Морские законы Германской империи (1898-1912)

Введение

Серия законов, расширяющих военно-морской флот Германской империи, принятых в период с 1898 по 1912 год. Морские законы (Flottengesetze, "Флотские законы") представляли собой пять отдельных законов, принятых Германской империей в 1898, 1900, 1906, 1908 и 1912 годах. Эти законы, инициированные кайзером Вильгельмом II и его государственным секретарем военно-морского флота, великим адмиралом Альфредом фон Тирпицем, обязывали Германию к созданию флота, способного соперничать с Королевским флотом Великобритании.

Желания Германии и стратегические дебаты

Кайзер давно стремился к созданию мощного военно-морского флота, чтобы обеспечить Германии то, что он называл "местом под солнцем". Крупный немецкий флот мог бы содействовать германским устремлениям к колониям, а также продвигать экономические и коммерческие интересы страны в других частях света. Он был полон решимости превратить свою страну в колониальную державу в Африке и на Тихом океане. Будучи человеком весьма милитаристских взглядов, он желал усилить германские вооруженные силы, и в особенности – создать флот, способный соперничать с британским Королевским флотом. Как он писал в своей автобиографии:

Хотя Вильгельм высоко ценил военно-морскую мощь, он поначалу не был уверен в том, какую форму примет немецкий флот: основу должны были составлять преимущественно небольшие суда, такие как крейсеры, или более крупные, например, линкоры. Первоначально он склонялся к крейсерам, поскольку они могли посещать все уголки земного шара и демонстрировать немецкий флаг повсюду, в то время как линкоры были крупными и неуклюжими и, следовательно, должны были оставаться в Балтийском или Северном морях. Секретарь Имперского военно-морского ведомства Германии, адмирал Фридрих фон Холльманн, также отдавал предпочтение крейсерам, поскольку они были дешевле и лучше соответствовали немецкой морской стратегии, которая в то время делала акцент на береговой обороне. Однако адмирал Альфред фон Тирпиц, главный сторонник линкоров для немецкого флота, утверждал, что поскольку у Германии было немного колоний и заморских угольных баз, крейсерская война не имеет смысла. Напротив, важно было сосредоточить крупный линкорный флот в непосредственной близости от сильнейшей морской державы, поскольку это был единственный способ для Германии конкурировать с Великобританией (ведущей мировой военно-морской и колониальной державой) и тем самым достичь мирового господства. Тирпиц также утверждал, что само существование крупного линкорного флота косвенно защитит немецкие колонии и торговлю по всему миру, несмотря на ограниченную дальность плавания линкоров. Победа сторонников линкоров в этом стратегическом споре была закреплена, когда Тирпиц сменил Холльманна на посту государственного секретаря ВМС. 15 июня 1897 года Тирпиц представил меморандум, который должен был изменить ход европейской истории. В этом документе он утверждал, что для победы над сильнейшей морской державой необходим флот линкоров. Затем он изменил ход своих рассуждений: если линкоры необходимы, то противником Германии должна быть самая сильная военно-морская держава – Великобритания. Планы Тирпица основывались на "теории риска" – даже если немецкий флот будет меньше британского, он должен быть способен нанести Королевскому флоту такой ущерб, который поставит под угрозу британское господство на морях. Потери были бы настолько велики, что другая держава, возможно, союзник Германии или противник Великобритании, могла бы воспользоваться ситуацией и уничтожить остатки британского флота. Чтобы избежать столь дорогостоящей морской конфронтации с Германией, британская дипломатия должна была стать более уступчивой к германским колониальным и экономическим требованиям. Тирпиц считал, что такая масштабная программа судостроения может быть успешной только в том случае, если ее детали будут закреплены законом; это обяжет флот строить заранее определенное количество кораблей, обеспечит непрерывное наращивание флота и избавит от необходимости выпрашивать деньги на строительство каждого корабля в Рейхстаге. Таким образом, были созданы предпосылки для принятия законов, которые ускорили бы трансформацию англо-германских отношений.

Though Wilhelm loved naval power, he was initially unsure what form the German Navy would take: a force made up primarily of smaller vessels such as cruisers, or larger vessels such as battleships. He initially leaned toward cruisers because they could go to all corners of the globe and display the German flag wherever they went, while battleships were large and cumbersome and thus needed to stay in the Baltic or North Sea. The Secretary of the German Imperial Naval Office, Admiral Friedrich von Hollmann, also favoured cruisers because they were cheaper and more suited to German maritime strategy, which then emphasized coastal defence. However, Admiral Alfred von Tirpitz, the leading proponent of battleships for the German Navy, argued that because Germany did not have many colonies or overseas coaling stations, cruiser warfare did not make sense. Rather, it was important to concentrate a large fleet of battleships in close proximity to the strongest sea power, as this was the only way that Germany could compete with Britain (the world's leading naval and colonial power) and thus achieve world power for itself. Tirpitz further claimed that the mere existence of a large battleship fleet would indirectly protect German colonies and commerce the world over, despite the battleships' limited range. The victory of the battleship camp in this strategic debate was cemented when Tirpitz
replaced Hollmann as State Secretary for the Navy. On 15 June 1897, Tirpitz unveiled a memorandum that was to alter European history. In this document, he argued that in order to defeat the strongest naval power, a fleet of battleships was necessary. He then proceeded to reverse his argument: if battleships were necessary, Germany's enemy must be the strongest naval power – Britain. Tirpitz's plans were predicated on "risk theory" – even if the German fleet was smaller than that of Britain, it had to be able to inflict damage on the Royal Navy that was severe enough to endanger British dominance of the seas. The losses would be so heavy that another power, perhaps a German ally or British foe, could then swoop in and destroy the remnants of the British fleet. To avoid such a costly naval confrontation with Germany, British diplomacy would become more accommodating towards German colonial and economic desires. Tirpitz felt that such a massive shipbuilding program could only work if its particulars were enshrined in law; this would commit the navy to building a fixed number of ships in advance, ensure that the fleet was built up continuously, and avoid the need to haggle for the money to build each ship in the Reichstag. The stage was thus set for a set of laws that would precipitate the transformation of Anglo German relations.

Морские законы

На рубеже 20-го века Великобритания придерживалась "Стандарта двух держав": Королевский флот должен был быть равен по силе суммарной мощи двух ближайших военно-морских держав. Стандарт, долгое время неформально признававшийся, был официально закреплен Законом о военно-морской обороне 1889 года, который определил французский и российский флоты как наиболее вероятных противников Великобритании в открытом море. Однако немецкие морские законы, продвигаемые Тирпицем, начали представлять угрозу для этого стандарта. Первый военно-морской закон, представленный Рейхстагу в конце 1897 года, определял состав флота по классам судов и количество кораблей, подлежащих постройке к 1904 году, а также устанавливал лимит расходов. Он санкционировал строительство фиксированного числа линкоров, не подлежащего ежегодному пересмотру парламентским голосованием, предлагая построить 16 линкоров в течение следующих трех лет. Закон был принят Рейхстагом 26 марта 1898 года, несмотря на оппозицию Консервативной и Социал-демократической партий, выступавших против огромных затрат на военно-морские вооружения. Его последствия сразу не проявились, поскольку семи линкоров, предусмотренных законом, было недостаточно для борьбы с британским или французским флотами. Реальная угроза со стороны Германии для Королевского флота началась со Второго морского закона. Во время Второй бурской войны (1899–1902) немцы испытывали сильную симпатию к бурам, которых считали близкими по расе и культуре. В январе 1900 года британские крейсеры, патрулировавшие африканское побережье, задержали три немецких почтовых парохода для досмотра, подозревая их в перевозке материалов для буров. Хотя британцы быстро принесли извинения, немцы были возмущены, и адмирал фон Тирпиц воспользовался этим возмущением, чтобы представить новый военно-морской законопроект, который был принят Рейхстагом с незначительным сопротивлением 14 июня того же года. Этот закон удвоил численность флота с 19 до 38 линкоров: два флагманских корабля, четыре боевых эскадры по восемь линкоров в каждой и четыре резервных линкора должны были быть построены в течение семнадцати лет, с 1901 по 1917 год. Закон ясно показал, что немецкий флот должен стать мощным боевым флотом, а не силой береговой обороны (превращая Германию во вторую по силе военно-морскую державу в мире), и что основным противником этого расширенного флота должна стать Великобритания. В течение следующих 12 лет Рейхстаг принял еще три военно-морских закона – в 1906, 1908 и 1912 годах; в каждом случае Тирпиц использовал ощущение кризиса и тревоги в Германии для обеспечения успеха законодательства. В июне 1906 года Третий морской закон, предписывающий строительство шести крупных крейсеров, вступил в силу после того, как Германии не удалось разрушить Антант на конференции в Алжирасе. Четвертый морской закон от апреля 1908 года сократил срок службы линкоров с 25 до 20 лет и был вызван опасениями, что король Эдуард VII и Великобритания пытаются окружить Германию. Пятый военно-морской закон, спровоцированный отступлением Германии в Агадирском кризисе 1911 года, был принят в июне 1912 года и добавил еще три линкора к программе строительства.

At the turn of the 20th century, Britain adhered to the "Two Power Standard": the Royal Navy had to be equal in strength to that of the next two naval powers combined. The standard, long accepted unofficially, was made official by the Naval Defence Act 1889, and designated the French and Russian navies as the most likely adversaries for Britain on the high seas. However, the German Naval Laws advocated by Tirpitz began to threaten this standard. The First Naval Law, introduced to the Reichstag in late 1897, outlined the composition of the fleet by vessel class and the number of ships to be constructed by 1904 and also set a cost limit. It authorized a fixed number of battleships that would not be altered by an annual parliamentary vote, proposing that 16 battleships be built in the following three years. The law passed the Reichstag on 26 March 1898 over the opposition of the Conservative Party and the Social Democratic Party, who were against spending vast amounts of money on naval warfare. Its ramifications were not immediately evident, as the seven battleships it called for would not be sufficient to fight either the British or French navies. Germany's real threat to the Royal Navy began with the Second Naval Law. During the Second Boer War (1899–1902), the Germans greatly sympathized with the Boers, whom they considered a racially and culturally akin people. In January 1900, British cruisers on patrol detained three German mail steamers off the coast of Africa to search them, suspecting them of carrying materiel to the Boers. Although the British quickly apologized, the Germans were outraged, and Admiral von Tirpitz took advantage of the anger to introduce a new naval bill, which passed through the Reichstag with very little opposition on 14 June of that year. This law doubled the size of the fleet from 19 to 38 battleships; two flagships, four battle squadrons of eight battleships each, and four reserve battleships were to be constructed over seventeen years, from 1901 to 1917. This law made clear that not only was the German Navy to be a powerful battle fleet instead of a coastal defence force (in the process turning Germany into the second strongest naval power in the world), but that the primary opponent of this enlarged fleet was to be the United Kingdom. The next 12 years saw the Reichstag pass three more Naval Laws, in 1906, 1908, and 1912; in each case, Tirpitz took advantage of a sense of crisis and alarm in Germany to ensure the success of the legislation. In June 1906, the Third Naval Law, mandating the construction of six large cruisers, became law following the German failure to break the Entente Cordiale at the Algeciras Conference. The Fourth Naval Law of April 1908 pared down the age at which battleships were to be replaced from 25 to 20 years, and was sparked by a feeling that King Edward VII and Great Britain were trying to encircle Germany. The Fifth Naval Law, sparked by the German retreat in the Agadir Crisis of 1911, passed in June 1912 and added three more battleships to the building program.

1898 Морское право

Закон подписан 10 апреля 1898 года.

1900 Морское право

Подписан в закон 14 июня 1900 года.

Поправка 1906 года

Одобрен 19 мая 1906 года; состав флота не изменился, за исключением 5 особо крупных крейсеров для иностранного флота, а также 1 особо крупного крейсера в материальном резерве и 48 дополнительных торпедных катеров.

Поправка 1908 года

Утверждена 27 марта 1908 года; штатная численность флота осталась без изменений, но срок службы линкоров до замены был сокращен до 20 лет (что ускорило строительство современных кораблей) и предписано строить новые крупные крейсера как линейные крейсера.