Введение
Латинский термин characteristica universalis, обычно интерпретируемый как универсальная характеристика или универсальный характер в английском языке, представляет собой универсальный и формальный язык, задуманный Готфридом Лейбницем для выражения математических, научных и метафизических понятий. Лейбниц надеялся таким образом создать язык, пригодный для использования в рамках универсального логического исчисления, или calculus ratiocinator. Characteristica universalis – это повторяющаяся концепция в трудах Лейбница. Писая на французском языке, он иногда использовал фразу spécieuse générale для обозначения того же самого. Эта концепция часто рассматривается в связи с его идеей calculus ratiocinator и его планами по созданию энциклопедии как собрания всех человеческих знаний.
The Latin term characteristica universalis, commonly interpreted as universal characteristic, or universal character in English, is a universal and formal language imagined by Gottfried Leibniz able to express mathematical, scientific, and metaphysical concepts. Leibniz thus hoped to create a language usable within the framework of a universal logical calculation or calculus ratiocinator. The characteristica universalis is a recurring concept in the writings of Leibniz. When writing in French, he sometimes employed the phrase spécieuse générale to the same effect. The concept is sometimes paired with his notion of a calculus ratiocinator and with his plans for an encyclopaedia as a compendium of all human knowledge.
Метафизика
Хартли Роджерс подчеркнул метафизический аспект *characteristica universalis*, связав его с «элементарной теорией упорядочения вещественных чисел», определив ее как «точно определяемую систему для формулирования научных утверждений» (Rogers 1963: 934). Универсальные языковые проекты, такие как эсперанто, и формальные логические проекты, такие как "Бегрифсшрифт" Фреге, как правило, не ставят перед собой задачу эпистемического синтеза эмпирической науки, математики, пиктограмм и метафизики в том виде, в каком это описал Лейбниц. Поэтому ученым было трудно показать, как проекты, подобные "Бегрифсшрифту" и эсперанто, воплощают в себе полное видение Лейбница относительно его *characteristica*. Работы Александра Годе указывали на то, что *characteristica* Лейбница имела метафизический уклон, который не позволял ей достоверно отражать реальность. Годе подчеркнул, что Лейбниц сначала определял определенные цели или функции, а затем разрабатывал *characteristica* для их достижения.
Его схематические рассуждения
Поскольку characteristica universalis носит диаграмматический характер и использует пиктограммы (см. рисунок), диаграммы в работах Лейбница заслуживают пристального изучения. По крайней мере дважды Лейбниц иллюстрировал свои философские рассуждения диаграммами. Одна из диаграмм, являющаяся фронтисписом его работы «De Arte Combinatoria» (Об искусстве комбинаций) 1666 года, представляет аристотелевскую теорию о том, как все материальные вещи формируются из сочетаний элементов земли, воды, воздуха и огня. Эти четыре элемента образуют четыре угла ромба (см. рисунок). Противоположные пары элементов соединены линией, обозначенной как «противоположности» (земля – воздух, огонь – вода). В четырех углах наложенного квадрата расположены четыре качества, определяющие элементы. Каждая смежная пара этих качеств соединена линией с надписью «возможная комбинация», а диагонали, соединяющие их, обозначены как «невозможная комбинация». Начиная с верхней точки, огонь образуется из сочетания сухости и тепла; воздух – из влажности и тепла; вода – из холода и влажности; земля – из холода и сухости. Эта диаграмма воспроизведена в нескольких текстах, включая Saemtliche Schriften und Briefe (Saemtliche Schriften und Briefe, Reihe VI, Band 1: 166, Loemker 1969: 83, 366, Karl Popp и Erwin Stein 2000: 33).
Общий научный язык
Непоследовательность, расплывчатость и недостаток конкретики как в переводах работ Лейбница на английский язык, так и в современных англоязычных интерпретациях затрудняют ясное изложение его идей. Подобно тому, как в случае с его "calculus ratiocinator", две различные философские школы акцентируют внимание на двух различных аспектах, обнаруживаемых в текстах Лейбница. Первая точка зрения подчеркивает логику и язык и связана с аналитической философией и рационализмом. Вторая точка зрения ближе к взглядам Кутура, выраженным выше, которые акцентируют науку и инженерию. Эта точка зрения связана с синтетической философией и эмпиризмом. Лейбниц надеялся, что любой из этих аспектов, или оба вместе, будут направлять человеческое мышление, подобно нити Ариадны, и таким образом предлагать решения многих неотложных проблем человечества.
Гёдель утверждает, что это заговор.
Поскольку Лейбниц никогда не описывал характеристику универсалиса в оперативных деталях, многие философы сочли её абсурдной фантазией. В этом духе Паркинсон писал: «Взгляды Лейбница на систематический характер всех знаний связаны с его планами по созданию универсального символизма, Characteristica Universalis. Это должен был быть исчисление, охватывающее все мышление и заменяющее споры вычислениями. Эта идея теперь кажется абсурдно оптимистичной» (Parkinson 1973: ix).
text=Leibniz's views about the systematic character of all knowledge are linked with his plans for a universal symbolism, a Characteristica Universalis. This was to be a calculus which would cover all thought, and replace controversy by calculation. The ideal now seems absurdly optimistic "|source=Parkinson 1973: ix
The logician Kurt Gödel, on the other hand, believed that the characteristica universalis was feasible, and that its development would revolutionize mathematical practice (Dawson 1997). He noticed, however, that a detailed treatment of the characteristica was conspicuously absent from Leibniz's publications. It appears that Gödel assembled all of Leibniz's texts mentioning the characteristica, and convinced himself that some sort of systematic and conspiratorial censoring had taken place, a belief that became obsessional. Gödel may have failed to appreciate the magnitude of the task facing the editors of Leibniz's manuscripts, given that Leibniz left about 15,000 letters and 40,000 pages of other manuscripts. Even now, most of this huge Nachlass remains unpublished.
Логик Курт Гёдель, напротив, верил, что характеристика универсалиса осуществима, и что её разработка произведёт революцию в математической практике (Dawson 1997). Однако он заметил, что детального изложения характеристик нет в публикациях Лейбница. Похоже, что Гёдель собрал все тексты Лейбница, упоминающие характеристику, и убедил себя в том, что имела место какая-то систематическая и целенаправленная цензура, вера, которая стала навязчивой. Гёдель, возможно, не осознавал масштаб задачи, стоявшей перед редакторами рукописей Лейбница, учитывая, что Лейбниц оставил около 15 000 писем и 40 000 страниц других рукописей. Даже сейчас большая часть этого огромного наследия (Nachlass) остаётся неопубликованной.
text=Leibniz's views about the systematic character of all knowledge are linked with his plans for a universal symbolism, a Characteristica Universalis. This was to be a calculus which would cover all thought, and replace controversy by calculation. The ideal now seems absurdly optimistic "|source=Parkinson 1973: ix
The logician Kurt Gödel, on the other hand, believed that the characteristica universalis was feasible, and that its development would revolutionize mathematical practice (Dawson 1997). He noticed, however, that a detailed treatment of the characteristica was conspicuously absent from Leibniz's publications. It appears that Gödel assembled all of Leibniz's texts mentioning the characteristica, and convinced himself that some sort of systematic and conspiratorial censoring had taken place, a belief that became obsessional. Gödel may have failed to appreciate the magnitude of the task facing the editors of Leibniz's manuscripts, given that Leibniz left about 15,000 letters and 40,000 pages of other manuscripts. Even now, most of this huge Nachlass remains unpublished.
Связанные проекты 17-го века
Другие ученые в 17 веке, такие как Джордж Далгарно, предпринимали схожие философские и лингвистические проекты, некоторые из которых объединялись под названием *mathesis universalis*. Ярким примером является Джон Уилкинс, автор труда «Опыт о реальном характере и философском языке», который создал тезаурус как первый шаг к разработке универсального языка. Он планировал дополнить свой тезаурус алфавитом человеческой мысли (структурной схемой, подобной тезаурусу или десятичной классификации Дьюи) и «алгеброй мышления», позволяющей осуществлять манипуляции на основе правил. Философы и лингвисты, занимавшиеся подобными проектами, часто входили в пансофические (стремящиеся к всеобщему знанию) и научные сообщества в Лондоне и Оксфорде, коллективно известные как «Невидимый колледж», и ныне рассматриваемые как предшественники Королевского общества.