Джеймс Эвершед Агате: Жизнь и творчество театрального критика

Введение

Английский писатель-дневнист и театральный критик (1877–1947)

Джеймс Эвершед Агайт (9 сентября 1877 – 6 июня 1947) был английским писателем-дневнистом и театральным критиком, работавшим в период между двумя мировыми войнами. Он начал заниматься журналистикой в конце двадцатых годов и в 1907–1914 годах состоял в штате газеты The Manchester Guardian. Позже он стал театральным критиком в журналах The Saturday Review (1921–1923), The Sunday Times (1923–1947) и на BBC (1925–1932). Девять томов дневников и писем Агата освещают британский театр его эпохи, а также нетеатральные интересы, такие как спорт, светские сплетни и личные заботы о здоровье и финансах. Он опубликовал три романа, перевёл пьесу, которую ненадолго ставили в Лондоне, и регулярно издавал сборники театральных эссе и рецензий.

Ранние годы

Агата, старший ребенок Чарльза Джеймса Агата (1832–1909), оптового торговца льном, и Эулалии Джулии, урожденной Янг, родилась в Пендлтоне, близ Манчестера, в Англии. Его отец живо интересовался музыкой и театром и поддерживал с ними связи. Густав Гарсия, племянник примадонны Марии Малибран, стал другом Чарльза на всю жизнь после того, как они вместе работали учениками на хлопковой фабрике. Мать Агаты, получившая образование в Париже и Гейдельберге, была талантливой пианисткой. Благодаря семейным связям Агата с активным немецким художественным сообществом в Манчестере, в юности он часто посещал театральные представления. В октябре 1912 года Сара Бернхардт посетила дом Агатов, что свидетельствовало о высоком статусе семьи в местном искусстве. Единственная сестра Агаты, Мэй, позже училась актерскому мастерству у Бернхардт в Париже. Позже Агат проиграл спор Лилиан Брейтуэйт, которая в ответ на его замечание о том, что она «вторая по красоте женщина в Лондоне», ответила: «Я буду долго хранить это в памяти, услышав это от нашего второго лучшего театрального критика». В начале двадцатых годов Агат написал пьесу «Последующие годы», которую его биограф Айвор Браун описал как «не вполне удачную». Другой биограф, Джеймс Хардинг, отметил, что последующие попытки Агата написать художественную прозу (вторую пьесу и три романа) «не имеют существенного значения». В мае 1915 года, в возрасте тридцати семи лет, Агат добровольно поступил на службу в Армейский транспортный корпус и был отправлен во Францию. Он договорился предоставлять серию открытых писем о своем военном опыте Аллану Монкхаусу в The Manchester Guardian. Эти письма были опубликованы в его первой книге «L. of C. (Lines of Communication)», о которой рецензент написал: «Капитан Джеймс Э. Агайт входит в число первых ста тысяч солдат, написавших книгу о войне, но можно с уверенностью сказать, что другой такой книги не будет. Это наш старый друг «Дж. Э. А.» во всей своей раздражающей лучшей форме в военной форме». Свободное владение Агатом французским языком и знание лошадей помогли ему получить успешную работу закупщика сена, о которой рассказывается в первом томе его книги «Эго». Его система учета закупок сена на войне в чужой стране была в конечном итоге признана военным ведомством и превращена в официальное руководство. Имя капитана Агата было выгравировано на военном мемориале в Чапел-эн-ле-Фрит, Дербишир. После публикации «L. of C.» Агат издал сборник эссе о театре «Жужжание! Жужжание!» (1918). В том же году, все еще находясь на службе во Франции, Агат женился на Сидони Жозефине Эдме Муре Кастильон, дочери богатого землевладельца. Брак был недолгим, и после его мирного расторжения личная жизнь Агата сложилась исключительно из гомосексуальных отношений.

Agate, the eldest child of Charles James Agate (1832–1909), a wholesale linen draper, and Eulalie Julia née Young, was born in Pendleton, near Manchester, England. His father had a keen interest in music and theatre and connections with them. Gustave Garcia, nephew to the prima donna Maria Malibran, was Charles's lifelong friend after they were apprenticed together in the cotton warehouse. Agate's mother, educated in Paris and Heidelberg, was an accomplished pianist. Through Agate's family ties with the active German artistic community in Manchester, he had much exposure to performance in his youth. In October 1912, Sarah Bernhardt visited the Agate home, an indication of the family's position in the local arts. Agate's only sister, May, later studied acting under Bernhardt in Paris. Later, Agate was bested by Lilian Braithwaite, who responded to his assertion that she was "the second most beautiful woman in London" by replying, "I shall long cherish that, coming from our second best theatre critic." In his early twenties, Agate wrote a play, The After Years, which his biographer, Ivor Brown describes as "less than successfully realized". Another biographer, James Harding, said of Agate's subsequent attempts at fiction (a second play and three novels) that they are "of small import". Agate volunteered in May 1915 at the age of thirty seven for the Army Service Corps, and was posted to France. He had an arrangement to supply a series of open letters about his wartime experiences to Allan Monkhouse at The Manchester Guardian. These were published in his first book, L. of C. (Lines of Communication), of which a reviewer wrote, "Captain James E. Agate ranks as one of the first hundred thousand soldiers who have written a book about the war, but one is sure there will be no other book like this one It is our old friend 'J. E. A.' at his irritating best in khaki." Agate's fluency in French and knowledge of horses found him a successful job as a hay procurer, described in the first volume of his Ego. His system of accounting for wartime hay purchases in a foreign land was eventually recognised by the War Office and made into an official handbook. Captain Agate's name was engraved on the Chapel en le Frith War Memorial in Derbyshire. After L of C, Agate published a book of essays on the theatre, Buzz, Buzz! (1918). In the same year, while still serving in France, Agate married Sidonie Joséphine Edmée Mourret Castillon, daughter of a rich landowner. The marriage was short lived, and after it broke up amicably, Agate's relationships were exclusively homosexual.

Лондонский театральный критик

Вернувшись к гражданской жизни, Агат продолжил карьеру театрального критика. В 1919 году он опубликовал вторую книгу эссе «Алармы и экскурсии». В 1921 году он получил должность в журнале The Saturday Review, которую ранее занимал Шоу (а затем Макс Бербом), а в 1923 году перешел в The Sunday Times, где оставался театральным критиком до конца жизни. С 1925 по 1932 год он совмещал работу в газете с должностью театрального критика на British Broadcasting Corporation. Историк Жак Барзун, поклонник Агата и редактор переиздания последних двух томов серии «Эго», вновь обратил внимание на Агата в 2001 году, вызвав интерес нового поколения: «Когда в 1932 году он [Агат] решил начать вести дневник, он поставил перед собой задачу описать всю свою жизнь, то есть уделить место не только повседневным мыслям и занятиям, но и беседам и переписке с другими, включая его братьев и сестер, столь же своеобразных, как и он сам. Получившееся повествование, с фрагментами забавной вымышленной прозы, по яркости характеристики персонажей и полноте исторических деталей не уступает дневнику Пеписа». Алистер Кук также был поклонником Агата и посвятил ему одно из своих «Писем из Америки», назвав его «Величайшим ведителем дневников». У Агата было несколько секретарей, среди которых Алан Дент, известный как Джок, прослужил 14 лет и стал самым заметным. Дент появился на пороге Агата в сентябре 1926 года: «Он представился Аланом Дентом, сообщил, что живет в каком-то нелепом месте возле Эйра, что получил университетское образование, ненавидит медицину и отказывается быть врачом, что восхищается моим творчеством, намерен быть моим секретарем, будь что будет, и прошел пешком из Шотландии с этой целью. Я посмотрел на его сапоги и понял, что последнее заявление – лишь уловка, чтобы смягчить меня» (Из «Эго» [1], стр. 91). Стиль Агата в дневниковых записях, составляющих девять томов «Эго», отличается рассудочностью. В них изобилуют анекдоты из новостей дня, отрывки из его обширной переписки с читателями его рецензий и книг, откровенные и часто забавные размышления о его здоровье (он был ипохондриком и страдал обсессивно-компульсивным расстройством) и о своем неблагополучном финансовом положении. Во многих его дневниковых записях упоминаются его друзья Герберт Ван Таль, Джордж Литтелтон, Дент и Павия, а также его любимый брат Эдвард Агайт. У него были повторяющиеся темы, связанные с Малибран, Сарой Бернхардт, Режан, Рашель, делом Дрейфуса, Шекспиром и Диккенсом. Его стиль «энергичен и откровенен, и всегда увлекателен, несмотря на его нежелание признавать величие в каком-либо актере после Ирвинга». Его сравнивали с критиками более раннего поколения, Клементом Скоттом и А. Б. Уокли: «Он восхищался влиянием, которым пользовался Скотт в Daily Telegraph в последней трети девятнадцатого века, и ценил элитарность и франкофилию Уокли в The Times в конце викторианской и эдвардианской эпох. Агата стремился занять место в этой традиции, и поэтому его критика многословна и самодовольна, но чрезвычайно увлекательна и поучительна». Агата предпринял неудачную и недолговечную адаптацию немецкой пьесы «Я обвиняю!» по оригинальному тексту доктора Ханса Рефиша и Вильгельма Герцога; она открылась и закрылась в Лондоне в октябре 1937 года. Рецензент The Times отметил: «Подозревается, что мистер Агата был слишком верен слишком серьезному немецкому оригиналу». Его театральные рецензии были опубликованы в серии сборников, включая Buzz, Buzz!, Playgoing, First Nights и More First Nights, и представляют ценность для истории лондонского театра между мировыми войнами. Его антология «Английские драматические критики, 1660–1932» имеет важное значение. Он написал биографию французской актрисы Рашель, которую писатель Арнольд Беннетт назвал «захватывающей и волнующей», а ее героиню – «несомненно, лучшей биографией на английском языке».

On returning to civilian life, Agate pursued his career as a theatre critic. In 1919 he published a second book of essays, Alarums and Excursions. In 1921 he secured the post with The Saturday Review once held by Shaw (and then by Max Beerbohm), and in 1923 he moved to The Sunday Times, where he remained theatre critic for the rest of his life. From 1925 to 1932 he combined his newspaper work with the post of drama critic for the British Broadcasting Corporation. The historian Jacques Barzun, a fan of Agate and editor of a reissue of the last two volumes of Agate's Ego series, highlighted Agate in 2001, which rekindled the interest of a new generation:"When in 1932 he [Agate] decided to start a diary, he resolved to depict his life entire, which meant giving a place not solely to his daily thoughts and occupations but also to his talk and correspondence with others, including his brothers and sister, no less singular than himself. The resulting narrative, with fragments of hilarious mock fiction, ranks with Pepys's diary for vividness of characterization and fullness of historical detail". Alistair Cooke was another admirer of Agate, and devoted one of his "Letters from America" to the "Supreme Diarist." Agate had a series of secretaries, of whom Alan Dent, known as Jock, served for 14 years and became the most prominent. Dent arrived on Agate's doorstep in September 1926: "He announced that his name was Alan Dent, that he resided at some absurd place near Ayr, that he had received university education, hated medicine and refused to be a doctor, that he admired my work, intended to be my secretary willy nilly, and had walked from Scotland for that purpose. I looked at his boots and knew the last statement to be merely ad captandum and with intent to mollify." (From Ego [1], Page 91.) Agate's style in the diary entries that constitute the nine volumes of "Ego" is discursive. Anecdotes of the day's news, excerpts from his voluminous correspondence with readers of his reviews and books, frank and often amusing ruminations on his health (he was a hypochondriac and obsessive compulsive) and poor financial state abound. Many of his diary entries mention his friends Herbert Van Thal, George Lyttelton, Dent and Pavia, and Edward Agate, his much loved brother. He had recurring themes around Malibran, Sarah Bernhardt, Réjane, Rachel, the Dreyfus Affair, Shakespeare, and Dickens. His style is "vigorous and outspoken, and always entertaining, in spite of his refusal to admit greatness in any actor later than Irving." He has been compared to critics of an earlier generation, Clement Scott and A B Walkley: "He admired the power Scott had enjoyed on the Daily Telegraph during the last third of the nineteenth century, and enjoyed Walkley's elitism and francophilia on The Times during the late Victorian and Edwardian periods. Agate sought to position himself in that tradition, and his criticism consequently is verbose and self indulgent but hugely entertaining and revealing." Agate made a short lived, unsuccessful adaptation of a German play, I Accuse! from the original of Dr. Hans Rehfisch and Wilhelm Herzog; it opened and closed in London in October 1937. The Times reviewer commented, "Mr. Agate is suspected of having been too faithful to a too earnest German original." His theatrical notices appeared in a series of collections. including Buzz, Buzz!, Playgoing, First Nights and More First Nights, and are valuable for their history of London theatre between the world wars. His anthology The English Dramatic Critics, 1660–1932 is important. He wrote a biography of the French actress Rachel, which the novelist Arnold Bennett called "excited and exciting" and of its subject "beyond question the best life in English".

Поздние годы

Во время Второй мировой войны здоровье Агата ухудшилось, и у него начались проблемы с сердцем. Он скоропостижно скончался в своем доме в Холборне, Лондон, в возрасте 69 лет, вскоре после завершения работы над девятым томом "Эго".