Введение

Южноафриканская писательница Фарида Кародия (родилась в 1942 году) — южноафриканский романист и автор рассказов.

Биография

Фарида Каройда родилась в провинции Восточный Кейп, месте, которое вдохновило на создание ее первого романа «Дочери Сумерек» (1986). Она преподавала в Йоханнесбурге (Южная Африка), Замбии и Свазиленде. В 1968 году правительство Южной Африки отозвало ее паспорт. Столкнувшись с угрозой принудительного заключения в ЮАР, она эмигрировала в Канаду. Она осталась там, где опубликовала свой первый роман и писала в различных жанрах, включая кино, телевидение и радиодрамы CBC. В 1994 году она вернулась в Южную Африку. Сейчас она работает писателем-фрилансером и разделяет свое время между Канадой и Южной Африкой. Ее первый роман «Дочери Сумерек» был опубликован в 1986 году и стал финалистом литературной премии Фосетта. Хотя в то время она жила в Канаде, книга посвящена трудностям, с которыми сталкивались представители неевропейских рас при получении образования в условиях апартеида. Однако к 1990 году она также писала о Канаде. Кроме того, во время пребывания в Индии в 1991 году она написала сценарий и сняла фильм «Полуночные угли». Ее роман «Разрушение тишины» (1993), действие которого происходит во время гражданской войны в Мозамбике, рассказывает историю Фэйт, дочери канадских миссионеров, после убийства ее родителей. «Against an African Sky and Other Stories» (1994) – одна из ее первых работ после возвращения в Южную Африку. В 2000 году ее роман «Другие секреты» был номинирован на премию IMPAC Dublin Award. Ее романы, действие которых происходит в Африке, не ограничиваются Южной Африкой. «Границы» (2003) рассказывает о возвращении трех женщин в небольшой южноафриканский городок Влентерхук.

Критический прием

В книге «Мифологии миграции, словари по найму: романы южноазиатской диаспоры в Африке, Карибском бассейне и Азиатско-Тихоокеанском регионе» (2009) Мариам Пирбхал отмечает, что творчество Кародии получило большее признание за пределами ее родных стран – Канады и Южной Африки. Например, роман «Дчери сумерек» «не привлек такого же критического внимания и похвалы, как в Канаде», в то время как «был номинирован на Литературную премию Фосетта в Великобритании» (78), а после «переработки [этого романа] в качестве первой части трехчастной саги о нескольких поколениях под названием «Другие секреты», опубликованной Penguin в 2000 году, [этот роман] также получил престижную номинацию – Международную литературную премию IMPAC Dublin, хотя и не задержался долго в продаже» (78). Пирбхал указывает на сложность отнесения Кародии и ее работ к четким расовым и национальным категориям как на одну из сильных сторон ее творчества, а также на возможную причину недостаточного внимания к ним со стороны критиков и читателей в не-диаспорных контекстах. По ее мнению, Кародия – один из «уникальных голосов в африканской литературе, [который] не принадлежит ни к немногочисленной группе писателей европейского происхождения, говорящих из исторического центра институционализированной власти, ни к подавляющему большинству коренных африканских авторов, говорящих из культурного и политического центра постколониальной эпохи. То, что подрывает ощущение нестабильности диаспорального сообщества в Африке, как народа, дважды лишенного родины – и в историческом изгнании с Индийского субконтинента, и в статусе политического и враждебного меньшинства на новой земле – это нечто среднее, или, используя заглавную фразу Кародии, «сумеречная» атмосфера этих текстов» (79). Аналогично, Ронит Френкель в книге «Переосмысления: южноафриканская индийская проза и формирование расы в постколониальной культуре» (2010) рассматривает творчество Кародии, в частности роман «Другие секреты», как часть небольшой группы южноафриканской литературы, предлагающей «альтернативные нарративы Комиссии по установлению истины и примирению (TRC), раскрывающие «обыденное» влияние апартеида, которое не было отражено в работе Комиссии» (112). По мнению Френкель, история семьи Мохаммедов раскрывает «один из «секретов», который пытался скрыть апартеид – число людей, оказавшихся между его системами классификации на том или ином уровне. Это шаткое географическое положение отражает расовый состав самой семьи, где Мина, Ясмин и их отец, Абдул, классифицируются как индийцы, а их мать, Делия, и бабушка, Нана, – как цветные. История апартеида полна рассказов о семьях, разделенных различными расовыми классификациями» (114). Деваракшанам Говиден также причисляет Кародию к числу «южноафриканских индийских женщин, которые стали частью большой группы южноафриканских писателей, стремящихся к «отказу от амнезии» посредством процесса «самоописания», выносящего на первый план некоторые из «замалчиваемых» аспектов национальной идентичности Южной Африки» (2).