Введение

Эпитет Иисуса

Добрый Пастырь (ποιμὴν ὁ καλός, poimḗn ho kalós) – образ, используемый в перикопе Евангелия от Иоанна, в которой Иисус Христос изображен как Добрый Пастырь, полагающий жизнь свою за овец. Подобные образы используются в Псалме 23 и в Книге пророка Иезекииля 34:11–16. О Добром Пастыре также говорится в других Евангелиях, в Послании к Евреям, в Первом Послании Петра и в Книге Откровения.

Библейские ссылки

В Евангелии от Иоанна Иисус говорит: "Я — пастырь добрый" в двух стихах, и этот отрывок является одним из нескольких мест в Евангелии от Иоанна, вызывающих разногласия среди иудеев. Иисус Христос также уподобляется пастырю в Псалом 22:1, Исаия 40:11, Иеремия 23:3, Иезекииль 34:11-12, Михей 5:4, Захария 11:16, Матфея 26:31, Марка 14:26, Луки 15:4-7, 1 Петра 2:25 (NIV), 1 Петра 5:4 (NIV).

Притча или метафора?

Несколько авторов, таких как Барбара Рид, Арланд Хултгрен или Дональд Григгс, отмечают, что "притчи примечательно отсутствуют в Евангелии от Иоанна". Согласно статье о притчах в "Католической энциклопедии": "В Евангелии от Иоанна притч нет", а согласно статье о Евангелии от Иоанна в "Британской энциклопедии": "В учении Иисуса здесь нет притч, а только три аллегории, тогда как синоптики представляют его как полностью состоящее из притч".

Раннехристианское искусство

Изображение Доброго Пастыря – наиболее распространенное из символических изображений Христа, встречающееся в раннехристианском искусстве римских катакомб, до того как христианская символика могла быть выражена открыто. Форма изображения, изображающая молодого человека, несущего ягненка на плечах, была непосредственно заимствована у гораздо более древних языческих криофоров (см. ниже), и в случае переносных статуэток, таких как самая известная, хранящаяся сейчас в Музее Пио Кристиано в Ватикане (справа), невозможно установить, создавалось ли изображение изначально с христианским подтекстом. Изображение продолжало использоваться и в последующие века после легализации христианства в 313 году. Первоначально оно, вероятно, воспринималось не как портрет Иисуса, а как символ, подобный другим, используемым в раннехристианском искусстве, и в некоторых случаях могло представлять пастуха из произведения Гермы, популярного христианского литературного памятника II века. Однако примерно к V веку фигура все чаще приобретала облик общепринятого изображения Христа, сложившегося к тому времени, и наделялась нимбом и богатыми одеждами, как, например, на апсидной мозаике в церкви Санти Косма и Дамиано в Риме или в Равенне (справа). На изображениях Доброго Пастыря часто изображают овцу на плечах, как в луканианской версии Притчи о потерянной овце.

Интерпретация

По словам немецкого богослова Фридриха Юстуса Кнехта, в этой притче излагается ряд доктрин. 1) Жертвоприношение и смерть Господа нашего Иисуса Христа. Иисус "ясно предсказывает Свою Жертву и Смерть словами: "Я отдаю жизнь Мою за овец Моих"". 2) Единая, соборная, вселенская Церковь. Ибо Иисус "предсказал, что и язычники уверуют в Него, и что все верующие, как иудеи, так и язычники, будут соединены в одном стаде под одним Пастырем". 3) Любовь Иисуса к грешникам. "Трогательная притча о потерянной овце являет сострадательную любовь нашего Господа к отдельным грешникам. Потерянная овца символизирует грешника, который, повинуясь своим злым страстям и искушениям греха, отдалился от Иисуса и был исключен из числа верных. Но Спаситель не отказывает в Своей любви этому заблудшему. Как во время Своего земного пребывания Он трудился над обращением грешников, так и ныне идет за грешником, призывает его Своей благодатью, через Своих священников, и приглашает вернуться в стадо посредством таинства Покаяния". Роджер Бакстер в своих "Размышлениях" видит Иисуса, доброго Пастыря, как исполнение ряда мест из Ветхого Завета, говоря: "Этот Божественный Пастырь посетит вас сегодня, чтобы накормить и защитить от волков ада. Нет части пастырского долга, которую Он не исполнял бы с великой готовностью. Поэтому Он говорит устами пророка: "Я Сам буду искать овец Моих и заботиться о них, как пастух заботится о стаде Своем; Я буду пасти их на прекрасных пастбищах, и потерянную буду искать, и отданную назад приведу, и сломанную перевяжу, и ослабевшую укреплю, и тучную и сильную буду охранять, и буду пасти их по правде" (Иез. 34:11). Он также соотносит Иисуса со словами из Псалма 23:1: "Господь – Пастырь мой; я ни в чем не буду нуждаться". И с Исаии 53:7: "Он ведом был как овца на заклание".

В мандайстве

Образ Добраго Пастыря также встречается в мандейской Книге Иоанна. Главы 11–12 мандейской Книги Иоанна посвящены "пастуху, который любит своих овец" и ведет их в Мир Света.

Языческая символика

В древнегреческом культе криофорос или криофорус (Κριοφόρος), «несущий ягненка», – это фигура, увековечивающая торжественную жертву барана. Он становится эпитетом Гермеса: Гермес Криофорос. В двухмерном искусстве Гермес Криофорос трансформировался в образ Христа, несущего ягненка и пасущего своих овец: «Таким образом, мы видим философов, держащих свитки, или Гермеса Криофороса, который может быть представлен как Христос, дарующий Закон (Traditio Legis) и Добрый Пастырь». Добрый Пастырь – распространенный мотив в римских катакомбах (Гарднер, 10, рис. 54) и на рельефах саркофагов, где часто сочетаются христианская и языческая символика, что затрудняет точную идентификацию. Это явление определяется как синкретизм – смешение образов из разных культур и религий.