Эквадорско-перуанский территориальный спор: история и разрешение

Введение

Эквадорско-перуанский территориальный спор — это территориальный спор между Эквадором и Перу, который до 1928 года также включал Колумбию. Спор возник из-за различной интерпретации каждой страной королевских указов (Real Cedulas), которые Испания использовала для точного определения своих колониальных территорий в Америке. После обретения независимости все бывшие колониальные территории Испании подписали соглашения и согласились установить свои границы на основе принципа *uti possidetis juris*, который признавал границы испанских владений 1810 года границами новых республик. Однако, противоречивые претензии и разногласия между новообразованными государствами неоднократно приводили к вооруженным конфликтам. Юридически спор был завершен после Эквадорско-перуанской войны с подписанием Протокола Рио-де-Жанейро 29 января 1942 года. Тем не менее, этот договор также вызывал вопросы, и две страны вновь вступили в войну дважды: в войне Пакиша в 1981 году и в войне Сенепа в 1995 году. Напряженность ослабла, но сохранялась в течение последующих трех лет. 26 октября 1998 года Эквадор и Перу подписали всеобъемлющее мирное соглашение, заложившее основу для разрешения пограничного спора. Официальная демаркация приграничных районов началась 13 мая 1999 года. Соглашение было ратифицировано конгрессами обеих стран без возражений, окончательно положив конец спору.

Испанское завоевание и создание вице-королевства Перу

Начиная с прибытия Христофора Колумба в 1492 году, испанские конкистадоры расширили сферу влияния испанской короны от первых небольших поселений в Карибском бассейне до различных континентальных территорий, в конечном итоге включив в себя Центральную Америку и большую часть Южной Америки. Испанцы достигли границ империи инков в 1528 году, а 16 ноября 1532 года, воспользовавшись гражданской войной в империи инков, небольшая армия Франсиско Писарро начала испанское завоевание Перу. В последующие десятилетия Испания укрепила свою власть над всем Андским регионом, подавляя последовательные восстания коренного населения. Для управления новыми территориями Испании в 1542 году император Священной Римской империи Карл V (король Испании Карл I) учредил два вице-королевства: вице-королевство Новая Испания (на территории современной Мексики) и вице-королевство Перу (также известное как вице-королевство Новая Кастилия). В 1542 году король Карл I назначил Бласко Нуньеса Вела первым вице-королем Перу, однако вице-королевство было организовано лишь с прибытием вице-короля Франсиско де Толедо в 1572 году. Толедо немедленно объявил войну Вилькабамбе, последнему убежищу инков; вскоре после этого Тупак Амару, последний император инков, был пленен и казнен в Куско.

Территориальное деление Вице-королевства Перу

Поскольку территория вице-королевства Перу была настолько велика и находилась далеко от центров управления в Лиме и Санто-Доминго, Перу (а также Новая Испания) было разделено на ряд реальных аудиенций (королевских аудиенций) – своеобразные высшие судебные трибуналы, объединявшие исполнительную и судебную власть и которые можно рассматривать как «крупные провинции». Аудиенции контролировали gobernaciones, alcaldias mayores, corregimientos и alcaldias ordinarias. Территория также была разделена церковно на архиепископства, религиозные провинции, суфраганные епископства, приходы и куратии. Архиепископства и религиозные провинции соответствовали аудиенциям, епископства – gobernaciones и alcaldias mayores, а приходы и куратии – corregimientos и alcaldias ordinarias. Эти административно-территориальные деления не были единообразными и имели множество исключений, обусловленных конкретными обстоятельствами. Вице-короли были председателями аудиенций в столицах своих вице-королевств, а другие аудиенции возглавлялись генерал-капитанами или лицами, известными как «президенты в мантиях». Генерал-капитан аудиенции получал полномочия от вице-короля, а территорией аудиенции управлял её президент и подчиненные ему политические, военные и религиозные чиновники. Район Королевской аудиенции и канцелярии Лимы был описан в Законе V, Титуле XV Книги II: «В Городе Королей Лиме, столице провинций Перу, будет находиться еще одна наша Королевская аудиенция и канцелярия с вице-королем, губернатором и генерал-капитаном, а также лейтенантом, который будет президентом; восемь судей по гражданским делам [oidores]; четыре судьи по уголовным делам [alcaldes del crimen]; два королевских прокурора [fiscal], один по гражданским делам, а другой по уголовным делам; судебный пристав [alguacil mayor]; лейтенант Великого канцлера; и другие необходимые министры и чиновники, в чью юрисдикцию входит побережье от этого города до Капитанства-генерала Чили (исключая его) и до порта Паита (включая его), а во внутренних районах – Сан-Мигель-де-Пиура, Кахамарка, Качапояс, Моямба и Мотилонес (включая их), а также до Кольяо (исключая его), по границам, определяющим Королевскую аудиенцию Ла-Платы, и город Куско с его границами (включая его), имеющие общую границу с Королевской аудиенцией Кито на севере, с аудиенцией Ла-Платы на юге, с Южным морем на западе и с еще не открытыми провинциями на востоке, в соответствии с тем, как они будут основаны».

Because the territory of the Viceroyalty of Peru was so large, and far away from centers of government in Lima and Santo Domingo, Peru (as well as New Spain) was divided into a number of real audiencias (royal audiences), a type of superior judicial tribunal that combined executive and judicial authority, and can be considered "major provinces". The audiences controlled the gobernaciones, alcaldias mayores, corregimientos, and alcaldias ordinarias. The territory was also divided ecclesiastically, into archbishoprics, religious provinces, suffragan bishopries, parishes and curateships. The archbishoprics and religious provinces corresponded with the audiences, the bishoprics with the gobernaciones and alcaldias mayores, and the parishes and curateships with the corregimientos and alcaldias ordinarias. These civil divisions were not uniform, with numerous exceptions being made based on the specific circumstances. The Viceroys were presidents of the audiences at the capitals of their Viceroyalties, with other audiences being presided over by captain generals, or by persons known as gowned presidents. Power was devolved to the captain general of an audience by the Viceroy, and the audience's territory was administered by the audience's president and the political, military, and religious officials underneath him. The district of the Royal Audience and Chancellery of Lima was described in Law V, Title XV of Book II: "In the City of Kings Lima, the capital of the provinces of Peru, shall reside another Royal Audience and Chancellery of ours, with a viceroy, governor and captain general, and a lieutenant, who will be president; eight judges of civil cases [oidores]; four judges of criminal cases [alcaldes del crimen]; two crown attorneys [fiscal], one for civil, and the other for criminal cases; a bailiff [alguacil mayor]; a lieutenant of the Grand Chancellor; and the other necessary ministers and officials; and which shall have for district the coast from that city down to the Captaincy General of Chile exclusive, and up to the port of Paita inclusive, and, for inland, to San Miguel de Piura, Cajamarca, Cachapoyas, Moyabamba and the Motilones, inclusive, and as far as Collao, exclusive, along the boundaries outlining the Royal Audiencia of La Plata, and the city of Cuzco, with its boundaries, inclusive, sharing the boundaries on the north with the Royal Audiencia of Quito, on the south with the Audiencia of La Plata, on the west with the Southern sea, and on the east with the provinces yet undiscovered, accordingly as they may be established."

Создание Новой Гранады

Два испанских вице-королевства Новой Испании и Перу существовали нетронутыми до 1717 года, когда король Испании Филипп V издал Реальную Седулу от 27 мая 1717 года. Этот указ отделил северо-западный угол Перу и учредил вице-королевство Новая Гранада. Новая Гранада делила свою столицу с Королевской аудиенцией Санта-Фе-де-Богота и, кроме того, имела юрисдикцию над Новым королевством Гранада, а также аудиенциями Тиерра-Фирме (ныне известной как Панама), Кито и Генеральным капитанством Венесуэлы. Территории вице-королевства включали территории современных Республик Колумбии, Эквадора, Панамы и Венесуэлы, а также северные регионы Перу, северо-запад Бразилии и западную часть Гайаны. Королевская аудиенция Кито была учреждена королевским декретом в 1563 году, её территория охватывала Пасто, Попаян, Кали, Буэнавентура и Бугу в современной Колумбии и простиралась до Пиуры в нынешнем Перу. По мере проникновения иезуитских миссионеров из Кито и других миссионеров в бассейн Амазонки, регион Амазонки с его притоками был более чётко определён, и к 1740 году Реальная Седула 1740 года точно установила границы между вице-королевствами Новой Гранады и Перу. Временно упразднив вице-королевство Новой Гранады, 5 ноября 1723 года Филипп V издал ещё одну Седулу, которая вернула контроль над Королевской аудиенцией Кито вице-королевству Перу. Седула от 20 августа 1739 года (также известная как Cédula de Reerección Definitiva del Virreinato de Nueva Granada, «Окончательный декрет о восстановлении вице-королевства Новой Гранады») восстановила вице-королевство с его территориями 1717 года, включая Королевскую аудиенцию Кито. Эта Седула значительно изменила первоначальную демаркацию, но служила лишь для определения начальной точки линии на тихоокеанском побережье у реки Тумбес. Этот документ впервые упоминает Тумбес как границу между двумя вице-королевствами. Текст декрета, воспроизведенный в «Анналах дипломатических и консульских миссий Колумбии» (1901), гласит:

The two original Spanish viceroyalties of New Spain and Peru had existed intact up until 1717, when King Philip V of Spain issued the Real Cédula of May 27, 1717. The order split off the northwestern corner of Peru and created the Viceroyalty of New Granada. New Granada shared its capital with the Royal Audience of Santa Fé de Bogotá, and additionally had jurisdiction over the New Kingdom of Granada, as well as the audiences of Tierra Firme (now called Panama), Quito, and the Captaincy General of Venezuela. The territories of the Viceroyalty comprised the territories of, respectively, the modern Republics of Colombia, Ecuador, Panama, and Venezuela, as well as the northern regions of Peru, the Brazilian northwest, and the western part of Guyana. The Royal Audience of Quito had been established by a royal decree in 1563, its territory including Pasto, Popayán, Cali, Buenaventura and Buga in what is currently Colombia, and extended as far south as Piura in what is now Peru. As the Jesuit Missionaries from Quito and other missionaries entered the Amazon Basin, the Amazon region with its tributaries were more clearly defined and by 1740, the Real Cedula of 1740 precisely defined the borders between the Viceroyalties of New Granada and Peru. Having temporarily suppressed the Viceroyalty of New Granada, on November 5, 1723, Philip V emitted another Cédula, which returned control of the Royal Audience of Quito to the Viceroyalty of Peru. The Cédula of August 20, 1739 (also called the Cédula de Reerección Definitiva del Virreinato de Nueva Granada, "Definitive Decree of Re erection of the Viceroyalty of New Granada") reinstated the viceroyalty with its 1717 territories, including the Royal Audience of Quito. This cedula greatly modified the original demarcation, but served only to fix the starting point of the line on the pacific coast at the river Tumbes. This document was the first mention of the Tumbes as the boundary between the two viceroyalties. The text of the decree, as reproduced in the Annals of the diplomatic and consular missions of Colombia (1901), reads:

Я решил, чтобы управление и Генеральное командование Майны с городами администрации Кихос были отделены от провинции Кито и присоединены к вице-королевству Санта-Фе, за исключением Папальякты, по причине того, что все они находятся на берегах реки Напо или вблизи неё, распространяя вышеупомянутое Генеральное командование не только вниз по течению реки Мараньон, к границам португальских колоний, но и вниз по всем другим рекам, впадающим в Мараньон с его северных и южных берегов, таким как Морона, Уальяга, Пасстаса, Укаяли, Напо, Хавари, Путумайо, Жапура и другим менее значительным, до места, где они перестают быть судоходными потоками: деревни Ламас и Мойобамба также должны стать частью вышеупомянутого Генерального командования. В этом отношении я приказываю вам оказать содействие и добавить к этому вице-королевству управление Майной и Кихосом, предприняв все необходимые шаги, и прошу вас, Генерального командующего, служить им не только для продвижения и сохранения народов, находящихся под опекой миссионеров, но и для безопасности моих владений, предотвращая их продвижение вассалами Португальской короны, назначая младших сержантов или генерал-губернатора, которых вы сочтёте нужным, для защиты этих границ и отправления правосудия. Я также решил учредить диоцез в указанных миссиях. Я, КОРОЛЬ.

В сноске доктор Антонио Хосе Урибе, министр иностранных дел Колумбии с 1901 по 1902 год, написал:

Относительно этой Реальной Седулы от 1802 года стоит отметить, что существует три экземпляра, все они перуанского происхождения, и ни один из них не совпадает с другим: экземпляр, представленный доктором [Энрике Вакас] Галиндо; экземпляр, содержащийся в томе, опубликованном в Бразилии; и экземпляр, представленный в перуанском брифе, представленном правительству Испании по вопросу о границах с Эквадором, тем самым вызывая подозрения в подлинности одного или нескольких экземпляров документа, усложняя и без того трудный вопрос интерпретации его смысла. По словам Педро Монкайо и Эспарсы, эквадорского писателя XIX века, вице-король Санта-Фе и президент Кито возражали против исполнения Реальной Седулы 1802 года, поскольку она имела все признаки апокрифического документа: она не была зарегистрирована в официальном cedulario, и её содержание не было найдено в Recopilacion de Indias, а также не было обнаружено в Архиве Индий в Испании. Однако во время слушаний комитета конгресса Перу по поводу отмены Договора Мапасингу, подписанного между Эквадором и Перу в конце войны 1857–1860 годов, было заявлено, что Реальная Седула 1802 года и документы, подтверждающие её исполнение, были найдены в архивах древнего правительства Майны. Отсутствие ясности в документе относительно того, была ли передача административной власти чисто военной и церковной, или также территориальной, легло в основу нечёткой территориальной ситуации между Эквадором и Перу, когда обе страны получили независимость от Испании. Протокол Рио был ратифицирован конгрессом каждой страны 26 февраля 1942 года. В соответствии с условиями Протокола Эквадор согласился отозвать свои давние претензии на права прямого сухопутного доступа к рекам Мараньон и Амазонка; Перу согласился вывести перуанские вооруженные силы с территории Эквадора. Площадь до сих пор оспариваемой территории в регионе Майны бассейна Амазонки была передана Перу, которое было признано фактическим владельцем земли с конца XIX века. Линия «статус-кво», определённая в Лимском соглашении 1936 года, была использована в качестве основы для окончательной линии границы; предыдущая граница признавала текущие владения, но не суверенитет. По отношению к линии 1936 года Эквадор уступил Перу 18 552 км2 ранее занимаемой территории, в то время как Перу уступил Эквадору 5 072 км2 ранее занимаемой территории.

With respect to this Real Cédula of 1802, it is worth noting that there are three specimens available, all of them Peruvian in origin, and not one of them agrees with any of the others, they are: the one produced by Dr. [Enrique Vacas] Galindo; the one contained in the volume published in Brazil; and the one in the Peruvian brief presented before the Government of Spain in the matter of the limits with Ecuador. thereby casting suspicion on the authenticity of one or more of the copies of the document, complicating the already difficult matter of interpreting its meaning. According to Pedro Moncayo y Esparza, a 19th century Ecuadorian writer, the Viceroy of Santa Fe and the President of Quito objected to the execution of the Real Cédula of 1802, as it had all the makings of an apocryphal document: it was not registered in the official cedulario, and its contents could not be found in the Recopilacion de Indias, nor had it been located in the Archive of the Indies in Spain. However, during the Peruvian congressional committee hearings regarding the dismissal of the Treaty of Mapasingue, signed between Ecuador and Peru at the end of the war of 1857–1860, it was stated that the Real Cédula of 1802 and the documents proving its execution were found in the archives of the ancient government of Maynas. The lack of clarity within the document as to whether the transfer of administrative power was purely military and ecclesiasticcal in nature, or territorial as well, formed the basis for an imprecise territorial situation between Ecuador and Peru when the two nations obtained their independence from Spain. The Rio Protocol was subsequently ratified by each country's congress on February 26, 1942. By the terms of the Protocol, Ecuador agreed to withdraw its long standing claim for rights to direct land access to the Marañón and Amazon rivers; Peru agreed to withdraw Peruvian military forces from Ecuadorian territory. An area of of hitherto disputed territory in the Maynas region of the Amazonian basin was awarded to Peru, which had been established to be the de facto possessor of the land since the end of the 19th century. The "status quo" line defined in the 1936 Lima Accord was used as the basis for the definitive border line; the previous border recognized current possessions, but not sovereignty. Relative to the 1936 line, Ecuador ceded 18,552 km2 of previously possessed territory to Peru, while Peru ceded 5,072 km2 of previously possessed territory to Ecuador.

Война с пакишами (1981)

Война в Пакише — кратковременное военное столкновение, произошедшее между Эквадором и Перу в период с января по февраль 1981 года из-за контроля над тремя наблюдательными пунктами. В то время как Перу считало вопрос урегулированным в ходе Эквадорско-Перуанской войны 1941 года, Эквадор не признавал Рио-де-Жанейрский протокол. Позднее, в 1998 году, гаранты Рио-де-Жанейрского протокола постановили, что граница неразграниченной зоны действительно проходит по линии Кордильеры-дель-Кондор, как утверждала Перу с 1940-х годов. В результате этого инцидента обе стороны усилили своё военное присутствие вдоль района Кордильеры-дель-Кондор и долины Сенепа, что привело к нарастанию напряжённости и провокаций и, в конечном итоге, к новой военной конфронтации в 1995 году – войне в Сенепе.

Война в Сенепе (1995)

Война в Сенепе — кратковременный (26 января — 28 февраля 1995 года) локализованный военный конфликт между Эквадором и Перу из-за контроля над спорной территорией на границе между двумя странами. Обе страны подписали пограничный договор после Эквадорско-Перуанской войны 1941 года, но Эквадор впоследствии выразил несогласие с договором в части, касающейся районов Сенепа и Пакиша, и в 1996 году объявил договор недействительным. Неоднозначный исход войны в Сенепе — обе стороны заявили о своей победе — в сочетании с посредническими усилиями Аргентины, Бразилии, Чили и Соединенных Штатов, создал условия для начала дипломатических переговоров, которые в конечном итоге привели к подписанию окончательного мирного соглашения (Президентский акт Бразилиа) 26 октября 1998 года. За мирным соглашением последовало официальное демаркирование границы 13 мая 1999 года и завершение развертывания многонационального контингента MOMEP (Военная наблюдательная миссия в Эквадоре и Перу) 17 июня 1999 года, что фактически положило конец одному из старейших территориальных споров в Западном полушарии.

Последствия

Этот спор уникален и важен для изучения причин возникновения и разрешения международных конфликтов. Эквадор и Перу населены людьми, говорящими на одном языке, имеющими общую культуру и религиозные убеждения, схожее социальное и этническое разнообразие и сопоставимые экономические проблемы. Обе страны также являются демократиями (в большей части современной истории), что ставит под сомнение распространенное мнение о том, что демократии никогда не воюют между собой.

Экономическое воздействие

Одной из проблем, с которыми обе страны столкнулись, является влияние спора на иностранные инвестиции. Томас Макларти, специальный посланник США на мирных переговорах и бывший помощник президента Билла Клинтона, заявил, что мир необходим для экономического восстановления Южной Америки. Он добавил: "Очевидно, что долгосрочный рост и процветание, связанные с иностранными инвестициями, невозможны без стабильности". Несмотря на сохраняющиеся проблемы политической нестабильности в регионе, разрешение территориального конфликта способствует улучшению ситуации. Торговля между двумя странами значительно выиграла. До подписания мирного договора ежегодный товарооборот между Перу и Эквадором составлял около 100 миллионов долларов. Однако уже к 1998 году он вырос в пять раз. Также между двумя странами было достигнуто широкое соглашение об интеграции, включавшее двухнациональный фонд мира и развития, национальные планы в области производства, социальной сферы и охраны окружающей среды, и многое другое.

Политические последствия

По словам Габриэля Марселлы (Департамент национальной безопасности и стратегии США), в результате территориального спора между Эквадором и Перу "ряд устоявшихся представлений о международных отношениях, внешней политике США и современной межамериканской политике были разрушены или подвергнуты серьезному сомнению". Некоторые из глобальных и региональных политических последствий этого спора, которые были отмечены, следующие:

Это стало ударом по представлению о том, что демократии не воюют друг с другом. Вооруженный конфликт между этими двумя странами существовал задолго до этого, однако происходил с перерывами, с крупными столкновениями в 1941, 1981 и 1995 годах. Эквадор и Перу в основном были полноправными демократиями в современную эпоху, хотя и не идеальными и не отличались политической стабильностью. Это стало ударом по идее о том, что Латинская Америка является образцом мирных международных отношений. Это напоминание о том, что существуют и другие территориальные споры и противоречивые претензии между странами Латинской Америки, которые потенциально могут угрожать миру в регионе. Отношения между гражданскими властями и военными в обеих странах пострадали и требуют пересмотра. Если конфликт мог обостриться после случайных столкновений патрулей, было предложено, что гражданские власти должны, возможно, взять на себя более твердое руководство и контроль. В связи с этим необходимо пересмотреть принцип, согласно которому территориальные договоры в Латинской Америке не заключаются в результате силы или насилия.