Введение

Роман Элизабет Гаскелл "Север и Юг" – социальный роман, опубликованный в 1854–55 годах английской писательницей Элизабет Гаскелл. Наряду с романами «Жёны и дочери» (1865) и «Крэнфорд» (1853), он является одним из её наиболее известных произведений и трижды был экранизирован (в 1966, 1975 и 2004 годах). Первоначально Гаскелл хотела назвать роман в честь главной героини, Маргарет Хейл, но Чарльз Диккенс, редактор журнала «Домашние слова», где роман печатался по частям, настоял на названии «Север и Юг». Первый роман Гаскелл, «Мэри Бартон» (1848), был посвящён отношениям между работодателями и рабочими в Манчестере, увиденным глазами бедных слоёв населения; в «Севере и Юге» автор использует главного героя из южной Англии, чтобы показать и прокомментировать взгляды владельцев фабрик и рабочих в индустриализирующемся городе. Действие романа разворачивается в вымышленном промышленном городе Милтон, расположенном на севере Англии. Вынужденная покинуть свой дом в тихой сельской местности юга, Маргарет Хейл поселяется с родителями в Милтоне. Она становится свидетельницей жестокого мира, созданного промышленной революцией, наблюдая за столкновениями работодателей и рабочих во время первых забастовок. Сочувствуя нуждающимся (их мужеством и стойкостью она восхищается и среди них находит друзей), она вступает в конфликт с Джоном Торнтоном – разбогатевшим владельцем хлопчатобумажной фабрики, презирающим своих рабочих. Роман прослеживает её растущее понимание сложности трудовых отношений и их влияния на добронамеренных владельцев фабрик, а также её противоречивые отношения с Джоном Торнтоном. Гаскелл основывала своё изображение Мильтона на Манчестере, где она жила в качестве жены унитарианского пастора.

Сериализация

"Север и Юг" впервые публиковался в 20 еженедельных эпизодах с сентября 1854 года по январь 1855 года в журнале "Домашние слова", под редакцией Чарльза Диккенса. В этот же период Чарльз Диккенс обращался к схожей теме в романе "Трудные времена" (также социальном романе), который выходил в том же журнале с апреля по август 1854 года. "Трудные времена", представляющие Манчестер (в сатирическом облике Коктауна) в негативном свете, стали вызовом для Гаскелл и усложнили работу над ее собственным романом; ей необходимо было удостовериться, что Диккенс не станет писать о забастовке. Гаскелл находила временные и технические ограничения, связанные с публикацией романа по частям, особенно обременительными. Она планировала написать 22 эпизода, но была "вынуждена к отчаянному сокращению", чтобы уложиться в 20. "Север и Юг" имел меньший успех, чем "Трудные времена". 14 октября 1854 года, спустя шесть недель после начала публикации, продажи значительно упали, и Диккенс пожаловался на то, что он назвал "непримиримостью" Гаскелл, поскольку она сопротивлялась его требованиям к краткости. Он считал эту историю "невыносимо скучной".

Название

Название романа (навязанное Диккенсом) акцентирует внимание на различиях в образе жизни между сельской южной Англией, населенной землевладельцами и сельскохозяйственными рабочими, и индустриальным севером, где жили капиталисты-промышленники и нищие фабричные рабочие. В центре сюжета – надменная Маргарет Хейл, которая учится преодолевать свои предубеждения против Севера в целом и харизматичного промышленника Джона Торнтона в частности. Гаскелл предпочла бы назвать роман «Маргарет Хейл» (как она поступила в 1848 году со своим романом «Мэри Бартон»), но Диккенс настоял на своем. В письме от 26 июля 1854 года он писал, что название «Север и Юг» кажется ему более удачным, поскольку оно охватывает больше аспектов и подчеркивает конфликт между людьми, которых обстоятельства вынуждают сталкиваться друг с другом.

Книга

Chapman & Hall (Лондон) впервые опубликовал роман в 1855 году в двух томах, содержащих 25 и 27 глав соответственно. Chapman & Hall выпустили второе издание в 1855 году из-за обнаружения двух абзацев из тома II, главы XIX, в томе II, главе XXII. Чтобы привести нумерацию страниц в соответствие, во второе издание был добавлен дополнительный абзац в том II, главе XXIII. В том же году Harper and Brothers опубликовала роман в Нью-Йорке, а Tauchnitz – более полное второе издание в Лейпциге в составе сборника английских писателей. Многие издания были опубликованы при жизни Гаскелл. Предисловие завершается цитатой из заключения среднеанглийской басни Джона Лидгейта «Крестьянин и птица» (орфография современная). Лоро и госпожа Х. из Леспина, «с разрешения автора», перевели роман на французский язык, используя первое исправленное издание. Оно было опубликовано в Париже издательством Hachette в 1859 году, а в 1865 году под названием Nord et Sud.

Сюжет

Девятнадцатилетняя Маргарет Хейл прожила почти десять лет в Лондоне с кузиной Эдит и богатой тетей Шоу, но когда Эдит выходит замуж за капитана Леннокса, Маргарет с радостью возвращается домой, в южную деревню Хелстоун. Она отказала в предложении руки и сердца Генри, брату капитана, перспективному юристу. Ее жизнь переворачивается, когда ее отец, местный пастор, покидает Англиканскую церковь и пасторский дом в Хелстоуне по убеждениям совести – его интеллектуальная честность сделала его диссидентом. По совету мистера Белла, старого друга из Оксфорда, он поселяется с женой и дочерью в Милтон-Норден (где мистер Белл родился и владеет недвижимостью). Этот промышленный город в Даркшире (текстильном регионе) производит хлопок и находится в самом центре промышленной революции; владельцы фабрик и рабочие сталкиваются в первых организованных забастовках. Маргарет поначалу находит шумный, задымленный Милтон суровым и чуждым, и ее беспокоит его бедность. Мистер Хейл (в стесненных финансовых обстоятельствах) работает репетитором; одним из его учеников становится богатый и влиятельный фабрикант Джон Торнтон, владелец мельницы Марлборо. С самого начала Маргарет и Торнтон не сходятся характерами: она считает его грубым и бесчувственным, а он – надменной. Однако его привлекает ее красота и уверенность, и она начинает восхищаться тем, как он выбился в люди из нищеты. За восемнадцать месяцев, проведенных в Милтоне, Маргарет постепенно учится ценить город и его трудолюбивых жителей, особенно Николаса Хиггинса (представителя профсоюза) и его дочь Бесси, с которой она подружилась. Бесси заболевает биссинозом, вызванным вдыханием хлопковой пыли, что в конечном итоге приводит к ее смерти. Вспыхивает забастовка рабочих. Возмущенная толпа рабочих вламывается на территорию Торнтона, где находятся его дом и фабрика, после того как он нанимает ирландских рабочих в качестве замены бастующих. Торнтон вызывает солдат, но прежде чем они прибывают, Маргарет умоляет его поговорить с толпой, чтобы избежать кровопролития. Когда ему угрожает опасность, Маргарет бросается вперед и загораживает его; в нее попадает камень. Толпа рассеивается, и Торнтон выносит без сознание Маргарет в дом. Торнтон делает ей предложение, но Маргарет отказывает, не ожидая такого внезапного признания в любви и оскорбленная предположением, что ее поступок перед толпой означает, что она питает к нему чувства. Мать Торнтона, опасаясь надменности Маргарет, возмущена ее отказом. Брат Маргарет, Фредерик (который живет в изгнании, поскольку он разыскивается за участие в морском мятеже), тайно навещает их умирающую мать. Торнтон видит Маргарет и Фредерика вместе и предполагает, что Фредерик – ее возлюбленный. Леонардс, товарищ Фредерика по кораблю, позже узнает Фредерика на железнодорожной станции. Они ссорятся, Фредерик отталкивает Леонардса, и тот вскоре после этого умирает. Когда полиция допрашивает Маргарет о потасовке, она лжет, говоря, что не присутствовала. Торнтон знает, что Маргарет солгала, но, исполняя обязанности магистрата, закрывает дело, чтобы спасти ее от возможного обвинения в лжесвидетельстве. Маргарет тронута его поступком ради нее; она больше не смотрит на Торнтона свысока как на сурового хозяина, а начинает видеть глубину его характера. Николас, по просьбе Маргарет, обращается к Торнтону за работой и в итоге получает ее. Торнтон и Хиггинс учатся ценить и понимать друг друга. Мистер Хейл навещает своего старого друга, мистера Белла, в Оксфорде. Он умирает там, и Маргарет возвращается в Лондон к тете Шоу. Она посещает Хелстоун с мистером Беллом и просит его рассказать Торнтону о Фредерике, но мистер Белл умирает, не успев этого сделать. Он оставляет Маргарет наследство, включающее мельницу Марлборо и дом Торнтона. Торнтону грозит банкротство из-за колебаний рынка и забастовки. Он узнает правду о брате Маргарет от Николаса Хиггинса и приезжает в Лондон, чтобы уладить свои дела с Маргарет, которая теперь является его арендодателем. Когда Маргарет предлагает Торнтону одолжить часть своих денег, он понимает, что ее чувства к нему изменились, и снова делает ей предложение. Поскольку она научилась любить его, она соглашается.

Критический прием

В своем введении к «Кембриджскому компаньону Элизабет Гаскелл» (2007), сборнику эссе, представляющих современную гаскелловедческую науку, Джилл Л. Матус подчеркивает растущий авторитет автора в викторианских литературных исследованиях и то, как ее новаторское, многогранное повествование отвечало на стремительные перемены, происходившие в течение ее жизни. Так было не всегда; ее репутация от момента смерти до 1950-х годов определялась оценкой лорда Дэвида Сесила в книге «Ранние викторианские романисты» (1934), в которой он утверждал, что она была «чистой женщиной» и «делает достойные похвалы попытки преодолеть свои природные недостатки, но все тщетно». Современные рецензии были критическими, как и отзывы на роман «Мэри Бартон». В резкой, анонимной рецензии в журнале The Leader Гаскелл обвинили в допущении ошибок относительно Ланкашира, которые не допустил бы житель Манчестера, и утверждалось, что женщина (или священнослужители) не может «понимать промышленные проблемы», «слишком мало знает о хлопковой промышленности» и не имеет «права усугублять путаницу, описывая их». После прочтения пятой главы Шарлотта Бронте полагала, что речь идет лишь о церкви и «защите тех, кто по совести не согласен с ней и считает своим долгом выйти из нее». Однако Бронте признала, что ее подруга «понимает дух Севера». Хотя Ричард Холт отметил некоторый интерес к роману в журнале «The Critical Review», он посетовал на то, что его сюжет разрознен, а персонажи меняются скачками «как кенгуру». Жорж Санд заметила, что роман может заинтересовать джентльмена, оставаясь при этом доступным для молодой женщины. Романы Гаскелл, за исключением «Кранфорда», постепенно ушли в забвение в конце XIX века; до 1950 года она считалась автором второго ряда с «хорошим вкусом и женской чувствительностью». Арчи Стэнтон Уитфилд в 1929 году написал, что ее творчество напоминает «букетик из фиалок, жимолости, лаванды, мигнонетки и шиповника», а Сесил утверждал, что ей не хватает «мужественности», необходимой для адекватного решения социальных проблем. Однако ситуация начала меняться в пользу Гаскелл в 1950-х и 1960-х годах, когда социалистические критики, такие как Кэтлин Тиллотсон, Арнольд Кеттл и Реймонд Уильямс, переосмыслили изображение социальных и промышленных проблем в ее романах и, осознав, что ее видение противоречило господствующим взглядам того времени, увидели в этом подготовку почвы для активного феминистского движения. В начале XXI века, когда творчество Гаскелл «включено в современные дискуссии о национальной идентичности, а также гендерной и классовой принадлежности», роман «Север и Юг» – один из первых промышленных романов, описывающих конфликт между работодателями и рабочими, – рассматривается как изображение сложных социальных конфликтов и предлагающий более удовлетворительные решения через Маргарет Хейл, которая является голосом автора и наиболее зрелым ее творением.

Власть и мятеж

Восстание против власти, которую считают несправедливой, пронизывает всю историю. Устоявшиеся институты воспринимаются как бесчеловечные или эгоистичные и, следовательно, подвержены ошибкам; мистер Хейл разрывает отношения с церковью по убеждениям совести, а Фредерик Хейл участвует в мятеже против флота и вынужден бежать в изгнание, поскольку закон приговорил бы его к повешению за то, что он считал справедливым делом. Его мятеж перекликается с забастовкой рабочих, взявшихся за дело, чтобы прокормить своих детей. Оба они бессильны и вовлечены в борьбу (в глазах рабочих – войну), условия которой диктуют те, кто удерживает власть силой: закон и владельцы фабрик. Маргарет восстает, выражая свою свободу: игнорируя социальные условности и бросая вызов власти, лжет полиции, чтобы защитить своего брата, от которого она узнает, что произвольной, несправедливой и жестокой власти можно противостоять не ради себя, а ради обездоленных. Даже миссис Хейл бунтует по-своему; она «больше гордится тем, что Фредерик выступил против несправедливости, чем если бы он был просто хорошим офицером». Тема власти также центральна. Торнтон воплощает три аспекта власти и авторитета правящего класса: фабриканта, уважаемого коллегами (экономическая власть), магистрата (судебная власть) и того, кто может вызвать армию (политическую власть) для подавления забастовки. В борьбе жителей Милтона за лучшую жизнь ощущается энергия, сила и мужество. Маргарет демонстрирует силу в словесных перепалках с Торнтоном, заставляя его пересмотреть обоснованность своих убеждений и в конечном итоге изменить свое отношение к рабочим – от простых поставщиков рабочей силы до людей, способных к самостоятельному мышлению. Достигнув 21 года, Маргарет берет под контроль свою жизнь, решает жить по своему усмотрению и учится управлять состоянием, унаследованным от мистера Белла.

Женские и мужские роли

Понятие отдельных сфер доминировало в викторианских представлениях о гендерных ролях, предполагая четкое разграничение мужских и женских функций. Общественная жизнь (включая работу) относилась к мужской сфере, а частная жизнь (домашний очаг) – к женской. Выражение чувств считалось женственным, а агрессия – мужским качеством. Разрешение конфликтов словесным путем приписывалось женщинам, в то время как мужчины, скорее всего, прибегали к физической силе (вплоть до войны). Хозяйка дома была хранительницей морали и религии, воплощением «Ангела в доме». Общественная сфера считалась опасно аморальной, и в произведениях таких авторов, как Диккенс, катастрофы происходили, когда персонажи не соответствовали принятым нормам. Унитарианцы интерпретировали библейские тексты символически, а не буквально. Они не верили в первородный грех и не считали женщин более виновными или слабыми, чем мужчин, будучи более либеральными, чем методисты, англиканцы или диссентеры. В романе «Север и Юг» типичная картина унитарианской терпимости представлена в одной вечерней сцене: «Маргарет, приверженка церкви, ее отец – диссент, Хиггинс – вольнодумец, преклонили колени вместе». Семья Торнтонов не обращалась к религии, как это делали Хейлы, хотя миссис Торнтон читала «Толкование Ветхого и Нового Завета» Мэтью Генри. Несмотря на то, что восстановление в 1850 году папой Пием IX римско-католической иерархии в Англии вызвало всеобщее осуждение, Гаскелл проявляла открытость к католицизму, и Фредерик Хейл принял религию своей испанской жены. Библейские отсылки встречаются в различных формах. В главе VI цитируется Книга Иова (ii. 13); есть аллюзия на старшего брата в притче о блудном сыне, а Маргарет перефразирует определение любви («дух, который долготерпит, добр и не ищет своего») из Первого послания к Коринфянам. Однако Гаскелл предостерегает от неправильного толкования; Бесси Хиггинс читает Апокалипсис, чтобы справиться со своим состоянием, и интерпретирует притчу о богатом человеке и Лазаре настолько упрощенно, что Маргарет резко возражает: «Недостаточно будет разделения в тот страшный день, когда одни из нас были нищими здесь, а другие – богатыми; мы будем судимы не по этой случайности, а по нашей верной следование за Христом». Маргарет и Торнтон проходят путь обращения, который приводит к примирению и признанию собственного «недостоинства». Маргарет, которой предстоит самый долгий путь, терзается чувством вины за ложь и стыдом за то, что она была опозорена в глазах Торнтона. Франциск де Саль призывает ее искать «путь смирения», несмотря на попытки мистера Белла приуменьшить и рационализировать ее ложь, сказанную в порыве паники. Торнтон, находящийся на грани разорения, подобно Иову, старается не поддаваться гневу, в то время как его мать восстает против несправедливости его положения («Не ради тебя, Джон! Бог счел нужным быть очень суровым к тебе, очень») и горячо благодарит за «великое благословение», которое дает ей его существование.

Наследие Остин

Часто отмечается влияние романа Джейн Остин «Гордость и предубеждение» на «Север и Юг». От сюжетных точек, таких как отказ Маргарет от первого предложения Торнтона, до черт характера главных героев – параллели между двумя романами очевидны. Маргарет и Элизабет Беннет обе обладают гордым, умным, но предвзятым характером, в то время как Торнтон, подобно Дарси, горд, немногословен и влиятелен. Согласно Нильсу Клауссону в книге «Романтизируя Манчестер: классы, гендер и конфликтующие жанры романа Элизабет Гаскелл «Север и Юг», «та же романтическая схема – богатый, гордый мужчина, покоренный женщиной с сильным характером, независимой и умной – появляется спустя полвека [после «Гордости и предубеждения»] в романе «Север и Юг»» (3). Клауссон утверждает, что Остин создала архетипичный романтический сюжет, который Гаскелл «перенесла в средневикторианский Манчестер» (3). Сочетая романтику с противоречивым реализмом социального романа, Гаскелл обновляет и усложняет более ранний сюжет, что подробно исследуется Мэтью Суссманом в работе «Остин, Гаскелл и политика домашней прозы». В книге «Политика повествования в викторианской литературе» (1988) Розмари Боденхаймер пишет, что она предпочитает изучать связь романа с «Ширли» Шарлотты Бронте, но видит в «описании сильных семейных ценностей» и «социальном оптимизме» индустриальную версию «Гордости и предубеждения». Патриция Ингем также сравнивает «Север и Юг» с «Ширли». Энн Бэнфилд сравнивает «Север и Юг» с «Мэнсфилд-парком» по двум причинам: Маргарет Хейл, как и Фэнни Прайс, оказывается в новом месте, которое она покоряет, и роман строится на противопоставлении мест в более широком масштабе.

Ложные старты

В романе три начала, два из которых иллюзорны: первое – подготовка к свадьбе в Лондоне, второе – возвращение героини в Хелстоун, а третье (часто считается настоящим началом истории) повествует об отъезде в Мильтон, описанном в седьмой главе. Первые главы, по мнению Мартина Додсворта, представляют собой ложные наводки относительно темы романа, а не свидетельство неуклюжести автора; они сообщают читателю, о чем история *не* рассказывает. Боденгеймер интерпретирует ранние главы не как неудачные попытки, а как демонстрацию гаскелловской темы общественных и личных «постоянных состояний изменений» и считает их неотъемлемой частью романа. Переходя из одного места в другое, Маргарет лучше понимает себя и мир, что соответствует намерению Гаскелл вывести ее в публичное пространство. Начальные главы «Севера и Юга» напоминают, казалось бы, роман нравов в стиле Джейн Остин, с подготовкой к свадьбе в Лондоне легкомысленной невесты и живой, умной героини; в деревенском Хелстоуне (вымышленном месте в английском графстве Хэмпшир) холостяк, ищущий счастья (Генри Леннокс), ухаживает за Маргарет – и терпит отказ. Дейдра Дэвид в книге «Фикции разрешения в трех викторианских романах» (1981) предполагает, что отказ Маргарет от лондонского общества указывает на ее неуместность на юге, и ее адаптация к северу вполне правдоподобна. Роман Гаскелл о нравах имеет более широкий контекст – это промышленный роман о северо-западе Англии, где молодые девушки (как Бесси) умирают от «хлопковой чахотки»; капиталисты игнорируют юридические обязательства, а рабочие отказываются от профилактических мер, устраивают забастовки и подстрекают к беспорядкам. Его можно критиковать, как это делает Мартин Додсворт, за то, что любовная линия превалирует над промышленным контекстом и за чрезмерное внимание к эмоциональному конфликту между Маргарет и Торнтоном. Однако «Север и Юг» – это не просто промышленная версия «Гордости и предубеждения». Маргарет обретает авторитет и общественную роль, бросая вызов викторианскому представлению о разделении сфер. Она заводит дружбу с Бесси Хиггинс (молодой женщиной из рабочего класса), постепенно избавляется от предубеждения против «шоппи-людей» и, признав достоинства Торнтона, переступает через социальные границы, считая себя «недостойной» его. Хотя роман заканчивается на Харли-стрит (где он и начался), отчуждение Маргарет от тщеславного и поверхностного мира ее кузины Эдит и Генри Леннокса подчеркивается ее выбором Торнтона и Мильтона.

Ошибки

Как показывают названия глав «Первые впечатления», «Ошибки», «Ошибки, исправленные», «Недоразумения» и «Искупление», роман «Север и Юг» изобилует оплошностями Маргарет и проблемными ситуациями с другими персонажами, порождающими недопонимания. Некоторые ошибки Маргарет возникают из-за игнорирования обычаев, другие – из-за их непонимания, а третьи – из-за неприятия социальных норм Мильтона (например, откровенного и фамильярного рукопожатия). Другие персонажи не выполняют важных действий: Диксон не сообщает Маргарет, что Торнтон посетил похороны ее матери, а мистер Белл умирает, не успев объяснить Торнтону, почему Маргарет солгала. Маргарет чувствует себя непонятой, неспособной контролировать свою жизнь и объяснить мир, который ей чужд. Другие оплошности связаны с невежеством Маргарет: привыкшая к изысканным лондонским салонам, она не осознает, что ее шаль воспринимается как «императорская драпировка», а подача чая происходит «с видом гордого, неохотного раба». Она неловко реагирует на предложения о браке: признание в любви Генри Леннокса кажется ей «неприятным» и вызывает дискомфорт, а предложение Джона Торнтона она воспринимает как «оскорбление» и посягательство. Маргарет наивно полагает, что с бунтовщиками можно договориться, и не замечает, что она и ее брат Фредерик на платформе вокзала выглядят как любящая пара (О’Фаррелл, 1997, с. 68). Боденхаймер видит в этой «ошибочности» определенную цель: «В каждой ситуации, будь то промышленная политика или личная жизнь, традиционные взгляды и установки разрушаются, уступая место новым, запутанным, которые выражаются во всей боли ошибочности и конфликта, присущих реальным человеческим изменениям». Она приобрела репутацию умелого использования диалекта для обозначения социального статуса, возраста или степени близости между говорящими. Адаптация Маргарет к культуре проявляется в ее речи. Когда мать упрекает ее в использовании вульгарных провинциализмов Мильтона (например, «slack of work»), Маргарет отвечает, что, живя в промышленном городе, она должна говорить на его языке, когда это необходимо. Она приводит слово, которое может быть грубым, но которое она считает выразительным («knobstick»), и использует местный термин («redding up» – уборка) по отношению к маленьким детям Буше: «redding up the slatternly room» (убирают неряшливую комнату). Гаскелл начинает каждую главу с поэтической цитаты, чтобы подчеркнуть соответствующую тему, такую как внутренние конфликты («Мое сердце восстает во мне, и два голоса / Становятся слышимыми в моей груди» — Валленштейн, глава XVIII), двойственность («На земле никому не известно / Улыбка, не являющаяся сестрой слезы» — Эллиотт, глава XXI), ухаживания, долг, страдания, стойкая храбрость, честность, время и перемены.

Контекст

Гаскелл жила в период потрясений, последовавших за промышленной революцией, и была осведомлена о тяжелых условиях повседневной жизни и проблемах со здоровьем, с которыми сталкивались рабочие Манчестера. Роман «Север и Юг» был интерпретирован Роберто Дайнотто как «своего рода апокалиптическое путешествие в ад меняющейся эпохи – современная бедность, гнев, отчаяние, воинствующий профсоюз и классовая вражда». Стачка, описанная в романе «Север и Юг», напоминает стачку в Престоне, произошедшую за год до публикации романа. Лозунгом стачки было «десять процентов и никаких уступок», и ее возглавляли Джордж Коуэлл и Мортимер Гримшоу. Продолжавшаяся почти семь месяцев (с сентября 1853 года по апрель 1854 года), она в конечном итоге оказалась безуспешной. Стачка описана в деталях, с участием умных лидеров, таких как Хиггинс, отчаянного насилия и жестокости бунтовщиков, а также реакций обеих сторон. Через глаза Маргарет, потрясенной и сострадательной сторонней наблюдательницы, Гаскелл иллюстрирует социальную нищету трущоб, которые посещала Маргарет, нищету, которую иногда документировали в парламентских документах (голубых книгах) с поучительными иллюстрациями, что привело к принятию в 1833 году Закона о фабриках. Гаскелл использует причину конфликта между владельцами и рабочими (установку вентиляторов в кардочесальных цехах), чтобы проиллюстрировать жадность одних и невежество других, что затрудняет социальный прогресс, и обращает внимание на антиирландские предрассудки в городе, где ирландцы составляли небольшое меньшинство. Она раскрывает убеждения и рассуждения промышленников в защите Торнтоном теории, близкой к социальному дарвинизму: капитализм как естественный (почти физический) процесс, подчиняющийся неизменным законам, неустанная гонка к прогрессу, в которой человечество приносится в жертву; слабые гибнут, будь то владельцы или рабочие. Миссис Торнтон выражает взгляд среднего класса на рабочий класс как на «стая неблагодарных псов».

Положение Гаскелла

"Север и Юг" принадлежит к канону романов, исследующих "состояние Англии" (также известных как романы о социальных проблемах, промышленности или обществе), которые анализируют викторианскую социальную действительность, предлагая "подробные наблюдения из первых рук об индустриализме, урбанизации, классовых и гендерных конфликтах". Роман пытается ответить на вопросы, поставленные современными изменениями, занимая позицию между свободой отдельного рабочего, отстаиваемой Джоном Стюартом Миллем (автором "Претензий труда", опубликованной в Edinburgh Review в 1845 году) и развиваемой Торнтоном в 15 главе, и ответственностью работодателей перед своими работниками, пропагандируемой Джоном Раскином и Артуром Хелпсом. В нем проявляется определенный патернализм, бросающий вызов границе между общественной и частной сферами, свободой и ответственностью, рабочим местом и семейной жизнью, стремясь определить баланс в отношениях между работодателями и работниками. Через Маргарет и ее отца Гаскелл критикует автократическую модель, которая принижает рабочих и защищается Торнтоном (который не чувствует ответственности перед своими работниками за свои действия или решения). Она выступает за власть, учитывающую потребности рабочих, за социальный и экономический договор, как это предлагал Джон Локк в "Двух трактатах о правлении", где хозяева и рабочие находятся в солидарности. После забастовки Торнтон наконец признает, что "новые формы переговоров между руководством и рабочими являются частью современной жизни"; забастовка, разорившая его, была "достойной", поскольку рабочие зависят от него в плане денег, а он – от них в плане производства своей продукции. В классовой борьбе, жертвами которой становятся некоторые (такие как Буше и Бесси), Гаскелл не предлагает окончательного разрешения конфликта: например, Торнтон надеется, что забастовки больше не будут "ожесточенными и злобными". Он и Хиггинс достигают уровня понимания, выходящего за рамки "денежной связи" благодаря "постоянному участию Маргарет в процессе социальных изменений", побуждая к общению между хозяевами и работниками. Если обладатели экономической власти согласятся говорить со своими работниками, рассматривать их как людей (а не как инструменты производства), это может и не устранить социальные конфликты, но уменьшит их жестокость. Главные герои переживают личные трансформации, которые в конечном итоге объединяют их. Стивенсон писал, что относительное молчание Гаскелл о работницах фабрик может отражать ее борьбу с "триумфом домашней идеологии" среднего класса середины XIX века. Гаскелл намекает на трудности, с которыми сталкиваются такие семьи, как Хейлы, в удержании домашних работниц (таких как Диксон) на их должном – подчиненном – месте и в их сближении с членами семьи (размывая классовые различия), сценарий, с которым сталкиваются и промышленные рабочие.

Телевидение и литература

В первой телевизионной адаптации (в 1966 году) Ричард Лич сыграл мистера Торнтона, а Венди Уильямс — Маргарет Хейл. Во второй телевизионной адаптации (в 1975 году) Патрик Стюарт сыграл мистера Торнтона, а Розалинд Шенкс — Маргарет Хейл. Тим Пигот Смит, сыгравший мистера Хейла в адаптации 2004 года, сыграл Фредерика (его сына) в версии 1975 года. В 2004 году BBC выпустила в эфир сериал «Север и Юг», состоящий из четырех эпизодов, с Даниэлой Денби Эш и Ричардом Армитажем в главных ролях. Сценарий написала Сэнди Уэлч, а режиссером был Брайан Персиваль. Адаптация 2004 года возродила интерес к роману и привлекла более широкую аудиторию читателей. Роман Дэвида Лоджа «Хорошая работа», задуманный как пастиш творчества Гаскелл, был опубликован в 1988 году. Он стал «Книгой года» по версии Sunday Express и в 1989 году был экранизирован BBC в виде телевизионного сериала.