Введение
Письма Литтелтона и Харта Дэвиса – это переписка между двумя английскими литераторами, Джорджем Литтелтоном (1883–1962) и Рупертом Хартом Дэвисом (1907–1999), написанная в период с 1955 года до смерти Литтелтона и изданная Хартом Дэвисом в шести томах с 1978 по 1984 год.
История
Джордж Литтлтон был преподавателем в Итонском колледже, где он поощрял литературные вкусы юного Харта Дэвиса в последний год его обучения (1925–26 гг.). После того как Харт Дэвис покинул Итон, их пути разошлись, но в 1955 году они начали еженедельную переписку, к тому времени Литтлтон вышел на пенсию, а Харт Дэвис стал известным (хотя и не исключительно прибыльным) издателем. Письма продолжались без перерыва на протяжении всей жизни Литтлтона. В 1978 году, спустя 16 лет после смерти Литтлтона, Харт Дэвис начал публиковать переписку, и к 1984 году все письма были изданы в шести томах. Философ А. К. Грейлинг отметил:
Харт Дэвис был цивилизованным и хорошо связанным человеком, чьи повседневные дела приводили его в контакт почти со всеми выдающимися литературными, театральными и музыкальными деятелями 1950-х и 1960-х годов. Его письма непринужденно изобилуют известными именами и дают увлекательные зарисовки жизни Литературного общества, Лондонской библиотеки, издательского дела и широкого круга знаменитостей – от Зигфрида Сассона до Т. С. Элиота, от Уинстона Черчилля до братьев Флемингов Яна и Питера (последний был блестящим мастером прозы). На протяжении всего периода переписки (1955–1962 гг.) он редактировал письма Оскара Уайльда – колоссальный проект, трудности и вызовы которого подробно описаны в письмах, давая убедительное представление о том, как выглядит самоотверженность в литературных исследованиях изнутри. Но неоспоримой звездой является Джордж Литтлтон. Какой чудесный, эрудированный, остроумный, проницательный и приятный ум! И какой гений в написании писем, точно попадающий в нужные ноты каждым движением пера, которое является источником аллюзий и восхитительного остроумия. В газете "Таймс" Филип Зиглер прокомментировал: "Если цивилизация двадцатого века должна представить одного чемпиона, по которому ее будут судить, их переписка станет достойным кандидатом". Кеннет Роуз в "Санди Телеграф" назвал письма "одной из самых изысканных, цивилизованных и занимательных переписок нашего времени". "Индипендент сандей" отметила: "Остроумие и огромный багаж литературных знаний Литтлтона делают каждую страницу этого тома настоящим удовольствием. Ему умело помогает Харт Дэвис, который хорошо понимал, как извлечь жемчужины из богатых запасов Литтлтона. В результате получилась одна из самых приятных книг в мире". Их сильной стороной была литература. Для поклонников переписки одним из главных удовольствий при чтении является стремление прочитать стихотворение, пьесу или книгу, процитированную с одобрением и восторгом одним из корреспондентов. Еще одно развлечение – угадывать их аллюзии:
"Писать в вашем летнем домике в январе! Пожалуйста, немедленно зайдите в помещение и больше не пытайтесь сочинять на открытом воздухе, пока ласточка не осмелится. У нас цветут акониты и множество подснежников: может ли весна быть далеко позади? Да, черт возьми, может, как мы, несомненно, увидим". "Я снова пишу в своем клубе – и довольно медленно, так как должен узнать, почему плотный мужчина уговаривает еще более плотного сделать местную, а не общую анестезию. Мне не терпится попросить оратора быть более ясным и успокоить меня относительно точного характера и географии предполагаемой операции. Я только думаю и не могу быть абсолютно уверен, что проблема, требующая ножа, – это фурункул на ягодице, но это может быть то, что беспокоит и почти универсальная жалоба. ("Бедный Альфред, у него опять они", – как сказал доктор Теннисона, когда читал "Мод".) " "Вы освобождены от борьбы с "Поминки по Финнегану". Когда американскому профессору прислали на рецензию книгу под названием "Ключ к Ф. У.", он вернул ее обратно, сказав: "Ф. У. нужен не ключ, а замок"". "Я люблю перечитывать. Каждую ночь с 22:30 до полуночи я читаю Гиббона вслух. Я читаю медленно, богато, даже сочно; и, как остров Просперо, комната полна шумов – маленьких, сухих, нежных звуков. Какой-нибудь практичный человек с тупым или грубым восприятием может сказать, что это остывающий пепел в камине, но я знаю лучше. Это ночные существа, мотыльки, сверчки и паучки, возможно, мышь или две и маленькие комары в жалобном хоре, выходят послушать гиббоновскую музыку – "Двадцать две признанные наложницы и библиотека в шестьдесят две тысячи томов свидетельствовали о разнообразии его склонностей; [и из произведений, которые он оставил после себя, кажется, что первые, как и последние, были предназначены для использования, а не для показухи]. – какое разумное существо, каким бы скромным оно ни было, могло бы устоять перед этим?"
Американские издания
В США оригинальные шесть томов были опубликованы издательством Academy Chicago Publications. Однотомное издание, отредактированное Роджером Хадсоном, было издано Akadine Press.