Введение

Римская концепция гражданства как общности, объединенной законом

В Древнем Риме латинский термин civitas (; множественное число civitates), согласно Цицерону во времена поздней Римской Республики, был социальной структурой граждан, объединенных законом (concilium coetusque hominum jure sociati). Именно закон связывает их, наделяя обязанностями (мунеры (древний Рим) – с одной стороны, и правами гражданства – с другой. Соглашение (concilium) обладает собственной динамикой, порождая res publica, или «публичное образование» (синоним civitas), в которое индивиды рождаются или принимаются, и из которого они умирают или исключаются. Civitas – это не просто совокупность всех граждан, это договор, связывающий их всех вместе, поскольку каждый из них является civis. Civitas – это абстракция, образованная от civis. Клод Николе прослеживает первое слово и понятие гражданина в Риме к первому известному случаю, возникшему в результате синоэцизма римлян и сабинян, описанному в легендах о Римском царстве. Согласно Ливию, два народа приняли участие в церемонии союза, после чего были названы квиритами в честь сабинского города Курес. Две группы стали первыми куриями – подчиненными собраниями, происходящими от co viria («соратники», где vir означает «мужчина», поскольку только мужчины участвовали в управлении). Квириты были co viri. Два народа приобрели единый статус. Латинское название сабинских квиритов – cives – по одной из версий, происходит от индоевропейского *kei, означающего «лежать» в значении «принадлежащий к одному дому», «член общины». Слова «город», «гражданский» и «гражданский» восходят к этому корню. Два народа теперь жили, так сказать, под одной крышей. Civitas было популярным и широко используемым словом в Древнем Риме, отголоски которого сохранились до наших дней. На протяжении веков его значение расширилось, охватывая спектр значений, зафиксированных в крупных латинских словарях: помимо гражданства, установленного конституцией, оно могло означать юридическое городское государство или res publica, populus этой res publica (не люди в общем смысле, а люди как граждане), любое городское государство, реальное или идеальное, или (особенно в период Империи) физический город, или урбс. В последнем значении некоторые места приняли название civitas или включили его в свое название, что впоследствии отразилось в формах civita или civida.

Виды граждан

По мере роста империи жители отдаленных римских провинций либо классифицировались как *dediticii*, что означает «капитулянты», либо рассматривались как государства-клиенты с некоторой гарантированной независимостью посредством договоров. Под римским правлением существовало три категории автономных местных общин: высшая, *civitates foederatae* («союзные государства»), формировалась с формально независимыми и равноправными городами и скреплялась общим договором (*foedus*); далее шли *civitates liberae* («свободные города»), обозначавшие общины, которым Рим предоставил определенные привилегии, часто в виде налогового иммунитета (отсюда *liberae et immunes*); последней и самой распространенной группой были *civitates stipendariae* («дающие подать государства»), которые, сохраняя внутреннюю юридическую автономию, были обязаны платить налоги. Престижные и экономически важные поселения, такие как Массилия и Мессана, являются примерами оккупированных регионов, которым была предоставлена полуавтономия во время Римской республики. Остров Мальта получил этот статус в качестве награды за верность Риму во время Второй Пунической войны. Новые романизированные городские поселения этих клиентских племен также назывались *civitates* и обычно основывались заново вблизи старой, доримской столицы. Например, в Киренчестере римляне использовали армейский лагерь, который первоначально контролировал близлежащий племенной *оппидум*, для создания *цивитаса*. В более поздний период империи этот термин применялся не только к дружественным коренным племенам и их городам, но и к административно-территориальным единицам в мирных провинциях, осуществлявшим гражданское управление. Земли, предназначенные для становления *цивитасом*, официально делились, часть предоставлялась местным жителям, а часть оставалась в собственности гражданской администрации. На местности размечалась базовая сетка улиц, но дальнейшее развитие *цивитаса* зависело от его жителей, хотя иногда выдавались императорские гранты на строительство новых общественных зданий. Тацит описывает, как романо-бриты восприняли новые городские центры: «Они называли такие новшества «цивилизацией», хотя на самом деле это было лишь проявлением их рабства» (Agricola, 21).

*Civitates* отличались от менее упорядоченных *вици*, которые хаотично вырастали вокруг военных гарнизонов; *колоний*, являвшихся поселениями отставных солдат; и *муниципий*, формальных политических образований, созданных из существующих поселений. *Civitates* были региональными рыночными городами, включавшими в себя комплекс базилики и форума, служивший административным и экономическим центром. Основной целью *цивитатов* было стимулирование местной экономики для увеличения налоговых поступлений и производства сырья. Вся эта деятельность управлялась *ордо* или *курией* – советом *цивитаса*, состоявшим из людей с достаточным социальным статусом для участия в политической жизни. Оборонительные меры в *цивитатах* были ограничены, редко превышая частокол и земляные валы в неспокойные времена, и то не всегда. К концу империи собственные местные ополчения *цивитатов*, во главе с *декурионом*, вероятно, служили единственной оборонительной силой в отдаленных романизированных областях, подвергавшихся угрозе со стороны варваров. Есть свидетельства того, что некоторые *цивитаты* сохранили определенную степень романизации и оставались населенными пунктами даже после официального римского отступления, хотя и с ограниченными ресурсами. Определенные группы *цивитатов* сохранялись как отдельные племенные объединения даже после падения Римской империи, особенно в Британии и северной Испании.