Карл Фоллен: поэт, патриот и первый профессор немецкого языка в Гарварде.

Введение

Немецкий поэт, патриот, профессор и аболиционист Чарльз (Карл) Теодор Кристиан Фридрих Фоллен (6 сентября 1796 – 13 января 1840) был немецким поэтом и патриотом, который позже переехал в Соединенные Штаты и стал первым профессором немецкого языка в Гарвардском университете, унитарианским пастором и радикальным аболиционистом. Он был уволен из Гарварда за свои аболиционистские высказывания.

Жизнь в Европе

Карл Теодор Кристиан Фридрих Фоллен родился в Ромроде, в Гессен-Дармштадте (ныне Германия), в семье Кристофа Фоллениуса (1759–1833) и Розины Фоллениус (1766–1799). Его отец был юрисконсультом и судьей в Гиссене, в Гессен-Дармштадте. Его мать ушла в Ромрод, чтобы избежать французских революционных войск, оккупировавших Гизен. Он был братом Августа Людвига Фоллена и Пола Фоллена, и дядей биолога Карла Вогта. Он получил образование в подготовительной школе в Гизене, где отличился знанием греческого, латинского, иврита, французского и итальянского языков. В возрасте семнадцати лет он поступил в университет Гиссена для изучения теологии. В 1814 году он и его брат Август Людвиг пошли сражаться в Наполеоновских войнах в качестве добровольцев из Гессии; однако, через несколько недель после призыва, его военная карьера была прервана острым приступом тифа, который, казалось, на некоторое время полностью уничтожил его память. После выздоровления он вернулся в университет и начал изучать право, а в 1818 году получил докторскую степень в области гражданского и церковного права. Затем он стал приват-доцентом гражданского права в Гиссене, одновременно изучая практику права при дворе своего отца. Будучи студентом, Фоллен вступил в Гиссенский буршаншафт, члены которого придерживались республиканских идеалов. Хотя сам он не присутствовал, Фоллен был главным организатором первого фестиваля в Вартбурге в 1817 году. В начале осени 1818 года он поддержал дело нескольких сотен общин в Верхней Гессене в оппозиции к правительственной мере, направленной на последний остаток их политической независимости, и составил петицию к великому герцогу от их имени. Она была напечатана и широко распространена, вызвав общественное возмущение, которое привело к отмене этой меры. Однако оппозиция влиятельных людей, чьи планы были сорваны, исключала возможность карьеры в родном городе Фоллена. В октябре 1818 года он стал приват-доцентом в Йенском университете. Он также познакомился с маркизом де Лафайетом, который в то время планировал поездку в Соединенные Штаты. В отношении Фоллена немецкое правительство потребовало его выдачи как революционера. Дважды в этом было отказано, но после третьего (более угрожающего) требования Базель уступил, приняв резолюцию об аресте Фоллена. У Фолленов был дом, построенный на углу Фоллен-стрит в Кембридже. Их семейная рождественская елка привлекла внимание английской писательницы Гарриет Мартино во время ее длительного визита в Соединенные Штаты, и некоторые считают, что Фоллены первыми привезли в Соединенные Штаты немецкий обычай украшать рождественскую елку. (Хотя это утверждение является одним из нескольких конкурирующих утверждений о введении этого обычая в Соединенные Штаты, они вместе с Мартино, безусловно, были ранними и видными популяризаторами этого обычая.) Его брат Пол Фоллен эмигрировал в 1834 году в Соединенные Штаты, поселившись в Миссури. В 1835 году Чарльз Фоллен потерял должность профессора в Гарварде из-за своих откровенных аболиционистских убеждений и конфликта с президентом университета Джозией Куинси, который ввел строгие дисциплинарные меры для студентов. Близкий друг и соратник аболициониста Уильяма Ллойда Гаррисона, открытая оппозиция Фоллена рабству вызвала враждебность и презрение общественной прессы. Как и большинство ранних радикальных аболиционистов, Фоллен вначале подвергался осуждению общественным мнением даже в местности, которая позже стала центром аболиционистского движения. Хорошее начало, которое было положено в изучении немецкого языка в Новой Англии, было полностью прекращено. Дело немецкой литературы все еще имело сторонника в лице Генри Уодсворта Лонгфеллоу, который в 1838 году начал свои лекции по «Фаусту» Иоганна фон Гёте. Дружба Фоллена с известным унитарианским священником Уильямом Эллери Ченнингом привлекла его к унитарианской церкви. В 1836 году он был рукоположен в священники. В 1835 году он был призван на кафедру Второго конгрегационного общества в Лексингтоне, штат Массачусетс (ныне Общество унитарной церкви Фоллен), но община не смогла заплатить ему достаточно, чтобы содержать его семью. Фоллен занялся другой работой; Ральф Уолдо Эмерсон служил на кафедре с 1836 по 1838 год. В 1838 году Фоллен стал священником своей собственной конгрегации в Нью-Йорке, ныне Всех Душ, но потерял эту должность в течение года из-за конфликтов из-за его радикальных антирабовладельческих взглядов. Он подумывал о возвращении в Германию, но в 1839 году вернулся в конгрегацию в Ист-Лексингтоне, штат Массачусетс. Он спроектировал ее уникальное восьмиугольное здание, закладка которого состоялась 4 июля 1839 года. Восьмиугольное здание Фоллена до сих пор стоит и является старейшим церковным сооружением в Лексингтоне. В своей молитве во время закладки здания Фоллен провозгласил миссию своей церкви:

Karl Theodor Christian Friedrich Follen was born at Romrod, in Hesse Darmstadt (present day Germany), to Christoph Follenius (1759–1833) and Rosine Follenius (1766–1799). His father was a counselor at law and judge in Giessen, in Hesse Darmstadt. His mother had retired to Romrod to avoid the French revolutionary troops that had occupied Giessen. He was the brother of August Ludwig Follen and Paul Follen, and the uncle of the biologist Carl Vogt. He was educated at the preparatory school at Giessen, where he distinguished himself for proficiency in Greek, Latin, Hebrew, French, and Italian. At the age of seventeen, he entered the University of Giessen to study theology. In 1814 he and his brother August Ludwig went to fight in the Napoleonic Wars as Hessian volunteers; however, a few weeks after enlisting, his military career was cut short by an acute attack of typhus fever, which seemed for a time to have completely destroyed his memory. After his recovery he returned to the university and began studying law, and in 1818 was awarded a doctorate in civil and ecclesiastical law. He then established himself as Privatdocent of civil law at Giessen, while simultaneously studying the practice of law in his father's court. As a student, Follen joined the Giessen Burschenschaft, whose members were pledged to republican ideals. Though he did not attend himself, Follen was a major organizer of the first Wartburg festival of 1817. Early in the fall of 1818, he undertook the cause of several hundred communities in Upper Hesse in opposition to a government measure directed at the last remnant of their political independence, and drew up a petition to the grand duke on their behalf. It was printed and widely circulated, and aroused public indignation to such a pitch that the obnoxious measure was repealed. However, the opposition of the influential men whose plans were thereby thwarted precluded any thought of a career in Follen's home town. He became a Privatdozent at the University of Jena in October 1818. He also became acquainted with Marquis de Lafayette, who was then planning his trip to the United States. In Follen's case, demands were made by the German government for his surrender as a revolutionist. These were twice refused, but after a third (more threatening) demand, Basel yielded, passing a resolution for Follen's arrest. The Follens had a house built on the corner of Follen Street in Cambridge. Their family Christmas tree attracted the attention of the English writer Harriet Martineau during her long visit to the United States, and the Follens have been claimed by some as the first to introduce the German custom of decorated Christmas tree to the United States. (Although the claim is one of several competing claims for the introduction of the custom to the United States, they, together with Martineau, were certainly early and prominent popularizers of the custom.) His brother Paul Follen emigrated in 1834 to the United States, settling in Missouri. In 1835, Charles Follen lost his professorship at Harvard due to his outspoken abolitionist beliefs and his conflict with University President Josiah Quincy's strict disciplinary measures for undergraduates. A close friend and associate of abolitionist William Lloyd Garrison, Follen's outspoken opposition to slavery had incurred the hostility and scorn of the public press. Like most of the early radical abolitionists, Follen at the beginning was censured by public opinion even in the locality which later became the centre of the abolition spirit. The good beginning that had been made in the study of the German language in New England was totally discontinued. The cause of German literature had still a friend in Henry Wadsworth Longfellow, who in 1838 began his lectures on Johann von Goethe's Faust. Follen's friendship with the prominent Unitarian minister William Ellery Channing drew him to the Unitarian Church. He was ordained as a minister in 1836. He had been called to the pulpit of the Second Congregational Society in Lexington, Massachusetts (now Follen Church Society Unitarian Universalist) in 1835, but the community was unable to pay him sufficiently to support his family. Follen took other employment; Ralph Waldo Emerson supplied the pulpit from 1836 to 1838 at the church. In 1838 Follen became the minister of his own congregation in New York City, now All Souls, but lost the position within the year due to conflicts over his radical anti slavery views. He considered returning to Germany, but returned in 1839 to the congregation in East Lexington, Massachusetts. He had designed its unique octagonal building, for which ground was broken on July 4, 1839. Follen's octagonal building is still standing, and is the oldest church structure in Lexington. In his prayer at the groundbreaking for the building, Follen declared the mission of his church:

[Пусть] эта церковь никогда не будет осквернена нетерпимостью, фанатизмом или партийным духом; особенно пусть ее двери никогда не будут закрыты для тех, кто будет отстаивать в ней дело угнетенного человечества; в ее стенах все несправедливые и жестокие различия должны прекратиться, и [там] все люди должны встречаться как братья. Фоллен прервал лекционный тур в Нью-Йорке и сел на пароход «Лексингтон», направлявшийся в Бостон для освящения своей новой церкви. Фоллен умер в пути, когда его пароход загорелся и затонул в шторм в проливе Лонг-Айленд. Из-за аболиционистских позиций Фоллена его друзья не смогли найти ни одной церкви в Бостоне, которая согласилась бы провести мемориальную службу по его памяти. Пастору Сэмюэлю Дж. Мэю наконец удалось провести мемориальную службу по Фоллену в марте 1840 года в часовне Марлборо. Это был независимый зал, примыкающий к отелю «Марлборо» на углу Вашингтон-стрит и Франклин-стрит в Бостоне.