Введение

Речь Александра Х. Стивенса 1861 года Речь о краеугольном камне, также известная как "Корнерстоун Адрес", была речью Александра Х. Стивенса, исполняющего обязанности вице-президента Конфедеративных Штатов Америки, в Афинае в Саванне, штат Джорджия, 21 марта 1861 года. Позже в речи Стивенс использовал библейские образы (Псалом 118, ст. 22) в аргументации, что божественные законы отдали чернокожих американцев в рабство как "субстрат нашего общества": Наша конфедерация основана на принципах в строгом соответствии с этими законами. Этот камень, который был отвергнут первыми строителями, стал главой угла - настоящим краеугольным камнем нашего нового здания.

Предыстория

Речь была произнесена через несколько недель после отделения Южной Каролины, Миссисипи, Флориды, Алабамы, Джорджии, Луизианы, а затем Техаса и менее чем через три недели после инаугурации Авраама Линкольна в качестве 16-го президента Соединенных Штатов. Сама война не начнется, пока американская база Форт-Самтер не будет атакована конфедератами в середине апреля, поэтому открытые, широкомасштабные военные действия между двумя сторонами еще не начались. Однако были отдельные инциденты, такие как нападение на американский пароход Star of the West, перевозивший припасы для Форт-Самтер. Стивенс, говоря о том, что в целом насилия не было, заявил, что отделение должно было быть достигнуто без "потери ни одной капли крови".

Краеугольный камень

В речи Стивенса критиковали Отцов-основателей, и Томаса Джефферсона в частности, за их анти-рабские и просветительские взгляды, обвиняя их в ошибочном предположении, что расы равны. Он заявил, что разногласия по поводу порабощения чернокожих американцев были "непосредственной причиной" отделения и что конституция Конфедерации разрешила такие вопросы, сказав: "Новая Конституция навсегда положила конец всем волнующим вопросам, связанным с нашим особенным учреждением - африканским рабством, как оно существует среди нас - надлежащим статусом негра в нашей форме цивилизации. Это было непосредственной причиной позднего разрыва и нынешней революции. Джефферсон в своем прогнозе предсказал это как "скалу, на которой старый Союз расколется". Он был прав. То, что было для него предположением, теперь стало реальностью. Но есть ли у него полное понимание великой истины, на которой стояла и стоит эта скала, может быть сомнительно. Преобладающие идеи, поддерживаемые им и большинством ведущих государственных деятелей во время формирования старой Конституции, заключались в том, что порабощение африканцев нарушало законы природы; что это было неправильно в принципе, социально, морально и политически. Это было зло, они не знали, как хорошо иметь дело с, но общее мнение людей того дня было, что, так или иначе, в порядке Провидения, учреждение будет мимолетным и уйти. [ ] Однако эти идеи были в корне неверными. Они опирались на предположение о равенстве рас. Это была ошибка. Это был песчаный фундамент, и идея правительства, построенного на нем, когда "пришла буря и дул ветер, он упал". Стивенс утверждал, что достижения и прогресс в науке доказали, что взгляд Декларации независимости Соединенных Штатов, что "все люди созданы равными", был ошибочным и что все люди не были созданы равными. Он заявил, что достижения науки доказали, что рабство чернокожих американцев белыми было оправданным и что это совпадало с учениями Библии. Демократы, такие как Джон Кэлхун и Стивен Дуглас, имели разные взгляды на значение последней фразы. Калхун утверждал, что идея была своеобразна для Томаса Джефферсона, а не универсальный принцип. В этом контексте утверждение Стивенса было прочитано как подтверждение интерпретации Линкольна принципов отцов-основателей США, но противопоставление утверждению "расового неравенства".

Экономические

В своей речи Стивенс в основном изложил, как конституция Конфедерации ликвидировала тариф и запретила центральному правительству тратить средства на внутренние улучшения. Размышления были основаны на аргументе о правах штатов, с железной дорогой Джорджии в качестве первого примера: стоимость классификации, надстройки и оборудования наших дорог была понесена теми, кто вошел в предприятие. Более того, не только стоимость железа - не маленький элемент в совокупной стоимости - была покрыта таким же образом, но мы были вынуждены заплатить в общую казну несколько миллионов долларов за привилегию импорта железа, после того, как цена была оплачена за рубежом. Какая справедливость в том, чтобы взять эти деньги, которые наш народ платил в общую казну за импорт железа, и использовать их для улучшения рек и портов в других местах? Если Чарльстон Харбор нуждается в улучшении, пусть торговля Чарльстона несет бремя. Если устье реки Саванны должно быть очищено, пусть мореплавательная деятельность, которая извлекает из этого выгоду, понесет бремя. Стивенс отметил, что новая страна будет иметь четкое разграничение между федеральными и государственными обязанностями и заняла позицию, аналогичную позиции Южной Каролины во время кризиса аннулирования, а именно, что федеральное правительство не должно платить за внутренние улучшения.

Процессуальные

Первое изменение было, по-видимому, очень важным для Стивенса, и он сделал бы конституцию еще ближе к конституции Соединенного Королевства, но он считал, что это все еще улучшение по сравнению с Конституцией США, заявив, что "министры кабинета и главы департаментов могут иметь привилегию места на полу Сената и Палаты представителей и могут иметь право участвовать в дебатах и обсуждениях по различным вопросам управления". Например, в Конституции США у министра финансов США не было возможности объяснить свой бюджет или быть привлеченным к ответственности, кроме как в прессе. Президент должен был отбывать один шестилетний срок в надежде, что это "устранит от действующего президента все искушения использовать его должность или использовать доверенные ему полномочия для каких-либо личных амбиций".

Статус

Стивенс считал, что семи отделенных штатов хватило, чтобы сформировать успешную республику с населением в пять миллионов человек (включая чернокожих) и территорией, большей, чем Франция, Испания, Португалия и Соединенное Королевство вместе взятые. В семи штатах налогооблагаемая собственность составляла 2 200 000 000 долларов и долги всего 18 000 000 долларов, тогда как долг остальных штатов Соединенных Штатов составлял 174 000 000 долларов.

Будущее

Конституция Конфедерации позволила новым штатам легко присоединиться. Стивенс сказал, что в ближайшем будущем к ним обязательно присоединятся Северная Каролина, Теннесси и Арканзас, а также Вирджиния, Кентукки и Миссури. Стивенс ожидал быстрой эвакуации Форта Самтер, оплота армии США в Южной Каролине, но какой "курс будет принят к Форту Пикенс и другим [американским] фортам в заливе, не так хорошо понятно". Поскольку Конфедерация до этого момента была рождена без кровопролития, Стивенс заявил, что он хотел, чтобы это продолжалось и чтобы заключить мир "не только с Севером, но и со всем миром". Тем не менее, он предположил, что США не будут следовать мирному курсу и обвинил республиканцев в лицемерии, выступая против рабства, но в то же время отказываясь соглашаться на рабские государства, отделившиеся от США: Принципы и позиция нынешней администрации Соединенных Штатов - Республиканской партии - поднимают некоторые загадочные вопросы. Хотя у них есть твердый принцип, никогда не допускать увеличения рабовладельческой территории, они, похоже, также полны решимости не расстаться с дюймом "проклятой земли". Несмотря на их крик против учреждения, они, казалось, были в равной степени против получения большего, или отпускать то, что они получили. Они были готовы бороться за присоединение Техаса, и в равной степени готовы бороться сейчас за ее отделение. Почему это? Как объяснить этот странный парадокс? Похоже, есть только одно рациональное решение, и это то, что, несмотря на их человеческие призывы, они не склонны отказываться от выгод, которые они получают от рабского труда. Их благотворительность уступает им. Идея применения законов имеет только одну цель, и это сбор налогов, собранных рабским трудом, чтобы увеличить фонд, необходимый для удовлетворения их тяжелых ассигнований. Они ищут добычу, хотя она и приходит от рабского труда. Наконец, Стивенс предсказал, что зарождающийся режим Конфедерации преуспеет или потерпит неудачу, основываясь на характере его составляющего политического органа.

Наследие

Когда началась война и Конфедерация отказалась освободить пленных чернокожих солдат США в обмен на заключенных конфедератов в американской тюрьме, чиновник Союза Бенджамин Батлер намекнул на все это, сказав конфедератам, что "ваша структура оппозиции правительству Соединенных Штатов имеет право собственности на человека в качестве своего краеугольного камня". Фредерик Дуглас, сторонник отмены рабства, упомянул эту речь в своей речи в Пенсильвании в 1863 году, в которой он призывал чернокожих бороться за дело США: "Стефенс с предельной ясностью и точностью заявил о различии между основными идеями Конфедеративного правительства и Федерального правительства. Одна из них основана на идее, что цветные люди - низшая раса, которую можно поработить и ограбить навсегда и к удовольствию сердца любого человека другой кожи" Историк Гарри В. Джаффа подробно обсуждает речь в своей книге 2000 года "Новое рождение свободы". Он делает вывод, что "это замечательное обращение передает, больше, чем любой другой современный документ, не только душу Конфедерации, но и того Джим Кроу Юга, который возник из пепла Конфедерации". Яффа сравнил расизм Стивенса и Конфедерации с расизмом Адольфа Гитлера и нацистской Германии: цитата слагается Пророчество Стивенса о будущем Конфедерации не напоминает ничего, кроме пророчеств Гитлера о Тысячелетнем Рейхе. И их теории не сильно отличаются. Стивенс утверждал, что записи репортера, записавшего речь, были "очень несовершенными" и "поспешно исправлены" им самим, и что его речь была опубликована "без дальнейших пересмотров и с несколькими явными ошибками". Он далее разъяснил это утверждение в своей книге 1868 года "Конституционный взгляд на позднюю войну между штатами". По словам одного ученого, "неправильные цитаты", которые, как утверждается, сделал Стивенс после войны, настолько многочисленны, что вряд ли они имеют место быть.