Введение

Стихотворения для общества или близкого круга. Vers de société, термин для обозначения светской или камерной поэзии, первоначально заимствованный из французского языка, закрепился как английское выражение.

Во Франции

Впервые это выражение встречается в начале XIX века. Следует отметить, что оно приобрело значение, не полностью совпадающее с оригинальным французским смыслом. О слепом философе Шарле де Пугенсе (1755–1833) говорили, что его "petits vers de société" принесли ему большой успех в парижских салонах, а несколько поэтов начала XVIII века были известны своим мастерством в сочинении "petits vers sur des sujets légers". Князем этих изящных забав считался аббат де Шолье (1639–1720), о котором говорили, что он писал стихи исключительно для развлечения друзей и не намеревался публиковать их. Лучшие из его творений сохранили некоторую свежесть благодаря изяществу исполнения, но вряд ли их можно назвать поэзией. Они вдохновлялись событиями из частной жизни того времени и в основном были адресованы немногим друзьям высокого происхождения, которые были не менее остроумны, чем сам автор, таким как герцог де Невер, маркиз де Лассе, герцогиня де Буйон и маркиз де Ла-Фар. В сборниках сочинений Шолье, которые часто переиздавались, рядом с его собственными произведениями можно найти "petits vers de société", написанные его друзьями, и часто не уступающие по качеству его собственным. Умение писать такие стихи, в сущности, считалось признаком хорошего воспитания. Огромную коллекцию их собрал Титон дю Тилле (1676–1762) в своем "Parnasse français", где интересующиеся могут увидеть, насколько изобретательными, искусственными и несерьезными могли быть "vers de société" французского XVIII века. Мода на них возникла после упадка интереса к рондо, балладам и вилланелям, и сам Шолье внес немалый вклад в то, чтобы эти формы устарели. Его критика Бенсерада, который дошел до того, что переложил все "Метаморфозы" Овидия в рондо, по мнению его издателя 1732 года, стала первым произведением, продемонстрировавшим изысканность вкуса и поэтический талант аббата де Шолье. Среди авторов "vers de société" во Франции Жан-Жак Руссо обладал наиболее выраженным поэтическим даром; он был, по сути, поэтом и написал "Billet à Chaulieu" – жемчужину нежного и игривого очарования. Однако, как правило, произведения французских поэтов в "les petits genres" не представляли большой поэтической ценности.

В Англии

Если в Англии выражение vers de société несло с собой больше литературного достоинства, то это в основном связано с гением одного человека – Мэтью Приора. «Поэмы Приора по различным случаям», собранные в 1709 году, содержат одни из самых ранних и полностью характерных образцов vers de société, и одни из лучших. Здесь поэт сознательно и открыто отказывается от претензий на высокие устремления и обращения к Парнасу. Он гостит в Бургли-хаусе, где разговор заходит о достоинствах и приключениях мистера Флитвуда Шепарда; Приор тут же сочиняет, в чрезвычайно изящных стихах, произведение, подходящее к случаю. Он адресует его и датирует 14 мая 1689 года – это типичный пример vers de société. Видно, что Приор, многому научившийся во время пребывания в центре французского света между 1711 и 1715 годами, затрагивает те же темы, что и Шолиё и Ла Фар, но делает это с большей силой стиля и благородством воображения. По мере развития XVIII века примеру Приора часто следовали английские поэты, однако без полного возрождения его энергичной грации. Vers de société, как правило, сливались с письмом и эпиграммой. Свифт, когда он не был ни грубым, ни холодным, иногда добивался подлинного успеха, как в восхитительных стихах о собственной смерти. Оды Амброза Филипса (1671–1749), адресованные по имени различным частным лицам и, что особенно удачно, детям, не были поняты в его эпоху, но обладают некоторыми из самых счастливых черт чистого vers de société. В своем «Приветствие из Греции», написанном октавой, Гей создал шедевр в этом изящном жанре, но большинство его легких произведений относятся к другой категории. Ничто особо важное не задерживает нас, пока мы не доходим до Каупера, чьи стихи для особых случаев, такие как посвященные бычку миссис Трокмортон и «Бедные путники», являются образцами поэтического использования реальных обстоятельств, обработанных с приятной легкостью или искусной наивностью. В более позднюю эпоху Байрон, преуспевший во многих областях поэзии, иногда писал блестящие vers de société, например, послание «Ура, Ходжсон», но чтобы найти прямого преемника Приора, необходимо пройти Генри Латтрелла и У. Р. Спенсера и дойти до У. М. Прэда. Определенный характер английскому vers de société придали Гуд и Р. Х. Бархэм, но первый слишком увлекался игрой слов, а второй был слишком шумным, чтобы считаться прямыми продолжателями традиции Приора. Однако эта традиция была возрождена Фредериком Локером Лэмпсоном, чьи «Лондонские лирики», впервые опубликованные в 1857 году и постоянно перерабатывавшиеся до 1893 года, в некотором отношении являются типичным современным примером чистого vers de société. Он был простым, ясным и легким писателем; он успешно избегал малейшего намека на то усилие, которое губительно для этого вида стихов. Его «Гнилой ряд» с воспоминаниями о начале 1860-х годов – «Но где теперь придворная свита, что когда-то ехала, смеясь? Я скучаю по кудрям Кантелупа, смеху леди Ди, штрихам настоящего портрета» – является совершенным примером vers de société. С тех пор, как жил Локер, многие пытались играть на легкой лире в английской поэзии. Почти неизмеримо превосходящим всех остальных был Остин Добсон, который, однако, является не только писателем vers de société.