Введение

Движение, направленное на устранение "отходов" во всех сферах жизни.

Движение за эффективность было крупным течением в Соединенных Штатах, Великобритании и других индустриальных странах в начале XX века, которое стремилось выявлять и устранять потери во всех областях экономики и общества, а также разрабатывать и внедрять передовые методы. Эта концепция охватывала механическое, экономическое, социальное и личностное совершенствование. Стремление к эффективности обещало результативное и динамичное управление, которое приводило к росту. Благодаря влиянию одного из первых сторонников, оно чаще известно как тейлоризм.

Соединенные Штаты

Движение за эффективность играло центральную роль в эпоху прогрессивизма в Соединенных Штатах, где оно процветало с 1890 по 1932 год. Его сторонники утверждали, что все сферы экономики, общества и государственного управления поражены расточительностью и неэффективностью. Они полагали, что все улучшится, если эксперты выявят проблемы и устранят их. Это привело к значительной поддержке строительства исследовательских университетов и школ бизнеса и инженерии, муниципальных исследовательских учреждений, а также реформированию больниц и медицинских школ и практики ведения сельского хозяйства. Наиболее известными лидерами были инженеры Фредерик Уинслоу Тейлор (1856–1915), использовавший секундомер для выявления малейших неэффективностей, и Фрэнк Бункер Гилбрет Старший (1868–1924), провозгласивший, что для решения любой проблемы существует "единственно верный путь". Такие лидеры, как Герберт Кроли, Чарльз Р. ван Хайз и Ричард Эли, стремились повысить эффективность государственного управления путем подготовки специалистов для государственной службы, сопоставимой с немецкой, особенно в университетах Висконсина и Пенсильвании. Школы делового администрирования создавали программы управления, ориентированные на повышение эффективности.

Эффективность муниципальных и государственных органов

Многие города создавали "бюро по повышению эффективности", чтобы выявлять потери и внедрять передовые методы. Например, в Чикаго был создан Отдел эффективности (1910–1916 гг.) в составе Комиссии по гражданской службе городского правительства, а частные граждане организовали Чикагское бюро общественной эффективности (1910–1932 гг.). Первый стал пионером в изучении "индивидуальной эффективности", измеряя результативность работы сотрудников с помощью новых научных систем оценки и принципов движения за эффективность.

Активно действовали и правительства штатов. Например, в 1912 году в Массачусетсе была создана "Комиссия по экономии и повышению эффективности". Она выработала сотни рекомендаций.

Благотворительность

Ведущие филантропы, такие как Эндрю Карнеги и Джон Д. Рокфеллер, активно продвигали идеи повышения эффективности. В своих многочисленных благотворительных начинаниях Рокфеллер считал важным поддерживать эффективность. Он говорил: "Помощь неэффективной, неудачно расположенной, ненужной школе – это пустая трата. Весьма вероятно, что на неразумные образовательные проекты было потрачено достаточно средств, чтобы создать национальную систему высшего образования, соответствующую нашим потребностям, если бы эти средства были направлены на эту цель".

Сохранение

Движение за сохранение национальных ресурсов получило известность в эпоху прогрессизма. По словам историка Сэмюэля П. Хейса, движение за сохранение природы основывалось на "евангелии эффективности". Комиссия штата Массачусетс по экономике и эффективности отразила новую обеспокоенность вопросами сохранения. В 1912 году в ней говорилось:
"Единственной надлежащей основой для защиты дичи, водоплавающих птиц и, вообще, всех животных является экономическая основа, которая должна базироваться на тщательно разработанных и надлежащим образом применяемых законах для сохранения всех видов в интересах будущих поколений наших граждан, а не на местном мнении. Эти расходы на защиту рыбных и диких ресурсов, безусловно, являются разумной экономией, направленной на предотвращение уничтожения птиц и других животных, ценных для человечества, которые в противном случае могли бы исчезнуть. Можно сказать, что Массачусетс и соседние штаты понесли непоправимые потери, беспечно допуская на протяжении многих поколений неконтролируемые потери дикой природы. В 1908 году Рузвельт организовал Конференцию губернаторов, проходившую в Белом доме, с акцентом на природные ресурсы и их наиболее эффективное использование. Рузвельт выступил с приветственным словом: "Сохранение природы как национальный долг". В отличие от него, эколог Джон Мьюр проповедовал совершенно иную точку зрения на сохранение, отвергая мотивацию эффективности. Мьюр, напротив, утверждал, что природа священна, а люди – это посторонние, которым следует созерцать, но не осваивать. Работая через основанный им "Клуб Сьерра", Мьюр стремился минимизировать коммерческое использование водных ресурсов и лесов. В то время как Мьюр хотел сохранить природу ради ее первозданной красоты, Рузвельт придерживался формулировки Пинчо: "добиться от леса максимального производства любых полезных ресурсов или услуг и продолжать это производство из поколения в поколение людей и деревьев".

Национальная политика

В национальной политике США наиболее заметной фигурой был Герберт Гувер, профессиональный инженер, который преуменьшал значение политики и верил, что непредвзятые, аполитичные эксперты способны решить важнейшие проблемы страны, такие как ликвидация бедности. После 1929 года демократы возложили вину за Великую депрессию на Гувера и способствовали некоторой дискредитации его подхода.

Антимонопольное законодательство

Бостонский юрист Луи Брандейс (1856–1941) утверждал, что чрезмерный размер противоречит эффективности и привнес новое политическое измерение в движение за эффективность. Например, борясь против легализации сговора о ценах, Брандейс предпринял усилия по влиянию на формирование политики в Конгрессе при помощи своего друга Нормана Хапгуда, который в то время был редактором Harper's Weekly. Он координировал публикацию серии статей («Конкуренция убивает», «Эффективность и статья об единой цене» и «Как Европа борется с товарами по единой цене»), которые также распространялись лоббистской группой Американской лиги справедливой торговли среди законодателей, судей Верховного суда, губернаторов и двадцати национальных журналов. За свои работы его пригласили выступить перед комитетом Конгресса, рассматривавшим законопроект о сговоре о ценах, который он разработал. Там он заявил, что «крупный бизнес не более эффективен, чем малый», и что «ошибочно полагать, что универмаги могут вести дела дешевле, чем мелкие торговцы». Еще в 1895 году Брандейс предупреждал о вреде, который гигантские корпорации могут нанести конкурентам, потребителям и своим собственным работникам. Рост индустриализации создавал огромные компании, которые, по его мнению, угрожали благополучию миллионов американцев. В книге «Проклятие величины» он утверждал: «Эффективность означает большее производство с меньшими усилиями и затратами за счет устранения ненужных потерь, человеческих и материальных. Как иначе мы можем надеяться достичь наших социальных идеалов?» Он также выступал против обращения в Конгресс со стороны железнодорожной отрасли, регулируемой государством, в 1910 году с просьбой о повышении тарифов. Брандейс объяснил, что вместо перекладывания возросших расходов на потребителей, железные дороги должны стремиться к повышению эффективности путем сокращения накладных расходов и оптимизации своей деятельности – инициативы, которые были беспрецедентными для того времени.

Система Бедо

Система Бедо, разработанная франко-американским консультантом по управлению Чарльзом Бедо (1886–1944), опиралась на работы Ф. У. Тейлора и Чарльза Э. Кнопеля. Её отличительным нововведением по сравнению с этими более ранними исследователями стала единица Бедо, или B – универсальная мера для любой ручной работы. С 1920-х по 1950-е годы около тысячи компаний в 21 стране мира использовали систему Бедо, в том числе такие крупные предприятия, как Swift's, Eastman Kodak, B. F. Goodrich, DuPont, Fiat, ICI и General Electric.

Отношение к другим движениям

Позднее возникшие движения имели отголоски движения за эффективность и были более непосредственно вдохновлены Тейлором и тейлоризмом. Например, технократия и другие подобные течения получили развитие в 1930-х и 1940-х годах. Постмодернистские противники ядерной энергетики в 1970-х годах расширили свою критику, пытаясь дискредитировать движения, видевшие спасение человеческого общества исключительно в технической экспертизе, или полагавшие на то, что ученые и инженеры обладают особыми знаниями, применимыми в политической сфере. Термин "бережливое производство" (бережливое предприятие, бережливое производство или просто "бережливое"), появившийся в западной практике в 1990 году, обозначает бизнес-концепцию, рассматривающую любые затраты ресурсов, не связанные с созданием ценности для конечного потребителя, как расточительные и подлежащие устранению. Сегодня концепция бережливого производства расширяется, охватывая более широкий спектр стратегических целей, а не только сокращение издержек и повышение эффективности.

Великобритания

В инженерной области концепция эффективности была разработана в Великобритании в середине XVIII века Джоном Смитоном (1724–1792). Его называют «отцом гражданского строительства», и он изучал водяные колеса и паровые двигатели. В конце XIX века много говорили об улучшении эффективности администрации и экономических показателей Британской империи. «Национальная эффективность» была попыткой дискредитировать устаревшие привычки, обычаи и институты, которые ставили британцев в невыгодное положение в конкуренции с другими странами, особенно с Германией, которая считалась воплощением эффективности. В начале XX века «Национальная эффективность» стала мощным требованием — движением, поддерживаемым видными деятелями всего политического спектра, которые критиковали сентиментальный гуманизм и считали потери и нерациональное использование ресурсов недопустимой ошибкой. Движение развивалось в две волны: первая волна с 1899 по 1905 год была обусловлена неэффективностью и неудачами во Второй бурской войне (1899–1902). Журнал Spectator сообщил в 1902 году о «всеобщем призыве к эффективности во всех сферах общества и во всех аспектах жизни». Двумя наиболее важными темами были техническая и управленческая эффективность. Как убедительно утверждал Уайт (1899), империю необходимо поставить на коммерческую основу и эффективно управлять ею для достижения лучших результатов. Нарастающая угроза со стороны Германии, которую широко считали гораздо более эффективной страной, усилилась после 1902 года. В политическом плане «Национальная эффективность» объединила модернизирующих консерваторов и юнионистов, либералов, стремившихся модернизировать свою партию, и фабианцев, таких как Джордж Бернард Шоу и Г.Дж. Уэллс, а также Беатрис и Сидни Уэбб, которые отошли от социализма и увидели утопию научно-прогрессивного общества, управляемого такими экспертами, как они сами. В 1908 году Черчилль сформировал союз с Уэббами, объявив о цели «Национального минимума», охватывающего продолжительность рабочего дня, условия труда и заработную плату — это была своего рода социальная защита, ниже которой индивиду не разрешалось опускаться. Важным законодательным актом стал Закон об образовании 1902 года, который подчеркивал роль экспертов в школьной системе. Высшее образование было важной инициативой, что проявилось в росте Лондонской школы экономики и основании Имперского колледжа. Между 1904 и 1909 годами движение приостановилось, после чего интерес возобновился. Среди наиболее видных новых лидеров были либералы Уинстон Черчилль и Дэвид Ллойд Джордж, чье влияние привело к принятию ряда реформ, которые заложили основы системы социального обеспечения в Великобритании. Значительная часть народной и элитной поддержки «Национальной эффективности» была вызвана обеспокоенностью по поводу военного положения Великобритании, особенно в отношении Германии. Королевский флот подвергся радикальной модернизации, наиболее известным примером которой стало введение корабля «Дредноут», который в 1906 году произвел революцию в морской войне в одночасье.

Германия

В Германии движение за повышение эффективности называлось «рационализацией», и до 1933 года оно являлось мощной социальной и экономической силой. В значительной степени оно ориентировалось на американские модели, особенно на фордизм. Система Бедо получила широкое распространение в резиновой и шинной промышленности, несмотря на сильное сопротивление ей со стороны социалистического рабочего движения. Continental AG, ведущая резиновая компания Германии, внедрила эту систему и извлекла из нее значительную выгоду, что позволило ей относительно благополучно пережить Великую депрессию и укрепить свои конкурентные позиции. Однако большинство немецких предпринимателей предпочли отечественную систему REFA, которая была сосредоточена на стандартизации условий труда, инструментов и оборудования. «Рационализация» означала повышение производительности и эффективности, и обещала, что наука принесет процветание. В более широком смысле она сулила новый уровень модернизации и применялась как к экономическому производству и потреблению, так и к государственному управлению. Различные варианты рационализации продвигались промышленниками и социал-демократами, инженерами и архитекторами, педагогами и учеными, феминистками из числа среднего класса и социальными работниками, государственными служащими и политиками разных партий. Она подвергалась насмешкам со стороны радикальных элементов коммунистического движения. Как идеология и практика, рационализация бросала вызов и преобразовывала не только машины, фабрики и крупные предприятия, но и жизнь немецких представителей среднего и рабочего классов.

Советский Союз

Идеи научного управления были очень популярны в Советском Союзе. Одним из ведущих теоретиков и практиков научного менеджмента в Советской России был Алексей Гастев. Центральный институт труда (Центральный институт труда, или ЦИТ), основанный Гастевым в 1921 году при поддержке Владимира Ленина, был настоящей цитаделью социалистического тейлоризма. Увлеченный тейлоризмом и фордизмом, Гастев возглавил популярное движение за «научную организацию труда» (Научная организация труда, или НОТ). В силу акцента на когнитивных компонентах труда, некоторые исследователи считают, что НОТ Гастева представляет собой марксистский вариант кибернетики. Как и в концепции «Органопроекции» (1919) Павла Флоренского, лежащей в основе подхода Николая Бернштейна и Гастева, в основе лежала мощная метафора «человек-машина».

Япония

В. Эдвардс Деминг (1900–1993) привнес идеи повышения эффективности в Японию после Второй мировой войны, обучая высшее руководство методам улучшения дизайна (и, как следствие, сервиса), качества продукции, тестирования и продаж (в частности, через глобальные рынки), используя прежде всего статистические методы. Позже Деминг применил эти методы в США, представив их в виде системы контроля качества, известной как процесс непрерывного совершенствования.