Крушение парохода "Royal Charter" у берегов Уэльса

Введение

Пароход потерпел крушение у острова Англси, Великобритания.

Гибель:

«Королевская хартия» был паровым клипером, потерпевшим крушение у пляжа Порт-Хелейт в заливе Дулас на северо-восточном побережье острова Англси, Уэльс, 26 октября 1859 года. Погибло около 450 человек, что является самым большим числом жертв при кораблекрушении на уэльском побережье. Точное число погибших неизвестно, поскольку полный список пассажиров был утерян при крушении, хотя неполный список (не включающий тех, кто поднялся на борт непосредственно перед отплытием) хранится в Викторианском архивном центре в Виктории, Австралия. «Королевская хартия» была наиболее известным из примерно 200 кораблей, потерпевших крушение во время шторма «Королевская хартия». «Королевская хартия» была построена на железно-литейном заводе Сандикрофт на реке Ди и спущена на воду в 1855 году. Это был новый тип судна – 2719-тонный паровой клипер с железным корпусом, построенный по образцу клипера, но с вспомогательными паровыми двигателями, работающими на угле, которые могли использоваться при отсутствии подходящего ветра. Судно использовалось на маршруте из Ливерпуля в Австралию, в основном как пассажирское, хотя и имелось место для груза. Оно могло перевозить до 600 пассажиров, с роскошными каютами первого класса. Считалось очень быстрым судном, способным пройти до Австралии через мыс Горн менее чем за 60 дней.

Окружающая обломка

В конце октября 1859 года «Королевская хартия» возвращалась в Ливерпуль из Мельбурна. На борту находилось около 371 пассажира, 112 членов экипажа и несколько других сотрудников компании, среди которых было много золотодобытчиков, некоторые из которых разбогатели в Австралии и перевозили с собой крупные суммы золота. В качестве груза также перевозилась партия золота. 25 октября, достигнув северо-западного мыса острова Англси, экипаж зафиксировал падение барометра, и позже некоторые пассажиры утверждали (хотя это и не было подтверждено), что капитану Томасу Тейлору было рекомендовано укрыться в гавани Холихед. Однако он решил продолжить путь в Ливерпуль. У мыса Пойнт-Линас «Королевская хартия» попыталась взять на борт ливерпульского лоцмана, но ветер усилился до 10 баллов по шкале Бофорта, и поднявшееся море сделало это невозможным. В ночь с 25 на 26 октября ветер достиг 12 баллов по шкале Бофорта, что вошло в историю как «Шторм «Королевской хартии». С усилением ветра его направление изменилось с восточного на северо-восточный, а затем на северное, пригнав судно к северо-восточному побережью острова Англси. В 11 вечера были брошены якоря, но в 1:30 ночи 26-го оборвалась якорная цепь, а через час – и правый якорь. Несмотря на то, что были срезаны мачты, чтобы уменьшить сопротивление ветра, «Королевская хартия» была прибита к берегу, а паровые машины не могли противостоять шторму. Сначала судно село на песчаную отмель, но ранним утром 26-го поднявшийся прилив выбросил его на скалы к северу от Моэлфре, в месте под названием Порт-Хелаэт на северном побережье Англси. Разрушаемое огромными волнами, вызванными ветром, превышающим 160 км/ч, судно быстро развалилось. Одному члену экипажа, мальтийцу Гузи Руггьеру, известному также как Джозеф Роджерс, удалось доплыть до берега с веревкой, что позволило спасти нескольких человек, а еще некоторым удалось с трудом добраться до берега сквозь прибой. Большинство пассажиров и членов экипажа, в общей сложности более 450 человек, погибли. Многие погибли, будучи разбитыми о скалы волнами, а не утонув. Другие, по слухам, утонули, отягощенные золотыми поясами, которые они носили на теле. Выжившие – 21 пассажир и 18 членов экипажа – были исключительно мужчинами, среди них не было ни женщин, ни детей. Список из 320 имен пассажиров, отправлявшихся из Мельбурна в августе 1859 года на «Королевской хартии», доступен в Интернете в Государственном архиве штата Виктория: «Реестр отправляющихся пассажиров в междуштатные, британские и иностранные порты, 1852–1901». Говорят, что на пляже Порт-Хелаэт было выброшено большое количество золота, и некоторые семьи мгновенно разбогатели. Золотые слитки, перевозимые в качестве груза, были застрахованы на 322 000 фунтов стерлингов, но общая стоимость золота на корабле, вероятно, была намного выше, поскольку многие пассажиры имели значительные суммы золота при себе или хранили их в каюте-сейфе судна. Многие тел, извлеченных из моря, были похоронены неподалеку, в церкви Святого Галго, Льяналго, где до сих пор можно увидеть могилы и мемориал. Также есть мемориал на скале над скалами, о которые врезался корабль, расположенный на прибрежном пути острова Англси. Во время катастрофы появились обвинения в том, что местные жители наживались на обломках корабля или эксплуатировали горе родственников жертв, и «Moelfre Twenty Eight», участвовавшие в спасательных операциях, отправили письмо в газету The Times, чтобы прояснить ситуацию и опровергнуть обвинения. Ровно столетие спустя, в октябре 1959 года, другой корабль, «Hindlea», сел на скалы почти в том же месте во время другого шторма. На этот раз все сложилось иначе: спасательная шлюпка «Моэлфре» под командованием старшего боцмана Ричарда Эванса успешно спасла экипаж.

In late October 1859 Royal Charter was returning to Liverpool from Melbourne. Her complement of about 371 passengers, with a crew of about 112 and some other company employees, included many gold miners, some of whom had struck it rich at the diggings in Australia and were carrying large sums of gold about their persons. A consignment of gold was also being carried as cargo. As she reached the northwestern tip of Anglesey on 25 October the barometer reading was dropping and it was claimed later by some passengers, though not confirmed, that the master, Captain Thomas Taylor, was advised to put into Holyhead harbour for shelter. However, he decided to continue on to Liverpool. Off Point Lynas the Royal Charter tried to pick up the Liverpool pilot, but the wind had now risen to Storm force 10 on the Beaufort scale and the rapidly rising sea made this impossible. During the night of 25/26 October the wind rose to Hurricane force 12 on the Beaufort Scale in what became known as the "Royal Charter Storm". As the wind rose its direction changed from E to NE and then NNE, driving the ship towards the northeast coast of Anglesey. At 11 pm she anchored, but at 1.30 am on the 26th the port anchor chain snapped, followed by the starboard chain an hour later. Despite cutting the masts to reduce the drag of the wind, Royal Charter was driven inshore, with the steam engines unable to make headway against the gale. The ship initially grounded on a sandbank, but in the early morning of the 26th the rising tide drove her on to the rocks at a point just north of Moelfre at Porth Helaeth on the north coast of Anglesey. Battered against the rocks by huge waves whipped up by winds of over 100 mph, she quickly broke up. One member of the crew, Maltese born Guzi Ruggier also known as Joseph Rogers managed to swim ashore with a line, enabling a few people to be rescued, and a few others were able to struggle to shore through the surf. Most of the passengers and crew, a total of over 450 people, died. Many of them were killed by being dashed against the rocks by the waves rather than drowned. Others were said to have drowned, weighed down by the belts of gold they were wearing around their bodies. The survivors, 21 passengers and 18 crew members, were all men, with no women or children saved. A list of 320 passenger names departing from Melbourne in August 1859 on the Royal Charter is available on line from the Public Records Office, Victoria: "Index to Outward Passengers to Interstate, UK and Foreign Ports, 1852–1901". A large quantity of gold was said to have been thrown up on the beach at Porth Helaeth, with some families becoming rich overnight. The gold bullion being carried as cargo was insured for £322,000, but the total value of the gold on the ship must have been much higher as many of the passengers had considerable sums in gold, either on their bodies or deposited in the ship's strongroom. Many of the bodies recovered from the sea were buried nearby at St Gallgo's Church, Llanallgo, where the graves and a memorial can still be seen. There is also a memorial on the cliff above the rocks where the ship struck, which is on the Anglesey Coastal Path. At the time of the disaster there were allegations that local residents were becoming rich from the spoils of the wreck or exploiting grieving relatives of the victims, and the "Moelfre Twenty Eight" who had been involved in the rescue attempts sent a letter to The Times trying to set the record straight and refute the accusations. Exactly a century later (to the day) in October 1959 another ship, the Hindlea, struck the rocks in almost the same spot in another gale. This time there was a different outcome, with the Moelfre lifeboat under its coxswain, Richard Evans, succeeding in saving the crew.

Последствия

Последствия катастрофы описаны Чарльзом Диккенсом в книге «Некоммерческий путешественник». Диккенс посетил место происшествия и поговорил с ректором Лляналлго, преподобным Стивеном Рузом Хьюзом, чьи усилия по поиску и идентификации тел, вероятно, привели к его собственной преждевременной смерти вскоре после этого. Диккенс дает яркую иллюстрацию силы шторма:

«Сила моря была настолько огромной, когда оно разломило корабль, что вогнало один большой слиток золота глубоко в прочную и массивную часть его железного корпуса: в котором также были найдены несколько разбросанных суверенов, которые слиток подхватил перед собой, так же крепко застрявшие, словно железо было жидким, когда их туда вдавили». Друг Диккенса, художник Генри О’Нил, представил картину «Доброволец» в 1860 году, основанную на этом происшествии, изображающую Роджерса, готового прыгнуть в море с веревкой вокруг тела. Катастрофа оказала влияние на развитие Метеорологической службы, поскольку капитан Роберт Фицрой, руководивший службой в то время, внедрил первую систему предупреждения о штормах, чтобы предотвратить подобные трагедии. Интенсивность «шторма «Королевская хартия»» и сила ветра часто использовались как мерило при других национальных катастрофах – когда мост Тэй обрушился в 1879 году, Королевский астроном часто ссылался на шторм «Королевская хартия» в своем отчете. Вскоре после катастрофы корабль был подвергнут масштабной salvage-операции. Сегодня останки лежат недалеко от берега на небольшой глубине, представляя собой серию железных переборок, пластин и ребер, которые из года в год то покрываются, то обнажаются движущимися песками. Золотые суверены, пистолеты, очки и другие личные вещи были случайно обнаружены дайверами на протяжении многих лет. Команды поднимали со дна воздух, проводили дноуглубительные работы и использовали металлодетекторы в поисках других сокровищ вплоть до 2012 года.

Самый большой золотой самородок в Британии

Винсент Туркеттл, золотоискатель из Норфолка, в 2012 году обнаружил самый большой золотой самородок в Британии, прочесывая воды у побережья Англси. Он держал свою находку в секрете до начала мая 2016 года, пока он и его друзья продолжали поиски других обломков корабля «Королевская хартия». Самородок был найден на глубине около [укажите глубину] метров, примерно в [укажите расстояние] метрах от берега. Самородок находился примерно в [укажите расстояние] метрах от места крушения «Королевской хартии», поэтому Туркеттлу пришлось уведомить Приёмщика затонувшего имущества, который принял его на хранение от имени Короны. Недавние штормы обнажили морское дно, которое на протяжении [укажите период времени] лет было погребено под слоем песка.

Культурные отсылки

Американский фолк-певец Том Расселл записал песню о крушении судна "Royal Charter" под названием "Исаак Льюис" на альбоме 2003 года "Modern Art". Американские фолк-исполнители Уильям Пинт и Фелисия Дейл сделали кавер-версию песни "Isaac Lewis" на своем альбоме 2017 года "Midnight on the Sea". Паб "Royal Charter" в Шоттоне, Флинтшир, был назван в честь этого судна. В одном из эпизодов телешоу BBC "Кто в семье?" садовник Монти Дон узнал, что его прапрадед, преподобный Чарльз Вере Ходж, погиб на борту "Royal Charter". Судно упоминается в песне "Downed And Drowned" группы The Longest Johns, вошедшей в их альбом "Smoke + Oakum".