Феноменология восприятия: исследование Мориса Мерло-Понти

Введение

Книга Мориса Мерло-Понти "Феноменология восприятия" – книга 1945 года французского философа Мориса Мерло-Понти, посвященная восприятию, в которой автор развивает свой тезис о "примате восприятия". Эта работа утвердила Мерло-Понти как ведущего философа тела и считается важным манифестом французского экзистенциализма.

Резюме

Мерло-Понти пытается определить феноменологию, которая, по его словам, до сих пор не получила четкого определения. Он утверждает, что феноменология содержит ряд кажущихся противоречий, среди которых – стремление создать философию, которая была бы строгой наукой, одновременно предлагая описание пространства, времени и мира такими, какими они переживаются людьми. Мерло-Понти отвергает возможность разрешения этих противоречий путем противопоставления взглядов философов Эдмунда Гуссерля и Мартина Хайдеггера, отмечая, что книга Хайдеггера «Бытие и время» (1927) «вытекает из намека, данного Гуссерлем, и представляет собой не более чем явное описание “natürlicher Weltbegriff” или “Lebenswelt”, которые Гуссерль к концу жизни определил как центральную тему феноменологии, в результате чего противоречие обнаруживается уже в самой философии Гуссерля». Следуя Гуссерлю, Мерло-Понти стремится раскрыть феноменологическую структуру восприятия. Он пишет, что хотя «понятие ощущения кажется непосредственным и очевидным», на самом деле оно является запутанным. Мерло-Понти утверждает, что из-за того, что «традиционные анализы» приняли его как данность, они «упустили феномен восприятия». Мерло-Понти доказывает, что хотя ощущение можно понимать как «то, как я подвергаюсь воздействию и переживаю свое состояние», в опыте нет ничего, соответствующего «чистому ощущению» или «атому чувства». Он пишет, что «мнимое самоочевидность ощущения не основана на каком-либо свидетельстве сознания, а на широко распространенном предрассудке». Центральный тезис Мерло-Понти – это «примат восприятия». Он критикует картезианскую установку «cogito ergo sum» и предлагает иную концепцию сознания. Картезианский дуализм разума и тела подвергается сомнению как основной способ существования в мире и в конечном итоге отвергается в пользу интерсубъективной концепции или диалектического и интенционального понимания сознания. Тело играет центральную роль в понимании восприятия у Мерло-Понти. По его мнению, способность к рефлексии происходит из предрефлексивного основания, которое служит фундаментом для рефлексии над действиями. Анализ тела Мерло-Понти помогает ему подорвать устоявшееся представление о сознании, основанное на различии между «для себя» (субъект) и «в себе» (объект), которое играет ключевую роль в философии Жана Поля Сартра, чье «Бытие и ничто» было опубликовано в 1943 году. Тело находится между этим фундаментальным различием между субъектом и объектом, двусмысленно существуя как то и другое. В обсуждении Мерло-Понти человеческой сексуальности он обращается к психоанализу. Мерло-Понти предполагает, что тело «может символизировать существование, поскольку оно порождает его и актуализирует».

Merleau Ponty attempts to define phenomenology, which according to him has not yet received a proper definition. He asserts that phenomenology contains a series of apparent contradictions, which include the fact that it attempts to create a philosophy that would be a rigorous science while also offering an account of space, time and the world as people experience them. Merleau Ponty denies that such contradictions can be resolved by distinguishing between the views of the philosopher Edmund Husserl and those of the philosopher Martin Heidegger, commenting that Heidegger's Being and Time (1927) "springs from an indication given by Husserl and amounts to no more than an explicit account of the 'natürlicher Weltbegriff' or the 'Lebenswelt' which Husserl, toward the end of his life, identified as the central theme of phenomenology, with the result that the contradiction appears in Husserl's own philosophy". Following Husserl, Merleau Ponty attempts to reveal the phenomenological structure of perception. He writes that while the "notion of sensation seems immediate and obvious", it is in fact confused. Merleau Ponty asserts that because "traditional analyses" have accepted it, they have "missed the phenomenon of perception." Merleau Ponty argues that while sensation could be understood to mean "the way in which I am affected and the experiencing of a state of myself", there is nothing in experience corresponding to "pure sensation" or "an atom of feeling". He writes that, "The alleged self evidence of sensation is not based on any testimony of consciousness, but on widely held prejudice." Merleau Ponty's central thesis is that of the "primacy of perception." He critiques the Cartesian stance of "cogito ergo sum" and expounds a different conception of consciousness. Cartesian dualism of mind and body is called into question as the primary way of existing in the world, and is ultimately rejected in favor of an intersubjective conception or dialectical and intentional concept of consciousness. The body is central to Merleau Ponty's account of perception. In his view, the ability to reflect comes from a pre reflective ground that serves as the foundation for reflecting on actions. Merleau Ponty's account of the body helps him undermine what had been a long standing conception of consciousness, which hinges on the distinction between the for itself (subject) and in itself (object), which plays a central role in the philosophy of Jean Paul Sartre, whose Being and Nothingness was released in 1943. The body stands between this fundamental distinction between subject and object, ambiguously existing as both. In Merleau Ponty's discussion of human sexuality, he discusses psychoanalysis. Merleau Ponty suggests that the body "can symbolize existence because it brings it into being and actualizes it."

История публикаций

"Феноменология восприятия" была впервые опубликована в 1945 году издательством Éditions Gallimard. В 1962 году издательство Routledge & Kegan Paul выпустило английский перевод, выполненный Колином Смитом. В 2013 году Routledge опубликовало английский перевод Дональда Ландеса.

Прием

Философ А. Дж. Эйер критиковал аргументы Мерло-Понти против теории чувственных данных восприятия, считая их неубедительными. Он находил удивительным включение Мерло-Понти главы о сексуальности, предполагая, что Мерло-Понти сделал это, чтобы получить возможность пересмотреть гегелевскую диалектику господина и раба. Он сравнил взгляды Мерло-Понти на сексуальность с взглядами Сартра в "Бытии и ничто". Социолог Мюррей С. Дэвис отметил, что точка зрения Мерло-Понти о сходстве между аспектами психоанализа, такими как приписывание смысла всем человеческим действиям и распространение сексуальности на всю человеческую жизнь, и феноменологией является спорной, и что другие авторы рассматривают психоанализ как "материалистический и механический". Гельмут Р. Вагнер описал "Феноменологию восприятия" как важный вклад в феноменологию. Рианнон Голдторп назвала эту книгу главным трудом Мерло-Понти, отметив, что обсуждение в ней таких тем, как отношение тела к пространственному опыту и сексуальности, выходило за рамки "номинального диапазона названия". Философ Дэвид Абрам заметил, что, хотя "чувственно воспринимаемое" "обычно считается нашей философской традицией пассивным и инертным", Мерло-Понти последовательно описывает его в активном залоге в "Феноменологии восприятия". Он отверг идею о том, что "анимистический" язык Мерло-Понти был результатом поэтической вольности, утверждая, что он "пишет о воспринимаемых вещах как о сущностях, о чувственных качествах как о силах, и о самом чувственном как о поле живых присутствий, чтобы признать и подчеркнуть их активный, динамический вклад в опыт восприятия". Вице-президент США Эл Гор в интервью 1998 года с критиком Луи Менандом для The New Yorker упомянул "Феноменологию восприятия" как источник вдохновения. Философ Стивен Прист прокомментировал, что после публикации книги Мерло-Понти решил, что в ней он принял "субъектно-объектный дуализм как феноменологически первичный" и "использовал сравнительно поверхностную психологическую лексику", которую он хотел заменить. Философ Роберт Бернаскони отметил, что книга утвердила Мерло-Понти как выдающегося философа тела, и вместе с другими его работами нашла более благосклонную аудиторию среди аналитических философов, чем труды других феноменологов. Г. Б. Мэдисон отметил, что книга была признана важным выражением французского экзистенциализма и наиболее известна центральным тезисом Мерло-Понти о "примате восприятия". По словам Мэдисона, в своих последующих работах Мерло-Понти стремился ответить на обвинение в том, что, основывая все интеллектуальные и культурные приобретения на предрефлексивной и предличной жизни тела, он продвигал редукционизм и антиинтеллектуализм и подрывал идеалы разума и истины. Мэдисон далее заявил, что некоторые комментаторы полагают, что мысль Мерло-Понти значительно изменилась в его поздней, незавершенной работе "Видимое и невидимое", отредактированной философом Клодом Лефортом, в то время как другие подчеркивали преемственность его работы, и этот вопрос вызвал "широкое научное обсуждение".

The philosopher A. J. Ayer criticized Merleau Ponty's arguments against the sense datum theory of perception, finding them inconclusive. He considered Merleau Ponty's inclusion of a chapter on sexuality surprising, suggesting that Merleau Ponty included it to give him an opportunity to revisit the Hegelian dialectic of the master and the slave. He compared Merleau Ponty's views on sex to those of Sartre in Being and Nothingness. The sociologist Murray S. Davis observed that Merleau Ponty's view that aspects of psychoanalysis, such as its attribution of meaning to all human actions and the diffusing of sexuality throughout the whole of human existence, are similar to phenomenology is controversial, and that other authors would view psychoanalysis as "materialistic and mechanical". Helmut R. Wagner described Phenomenology of Perception as an important contribution to phenomenology. Rhiannon Goldthorpe called the book Merleau Ponty's major work, noting that its discussion of subjects such as the relationship of the body to spatial experience, and sexuality, went beyond "the nominal range of his title." The philosopher David Abram observed that while "the sensible thing" is "commonly considered by our philosophical tradition to be passive and inert", Merleau Ponty consistently describes it in the active voice in Phenomenology of Perception. He rejected the idea that Merleau Ponty's "animistic" language was the result of poetic license, arguing that he "writes of the perceived things as entities, of sensible qualities as powers, and of the sensible itself as a field of animate presences, in order to acknowledge and underscore their active, dynamic contribution to perceptual experience." American vice president Al Gore, in a 1998 interview with the critic Louis Menand in The New Yorker, mentioned Phenomenology of Perception as an inspiration. The philosopher Stephen Priest commented that, following the book's publication, Merleau Ponty decided that in it he had taken "subject object dualism as phenomenologically primitive" and "made use of a comparatively superficial psychologistic vocabulary" that he wished to replace. The philosopher Robert Bernasconi observed that the book established Merleau Ponty as the pre eminent philosopher of the body, and along with Merleau Ponty's other writings, found a more receptive audience among analytic philosophers than the works of other phenomenologists. G. B. Madison observed that the book was recognized as a major statement of French existentialism, and is best known for Merleau Ponty's central thesis of "the primacy of perception". According to Madison, Merleau Ponty sought to respond in his later work to the charge that by grounding all intellectual and cultural acquisitions in the prereflective and prepersonal life of the body, he was promoting reductionism and anti intellectualism and undermining the ideals of reason and truth. Madison further stated that some commentators believed that Merleau Ponty's thought had taken a significantly different direction in his late, unfinished work The Visible and the Invisible, edited by the philosopher Claude Lefort, while others emphasized the continuity of his work, with the issue receiving "much scholarly discussion".