of Parliament. All members must make an oath or affirmation of allegiance to the King in the presence of the governor general or someone appointed by them before they take their seats. On the day parliament opens, the governor general makes a speech in the Senate (similar to the King's Speech in the UK), entirely written by the government, explaining the government's proposed legislative program. One of the most significant powers of the governor general is the power to grant royal assent in the King's name. The government does not formally advise the governor general to grant assent, but it is expected that they will act in accordance with the democratically elected houses of Parliament and assent has never been refused. Apart from assenting to a bill, the governor general can also reserve a bill for the King's pleasure, that is allow the monarch to give royal assent personally to a proposed bill. The British government could also advise the monarch to disallow a law passed within the last two years, which would annul the law on the governor general's proclamation or message to the houses. However, since the assumption of full sovereignty and the emergence of an independent Crown of Australia, the British government no longer has these powers and the reservation power has only occasionally been used for bills that affect the monarch personally, such as the Royal Styles and Titles Act (1953 and 1973) and other bills of national significance such as the Flags Act 1953 and the Australia Act 1986.

Роль в исполнительной власти

Согласно Конституции, исполнительная власть Содружества принадлежит монарху, но осуществляется генерал-губернатором. Однако эта власть осуществляется только по совету министров в соответствии с принципами ответственного правительства. Это происходит формально через Федеральный исполнительный совет – орган, состоящий из всех действующих (и технически бывших) министров, который консультирует генерал-губернатора. Такие советы, как правило, являются результатом решений, уже принятых в Кабинете министров, являющемся фактически высшим исполнительным органом в Австралии. Хотя некоторые положения Конституции упоминают "генерал-губернатора", а другие – "генерал-губернатора в совете", это не означает, что в первом случае присутствует элемент усмотрения; это различие лишь указывает на то, что прежние полномочия исторически классифицировались как принадлежащие исключительно прерогативе монарха.

Церемониальная роль

В дополнение к официальной конституционной роли, генерал-губернатор выполняет представительские и церемониальные функции, хотя степень и характер этих функций зависят от общественных ожиданий, личности, занимающей должность, позиции действующего правительства и репутации этого человека в обществе. Генерал-губернаторы обычно становятся покровителями различных благотворительных организаций, вручают награды и ордена, организуют приемы для различных групп людей, включая послов в Австралии и из Австралии, и много путешествуют по стране. Сэр Уильям Дин (генерал-губернатор в 1996–2001 годах) описывал одну из своих обязанностей как роль "главного скорбящего" на значимых похоронах. В "Комментариях к Конституции Австралийского Содружества" Гарран отмечал, что поскольку австралийская исполнительная власть имеет национальный характер (завися от общенационально избранной Палаты представителей, а не Сената), "генерал-губернатор, как официальный глава исполнительной власти, ни в коей мере не представляет какой-либо федеральный элемент; если он что-то представляет, то это образ и воплощение национального единства и внешнее проявление имперских связей Содружества". Однако эта роль может стать предметом споров, если генерал-губернатор потеряет популярность у определенных слоев населения. Публичная деятельность сэра Джона Керра была существенно ограничена после конституционного кризиса 1975 года; публичные высказывания сэра Уильяма Дина по политическим вопросам вызвали некоторую неприязнь к нему; а некоторые благотворительные организации дистанцировались от Питера Холлингворта после того, как возникли споры вокруг его управления делами о сексуальном насилии во время его пребывания на посту англиканского архиепископа Брисбена.

Дипломатическая роль

Генерал-губернатор совершает государственные визиты за рубеж от имени Австралии, в ходе которых назначается администратор правительства. Право генерал-губернаторов совершать государственные визиты было подтверждено на Имперской конференции 1926 года, поскольку было признано невозможным для монарха совершать государственные визиты от имени стран, отличных от Соединенного Королевства. Однако австралийский генерал-губернатор не воспользовался этим правом до 1971 года, когда Пол Хаслук посетил Новую Зеландию. Преемник Хаслука, Джон Керр, совершил государственные визиты в восемь стран, но преемник Керра, Зельман Коуэн, совершил лишь один государственный визит – в Папуа – Новую Гвинею, поскольку он хотел сосредоточиться на поездках внутри Австралии. Генерал-губернатор аккредитует (т.е. официально удостоверяет) австралийских послов, направляя официальное верительное письмо (и письмо об отзыве по окончании срока полномочий) главам государств и правительств, а также аналогичным образом официально принимает иностранные верительные грамоты во время церемоний вручения для глав миссий по прибытии в Канберру. До 1987 года назначения послов и верховных комиссаров формально осуществлялись монархом. В соответствии с разделом 68 Конституции, верховное командование вооруженными силами Австралии «возлагается на генерал-губернатора как представителя королевы». Мнения относительно последствий этого раздела расходятся: от утверждения, что генерал-губернатор «по сути не более чем прославленный покровитель вооруженных сил», до утверждения, что генерал-губернатор является высшим главнокомандующим, который может влиять на использование армии или запретить его, если оно предполагается для внутриполитических целей. Бывший генерал-губернатор сэр Ниниан Стивен заявил, что, по его мнению, этот раздел наделяет генерал-губернатора лично командованием армией, но лишь в той степени, в которой для отдачи приказов или призыва армии не требуется официального совета Федерального исполнительного совета, а лишь прямого совета соответствующего министра. Призыв сил обороны и объявление войны осуществляются как обычные исполнительные полномочия по совету. Кроме того, все офицеры назначаются генерал-губернатором от имени монарха с лично подписанной комиссией. Во время Второй мировой войны существовала некоторая неопределенность относительно того, имеет ли генерал-губернатор право объявлять войну, и Роберт Мензис первоначально полагал, что объявление войны Соединенным Королевством автоматически распространяется на Австралию как часть Британской империи. Однако к 1941 году мнение изменилось, и правительство Кертина рекомендовало генерал-губернатору объявить войну нескольким странам Оси. Тем не менее, оставалось неясным, обладает ли генерал-губернатор конституционным правом объявлять войну, поэтому, помимо просьбы о передаче полномочий монархом генерал-губернатору, правительство также попросило короля Георга V сделать аналогичные объявления о войне от имени Австралии. Однако в 1970 году генерал-губернатор Пол Хаслук отклонил просьбу премьер-министра Джона Гортона санкционировать миротворческую миссию Тихоокеанского полка на территории Папуа – Новой Гвинеи, сославшись на то, что кабинет министров не был проконсультирован. Гортон согласился вынести вопрос на рассмотрение своих министров, и на заседании кабинета министров было решено, что войска должны быть вызваны только по просьбе администратора территории; этого не произошло. Министр обороны Малкольм Фрейзер, выступавший против призыва, был ответственным за информирование Хаслука об отсутствии консультаций с премьер-министром. Этот инцидент способствовал отставке Фрейзера из кабинета министров в 1971 году и последующей потере Гортоном поста премьер-министра.

The governor general makes state visits overseas on behalf of Australia, during which an administrator of the government is appointed. The right of governors general to make state visits was confirmed at the 1926 Imperial Conference, as it was deemed not feasible for the sovereign to pay state visits on behalf of countries other than the United Kingdom. However, an Australian governor general did not exercise that right until 1971, when Paul Hasluck visited New Zealand. Hasluck's successor John Kerr made state visits to eight countries, but Kerr's successor Zelman Cowen made only a single state visit – to Papua New Guinea – as he wished to concentrate on travelling within Australia. The governor general accredits (i. e. formally validates) Australia's ambassadors through sending a formal letter of credence (and a Letter of Recall at the end of a tenure) to heads of state and government and similarly formally receives foreign letters during credentials ceremonies for heads of mission on their arrival in Canberra. Before 1987, ambassador and high commisioner appointments were formally made by the monarch instead. ]] Under section 68 of the Constitution, the command in chief of Australia's military forces is "vested in the Governor‑General as the Queen's representative". Views on the effect of this section vary, from merely making the governor general "in effect no more than a glorified Patron of the Defence Forces" to alternatively making the governor general the ultimate head of military chain of command who may influence or deny the use of the military if it is to be used for domestic political ends. Ex governor general Sir Ninian Stephen stated that his view of the section was that it vests command of the military in the governor general personally, but only to the extent that the power to give orders or call out the military does not require formal advice from the Federal Executive Council but instead the direct advice of the relevant minister. to call out the Defence Force, and declare a time of war, exercised as ordinary executive powers on advice. Additionally, all officers are appointed by the governor general on behalf of the monarch with a personally signed commission. In World War II, there was some ambiguity about whether the governor general had the power to declare war, with it initially assumed by Robert Menzies that the declaration of war by the United Kingdom automatically applied to Australia as well as a part of the British Empire. However, in 1941 opinion had shifted and the Curtin government advised the governor general to declare war on several Axis powers. However, it was still unclear whether the governor general had the constitutional power to declare war, so in addition to requesting the assignment of powers by the monarch to the governor general, the government also requested King George V make similar proclamations of war on Australia's behalf. However, in 1970 Governor General Paul Hasluck refused Prime Minister John Gorton's request to authorise a Pacific Islands Regiment peacekeeping mission in the Territory of Papua and New Guinea, on the grounds that cabinet had not been consulted. Gorton agreed to put the matter to his ministers, and a cabinet meeting agreed that troops should only be called out if requested by the territory's administrator; this did not occur. Defence Minister Malcolm Fraser, who opposed the call out, was responsible for informing Hasluck of the prime minister's lack of consultation. The incident contributed to Fraser's resignation from cabinet in 1971 and Gorton's subsequent loss of the prime ministership.

Роль Сообщества

Генерал-губернатору обычно предлагают стать покровителем различных благотворительных и общественных организаций. Исторически генерал-губернатор также занимал должность Главного скаута Австралии. Главный скаут выдвигается Национальным исполнительным комитетом скаутской ассоциации и приглашается президентом скаутской ассоциации принять назначение. Билл Хейден отказался от этой должности, мотивируя это своим атеизмом, который противоречил скаутскому обетованию. Тем не менее, на протяжении своего срока он был покровителем ассоциации.

Отношения с монархом

Хотя генерал-губернатор является представителем монарха, как это предусмотрено в разделе 2 Конституции, полномочия, которые он осуществляет, предоставлены исключительно Конституцией. Эту точку зрения разделял также Эндрю Инглис Кларк, старший судья Верховного суда Тасмании, который вместе с У. Харрисоном Муром (соавтором первого проекта конституции, представленного на Аделаидском конвенте 1897 года и профессором права в Университете Мельбурна), полагал, что патентные грамоты и королевские инструкции, изданные королевой Викторией, были ненужными «или даже сомнительной законности». Кроме того, ранее считалось, что монарх сохраняет определенные полномочия, такие как право объявлять войну, назначать дипломатических представителей и выдавать уставы об учреждении, и, следовательно, эти полномочия были переданы генерал-губернатору отдельно, в соответствии с разделом 2. Однако, согласно современной интерпретации Конституции, все королевские прерогативы осуществляются генерал-губернатором в соответствии со статьей 61, и в связи с этим в 1987 году прекратилось предоставление дополнительных полномочий. Хотя отдельные патентные грамоты для генерал-губернатора все еще существуют, они лишь предусматривают назначение администратора в случае отсутствия или недееспособности генерал-губернатора и требуют от генерал-губернатора принесения присяги или подтверждения верности и присяги на должность. Изменения произошли в 1984 году, когда патентные грамоты королевы Виктории были отменены и заменены новыми по совету премьер-министра Боба Хоука, который заявил, что это прояснит положение генерал-губернатора в соответствии с Конституцией. Это остается в силе даже тогда, когда суверен находится в стране: генеральный прокурор Кеннет Бейли, перед первым туром по Австралии правящего монарха в 1954 году, объяснил позицию следующим образом: Конституция прямо наделяет генерал-губернатора властью или обязанностью выполнять ряд функций монарха в законодательной и исполнительной власти Содружества. Исполнительная власть Содружества, согласно статье 61 Конституции, принадлежит королеве. В том же разделе также указано, что она «может осуществляться» генерал-губернатором как представителем королевы. Учитывая это положение, я считаю, что трудно утверждать, что королева, даже присутствуя в Австралии, может лично осуществлять функции исполнительной власти, которые конституцией специально переданы генерал-губернатору. Монарх не отменил действия генерал-губернатора сэра Джона Керра по отстранению от должности премьер-министра и правительства Гофа Уитлэма во время австралийского конституционного кризиса 1975 года, при этом личный секретарь королевы утверждал, что власть назначать премьер-министра «ясно находится в юрисдикции генерал-губернатора, и королева не участвует в решениях, которые генерал-губернатор должен принимать в соответствии с Конституцией». В своем выступлении в Сиднейском институте в январе 2007 года в связи с этим событием сэр Дэвид Смит, отставной официальный секретарь генерал-губернатора Австралии, который был официальным секретарем Керра в 1975 году, описал конституцию как передачу полномочий и функций главы государства Австралии генерал-губернатору «по праву». Он заявил, что генерал-губернатор был больше, чем просто представителем суверена, объясняя: «в соответствии со статьей 2 Конституции генерал-губернатор является представителем королевы и осуществляет определенные королевские прерогативы и функции; в соответствии со статьей 61 Конституции генерал-губернатор является обладателем совершенно отдельной и независимой должности, созданной не короной, а Конституцией, и наделен полномочиями осуществлять, как генерал-губернатор, все полномочия и функции главы государства Австралии». Для передвижения генерал-губернатор имеет в своем распоряжении лимузин Rolls Royce Phantom VI для торжественных случаев или бронированный BMW 7 серии для обычных официальных дел. На этих автомобилях развевается флаг генерал-губернатора Австралии и вместо номерных знаков изображена корона Святого Эдуарда. Первоначально два Phantom были доступны после покупки в 1970-х годах для использования в королевских турах. Один из этих автомобилей был продан в 1995 году сиднейскому врачу, который ранее перевозил королеву во время королевского тура, а затем подвергся обстрелу яйцами, когда перевозил сэра Джона Керра после отстранения в 1975 году. Автомобиль затем был заявлен на ралли Пекин-Париж протяженностью около 15 000 км, где он получил название «Такси Лиззи» и занял четвертое место. В настоящее время автомобиль принадлежит Линдсею Фоксу и часто выставляется в составе коллекции классических автомобилей Fox Classic Car Collection в Queens Warehouse, Мельбурн. В соответствии с Законом о генерал-губернаторе 1974 года каждое новое назначение приводило к повышению заработной платы. Сегодня закон гарантирует, что заработная плата будет выше, чем у председателя Верховного суда, в течение пятилетнего периода. Годовая заработная плата во время пребывания в должности Майкла Джеффри составляла 365 000 долларов. Заработная плата Квентин Брайс составляла 394 000 долларов. Текущая заработная плата составляет 495 000 долларов, а также предусмотрена щедрая пенсия. До 2001 года генерал-губернаторы не платили подоходный налог со своей заработной платы; это было изменено после того, как Елизавета II согласилась платить налог. Существует также тропическая версия, изготовленная из белой тропической шерсти, скроенная в типичном военном стиле, которую носят с шлемом, украшенным перьями. Однако эта традиция вышла из употребления во время пребывания в должности сэра Пола Хаслука, и генерал-губернаторы теперь придерживаются неформального стиля в повседневной жизни. Губернатор Тасмании сэр Стэнли Бурбери активно лоббировал свое правительство, пытаясь восстановить право носить форму, даже связываясь с сэром Джоном Керром в отчаянии, надеясь, что он сможет связаться с Дворцом напрямую. С момента создания Ордена Австралии в 1975 году генерал-губернатор по должности являлся канцлером и главным компаньоном ордена и, следовательно, имел право на пост-номинал AC. В 1976 году патентные грамоты ордена были изменены, чтобы ввести ранг рыцаря и дамы ордена, и с тех пор генерал-губернатор по должности стал канцлером и главным рыцарем ордена. В 1986 году патентные грамоты были изменены еще раз, и генерал-губернаторы, назначенные с тех пор, снова по должности имели право на пост-номинал AC (хотя если они уже имели рыцарское звание в ордене, то сохранялось это более высокое звание). До 1989 года все генерал-губернаторы были членами Тайного совета Соединенного Королевства и, следовательно, имели дополнительный титул «The Right Honourable» пожизненно. Эти же лица обычно были либо пэрами, рыцарями, либо и тем, и другим (единственным австралийским пэром, назначенным генерал-губернатором, был лорд Кейси; а сэр Уильям Маккелл был посвящен в рыцари только в 1951 году, через несколько лет после начала своего пребывания в должности, но имел право на титул «The Honourable» во время своего пребывания в должности премьер-министра Нового Южного Уэльса, который он занимал почти непосредственно перед своим назначением). В 1989 году Билл Хейден, республиканец, отказался от назначения в британский Тайный совет и любых имперских наград. С тех пор и до 2014 года генерал-губернаторы не получали автоматических титулов или наград, за исключением пост-номинала AC в силу того, что они являются канцлером и главным компаньоном Ордена Австралии. Дама Квентин Брайс была первым генерал-губернатором, не имевшим предварительного титула или пре-номинала. Она занимала должность, когда 19 марта 2014 года Елизавета II, действуя по совету премьер-министра Тони Эбботта, внесла изменения в патентные грамоты Ордена Австралии, чтобы, среди прочего, генерал-губернатор по должности был главным рыцарем или главной дамой ордена. До 2015 года эта награда продолжала действовать после выхода генерал-губернатора в отставку. Ранее все генерал-губернаторы автоматически становились рыцарями при принесении присяги. Супруги генерал-губернаторов не имеют официальных обязанностей, но выполняют роль вице-королевского супруга. Им положен вежливый титул «Ее Превосходительство» или «Его Превосходительство» во время…

While the governor general is the monarch's representative, as provided by section 2 of the Constitution, the powers they exercise are solely granted by the Constitution. This view was also held by Andrew Inglis Clark, senior judge of the Supreme Court of Tasmania, who with W. Harrison Moore (a contributor to the first draft of the constitution put before the 1897 Adelaide Convention and professor of law at the University of Melbourne), postulating that the letters patent and the royal instructions issued by Queen Victoria were unnecessary "or even of doubtful legality". Additionally, it was also previously believed that the monarch retained certain powers, such as the power to declare war, appoint diplomatic officers and to grant charters of incorporation and as such these powers were assigned separately to the governor general under section 2. However, the current interpretation of the Constitution is that all royal prerogatives are exercisable by the governor general under section 61 and in recognition of this, the vesting of additional powers ended in 1987. While separate letters patent still exist for the governor general, these merely provide for the appointment of administrator in the case of the governor general's absence or incapacity and requires the governor general to make an oath or affirmation of allegiance and one of office. The changes occurred in 1984 when Queen Victoria's letters patent and instructions were revoked and replaced with new letters patent, on Prime Minister Bob Hawke's advice, who stated that this would clarify the governor general's position under the constitution. This remains the case even when the sovereign is in the country: Solicitor General Kenneth Bailey, prior to the first tour of Australia by its reigning monarch in 1954, explained the position by saying: the Constitution expressly vests in the Governor General the power or duty to perform a number of the Crown's functions in the Legislature and the Executive Government of the Commonwealth The executive power of the Commonwealth, by section 61 of the Constitution, is declared to be vested in the Queen. It is also, in the same section, declared to be "exercisable" by the Governor General as the Queen's representative. In the face of this provision, I feel it is difficult to contend that the Queen, even though present in Australia, may exercise in person functions of executive government which are specifically assigned by the constitution to the Governor General. The monarch did not overturn the actions of governor general Sir John Kerr in his dismissal of the prime ministership and government of Gough Whitlam during the 1975 Australian constitutional crisis, with the Queen's private secretary arguing that the power to commission the prime minister was "clearly placed within the jurisdiction of the Governor General, and The Queen has no part in the decisions which the Governor General must take in accordance with the Constitution". In an address to the Sydney Institute, January 2007, in connection with that event, Sir David Smith, a retired official secretary to the governor general of Australia who had been Kerr's official secretary in 1975, described the constitution as conferring the powers and functions of Australia's head of state on the governor general in "his own right". He stated that the governor general was more than a representative of the sovereign, explaining: "under section 2 of the Constitution the Governor General is the Queen's representative and exercises certain royal prerogative powers and functions; under section 61 of the Constitution the Governor General is the holder of a quite separate and independent office created, not by the Crown, but by the Constitution, and empowered to exercise, in his own right as Governor General all the powers and functions of Australia's head of state". For transportation, the governor general has access to a Rolls Royce Phantom VI limousine for ceremonial occasions or an armoured BMW 7 Series for ordinary official business. These cars fly the flag of the governor general of Australia and display St. Edward's Crown instead of number plates. Originally, two Phantoms were available after being purchased in the 1970s to be used for royal tours. One of these cars was sold in 1995 to a Sydney doctor, having previously carried the Queen during a royal tour and later being pelted with eggs when it carried Sir John Kerr following the Dismissal in 1975. The car was then entered into the almost 15,000 km long Peking to Paris rally, where it became known as "Lizzie’s Taxi" and secured fourth place. The car is now owned by Lindsay Fox and is often on display as a part of the Fox Classic Car Collection at Queens Warehouse, Melbourne. Under the Governor General Act 1974, each new commission has resulted in a pay increase. Today, the law ensures the salary is higher than that for the chief justice of the High Court, over a five year period. The annual salary during Michael Jeffery's term was $365,000. Quentin Bryce's salary was $394,000. The current salary is $495,000 and there is a generous pension. Until 2001, governors general did not pay income tax on their salary; this was changed after Elizabeth II agreed to pay tax. There is also a tropical version made of white tropical wool cut in a typical military fashion worn with a plumed helmet. However, that custom fell into disuse during the tenure of Sir Paul Hasluck with governors general now observing informal wear day to day. Tasmanian governor Sir Stanley Burbury extensively lobbied his government in an attempt to regain the right to wear a uniform, going as far to contact Sir John Kerr is desparation, hoping he could contact the Palace directly. From the creation of the Order of Australia in 1975, the governor general was, ex officio, Chancellor and Principal Companion of the order, and therefore became entitled to the post nominal AC. In 1976, the letters patent for the order were amended to introduce the rank of Knight and Dame to the order, and from that time the governor general became, ex officio, the Chancellor and Principal Knight of the order. In 1986 the letters patent were amended again, and governors general appointed from that time were again, ex officio, entitled to the post nominal AC (although if they already held a knighthood in the order that superior rank was retained). Until 1989, all governors general were members of the Privy Council of the United Kingdom and thus held the additional style The Right Honourable for life. The same individuals were also usually either peers, knights, or both (the only Australian peer to be appointed as governor general was the Lord Casey; and Sir William McKell was knighted only in 1951, some years into his term, but he was entitled to the style "The Honourable" during his tenure as premier of New South Wales, an office he held until almost immediately before his appointment). In 1989, Bill Hayden, a republican, declined appointment to the British Privy Council and any imperial honours. From that time until 2014, governors general did not receive automatic titles or honours, other than the post nominal AC by virtue of being Chancellor and Principal Companion of the Order of Australia. Dame Quentin Bryce was the first governor general to have had no prior title or pre nominal style. She was in office when, on 19 March 2014, Elizabeth II, acting on the advice of Prime Minister Tony Abbott, amended the letters patent of the Order of Australia to provide, inter alia, that the governor general would be, ex officio, Principal Knight or Principal Dame of the order. Until 2015, the honour continued after the retirement from office of the governor general. Formerly, all governors general automatically became a knight upon being sworn in. Spouses of governors general have no official duties but carry out the role of a vice regal consort. They are entitled to the courtesy style Her Excellency or His Excellency during the office holder's term of office. Most spouses of governors general have been content to be quietly supportive. Some, however, have been notable in their own right, such as Dame Alexandra Hasluck, Lady Casey and Michael Bryce.

История

Другие должности, именовавшиеся генерал-губернатором, ранее использовались в Австралии в середине XIX века. Сэр Чарльз Фицрой (губернатор Нового Южного Уэльса с 1846 по 1855 год) и сэр Уильям Денисон (губернатор Нового Южного Уэльса с 1855 по 1861 год) также носили дополнительный титул генерал-губернатора, поскольку их юрисдикция распространялась на другие колонии в Австралии. Должность генерал-губернатора Австралийского Содружества была задумана в ходе дебатов и конвенций, предшествовавших федерации. Первым генерал-губернатором был граф Хоптун, бывший губернатор Виктории. Он был выбран в июле 1900 года и вернулся в Австралию незадолго до инаугурации Австралийского Содружества 1 января 1901 года. После первоначальной путаницы, известной как «ошибка Хоптуна», он назначил первого премьер-министра Австралии Эдмунда Бартона в состав временного правительства, а первые федеральные выборы 1901 года состоялись лишь в марте. Первые генерал-губернаторы были британцами и назначались королевой или королем по рекомендации Колониального управления. Австралийское правительство лишь в порядке вежливости спрашивалось, одобряет ли оно этот выбор. Ожидалось, что генерал-губернаторы будут осуществлять надзорную роль над австралийским правительством, подобно колониальному губернатору. По сути, они представляли британское правительство и имели право отклонять (резервировать) законы, принятые парламентом Австралии. Ранние генерал-губернаторы часто обращались за советом по осуществлению своих полномочий к судьям Высокого суда Австралии, сэру Сэмюэлю Гриффиту и сэру Эдмунду Бартону. В 1919 году премьер-министр Билли Хьюз направил меморандум в Колониальное управление, в котором просил предоставить «реальный и эффективный голос в выборе представителя короля». Он также предложил, чтобы Доминионы могли выдвигать своих кандидатов и чтобы «круг отбора не исключал граждан самого Доминиона». Меморандум встретил сильную оппозицию в Колониальном управлении и был отклонен лордом Милнером, колониальным секретарем, ответа не последовало. В следующем году, когда срок полномочий Рональда Мунро Фергюсона подходил к концу, Хьюз направил телеграмму в Колониальное управление с просьбой произвести назначение в соответствии с меморандумом. Чтобы успокоить Хьюза, Милнер предложил ему выбор из трех кандидатов. После консультаций с кабинетом он выбрал Генри Форстера, 1-го барона Форстера. В 1925 году, при премьер-министре Стэнли Брюсе, та же практика была применена при назначении преемника Форстера, лорда Стоунхейвена, при этом австралийское правительство публично заявило, что его имя «было представлено, наряду с другими, министерству Содружества, которое его выбрало». В 1920-х годах значимость должности снизилась. В результате решений, принятых на Имперской конференции 1926 года, генерал-губернатор перестал дипломатически представлять британское правительство, а британский надзор за австралийскими делами был отменен. Как указано в Декларации Бальфура 1926 года, позднее оформленной в Вестминстерском статуте 1931 года: «Желательно официально зафиксировать определение положения, занимаемого генерал-губернатором в качестве представителя Его Величества в Доминионах. Эта позиция, хотя и широко признается в настоящее время, несомненно, является развитием более раннего этапа, когда генерал-губернатор назначался исключительно по совету министров Его Величества в Лондоне и действовал также в качестве их представителя. По нашему мнению, существенным следствием равенства статуса, существующего между членами Британского Содружества Наций, является то, что генерал-губернатор Доминиона является представителем Короны, занимая во всех существенных отношениях ту же позицию в отношении управления государственными делами в Доминионе, что и Его Величество Король в Великобритании, и что он не является представителем или агентом правительства Его Величества в Великобритании или какого-либо департамента этого правительства». Однако оставалось неясным, чья прерогатива теперь стала решать, кто будет новыми генерал-губернаторами. В 1930 году король Георг V и премьер-министр Австралии Джеймс Скуллин обсудили назначение нового генерал-губернатора на смену лорду Стоунхейвену, чей срок истекал. Король утверждал, что теперь он имеет исключительное право выбирать генерал-губернатора и хотел бы видеть на австралийском посту фельдмаршала сэра Уильяма Бёрдвуда. Скуллин рекомендовал австралийского юриста сэра Айзека Айзекса и настаивал на том, чтобы Георг V действовал по совету своего австралийского премьер-министра в этом вопросе. Скуллин был частично вдохновлен прецедентом, установленным правительством Ирландского Свободного Государства, которое всегда настаивало на том, чтобы генерал-губернатором Ирландского Свободного Государства был ирландец. Предложение Скуллина о назначении сэра Айзека Айзекса встретило резкое сопротивление британского правительства. Это было связано не с отсутствием уважения к Айзексу лично, а с тем, что британское правительство считало, что выбор генерал-губернаторов, с 1926 года, является прерогативой монарха. (Однако в беседе между Скуллином и личным секретарем короля Георга V, лордом Стамфордамом, 11 ноября 1930 года стало совершенно ясно, что это была лишь официальная причина возражения, а настоящая причина заключалась в том, что австралиец, каким бы уважаемым он ни был лично, не считался подходящим для должности генерал-губернатора.) Скуллин также настоял на том, что монарх должен действовать по прямому совету соответствующего премьер-министра (практика до 1926 года заключалась в том, что премьер-министры Доминионов давали монарху советы косвенно, через британское правительство, которое фактически обладало правом вето на любое предложение, с которым оно не соглашалось). Скуллин сослался на прецеденты премьер-министра Южной Африки Дж. Б. М. Герцога, который недавно настоял на своем выборе графа Кларендона в качестве генерал-губернатора этой страны, и на выбор ирландца в качестве генерал-губернатора Ирландского Свободного Государства. Оба этих назначения были согласованы, несмотря на возражения британского правительства. Несмотря на эти прецеденты, Георг V по-прежнему не решался принять рекомендацию Скуллина о назначении Айзекса и попросил его рассмотреть кандидатуру фельдмаршала сэра Уильяма Бёрдвуда. Однако Скуллин остался непреклонен, заявив, что готов провести всеобщие выборы по вопросу о том, следует ли запретить австралийцу стать генерал-губернатором только потому, что он австралиец. 29 ноября король согласился на назначение Айзекса, но дал понять, что делает это только потому, что не видит другого выхода. (Лорд Стамфорд жаловался, что Скуллин «приставил пистолет к голове короля».) Обычно официальные объявления такого рода гласили: «Король выразил удовольствие назначить…», но в данном случае в объявлении просто говорилось: «Король назначил…», и его личный секретарь (лорд Стамфорд) попросил генерального солиситора Австралии сэра Роберта Гаррана убедиться, что Скуллин знает точную формулировку. Оппозиционная Националистическая партия Австралии осудила назначение как «практически республиканское», но Скуллин создал прецедент. Постепенно в Содружестве укрепилась практика, согласно которой генерал-губернатор является гражданином соответствующей страны и назначается по совету правительства этой страны. Одновременно с назначением Айзекса первым австралийцем, родившимся в Австралии, на должность генерал-губернатора была учреждена отдельная должность британского представителя в Австралии (в качестве представителя британского правительства), первым назначенным на которую был Эрнест Крачли. В 1935 году был назначен первый британский верховный комиссар в Австралии, Джеффри Уискард (на посту с 1936 по 1941 год). Это право не только консультировать монарха напрямую, но и ожидать, что совет будет принят, вскоре было принято всеми премьер-министрами Доминионов. Это, среди прочего, привело к Статуту…

Other offices named governor general were previously used in Australia in the mid 19th century. Sir Charles FitzRoy (Governor of New South Wales from 1846 to 1855) and Sir William Denison (Governor of New South Wales from 1855 to 1861) also carried the additional title of Governor General because their jurisdiction extended to other colonies in Australia. The office of governor general for the Commonwealth of Australia was conceived during the debates and conventions leading up to federation. The first Governor General, the Earl of Hopetoun, was a previous governor of Victoria. He was selected in July 1900, returning to Australia shortly before the inauguration of the Commonwealth of Australia on 1 January 1901. After the initial confusion of the Hopetoun Blunder, he appointed the first prime minister of Australia, Edmund Barton, to a caretaker government, with the inaugural 1901 federal election not occurring until March. Early governors general were British and were appointed by the queen or king on the recommendation of the Colonial Office. The Australian Government was merely asked, as a matter of courtesy, whether they approved of the choice or not. Governors general were expected to exercise a supervisory role over the Australian Government in the manner of a colonial governor. In a very real sense, they represented the British Government. They had the right to reserve legislation passed by the Parliament of Australia:

The early governors general frequently sought advice on the exercise of their powers from judges of the High Court of Australia, Sir Samuel Griffith and Sir Edmund Barton. In 1919, Prime Minister Billy Hughes sent a memorandum to the Colonial Office in which he requested "a real and effective voice in the selection of the King's representative". He further proposed that the Dominions be able to nominate their own candidates and that "the field of selection should not exclude citizens of the Dominion itself". The memorandum met with strong opposition within the Colonial Office and was dismissed by Lord Milner, the Colonial Secretary; no response was given. The following year, as Ronald Munro Ferguson's term was about to expire, Hughes cabled the Colonial Office and asked that the appointment be made in accordance with the memorandum. To mollify Hughes, Milner offered him a choice between three candidates. After consulting his cabinet he chose Henry Forster, 1st Baron Forster. In 1925, under Prime Minister Stanley Bruce, the same practice was followed for the appointment of Forster's successor Lord Stonehaven, with the Australian government publicly stating that his name "had been submitted, with others, to the Commonwealth ministry, who had selected him". During the 1920s, the importance of the position declined. As a result of decisions made at the 1926 Imperial Conference, the governor general ceased to represent the British Government diplomatically, and the British right of supervision over Australian affairs was abolished. As the Balfour Declaration of 1926, later implemented as the Statute of Westminster 1931, put it:It is desirable formally to place on record a definition of the position held by the Governor General as His Majesty's representative in the Dominions. That position, though now generally well recognised, undoubtedly represents a development from an earlier stage when the Governor General was appointed solely on the advice of His Majesty's Ministers in London and acted also as their representative. In our opinion it is an essential consequence of the equality of status existing among the members of the British Commonwealth of Nations that the Governor General of a Dominion is the representative of the Crown, holding in all essential respects the same position in relation to the administration of public affairs in the Dominion as is held by His Majesty the King in Great Britain, and that he is not the representative or agent of His Majesty's Government in Great Britain or of any Department of that Government. However, it remained unclear just whose prerogative it now became to decide who new governors general would be. In 1930, King George V and the Australian Prime Minister James Scullin discussed the appointment of a new Governor General to replace Lord Stonehaven, whose term was coming to an end. The King maintained that it was now his sole prerogative to choose a governor general, and he wanted Field Marshal Sir William Birdwood for the Australian post. Scullin recommended the Australian jurist Sir Isaac Isaacs, and he insisted that George V act on the advice of his Australian prime minister in this matter. Scullin was partially influenced by the precedent set by the Government of the Irish Free State, which always insisted upon having an Irishman as the governor general of the Irish Free State. Scullin's proposed appointment of Sir Isaac Isaacs was fiercely opposed by the British government. This was not because of any lack of regard for Isaacs personally, but because the British government considered that the choice of Governors General was, since the 1926 Imperial Conference, a matter for the monarch's decision alone. (However, it became very clear in a conversation between Scullin and King George V's private secretary, Lord Stamfordham, on 11 November 1930, that this was merely the official reason for the objection, with the real reason being that an Australian, no matter how highly regarded personally, was not considered appropriate to be a governor general.) Scullin was equally insistent that the monarch must act on the relevant prime minister's direct advice (the practice until 1926 was that Dominion prime ministers advised the monarch indirectly, through the British government, which effectively had a veto over any proposal it did not agree with). Scullin cited the precedents of the prime minister of South Africa, J. B. M. Hertzog, who had recently insisted on his choice of the Earl of Clarendon as governor general of that country, and the selection of an Irishman as governor general of the Irish Free State. Both of these appointments had been agreed to despite British government objections. Despite these precedents, George V remained reluctant to accept Scullin's recommendation of Isaacs and asked him to consider Field Marshal Sir William Birdwood. However, Scullin stood firm, saying he would be prepared to fight a general election on the issue of whether an Australian should be prevented from becoming governor general because he was Australian. On 29 November, the King agreed to Isaacs's appointment, but made it clear that he did so only because he felt he had no option. (Lord Stamfordham had complained that Scullin had "put a gun to the King's head".) The usual wording of official announcements of this nature read "The King has been pleased to appoint ", but on this occasion the announcement said merely "The King has appointed ", and his private secretary (Lord Stamfordham) asked the Australian solicitor general, Sir Robert Garran, to make sure that Scullin was aware of the exact wording. The opposition Nationalist Party of Australia denounced the appointment as "practically republican", but Scullin had set a precedent. The convention gradually became established throughout the Commonwealth that the Governor General is a citizen of the country concerned, and is appointed on the advice of the government of that country. At the same time as the appointment of Isaacs as the first Australian born governor general, a separate role of British Representative in Australia (as the representative of the British government) was established, with Ernest Crutchley the first appointee. 1935 saw the appointment of the first British high commissioner to Australia, Geoffrey Whiskard (in office 1936–1941). This right not only to advise the monarch directly, but also to expect that advice to be accepted, was soon taken up by all the other Dominion prime ministers. This, among other things, led to the Statute of Westminster 1931 and to the formal separation of the Crowns of the Dominions. After Scullin's defeat in 1931, non Labor governments continued to recommend British people for appointment as governor general, but such appointments remained solely a matter between the Australian government and the monarch. In 1947, Labor appointed a second Australian Governor General, William McKell, who was in office as the Labor premier of New South Wales. The then leader of the Opposition, Robert Menzies, called McKell's appointment "shocking and humiliating". In 1965 the Menzies conservative government appointed an Australian, Lord Casey, and thereafter only Australians have held the position. However, when the Palace Papers were released in 2020, it was revealed that the Fraser government in 1976 considered it "highly desirable" that Prince Charles become governor general, however the Queen strongly indicated her disapproval of her son taking up the role until "such time as he has a settled married life". Additionally, in 2007 media outlets reported that Prince William might become governor general of Australia. However, both the prime minister, John Howard, and Clarence House repudiated the suggestion.

История деятельности генеральных губернаторов

Все генеральные губернаторы до 1965 года были уроженцами Великобритании, за исключением австралийцев сэра Исаака Исаакса (1931–1936) и сэра Уильяма Маккелла (1947–1953). С тех пор пост занимали только австралийцы, хотя сэр Ниниан Стивен (1982–1989) родился в Великобритании. Принц Генрих, герцог Глостерский, был старшим членом королевской семьи. Дама Квентин Брайс (2008–2014) была первой женщиной, назначеннной на эту должность. Сэр Исаак Исаакс и сэр Зельман Коуэн были евреями; Билл Хейден открыто заявлял о своих атеистических взглядах во время пребывания в должности и вместо принесения присяги дал торжественное обещание в начале своего полномочия; остальные генеральные губернаторы были, по крайней мере, номинально христианами. Ряд генеральных губернаторов ранее занимали должности губернаторов штатов или колоний Австралии: лорд Хоптун (Виктория, 1889–1895); лорд Теннисон (Южная Австралия, 1899–1902); лорд Гоури (Южная Австралия, 1928–1934; и Новый Южный Уэльс, 1935–1936); генерал-майор Майкл Джеффри (Западная Австралия, 1993–2000); дама Квентин Брайс (Квинсленд, 2003–2008); генерал Дэвид Херли (Новый Южный Уэльс, 2014–2019). Сэру Рональду Манро Фергюсону предлагали пост губернатора Южной Австралии в 1895 году и Виктории в 1910 году, но он отклонил оба предложения. Лорд Норткотт был губернатором Бомбея. Лорд Кейси был губернатором Бенгалии между периодами службы в австралийском парламенте. Среди них было много бывших политиков и членов судебной системы. Лорд Дадли был лордом-лейтенантом Ирландии (1902–1905). Лорд Стоунхейвен (как Джон Бэрд) был министром транспорта в кабинетах Бонара Лоу и Стэнли Болдуина; после возвращения в Великобританию он стал председателем Консервативной партии Великобритании. Сэр Исаак Исаакс последовательно занимал должности генерального прокурора Содружества, судьи Высокого суда и главного судьи. Сэр Уильям Маккелл был премьер-министром Нового Южного Уэльса. Лорд Данроссил (как Уильям Моррисон) был спикером Палаты общин Великобритании. Лорд Де Л’Иль был государственным секретарем по делам авиации в кабинете Уинстона Черчилля с 1951 по 1955 год. К этой категории относятся и более поздние генеральные губернаторы, такие как лорд Кейси, сэр Пол Хаслук, сэр Джон Керр, сэр Ниниан Стивен, Билл Хейден и сэр Уильям Дин. Из одиннадцати австралийцев, назначенных генеральными губернаторами с 1965 года, лорд Кейси, сэр Пол Хаслук и Билл Хейден были бывшими членами федерального парламента; сэр Джон Керр был главным судьей Верховного суда Нового Южного Уэльса; сэр Ниниан Стивен и сэр Уильям Дин были назначены непосредственно с поста судей Высокого суда; сэр Зельман Коуэн был вице-канцлером Университета Квинсленда и специалистом по конституционному праву; Питер Холлингворт был англиканским архиепископом Брисбена; а генерал-майор Майкл Джеффри был отставным военным офицером и бывшим губернатором Западной Австралии. О назначении Квентин Брайс было объявлено во время ее пребывания на посту губернатора Квинсленда; ранее она была федеральным комиссаром по вопросам гендерного равенства. Генерал Дэвид Херли был отставным начальником штаба обороны и бывшим губернатором Нового Южного Уэльса. Значительные занятия после выхода на пенсию предыдущих генеральных губернаторов включали: лорд Теннисон был назначен заместителем губернатора острова Уайт; сэр Рональд Манро Фергюсон (теперь лорд Новар) стал государственным секретарем Шотландии; а лорд Гоури стал председателем Крикетного клуба Мэрилебона (Лорд Форстер также занимал эту должность до своего назначения генеральным губернатором).

All the governors general until 1965 were British born, except for Australian born Sir Isaac Isaacs (1931–1936) and Sir William McKell (1947–1953). There have been only Australian occupants since then, although Sir Ninian Stephen (1982–1989) had been born in Britain. Prince Henry, Duke of Gloucester, was a senior member of the royal family. Dame Quentin Bryce (2008–2014) was the first woman to be appointed to the office. Sir Isaac Isaacs and Sir Zelman Cowen were Jewish; Bill Hayden was an avowed atheist during his term and he made an affirmation rather than swear an oath at the beginning of his commission; the remaining Governors General have been at least nominally Christian. Various governors general had previously served as governors of an Australian state or colony: Lord Hopetoun (Victoria 1889–1895); Lord Tennyson (South Australia 1899–1902); Lord Gowrie (South Australia 1928–34; and New South Wales 1935–1936); Major General Michael Jeffery (Western Australia 1993–2000); Dame Quentin Bryce (Queensland 2003–2008); General David Hurley (New South Wales 2014–2019). Sir Ronald Munro Ferguson had been offered the governorship of South Australia in 1895 and of Victoria in 1910, but refused both appointments. Lord Northcote was Governor of Bombay. Lord Casey was Governor of Bengal in between his periods of service to the Australian Parliament. Former leading politicians and members of the judiciary have figured prominently. Lord Dudley was Lord Lieutenant of Ireland (1902–1905). Lord Stonehaven (as John Baird) was Minister for Transport in the Cabinets of Bonar Law and Stanley Baldwin; and after his return to Britain he became Chairman of the UK Conservative Party. Sir Isaac Isaacs was successively Commonwealth Attorney General, a High Court judge, and Chief Justice. Sir William McKell was Premier of New South Wales. Lord Dunrossil (as William Morrison) was Speaker of the UK House of Commons. Lord De L'Isle was Secretary of State for Air in Winston Churchill's cabinet from 1951 to 1955. More recent governors general in this category include Lord Casey, Sir Paul Hasluck, Sir John Kerr, Sir Ninian Stephen, Bill Hayden and Sir William Deane. Of the eleven Australians appointed governor general since 1965, Lord Casey, Sir Paul Hasluck and Bill Hayden were former federal parliamentarians; Sir John Kerr was the Chief Justice of the Supreme Court of New South Wales; Sir Ninian Stephen and Sir William Deane were appointed from the bench of the High Court; Sir Zelman Cowen was a vice chancellor of the University of Queensland and constitutional lawyer; Peter Hollingworth was the Anglican Archbishop of Brisbane; and Major General Michael Jeffery was a retired military officer and former Governor of Western Australia. Quentin Bryce's appointment was announced during her term as Governor of Queensland; she had previously been the Federal Sex Discrimination Commissioner. General David Hurley was a retired Chief of Defence Force and former Governor of New South Wales. Significant post retirement activities of earlier Governors General have included: Lord Tennyson was appointed Deputy Governor of the Isle of Wight; Sir Ronald Munro Ferguson (by now Lord Novar) became Secretary of State for Scotland; and Lord Gowrie became Chairman of the Marylebone Cricket Club (Lord Forster had also held this post, before his appointment as governor general).