Лени Рифеншталь: Жизнь и творчество немецкого кинорежиссёра.

Введение

Немецкий кинорежиссёр (1902–2003)

Хелен Берта Амали "Лени" Рифеншталь (; 22 августа 1902 – 8 сентября 2003) – немецкий кинорежиссёр, фотограф и актриса, известная созданием нацистской пропаганды. Талантливая пловчиха и художница, Рифеншталь увлеклась танцами в детстве, брала уроки и выступала по всей Европе. Увидев рекламный плакат фильма "Гора судьбы" (1924), она вдохновилась на актерскую карьеру и с 1925 по 1929 год снялась в пяти успешных кинокартинах. Рифеншталь стала одной из немногих женщин в Германии, которые занимались режиссурой в эпоху Веймарской республики, когда в 1932 году она решила попробовать себя в режиссуре, сняв собственный фильм "Голубой свет". Во второй половине 1930-х годов она сняла нацистские пропагандистские фильмы "Триумф воли" (1935) и "Олимпия" (1938), получившие всемирное признание и известность. Эти фильмы широко считаются одними из самых эффективных и технически новаторских пропагандистских фильмов, когда-либо созданных. Однако её участие в "Триумфе воли" серьёзно подорвало её карьеру и репутацию после Второй мировой войны. Адольф Гитлер тесно сотрудничал с Рифеншталь при создании как минимум трех важных нацистских фильмов, и между ними сложились дружеские отношения. После войны Рифеншталь была арестована и признана "сочувствующей" нацистскому режиму, но обвинений в военных преступлениях ей не предъявили. На протяжении всей своей жизни она отрицала, что знала о Холокосте, и подвергалась критике как "голос защиты "как мы могли знать?"". Послевоенные работы Рифеншталь включали автобиографическую книгу и два фотоальбома о народах нуба в южном Судане.

Ранние годы

Хелен Берта Амали Рифеншталь родилась в Берлине 22 августа 1902 года. Её отец, Альфред Теодор Пол Рифеншталь, владел успешной компанией по отоплению и вентиляции и хотел, чтобы дочь пошла по его стопам в мире бизнеса. Поскольку Рифеншталь несколько лет была единственным ребёнком, Альфред надеялся, что она продолжит род и сохранит семейное состояние. Однако её мать, Берта Ида (Шерлах), которая до замужества работала швеёй, верила в Рифеншталь и считала, что её будущее – в сфере развлечений. У Рифеншталь был младший брат Хайнц, который погиб в возрасте 39 лет на Восточном фронте в ходе войны нацистской Германии против Советского Союза. Рифеншталь увлеклась искусством в детстве. Она начала рисовать и писать стихи в четыре года. Она также была спортивной и в двенадцать лет вступила в гимнастический и плавательный клуб. Мать была уверена, что дочь добьётся успеха в искусстве, и поэтому всецело её поддерживала, в отличие от отца Рифеншталь, который не проявлял интереса к её художественным наклонностям. В 1918 году, в возрасте 16 лет, Рифеншталь посетила представление «Белоснежки», которое произвело на неё глубокое впечатление и пробудило желание стать танцовщицей. Отец же хотел, чтобы дочь получила образование, которое обеспечило бы ей более престижную профессию. Его жена, однако, продолжала поддерживать страсть дочери. Тайно от мужа она записала Рифеншталь на уроки танцев и балета в танцевальную школу Гримм-Райтер в Берлине, где она быстро стала одной из лучших учениц.

Танцевальная и актерская карьера

Рифеншталь посещала танцевальные академии и стала известна своими навыками интерпретативного танца, путешествуя по Европе с Максом Райнхардтом в шоу, финансируемом еврейским продюсером Гарри Сокалом. Рифеншталь часто выступала почти на каждом представлении и была настолько предана танцам, что не помышляла о киносъемках. Она начала страдать от серии травм ног, приведших к операции на колене, что угрожало её танцевальной карьере. По пути на прием к врачу она впервые увидела плакат фильма «Гора судьбы» 1924 года. Это вдохновило её заняться кинопроизводством, и она начала посещать кинотеатры, чтобы смотреть фильмы, а также кинопоказы. В одном из своих путешествий Рифеншталь встретила Луиса Тренкера, актера, который снимался в фильме «Гора судьбы». На встрече, организованной её другом Гюнтером Раном, она познакомилась с Арнольдом Фанком, режиссером «Горы судьбы» и пионером жанра горных фильмов. Фанк работал над фильмом в Берлине. После того, как Рифеншталь рассказала ему, как сильно она восхищается его работой, она также убедила его в своих актерских способностях. Ей удалось уговорить его дать ей роль в одном из его фильмов. Вскоре Рифеншталь получила от Фанка посылку со сценарием фильма «Святая гора» 1926 года. Она снялась в нескольких фильмах для Фанка, где он обучил её актерскому мастерству и техникам киномонтажа. Одним из фильмов Фанка, который сделал Рифеншталь известной, был «Белый ад Пиц Палу» 1929 года, сорежиссером которого был Г. В. Пабст. Ей пришлось перенести множество физических испытаний, которые, вероятно, сегодня были бы признаны неэтичными. Среди них: попадание в небольшие лавины, прыжки в горные озера и ледяные потоки, восхождение на скалистые вершины босиком, подъем по скале, обстреливаемой снегом и льдом, балансирование на лестнице над глубокой ледниковой трещиной и выслушивание непристойных шуток от её коллег-мужчин. Её слава распространилась за пределы Германии. В 1932 году Рифеншталь самостоятельно спродюсировала и сняла фильм «Das Blaue Licht» («Голубой свет»), написанный в соавторстве с Карлом Майером и Белой Балашем. Фильм завоевал серебряную медаль на Венецианском кинофестивале, но не был единодушно принят критиками, в чем Рифеншталь винила их, многие из которых были евреями. При повторном выпуске фильма в 1938 году имена Балаша и Сокала, обоих евреев, были удалены из титров; по некоторым данным, это произошло по настоянию Рифеншталь. В фильме Рифеншталь сыграла невинную крестьянку, которую ненавидели односельчане, считавшие её одержимой дьяволом и изгонявшие её. Она была защищена светящейся горной пещерой. По её словам, Рифеншталь получала приглашения поехать в Голливуд для создания фильмов, но отказалась от них, предпочтя остаться в Германии со своим возлюбленным. Гитлер был поклонником фильма и считал, что Рифеншталь воплощает в себе идеал немецкой женщины. Он разглядел в ней талант и организовал встречу. В 1933 году Рифеншталь снялась в совместном немецко-американском производстве, немецкоязычном фильме «SOS Eisberg» режиссера Арнольда Фанка и англоязычном фильме «S. O. S. Iceberg» режиссера Тая Гарнетта. Фильмы снимались одновременно на английском и немецком языках и были произведены и распространены Universal Studios. Её роль в «S.O.S. Айсберг» была единственной англоязычной ролью в её кинокарьере.

Riefenstahl attended dancing academies and became well known for her self styled interpretive dancing skills, traveling across Europe with Max Reinhardt in a show funded by Jewish producer Harry Sokal. Riefenstahl often made almost for each performance and was so dedicated to dancing that she gave filmmaking no thought. She began to suffer a series of foot injuries that led to knee surgery that threatened her dancing career. It was while going to a doctor's appointment that she first saw a poster for the 1924 film Mountain of Destiny. She became inspired to go into movie making, and began visiting the cinema to see films and also attended film shows. On one of her adventures, Riefenstahl met Luis Trenker, an actor who had appeared in Mountain of Destiny. At a meeting arranged by her friend Gunther Rahn, she met Arnold Fanck, the director of Mountain of Destiny and a pioneer of the mountain film genre. Fanck was working on a film in Berlin. After Riefenstahl told him how much she admired his work, she also convinced him of her acting skill. She persuaded him to feature her in one of his films. Riefenstahl later received a package from Fanck containing the script of the 1926 film The Holy Mountain. She made a series of films for Fanck, where she learned from him acting and film editing techniques. One of Fanck's films that brought Riefenstahl into the limelight was The White Hell of Pitz Palu of 1929, co directed by G. W. Pabst. She had to undergo many physical challenges that would probably be deemed unethical in today’s standards. Some of the torments included: being engulfed in small avalanches, jumping into mountain lakes and icy streams, climbing rocky pinnacles while barefoot, letting herself be pulled up a rock face being pelted by snow and ice, balancing on a ladder above a deep glacial crevasse, and enduring obscene jokes from her exclusively male colleagues. Her fame spread to countries outside Germany. Riefenstahl produced and directed her own work called Das Blaue Licht ("The Blue Light") in 1932, co written by Carl Mayer and Béla Balázs. This film won the silver medal at the Venice Film Festival, but was not universally well received, for which Riefenstahl blamed the critics, many of whom were Jewish. Upon its 1938 re release, the names of Balázs and Sokal, both Jewish, were removed from the credits; some reports say this was at Riefenstahl's behest. In the film, Riefenstahl played an innocent peasant girl who is hated by the villagers because they think she is diabolical and cast out. She is protected by a glowing mountain grotto. According to herself, Riefenstahl received invitations to travel to Hollywood to create films, but she refused them in favor of remaining in Germany with a boyfriend. Hitler was a fan of the film, and thought Riefenstahl epitomized the perfect German female. He saw talent in Riefenstahl and arranged a meeting. In 1933, Riefenstahl appeared in the U. S. German co productions of the Arnold Fanck directed, German language SOS Eisberg and the Tay Garnett directed, English language S. O. S. Iceberg. The films were filmed simultaneously in English and German and produced and distributed by Universal Studios. Her role as an actress in S. O. S. Iceberg was her only English language role in film.

Пропагандистские фильмы

Рифеншталь услышала, как лидер нацистской партии (НСДАП) Адольф Гитлер выступал на митинге в 1932 году, и была очарована его талантом оратора. Описывая этот опыт в своих мемуарах, Рифеншталь написала: "У меня возникло почти апокалиптическое видение, которое я никогда не смогла забыть. Казалось, что поверхность Земли расстилается передо мной, словно полушарие, внезапно раскалывающееся пополам, извергая огромный поток воды, настолько мощный, что он касался неба и сотрясал землю". Работа Рифеншталь сразу же привлекла внимание Гитлера. Её описывают как воплощающую идеал арийской женщины, соответствующий представлениям Гитлера, что он заметил, увидев её блистательную роль в фильме "Голубой свет". После встречи с Гитлером Рифеншталь предложили снять фильм о пятом Нюрнбергском митинге в 1933 году. Это предложение стало огромным сюрпризом для Рифеншталь. Гитлер приказал министерству пропаганды Йозефа Геббельса поручить съёмку фильма Рифеншталь, но министерство так и не уведомило её об этом. Рифеншталь согласилась снять фильм, хотя до митинга ей дали всего несколько дней на подготовку. По-прежнему впечатлённый работой Рифеншталь, Гитлер попросил её снять фильм "Триумф воли", новую пропагандистскую ленту о партийном митинге 1934 года в Нюрнберге. В митинге приняли участие более миллиона немцев. Этот фильм часто считают величайшим пропагандистским фильмом, когда-либо созданным. Первоначально, по словам Рифеншталь, она сопротивлялась и не хотела снимать дальнейшие фильмы для нацистской партии, предпочитая снять художественный фильм по мотивам оперы Эвгена д’Альбера "Нижняя земля" ("Tiefland"), пользовавшейся огромной популярностью в Берлине в 1920-х годах. Рифеншталь получила частное финансирование для производства "Нижней земли", но съёмки в Испании были сорваны, и проект был отменён. (Когда "Нижняя земля" была наконец снята в период с 1940 по 1944 год, она была выполнена в чёрно-белых тонах и стала третьим по стоимости фильмом, произведённым в нацистской Германии. Во время съёмок "Нижней земли" Рифеншталь использовала цыган из лагерей для интернированных в качестве массовки, с которыми обращались жестоко, а после завершения съёмок их отправили в лагерь смерти Освенцим. Она была одним из первых режиссёров, применивших продольную съёмку в документальном кино, установив камеру на рельсы для слежения за движением спортсменов. Фильм также известен своими замедленными съёмками. Рифеншталь экспериментировала с замедленной съёмкой, подводными съёмками, экстремально высокими и низкими углами съёмки, панорамными аэросъёмками и съёмкой с использованием системы слежения для передачи быстрого действия. Многие из этих приёмов были относительно неизвестны в то время, но использование и развитие их Рифеншталь установили стандарт, и именно поэтому они до сих пор используются. Работа Рифеншталь над фильмом "Олимпия" оказала значительное влияние на современную спортивную фотографию. Рифеншталь снимала спортсменов всех рас, включая афроамериканца Джесси Оуэнса, в кадрах, которые впоследствии стали знаменитыми. Премьера "Олимпии" состоялась в день 49-летия Гитлера в 1938 году. Её международный дебют побудил Рифеншталь отправиться в американский рекламный тур с целью обеспечить коммерческий прокат. В феврале 1937 года Рифеншталь с энтузиазмом заявила репортёру Detroit News: "Для меня Гитлер – величайший человек, когда-либо живший. Он поистине безупречен, прост и в то же время обладает мужской силой". Она прибыла в Нью-Йорк 4 ноября 1938 года, за пять дней до "Ночи разбитых стёкол" (Кристальной ночи). Когда известие о событии достигло Соединённых Штатов, Рифеншталь публично защитила Гитлера. 18 ноября она была принята Генри Фордом в Детройте. Два дня спустя "Олимпия" была показана в Чикагском клубе инженеров. Эйвери Брандейдж, президент Международного олимпийского комитета, высоко оценил фильм и относился к Рифеншталь с большим уважением. Она вела переговоры с Луисом Б. Майером, и 8 декабря Уолт Дисней провёл для неё трёхчасовую экскурсию, показав продолжающееся производство "Фантазии". Из дневников Геббельса исследователи узнали, что Рифеншталь поддерживала дружеские отношения с Йозефом Геббельсом и его женой Магдой, посещая с ними оперу и его вечеринки. Рифеншталь утверждала, что Геббельс был расстроен, когда она отвергла его ухаживания, и ревновал к её влиянию на Гитлера, считая её внутренней угрозой. Поэтому она настаивала на том, что записям в его дневнике нельзя доверять. По более поздним свидетельствам, Геббельс высоко ценил талант Рифеншталь как режиссёра, но был возмущён тем, что он считал её расточительством средств, выделенных нацистским режимом для кинопроизводства.

Riefenstahl heard Nazi Party (NSDAP) leader Adolf Hitler speak at a rally in 1932 and was mesmerized by his talent as a public speaker. Describing the experience in her memoir, Riefenstahl wrote, "I had an almost apocalyptic vision that I was never able to forget. It seemed as if the Earth's surface were spreading out in front of me, like a hemisphere that suddenly splits apart in the middle, spewing out an enormous jet of water, so powerful that it touched the sky and shook the earth". Hitler was immediately captivated by Riefenstahl's work. She is described as fitting in with Hitler's ideal of Aryan womanhood, a feature he had noted when he saw her starring performance in Das Blaue Licht. After meeting Hitler, Riefenstahl was offered the opportunity to direct Der Sieg des Glaubens, an hour long propaganda film about the fifth Nuremberg Rally in 1933. The opportunity that was offered was a huge surprise to Riefenstahl. Hitler had ordered Joseph Goebbels's Propaganda Ministry to give the film commission to Riefenstahl, but the Ministry had never informed her. Riefenstahl agreed to direct the movie even though she was only given a few days before the rally to prepare. Still impressed with Riefenstahl's work, Hitler asked her to film Triumph des Willens ("Triumph of the Will"), a new propaganda film about the 1934 party rally in Nuremberg. More than one million Germans participated in the rally. The film is sometimes considered the greatest propaganda film ever made. Initially, according to Riefenstahl, she resisted and did not want to create further Nazi Party films, instead wanting to direct a feature film based on Eugen d'Albert's Tiefland ("Lowlands"), an opera that was extremely popular in Berlin in the 1920s. Riefenstahl received private funding for the production of Tiefland, but the filming in Spain was derailed and the project was cancelled. (When Tiefland was eventually shot, between 1940 and 1944, it was done in black and white, and was the third most expensive film produced in Nazi Germany. During the filming of Tiefland, Riefenstahl utilized Romani from internment camps for extras, who were severely mistreated on set, and when the filming completed they were sent to the death camp Auschwitz. She was one of the first filmmakers to use tracking shots in a documentary, placing a camera on rails to follow the athletes' movement. The film is also noted for its slow motion shots. Riefenstahl played with the idea of slow motion, underwater diving shots, extremely high and low shooting angles, panoramic aerial shots, and tracking system shots for allowing fast action. Many of these shots were relatively unheard of at the time, but Riefenstahl's use and augmentation of them set a standard, and is the reason they are still used to this day. Riefenstahl's work on Olympia has been cited as a major influence in modern sports photography. Riefenstahl filmed competitors of all races, including African American Jesse Owens in what later became famous footage. Olympia premiered for Hitler's 49th birthday in 1938. Its international debut led Riefenstahl to embark on an American publicity tour in an attempt to secure commercial release. In February 1937, Riefenstahl enthusiastically told a reporter for the Detroit News, "To me, Hitler is the greatest man who ever lived. He truly is without fault, so simple and at the same time possessed of masculine strength". She arrived in New York City on 4 November 1938, five days before Kristallnacht (the "Night of the Broken Glass"). When news of the event reached the United States, Riefenstahl publicly defended Hitler. On 18 November, she was received by Henry Ford in Detroit. Olympia was shown at the Chicago Engineers Club two days later. Avery Brundage, President of the International Olympic Committee, praised the film and held Riefenstahl in the highest regard. She negotiated with Louis B. Mayer, and on 8 December, Walt Disney brought her on a three hour tour showing her the ongoing production of Fantasia. From the Goebbels Diaries, researchers learned that Riefenstahl had been friendly with Joseph Goebbels and his wife Magda, attending the opera with them and going to his parties. Riefenstahl maintained that Goebbels was upset when she rejected his advances and was jealous of her influence on Hitler, seeing her as an internal threat. She therefore insisted his diary entries could not be trusted. By later accounts, Goebbels thought highly of Riefenstahl's filmmaking but was angered with what he saw as her overspending on the Nazi provided filmmaking budgets.

Иконография

В "Триумфе воли" Том Сондерс утверждает, что Гитлер является объектом взгляда камеры. Сондерс пишет: "Не отрицая, что "безудержная мужественность" (сексуальная привлекательность Гитлера и СС) служит объектом желания, я бы предположил, что желание направлено также и на женское начало. Это проявляется не в привычных сценах с обожающими женщинами, приветствующими прибытие Гитлера и его кортеж в Нюрнберге. В этих сценах Гитлер явно остается центром притяжения, как и в более широком визуальном представлении его массовой поддержки. Скорее, это зашифровано в изображении флагов и знамен, которые были сняты таким образом, чтобы быть визуально желанными, а также мощными политическими символами". Флаг выступает символом мужественности, отождествляемым с национальной гордостью и господством, который, как предполагается, направляет мужскую сексуальную и мужскую энергию. Кинематографическая композиция флагов, созданная Рифеншталь, воплотила их иконографию. Сондерс продолжает: "Эффект заключается в значительной двойной трансформации: изображения механизируют людей и оживляют флаги. Даже когда носители не полностью скрыты под морем цветной ткани, и когда видны черты лица в профиль, они не приобретают индивидуальности или выразительности. Мужчины остаются лишь муравьями в грандиозном предприятии. Напротив, и парадоксальным образом, флаги, будь то несколько или сотни, заполняющие кадр, обретают отчетливые черты".

Вторая мировая война

Когда Германия вторглась в Польшу 1 сентября 1939 года, Рифеншталь была сфотографирована в Польше в военной форме и с пистолетом на поясе в окружении немецких солдат; она отправилась в Польшу в качестве военного корреспондента. 12 сентября она оказалась в городе Коньске, когда 30 мирных жителей были казнены в качестве возмездия за предполагаемое нападение на немецких солдат. Согласно ее мемуарам, Рифеншталь попыталась вмешаться, но разъяренный немецкий солдат держал ее на мушке и угрожал застрелить на месте. Она утверждала, что не знала, что жертвы были евреями. Сохранились фотографии, запечатлевшие, возможно, потрясенную Рифеншталь в тот день. Тем не менее, к 5 октября 1939 года Рифеншталь вернулась в оккупированную Польшу, чтобы снимать парад победы Гитлера в Варшаве. После этого она покинула Польшу и решила больше не снимать фильмы, связанные с нацистским режимом. 14 июня 1940 года, в день, когда Париж был объявлен открытым городом французскими властями и оккупирован немецкими войсками, Рифеншталь отправила Гитлеру телеграмму: «С неописуемой радостью, глубоко тронутая и переполненная горячей благодарностью, мы разделяем с вами, мой Фюрер, вашу и величайшую победу Германии – вход немецких войск в Париж. Вы превосходите все, что способно вообразить человечество, совершая деяния, не имеющие себе равных в истории человечества. Как мы можем вас отблагодарить?» Позже она объяснила: «Все думали, что война окончена, и в этом духе я отправила телеграмму Гитлеру». Рифеншталь была дружна с Гитлером в течение 12 лет. Однако ее отношения с ним резко ухудшились в 1944 году после гибели ее брата на Восточном фронте. После трилогии фильмов о Нюрнбергских митингах и «Олимпии» Рифеншталь приступила к работе над фильмом, который она уже пыталась снять, но потерпела неудачу, – «Тифланд». По прямому приказу Гитлера немецкое правительство выплатило ей компенсацию. С 23 сентября по 13 ноября 1940 года она снимала в Крюне, недалеко от Миттенвальда. В качестве статистов, изображавших испанских женщин и крестьян, были привлечены рома, содержавшиеся в лагере в Зальцбурге-Максглане, которых заставили работать с ней. Съемки в студии Бабельсберг под Берлином начались спустя 18 месяцев, в апреле 1942 года. На этот раз в качестве статистов были привлечены синти и рома из лагеря заключения Марцан, недалеко от Берлина, которых принудили к работе. Почти до конца своей жизни, несмотря на неопровержимые доказательства того, что заключенные концлагерей были вынуждены работать над фильмом, а затем отправлены в лагерь смерти Освенцим, Рифеншталь продолжала утверждать, что все статисты фильма выжили. Рифеншталь подала в суд на режиссера Нину Гладиц, которая заявила, что Рифеншталь лично отбирала статистов в их лагере. Гладиц нашла одного из выживших рома и сопоставила его воспоминания с кадрами из фильма для своего документального фильма. Немецкий суд в основном вынес решение в пользу Гладиц, установив, что Рифеншталь знала, что статисты были из концлагеря, но также согласился с тем, что Рифеншталь не сообщили о том, что рома будут отправлены в Освенцим после завершения съемок. Этот вопрос вновь возник в 2002 году, когда Рифеншталь исполнилось 100 лет, и группа рома подала на нее в суд за отрицание геноцида, совершенного нацистами в отношении рома. Рифеншталь принесла извинения и сказала: «Я сожалею о том, что синти и рома [люди] страдали в период национал-социализма. Сегодня известно, что многие из них были убиты в концлагерях». В октябре 1944 года производство «Тифланда» было перенесено в студию Баррандов в Праге для съемок интерьеров. Роскошные декорации сделали эти кадры одними из самых дорогих в фильме. Фильм был отредактирован и выпущен лишь спустя почти десять лет. В последний раз Рифеншталь увидела Гитлера, когда вышла замуж за Петера Якоба 21 марта 1944 года. Рифеншталь и Якоб развелись в 1946 году. Когда к началу 1945 года военное положение Германии стало безнадежным, Рифеншталь покинула Берлин и пыталась добраться до своей матери, путешествуя попутками с группой мужчин, когда была задержана американскими солдатами. Она вышла из временного лагеря, начав серию побегов и арестов в хаотичной обстановке. Наконец, вернувшись домой на велосипеде, она обнаружила, что американские войска захватили ее дом. Она была удивлена тем, как доброжелательно к ней отнеслись американские солдаты.

When Germany invaded Poland on 1 September 1939, Riefenstahl was photographed in Poland wearing a military uniform and a pistol on her belt in the company of German soldiers; she had gone to Poland as a war correspondent. On 12 September, she was in the town of Końskie when 30 civilians were executed in retaliation for an alleged attack on German soldiers. According to her memoir, Riefenstahl tried to intervene but a furious German soldier held her at gunpoint and threatened to shoot her on the spot. She said she did not realize the victims were Jews. Photographs of a potentially distraught Riefenstahl survive from that day. Nevertheless, by 5 October 1939, Riefenstahl was back in occupied Poland filming Hitler's victory parade in Warsaw. Afterwards, she left Poland and chose not to make any more Nazi related films. On 14 June 1940, the day Paris was declared an open city by the French and occupied by German troops, Riefenstahl wrote to Hitler in a telegram, "With indescribable joy, deeply moved and filled with burning gratitude, we share with you, my Führer, your and Germany's greatest victory, the entry of German troops into Paris. You exceed anything human imagination has the power to conceive, achieving deeds without parallel in the history of mankind. How can we ever thank you?" She later explained, "Everyone thought the war was over, and in that spirit I sent the cable to Hitler". Riefenstahl was friends with Hitler for 12 years. However, her relationship with Hitler severely declined in 1944 after her brother died on the Russian Front. After the Nuremberg rallies trilogy and Olympia, Riefenstahl began work on the movie she had tried and failed to direct once before, namely Tiefland. On Hitler's direct order, the German government paid her in compensation. From 23 September until 13 November 1940, she filmed in Krün near Mittenwald. The extras playing Spanish women and farmers were drawn from Romani detained in a camp at Salzburg Maxglan who were forced to work with her. Filming at the Babelsberg Studios near Berlin began 18 months later in April 1942. This time Sinti and Roma people from the Marzahn detention camp near Berlin were compelled to work as extras. Almost to the end of her life, despite overwhelming evidence that the concentration camp occupants had been forced to work on the movie were later sent to the Auschwitz death camp, Riefenstahl continued to maintain that all the film extras survived. Riefenstahl sued filmmaker Nina Gladitz, who said Riefenstahl personally chose the extras at their holding camp; Gladitz had found one of the Romani survivors and matched his memory with stills of the movie for a documentary Gladitz was filming. The German court ruled largely in favour of Gladitz, declaring that Riefenstahl had known the extras were from a concentration camp, but they also agreed that Riefenstahl had not been informed the Romani would be sent to Auschwitz after filming was completed. This issue came up again in 2002, when Riefenstahl was 100 years old and she was taken to court by a Roma group for denying the Nazis had exterminated Romani. Riefenstahl apologized and said, "I regret that Sinti and Roma [people] had to suffer during the period of National Socialism. It is known today that many of them were murdered in concentration camps". In October 1944 the production of Tiefland moved to Barrandov Studios in Prague for interior filming. Lavish sets made these shots some of the most costly of the film. The film was not edited and released until almost ten years later. The last time Riefenstahl saw Hitler was when she married Peter Jacob on 21 March 1944. Riefenstahl and Jacob divorced in 1946. As Germany's military situation became impossible by early 1945, Riefenstahl left Berlin and was hitchhiking with a group of men, trying to reach her mother, when she was taken into custody by American troops. She walked out of a holding camp, beginning a series of escapes and arrests across the chaotic landscape. At last making it back home on a bicycle, she found that American troops had seized her house. She was surprised by how kindly they treated her.

Противостоящие кинопроекты

Большинство незавершенных проектов Рифеншталь были утеряны к концу войны. Французское правительство конфисковало всё её оборудование для монтажа, а также производственные бобины фильма «Тифланд». После многолетних судебных разбирательств они были возвращены ей, однако, по сообщениям, французское правительство повредило часть киноплёнки, пытаясь её проявить и смонтировать, в результате чего некоторые ключевые сцены оказались утеряны (хотя Рифеншталь была удивлена, обнаружив в той же партии оригинальные негативы фильма «Олимпия»). Во время съемок «Олимпии» Рифеншталь получила государственное финансирование для создания собственной продюсерской компании, зарегистрированной на её имя – Riefenstahl Film GmbH, которая не имела отношения к её наиболее значимым работам. На протяжении многих лет она подала в суд и выиграла более пятидесяти дел о клевете против людей, обвинивших её в соучастии в нацистских преступлениях.

Африка, фотография, книги и финальный фильм

Рифеншталь начала пожизненное партнерство со своим оператором Фр., который был моложе ее на 40 лет и помогал ей с фотографиями; они были вместе с тех пор, как ей исполнилось 60, а ему – 20. Рифеншталь отправилась в Африку, вдохновленная работами Джорджа Роджера, запечатлевшими церемониальные поединки племени нуба. В этом обзоре, который художественный критик Хилтон Крамер назвал «одним из важнейших исследований связи эстетики и идеологии за последние годы», Сонтаг утверждала: «Хотя нуба – черного, а не арийского происхождения, портрет, созданный Рифеншталь, соответствует некоторым ключевым темам нацистской идеологии: контрасту между чистым и нечистым, неподкупным и оскверненным, физическим и духовным, радостным и критическим. [ ] Отличительной чертой фашистской интерпретации старинного образа благородного дикаря является презрение ко всему, что связано с рефлексией, критикой и плюрализмом. [ ] Воспевая общество, где демонстрация физической силы и мужества, а также победа сильного над слабым, по ее мнению, стали объединяющим символом общинной культуры, где успех в борьбе является «главным стремлением в жизни мужчины», Рифеншталь, кажется, лишь модифицировала идеи, заложенные в ее нацистских фильмах. В декабре 1974 года американский писатель и фотограф Эудора Велти опубликовала положительную рецензию на «Нуба» в New York Times, представив импрессионистское описание эстетики книги Рифеншталь: «Она намеренно использует свет: полный, ослепляющий блеск, чтобы мы увидели всепоглощающую черноту кожи; луч света, проникающий через единственное отверстие высоко в стене – дверной проем круглого дома, – который говорит о его тайне и безопасности; первые лучи рассвета, скользящие по морде теленка в лагере, где живут юноши, что намекает на их обособленный мир. Все фотографии передают физическую красоту людей: молодая девушка, застенчивая и лукавая, с бусинкой, вшитой в нижнюю губу, словно постоянная ириска; борец, готовящийся к поединку, с выбритой головой, повернутой, чтобы взглянуть на массивное плечо, лишенное цвета кожи из-за слоя пепла». Клуб арт-директоров Германии наградил Рифеншталь золотой медалью за лучшее фотодостижение 1975 года. Она также продала некоторые фотографии немецким журналам. Рифеншталь снимала Олимпийские игры 1972 года в Мюнхене, а также рок-звезду Мика Джаггера и его жену Бьянку для The Sunday Times. Спустя годы Рифеншталь сфотографировала артистов Лас-Вегаса Зигфрида и Роя. Она была почетным гостем на Олимпийских играх 1976 года в Монреале, Квебек, Канада. В 1978 году Рифеншталь опубликовала книгу своих подводных фотографий под названием «Коралловые сады» (Korallengärten), а в 1990 году – «Чудо под водой» (Wunder unter Wasser). 22 августа 2002 года, в свой 100-летний юбилей, она выпустила фильм «Подводные впечатления» (Impressionen unter Wasser) – идеализированный документальный фильм о жизни в океанах и ее первый фильм за более чем 25 лет. Рифеншталь в течение восьми лет была членом Greenpeace. Во время съемок фильма «Подводные впечатления» Рифеншталь солгала о своем возрасте, чтобы получить сертификат дайвера. В интервью 2002 года Кеттнер сказала: «Миссис Рифеншталь испытывает сильную боль, она очень ослабла и принимает обезболивающие». Рифеншталь умерла во сне около 22:00 8 сентября 2003 года в своем доме в Пёкинге, Германия. После кремации ее прах был похоронен на Вальдфридхофе в Мюнхене. После ее смерти в ведущих изданиях появились разнообразные некрологи, хотя большинство признали ее технические достижения в кинематографе. Гизела Ян, бывший секретарь и единственный наследник Лени Рифеншталь, передала Фонду прусского культурного наследия имущество, завещанное ей, включавшее фотографии, фильмы, рукописи, письма, документы и материалы, датируемые 1920-ми годами.

Riefenstahl began a lifelong companionship with her cameraman fr, who was 40 years her junior and assisted her with the photographs; they were together from the time she was 60 and he was 20. Riefenstahl traveled to Africa, inspired by the works of George Rodger that celebrated the ceremonial wrestling matches of the Nuba. In this review, which art critic Hilton Kramer described as "one of the most important inquiries into the relation of esthetics to ideology we have had in many years", Sontag argued that:Although the Nuba are black, not Aryan, Riefenstahl's portrait of them is consistent with some of the larger themes of Nazi ideology: the contrast between the clean and the impure, the incorruptible and the defiled, the physical and the mental, the joyful and the critical. [ ] What is distinctive about the fascist version of the old idea of the Noble Savage is its contempt for all that is reflective, critical, and pluralistic. [ ] In celebrating a society where the exhibition of physical skill and courage and the victory of the stronger man over the weaker have, at least as she sees it, become the unifying symbol of the communal culture—where success in fighting is the "main aspiration of a man's life"—Riefenstahl seems only to have modified the ideas of her Nazi films. In December 1974, American writer and photographer Eudora Welty reviewed Die Nuba positively for the New York Times, giving an impressionistic account of the aesthetics of Riefenstahl's book:She uses the light purposefully: the full, blinding brightness to make us see the all‐absorbing blackness of the skin; the ray of light slanting down from the single hole, high in the wall, that is the doorway of the circular house, which tells us how secret and safe it has been made; the first dawn light streaking the face of a calf in the sleeping camp where the young men go to live, which suggests their world apart. All the pictures bring us the physical beauty of the people: a young girl, shy and mischievous of face, with a bead sewn into her lower lip like a permanent cinnamon drop; a wrestler prepared for his match, with his shaven head turned to look over the massive shoulder, all skin color taken away by a coating of ashes. Art Director's Club of Germany awarded Riefenstahl a gold medal for the best photographic achievement of 1975. She also sold some of the pictures to German magazines. Riefenstahl photographed the 1972 Olympic Games in Munich, and rock star Mick Jagger along with his wife Bianca for The Sunday Times. Years later, Riefenstahl photographed Las Vegas entertainers Siegfried & Roy. She was guest of honour at the 1976 Olympic Games in Montreal, Quebec, Canada. In 1978, Riefenstahl published a book of her sub aquatic photographs called Korallengärten ("Coral Gardens"), followed by the 1990 book Wunder unter Wasser ("Wonder under Water"). On 22 August 2002, her 100th birthday, she released the film Impressionen unter Wasser ("Underwater Impressions"), an idealized documentary of life in the oceans and her first film in over 25 years. Riefenstahl was a member of Greenpeace for eight years. When filming Impressionen unter Wasser, Riefenstahl lied about her age in order to be certified for scuba diving. Kettner said in an interview in 2002, "Ms. Riefenstahl is in great pain and she has become very weak and is taking painkillers". Riefenstahl died in her sleep at around 10:00 pm on 8 September 2003 at her home in Pöcking, Germany. After cremation, her ashes were buried in Munich Waldfriedhof. After her death, there was a varied response in the obituary pages of leading publications, although most recognized her technical breakthroughs in filmmaking. Gisela Jahn, Leni Riefenstahl's former secretary and sole heir, donated the estate bequeathed to her to the Prussian Cultural Heritage Foundation. Items included photographs, films, manuscripts, letters, files, and documents dating back to the 1920s.

Прием

По словам Тейлора Даунинга, работа Рифеншталь в нацистскую эпоху «сделала приемлемым, даже желательным, для миллионов немцев согласиться с Гитлером. И в продвижении нацистского руководства прослеживается прямая линия от ее печально известных фильмов нацистской партии до Освенцима и Белсена». Аналогично, Авраам Купер утверждает, что работа Рифеншталь была существенной для осуществления миссии Холокоста и описывает ее как «непривлеченного к ответственности соучастника». Киновед Марк Кузинс в своей книге «История кино» отмечает, что «наряду с Орсоном Уэллсом и Альфредом Хичкоком, Лени Рифеншталь была самым технически одаренным западным кинорежиссером своей эпохи». Когда Рифеншталь отправилась в Голливуд, чтобы представить свой фильм «Олимпия» вскоре после скоординированной атаки на немецких евреев, известной как «Хрустальная ночь», она подверглась критике со стороны Антинацистской лиги и других. Рецензент Гэри Моррис назвал Рифеншталь «художницей несравненных талантов, женщиной в индустрии, где доминируют мужчины, одной из великих формалистов кино, наравне с Эйзенштейном или Уэллсом». Кинокритик Хал Эриксон из The New York Times отмечает, что «еврейский вопрос» в основном не упоминается в «Триумфе воли»; «режиссер Лени Рифеншталь предпочитает сосредоточиться на ликующих толпах, четком марше, военных оркестрах и кульминационной речи Гитлера, все это организовано, поставлено и освещено в масштабе, который заставляет Гриффита и Демилля казаться режиссерами категории «Б». Чарльз Мур из The Daily Telegraph написал: «Она, возможно, была самым талантливым женщиной-режиссером XX века; ее восхваление нацистской Германии в кино обеспечило ей, безусловно, самую печальную известность». Киножурналист Сандра Смит из The Independent заметила: «Мнения разделятся между теми, кто видит в ней молодую, талантливую и амбициозную женщину, попавшую в поток событий, которые она не до конца понимала, и теми, кто считает ее холодной и оппортунистической пропагандисткой и нацисткой по убеждению». Критик Джудит Турман в The New Yorker сказала, что «гениальность Рифеншталь редко подвергалась сомнению, даже критиками, которые презирают службу, которой она посвятила себя. Рифеншталь была непревзойденным стилистом, одержимым движущимися телами, особенно танцоров и спортсменов. Рифеншталь в значительной степени полагается на переходы с помощью зловещих кадров, показывающих ягодицы, туман, статуи, листву и крыши. Ее реактивные кадры отличаются утомительной однообразностью: сияющие, экстатические лица — почти все молодые и арийские, за исключением Гитлера». Полин Каэль, также кинокритик, работавшая в The New Yorker, назвала «Триумф воли» и «Олимпию» «двумя величайшими фильмами, когда-либо снятыми женщиной». Писатель Ричард Корлисс в журнале Time написал, что он был «впечатлен положением Рифеншталь как полного автора: продюсера, сценариста, режиссера, монтажера и, в игровых фильмах, актрисы. Вопросы, которые поднимают ее фильмы и карьера, столь же сложны, сколь и важны, и ее клеветники склонны сводить аргумент к соучастию режиссера в жестокости или ее преступному невежеству». В 2002 году Стивен Бах написал, что «Рифеншталь тревожит, потому что она остается непреклонным, яростным, гладким голосом защиты «как мы могли знать?», аргумент, который все меньше и меньше немцев, и почти никто из нынешнего поколения, чувствует себя комфортно выдвигать».

According to Taylor Downing, Riefenstahl's Nazi era work "made it acceptable, even desirable, for millions of Germans to go along with Hitler. And in promoting the Nazi leadership, there is a direct line from her infamous Nazi party films to Auschwitz and Belsen." Similarly, Abraham Cooper argues that Riefenstahl's work was essential to the carrying out of the mission of the Holocaust and describes her as an "unindicted co conspirator." Film scholar Mark Cousins notes in his book The Story of Film that, "Next to Orson Welles and Alfred Hitchcock, Leni Riefenstahl was the most technically talented Western film maker of her era." When traveling to Hollywood to showcase her film Olympia shortly after the coordinated attack of German Jews known as Kristallnacht, Riefenstahl was criticized by the Anti Nazi League and others. Reviewer Gary Morris called Riefenstahl, "An artist of unparalleled gifts, a woman in an industry dominated by men, one of the great formalists of the cinema on a par with Eisenstein or Welles." Film critic Hal Erickson of The New York Times states that the "Jewish Question" is mainly unmentioned in Triumph des Willens; "filmmaker Leni Riefenstahl prefers to concentrate on cheering crowds, precision marching, military bands, and Hitler's climactic speech, all orchestrated, choreographed and illuminated on a scale that makes Griffith and DeMille look like poverty row directors." Charles Moore of The Daily Telegraph wrote, "She was perhaps the most talented female cinema director of the 20th century; her celebration of Nazi Germany in film ensured that she was certainly the most infamous." Film journalist Sandra Smith from The Independent remarked, "Opinions will be divided between those who see her as a young, talented and ambitious woman caught up in the tide of events which she did not fully understand, and those who believe her to be a cold and opportunist propagandist and a Nazi by association." Critic Judith Thurman said in The New Yorker that, "Riefenstahl's genius has rarely been questioned, even by critics who despise the service to which she lent it. Riefenstahl was a consummate stylist obsessed with bodies in motion, particularly those of dancers and athletes. Riefenstahl relies heavily for her transitions on portentous cutaways to butts, mist, statuary, foliage, and rooftops. Her reaction shots have a tedious sameness: shining, ecstatic faces—nearly all young and Aryan, except for Hitler's." Pauline Kael, also a film reviewer employed for The New Yorker, called Triumph des Willens and Olympia, "the two greatest films ever directed by a woman". Writer Richard Corliss wrote in Time that he was "impressed by Riefenstahl's standing as a total auteur: producer, writer, director, editor and, in the fiction films, actress. The issues her films and her career raise are as complex and they are important, and her vilifiers tend to reduce the argument to one of a director's complicity in atrocity or her criminal ignorance." In 2002, Steven Bach wrote that "Riefenstahl disturbs because she remains the adamant, fierce, glib voice of the 'how could we have known?' defense, an argument fewer and fewer Germans, and almost none of the current generation, still feel comfortable making."

Кинобиографии

В 1993 году Рифеншталь стала героиней немецкого документального фильма "Прекрасная, ужасная жизнь Лени Рифеншталь", снятого Рэем Мюллером. Рифеншталь приняла участие в фильме, ответив на ряд вопросов и подробно рассказав о создании своих фильмов. Этот байопик был номинирован на семь премий "Эмми" и выиграл в одной категории. Рифеншталь, которая уже некоторое время работала над своими мемуарами, решила сотрудничать в создании этого документального фильма, чтобы рассказать историю своей жизни, о трудностях, которые она пережила в личной жизни, о своей карьере в кино и об отношении к ней людей. Она также была в центре внимания документального фильма Мюллера 2000 года "Лени Рифеншталь: Её мечта об Африке", посвященного её возвращению в Судан к народу нуба. В 2000 году Джоди Фостер планировала снять биографическую драму о Рифеншталь, которую тогда считали последним выжившим членом "внутреннего круга" Гитлера, что вызвало протесты. Декан Центра Саймона Визенталя Марвин Хир предостерег от ревизионистского подхода, который мог бы прославить режиссера, отметив, что Рифеншталь, казалось, была "вполне очарована" Гитлером. В 2007 году сообщалось, что британский сценарист Руперт Уолтерс пишет сценарий к этому фильму. Рифеншталь не одобрила проект до своей смерти, так как потребовала права вето на любые сцены, с которыми она не согласна. По сообщениям, Рифеншталь хотела, чтобы её сыграла Шэрон Стоун, а не Фостер. В 2011 году режиссер Стивен Содерберг рассказал, что около шести месяцев работал над байопиком о Рифеншталь, но в итоге отказался от проекта из-за опасений относительно его коммерческого успеха.

В популярной культуре

Рифеншталь была сыграна Зденой Студенковой в спектакле «Лени», словацкой драме 2014 года, повествующей о её вымышленном участии в шоу «The Tonight Show Starring Johnny Carson». Голландская актриса Карис ван Хоутен исполнила роль Рифеншталь в спортивной драме «Гонка» режиссёра Стивена Хопкинса. Фильм вышел в прокат в Северной Америке 19 февраля 2016 года. В короткометражном фильме 2016 года «Лени. Лени», снятом по пьесе Тома Макнаба режиссёром Адрианом Виторией, Рифеншталь сыграла Хильдегард Нил. В 2021 году она стала героиней романа Найджела Фарндейла «Муза диктатора».