Введение
Роман Октавии Э. Батлер «Kindred» (1979) – роман американской писательницы Октавии Э. Батлер, сочетающий в себе элементы путешествий во времени и основанный на рассказах бывших рабов. Широко известный, он часто выбирается в качестве материала для общегородских программ чтения и книжных клубов, а также используется в учебных курсах старших школ и колледжей. Книга представляет собой повествование от первого лица о молодой афроамериканской писательнице Дане, которая неоднократно перемещается во времени между её домом в Лос-Анджелесе, Калифорния, в 1976 году, где она живёт с белым мужем, и плантацией в штате Мэриленд начала XIX века, расположенной недалеко от города Истон. Там она знакомится со своими предками: гордой свободной чернокожей женщиной и белым плантатором, который обрекает её на рабство и положение наложницы. По мере того, как Дана проводит всё больше времени в прошлом, она всё глубже вовлекается в жизнь плантационного сообщества. Дане приходится принимать сложные решения, чтобы выжить в условиях рабства и обеспечить своё возвращение в своё время. «Kindred» исследует динамику и дилеммы рабства накануне Гражданской войны с точки зрения чернокожей женщины конца XX века, осознающей его наследие в современном американском обществе. Через две межрасовые пары, составляющие эмоциональный центр повествования, роман также рассматривает взаимосвязь вопросов власти, гендера и расы, а также рассуждает о перспективах будущего равенства. Хотя большая часть творчества Батлер относят к научной фантастике, «Kindred» выходит за рамки жанровых ограничений и также классифицируется как афроамериканская литература. Сама Батлер определила это произведение как «мрачную фантазию».
Kindred (1979) is a novel by American writer Octavia E. Butler that incorporates time travel and is modeled on slave narratives. Widely popular, it has frequently been chosen as a text by community wide reading programs and book organizations, and for high school and college courses. The book is the first person account of a young African American writer, Dana, who is repeatedly transported in time between her Los Angeles, California home in 1976 with her white husband and an early 19th century Maryland plantation just outside Easton. There she meets some of her ancestors: a proud, free Black woman and a white planter who forces her into slavery and concubinage. As Dana stays for longer periods in the past, she becomes intimately entangled with the plantation community. Dana makes hard choices to survive slavery and to ensure her return to her own time. Kindred explores the dynamics and dilemmas of antebellum slavery from the sensibility of a late 20th century Black woman, who is aware of its legacy in contemporary American society. Through the two interracial couples who form the emotional core of the story, the novel also explores the intersection of power, gender, and race issues, and speculates on the prospects of future egalitarianism. While most of Butler's work is classified as science fiction, Kindred crosses genre boundaries and is also classified as African American literature. Butler has categorized the work as "a kind of grim fantasy."
Сюжет
Родственные по духу исследователи отмечали, что названия глав романа намекают на нечто "первозданное, апокалиптическое, архетипическое в происходящих событиях", тем самым создавая впечатление, что главные герои вовлечены в дела, выходящие за рамки их личной жизни.
Пролог
Дана, молодая чернокожая женщина, просыпается в больнице с ампутированной рукой. Полицейские задают ей вопросы об обстоятельствах произошедшего и спрашивают, не избивает ли её муж Кевин, белый мужчина. Дана отвечает, что потеряла руку в результате несчастного случая и что Кевин ни в чём не виноват. Когда Кевин навещает её, они признаются, что боятся рассказать правду, потому что им никто не поверит.
Река
Их жизнь изменилась 9 июня 1976 года, в день двадцать шестого дня рождения Даны, в год, когда Соединенные Штаты отмечали двухсотлетие. Накануне Дана и Кевин переехали в дом в нескольких милях от их старой квартиры в Лос-Анджелесе. Во время распаковки у Даны внезапно закружилась голова. Когда она приходит в себя, она оказывается на опушке леса, возле реки, где маленький рыжеволосый мальчик тонет. Дана бросается в воду, вытаскивает его на берег и пытается привести в чувство. Мать мальчика начинает кричать и бить Дану, обвиняя её в том, что она убила её сына, которого она называет Руфусом. Мальчик приходит в себя, и появляется белый мужчина, который направляет на Дану пистолет, приводя её в ужас. Ей снова становится плохо, и она приходит в сознание в своём новом доме, рядом с Кевином. Кевин, потрясённый её исчезновением и внезапным появлением, пытается понять, было ли произошедшее реальностью или галлюцинацией.
Огонь
Дана смывает грязь с реки, но головокружение знаменует очередной переход. На этот раз она приходит в сознание в спальне, где рыжеволосый мальчик поджёг занавески. Это Руфус, который теперь на несколько лет старше. Дана быстро тушит огонь. Руфус признаётся, что поджёг занавески, чтобы отомстить отцу за избиение после того, как он украл доллар. Во время разговора Руфус небрежно использует расовое оскорбление, обращаясь к Дане, что её возмущает, но она понимает, что её перенесло не только в пространстве, но и во времени – в Мэриленд, примерно в 1815 году. Руфус советует ей найти убежище в доме Элис Гринвуд и её матери, свободных чернокожих, живущих на окраине плантации. Дана осознаёт, что Руфус и Элис – её предки, и у них родится ребёнок, от которого произойдёт она. В доме Гринвудов Дана становится свидетельницей того, как группа молодых белых мужчин выламывает дверь, вытаскивает отца Алисы, бывшего раба, и жестоко избивает его за отсутствие документов. Один из мужчин ударяет мать Алисы, когда она отвергает его знаки внимания. Мужчины уходят, Дана выходит из укрытия и помогает матери Алисы. Она сталкивается с одним из белых мужчин, который пытается её изнасиловать. В страхе за свою жизнь Дана, к счастью, возвращается в 1976 год. Хотя для неё прошло несколько часов, Кевин уверяет её, что она отсутствовала всего несколько минут. На следующий день Кевин и Дана готовятся к возможности повторного перемещения во времени, собирая для неё тревожный чемоданчик и изучая историю афроамериканцев в книгах из их домашней библиотеки.
Падение
В воспоминаниях Дана рассказывает, как она встретила Кевина, работая на низкооплачиваемой временной работе на складе автозапчастей. Кевин заинтересовался Даной, когда узнал, что она писательница, и они стали друзьями, хотя коллеги осуждали его за то, что он белый. Они обнаруживают, что у них много общего: оба сироты, оба любят писать, и обе их семьи не одобряли их стремление стать писателями. Они становятся любовниками. Снова в 1976 году Кевин готовится пойти в библиотеку, чтобы узнать, как подделать "свободные документы" для Даны. Дану начинает кружить голова, и Кевин ловит её, перенося её в прошлое. Они находят Руфуса, корчащегося от боли из-за сломанной ноги. Рядом с ним мальчик по имени Найджел, которого они отправляют в главный дом за помощью. Руфус реагирует с яростным недоверием, узнав, что Кевин и Дана женаты: в его время браки между белыми и черными запрещены, хотя он знает, что многие белые мужчины имели черных любовниц в рабстве. Дана и Кевин объясняют Руфусу, что они из будущего, и доказывают это, показывая даты, отштампованные на монетах, которые Кевин носит в карманах. Руфус обещает сохранить их тайну, а Дана просит Кевина притвориться её хозяином. Когда Том Вейлин, отец Руфуса, прибывает со своим рабом Люком, чтобы забрать Руфуса, Кевин представляется. Вейлин с неохотой приглашает его на ужин. На плантации Вейлин, мать Руфуса, Маргарет, беспокоится о благополучии сына и, ревнуя к вниманию, которое Руфус проявляет к Дане, отправляет девушку на кухню. Там Дана знакомится с двумя домашними рабами: Сарой, поварихой, и Кэрри, её немой дочерью. Не зная, что делать дальше, Кевин принимает предложение Вейлина стать наставником Руфуса. Кевин и Дана остаются на плантации на несколько недель. Они наблюдают за безжалостной жестокостью и пытками, которым Вейлин, Маргарет и избалованный Руфус подвергают рабов. Они садисты и злы, они считают, что имеют право обращаться с рабами как с собственностью. Вейлин застает Дану за обучением Найджела, мальчика-раба, чтению и жестоко её хлещет. Головокружение настигает её, прежде чем Кевин успевает до неё добраться, и она возвращается в 1976 год одна.
Борьба
В воспоминаниях Дана вспоминает, как они с Кевином были женаты. Обе их семьи выступали против брака из-за этнических предрассудков. В то время как реакционная сестра Кевина предвзято относится к афроамериканцам, дядя Даны ненавидит мысль о том, что белый человек в конечном итоге унаследует его имущество. Только тетя Даны поддерживает союз, так как это означает, что у детей ее племянницы будет светлая кожа. Кевин и Дана женятся без присутствия родственников. После восьми дней нахождения дома, восстанавливаясь без Кевина, Дана путешествует во времени, чтобы найти Руфуса, избитого Айзеком Джексоном, порабощенным мужем Элис Гринвуд. Дана узнает, что Руфус пытался изнасиловать Алису, которая когда-то была его подругой детства. Дана убеждает Айзека не убивать Руфуса, и Элис и Айзек убегают, пока Дана забирает Руфуса домой. Она узнает, что прошло пять лет с момента ее последнего визита и что Кевин покинул Мэриленд. Дана оберегает Руфуса, чтобы он выздоровел, в обмен на его помощь в доставке писем Кевину. Пять дней спустя Элис и Айзек были пойманы. Исаак был изуродован и продан торговцам, направлявшимся в Миссисипи. Алису избивают, избивают собаки и порабощают в качестве наказания за то, что она помогла Айзеку сбежать. Руфус, который утверждает, что любит Элис, покупает ее и приказывает Дане ухаживать за ней до выздоровления. Дана делает это с большой осторожностью. Когда Алиса наконец-то выздоравливает, она проклинает Дану за то, что не позволила ей умереть, и измучена горем по потерянному мужу. Руфус приказывает Дане убедить Элис заняться с ним сексом, теперь, когда она выздоровела. Дана говорит с Элис, излагая три варианта: она может отказаться и быть избитой и изнасилованной; она может смириться; или она может снова попытаться сбежать. Пострадавшая и напуганная предыдущим наказанием, Алиса поддается желанию Руфуса и становится его наложницей. В спальне Алиса узнает, что Руфус не посылал письма Даны Кевину, и говорит Дане. Разгневанная тем, что Руфус солгал ей, Дана убегает, чтобы найти Кевина, но предана ревнивой рабыней, Лизой. Руфус и Вейлин поймали её, а Вейлин жестоко избил её. Когда Вейлин узнает, что Руфус не сдержал своего обещания Дане отправить ей письма, он пишет Кевину и говорит ему, что Дана на плантации. Кевин приходит за Даной, но Руфус останавливает их на дороге и угрожает застрелить. Он говорит Дане, что она не может снова его бросить. Дана испытывает головокружение и возвращается в 1976 год, на этот раз с Кевином.
Шторм
Счастливое воссоединение Даны и Кевина недолговечно, так как Кевину тяжело приспособиться к настоящему после пяти лет, проведенных в прошлом. Он рассказывает Дане о своей жизни там: он был свидетелем ужасных злодеяний против рабов, ушел на север, работал учителем, помогал рабам бежать и отрастил бороду, чтобы спрятаться от линчевателей. Обеспокоенный тем, что ему трудно вернуться к прежней жизни, он становится злым и отчужденным. Решив дать ему время разобраться в своих чувствах, Дана собирает сумку на случай очередного перемещения во времени. Вскоре она оказывается снаружи дома на плантации Вейлин во время грозы, где в луже лежит очень пьяный Руфус лицом вниз. Она пытается оттащить его в дом, а затем просит Найджела помочь ей его нести. В доме старый Вейлин, под угрозой ее жизни, заставляет Дану ухаживать за Руфусом. Подозревая у Руфуса малярию и понимая, что мало чем может помочь, Дана дает ему принесенный с собой аспирин, чтобы сбить жар. Руфус выживает, но несколько недель остается слабым. Дана узнает, что у Руфуса и Элис было трое детей смешанной расы, "детей плантации", и выжил только один – мальчик по имени Джо. Элис снова беременна. Руфус заставил Элис позволить доктору выпустить кровь у двоих заболевших детей, что было обычной практикой того времени, но это привело к их смерти. У Вейлина случается сердечный приступ, и Дана не может его спасти. Но Руфус считает, что она позволила Вейлину умереть, и отправляет ее работать в кукурузное поле в наказание. К тому времени, когда он передумывает, она обессилела и надсмотрщик начинает ее бичевать. Руфус назначает Дану ухаживать за своей больной матерью, Маргарет. Став хозяином плантации, Руфус продает нескольких рабов, в том числе Тесс, бывшую наложницу Вейлина. Дана выражает свой гнев по поводу этой продажи, а Руфус объясняет, что его отец оставил долги, которые он должен выплатить. Он уговаривает Дану использовать свои писательские способности, чтобы отсрочить выплату долгов другим кредиторам. Время идет, и Элис рожает девочку, Агарь, прямую предком Даны. Элис признается, что планирует бежать с детьми как можно скорее, потому что боится, что она забывает ненавидеть Руфуса. Дана уговаривает Руфуса разрешить ей учить его сына Джо и некоторых детей рабов читать. Однако, когда раб по имени Сэм спрашивает, могут ли его младшие братья и сестры присоединиться к занятиям, Руфус продает его в наказание за ухаживания за ней. Когда Дана пытается вмешаться, Руфус ударяет ее. Осознавая свою беспомощность перед Руфусом, она достает нож, принесенный из дома, и перерезает себе вены, надеясь переместиться во времени.
Стропа
Дана просыпается в Лос-Анджелесе, дома, с перевязанными запястьями, а рядом с ней Кевин. Она рассказывает ему о восьми месяцах, проведенных на плантации, о рождении Хагэр и о необходимости уберечь Руфаса в живых, ведь в противном случае рабов разлучат и продадут. Когда Кевин спрашивает, пытался ли Руфус изнасиловать Дану, она отвечает, что нет, и что любая подобная попытка заставила бы её убить его, несмотря на последствия. Спустя пятнадцать дней, 4 июля, Дана возвращается на плантацию. Там она обнаруживает, что Алиса покончила с собой. Алиса попыталась сбежать после исчезновения Даны, и в наказание Руфус избил её и солгал, что продал её детей, хотя на самом деле отправил их жить к своей тёте в Балтиморе. Мучимый чувством вины из-за смерти Алисы, Руфус едва не совершает самоубийство. После похорон Алисы Дана использует его вину, чтобы убедить Руфуса освободить детей Алисы. С этого момента Руфус почти постоянно держит Дану рядом, заставляет её разделять с ним трапезы и обучать его детей. Однажды он, наконец, признаётся, что хочет, чтобы Дана заменила Алису в его жизни. Он говорит, что в отличие от Алисы, которая, привыкнув к Руфусу, всё равно не переставала строить планы побега, Дана увидит, что он справедливый хозяин, и со временем перестанет его ненавидеть. Дана, в ужасе от мысли о том, что она может простить Руфуса таким образом, убегает на чердак в поисках своего ножа. Руфус следует за ней, и когда он пытается её изнасиловать, Дана дважды ранит его ножом. Найджел прибывает, чтобы увидеть предсмертные конвульсии Руфуса, и в этот момент Дана заболевает и в последний раз перемещается во времени домой. Она испытывает невыносимую боль, так как её рука срастается со стеной в том месте, где Руфус держал её.
Эпилог
Дана и Кевин едут в Балтимор, чтобы изучить судьбу плантации Вейлин после смерти Руфуса, опираясь на архивные записи, но обнаруживают крайне мало информации: газетное объявление о смерти Руфуса в результате пожара в его доме и объявление о продаже рабов, в котором перечислены все рабы Вейлин, за исключением Найджела, Кэрри, Джо и Хагар. Дана предполагает, что Найджел скрыл убийство, устроив пожар, и чувствует ответственность за продажу рабов. Кевин отвечает, что она не властна над прошлым и теперь, когда Руфус наконец умер, они могут вернуться к своей спокойной жизни вместе.
Персонажи
Эдана (Дана) Франклин: 26-летняя афроамериканская писательница, она главный герой и рассказчик истории. Она замужем за белым писателем по имени Кевин. Она неоднократно путешествует во времени на плантацию рабов в предвоенном Мэриленде, где впервые встречает белого предка в виде мальчика Руфуса. Там Дане приходится идти на тяжелые компромиссы, чтобы выжить и обеспечить свою жизнь в свое время. Кевин Франклин: Муж Даны - белый писатель, на 12 лет старше её. Кевин глубоко любит ее и отчуждается от своей семьи, чтобы жениться на ней. Когда он путешествует с Даной в прошлое, он становится свидетелем жестокости рабства и становится аболиционистом, также помогая рабам бежать на свободу. Руфус Вейлин: краснокожий сын белого плантатора Тома Вейлина и его жены; отец владеет плантацией в Мэриленде и многочисленными рабами. Когда Дана возвращается, она видит, как взрослый Руфус заменяет своего отца в качестве хозяина. Руфус насилует Элис, свободную чернокожую женщину, а их дочь смешанной расы Агар позже становится одним из предков Даны по материнской линии. Том Вейлин: владелец плантации в Мэриленде, он жесткий хозяин и отец, настаивает на послушании семьи и рабов. Он многократно избивает Дану и разрешает продажу детей своих рабов. Он похож на Кевина по внешности. Элис Гринвуд (позже, Элис Джексон): Она родилась свободной и является гордой чернокожей женщиной. Позже она становится рабыней в наказание за то, что помогла своему мужу, Исааку, бежать. Руфус покупает Элис и заставляет ее стать его наложницей. Двое их детей выжили: Джо и Хагар. Она повесилась после того, как Руфус сказал ей, что он продал ее детей. Саша: Кухарка семьи Вейлин - хозяйка дома; она старается защитить домашних рабов, заставляя их усердно работать. Том Вейлин продал всех детей Сары, кроме ее немой дочери Кэрри. Жена владельца плантации предает их сына Руфуса. И она, и ее муж жестоко обращаются с домашними рабами. Она уходит после того, как ее младенцы-близнецы умирают и возвращается с опиумной зависимостью. Хагар Вейлин: младшая дочь Руфуса и Элис. Агар - прямая прародительница Даны по материнской линии. Раб на плантации Вейлин, который работает надзирателем Вейлин. Вейлин продает его за недостаточный послушание. Сын Люка и рабыни на плантации Вейлин. Он и Руфус были друзьями в детстве. Дана тайно учит его читать и писать. Когда он становится старше, он пытается бежать, но его поймают. На плантации он создает семью с дочерью Сары, Кэрри. Дочь Сары не может говорить, но она помогает Дане найти силы для трудных компромиссов, которые она должна сделать, чтобы выжить. Она становится женой Найджела. Рабыня, ревнивая к Дане за то, что она считает особым отношением, она накидывается на Дану, когда она убегает. В результате Дана была поймана и избита. Рабыня, которую Том Вейлин использует сексуально. Джейк Эдвардс: один из белых надзирателей на плантации Вейлин, он также сексуально насилует Тесс.
Реалистичное изображение рабства и рабовладельческих общин
Kindred исследует, как современная чернокожая женщина справилась бы с рабовладельческим обществом, где большинство чернокожих считались собственностью; это был мир, в котором "все общество было настроено против тебя". В интервью Батлер сказала, что, хотя она читала мемуары рабов для справки, она считала, что если она хочет, чтобы ее книгу читали, ей придется представить менее жестокую версию рабства, чем та, что встречается в этих свидетельствах. Исследователи Kindred считают роман точным, вымышленным повествованием о жизни многих рабов. Сандра Й. Гован заключает, что "вероятно, нет более яркого изображения жизни на плантации Восточного побережья, чем в Kindred", и прослеживает, как книга Батлер следует классическим моделям жанра мемуаров о рабстве: потеря невинности, суровые наказания, стратегии сопротивления, жизнь в рабских бараках, борьба за образование, переживание сексуального насилия, осознание религиозного лицемерия белых и попытки побега, в конечном итоге успешные. Роберт Кроссли отмечает, что интенсивное повествование Батлер от первого лица намеренно перекликается со многими мемуарами рабов, тем самым придавая истории "степень достоверности и серьезности". В Kindred Батлер изображает отдельных рабов как самобытные личности, давая каждому свою историю. Роберт Кроссли утверждает, что Батлер относится к африканской идентичности своих персонажей как к данности, чтобы противостоять тенденции белых писателей включать афроамериканцев в свои произведения только для иллюстрации проблемы или чтобы дистанцироваться от обвинений в расизме. Таким образом, в Kindred рабская община изображена как "богатое человеческое общество": гордая, но пострадавшая свободная женщина Алиса; Сэм, полевой раб, который надеется, что Дана научит его брата читать и писать; Лиза, которая срывает побег Даны; яркий и находчивый Найджел, друг детства Руфуса, который учится читать по украденному букварю; и, что самое важное, Сара, повариха, которую Батлер разрабатывает как глубоко озлобленную, но заботливую женщину, подчиненную лишь угрозой потери ее последнего ребенка, немой Кэрри.
Динамика мощности "мастер-слэйв"
Ученые утверждают, что роман «Сродство» усложняет общепринятые представления о рабовладении как об угнетающей системе, где доминируют хозяин и экономические цели. Памела Бедор отмечает, что, хотя Руфус, кажется, обладает всей властью в отношениях с Алисой, она никогда полностью не покоряется ему. Самоубийство Алисы можно интерпретировать как её "окончательное нарушение баланса сил" и побег от него посредством смерти. Сопоставляя «Сродство» с другими романами Батлер, такими как «Рассвет», Бедор исследует связь между Даной и Руфусом как переосмысление рабства как "симбиотического" взаимодействия между рабом и хозяином: поскольку ни один из персонажей не может существовать без другого, они постоянно вынуждены сотрудничать ради выживания. Хозяин не просто контролирует раба, но и зависит от него. Лиза Язек, рассматривая ситуацию со стороны раба, замечает противоречивые эмоции: помимо страха и презрения, может возникать привязанность к знакомым белым и их случайным проявлениям доброты. Раб, сотрудничающий с хозяином ради выживания, не сводится к "предателю своего народа" или "жертве судьбы". Вынужденная подчиниться Руфусу сексуально, Алиса отказывается от своего стремления сохранить чувство собственного достоинства. Подобным образом, Дана переосмысливает свою сексуальность, путешествуя во времени, чтобы выжить. В настоящем Дана выбирает себе мужа и наслаждается сексуальной близостью с ним. В прошлом её статус чернокожей женщины вынуждал её подчиняться хозяину как сексуальному объекту. Руфус, будучи взрослым, пытается контролировать сексуальность Даны и предпринимает попытку изнасилования, чтобы использовать её вместо Алисы.
Критика американской истории
В научных исследованиях романа «Kindred» часто поднимается вопрос о критике официальной истории формирования Соединенных Штатов, как о замалчивании жестокой правды о рабстве. Лиза Ясзек утверждает, что «Kindred» стал результатом двадцати лет ожесточенных споров о том, что представляет собой американскую историю, в ходе которых ряд ученых обратились к изучению исторических источников афроамериканцев, чтобы создать «более всеобъемлющие модели памяти». Ясзек также отмечает, что во время одной из поездок домой в Калифорнию Дана выбрасывает все свои учебники по истории афроамериканцев, поскольку считает их неточными в изображении рабства. Вместо этого Дана читает книги о Холокосте и находит, что они ближе к ее собственному опыту рабства. Как объясняет Ашраф А. Рашди, воспоминания Даны о рабстве становятся летописью «неписаной истории» афроамериканцев, «восстановлением связного повествования, объясняющего различные потери Даны». Переживая эти воспоминания, Дана устанавливает связь между рабством и современными социальными проблемами конца XX века, включая эксплуатацию рабочих, жестокость полиции, изнасилования, домашнее насилие и расовую сегрегацию.
Сильная женщина-героиня
В своей статье «Феминизмы» Джейн Донаверт описывает роман «Kindred» как результат более чем двадцатилетнего возрождения интереса к женской истории и литературе, начавшегося в 1970-х годах. Переиздание значительного числа мемуаров рабов, а также работы Анжелы Дэвис, подчеркнувшей героическое сопротивление чернокожих рабынь, познакомили писателей-фантастов, таких как Октавия Батлер и Сьюзи Макки Чарнас, с литературной формой, которая переосмыслила героизм главного героя как стойкость, выживание и спасение. Как далее отмечает Лиза Ясжек, многие из этих неонегритянских повествований афроамериканских женщин, включая «Kindred», отказываются от образа одинокого героя-мужчины в пользу героини, тесно связанной с семьей и общиной. Изначально Батлер планировала сделать главного героя «Kindred» мужчиной, но, как она объяснила в интервью, не смогла этого сделать, поскольку мужчину сразу бы сочли «опасным»: «Многие его действия, вероятно, привели бы к гибели. У него даже не было бы времени, чтобы изучить правила подчинения». Она осознала, что сексизм может помочь женщине-героине, «которая может быть столь же опасной», но «не будет казаться таковой».
Женский поиск эмансипации
Некоторые исследователи рассматривают Kindred как часть более масштабного проекта Батлер, направленного на расширение прав и возможностей чернокожих женщин. Роберт Кроссли видит в научно-фантастических произведениях Батлер формирование «черной феминистской эстетики», которая обращается не только к социополитическим «истинам» афроамериканского опыта, но и конкретно к женскому, поскольку Батлер фокусируется на «женщинах, лишенных власти и подвергающихся насилию, но стремящихся обрести контроль над своей жизнью и готовых применять эту власть жестко, когда это необходимо». Учитывая, что Батлер заставляет Дану совершать перемещения от свободы к рабству и обратно, начиная с дня ее рождения, Анджелин Митчелл рассматривает Kindred как переосмысление «эмансипационной истории о женщине», примером которой служат «Инциденты из жизни рабыни», написанные Гарриет А. Джейкобс. В произведении Батлер исследуются такие темы, как женская сексуальность, индивидуализм, общность, материнство и, что наиболее важно, свобода, чтобы проиллюстрировать формы женской активности, способные противостоять порабощению. Шеррил Винт описывает повествование как сплав фантастического и реального, в результате чего книга представляет собой «отчасти исторический роман, отчасти повествование раба и отчасти историю о том, как чернокожая женщина двадцатого века приходит к пониманию рабства как части своего собственного и национального прошлого». Сандра Й. Гован называет роман «значительным отходом» от традиционного научно-фантастического повествования, поскольку он связан не только с «антропологией и историей через призму исторического романа», но и «непосредственно с опытом чернокожих американских рабов через нео-рабское повествование». Однако другие исследователи настаивают на том, что опыт Батлер в научной фантастике является ключевым для понимания того, к какому типу повествования относится Kindred. В частности, путешествия Даны во времени побудили критиков отнести Kindred к научно-фантастическим произведениям, ставящим под вопрос «природу исторической реальности», таким как роман Курта Воннегута «Бойня номер пять» и «Человек в высоком замке» Филипа К. Дика, или предупреждающим о «недопустимости интерпретации прошлого через единую систему координат», как в «Континууме Гернсбека» Уильяма Гибсона. В своей статье «Мрачная фантазия» Лиза Язек утверждает, что Батлер адаптирует два тропа научной фантастики — путешествия во времени и встречу с чуждым Другим — для «переосмысления истории афроамериканских женщин».
Стиль
Сюжет романа «Kindred» нелинеен; скорее, он начинается в середине своего завершения и содержит несколько флешбэков, связывающих события в настоящем и прошлом. В интервью Батлер призналась, что разделила концовку на «Пролог» и «Эпилог», чтобы «вовлечь читателя и заставить его задать множество вопросов», ответы на которые можно будет получить только в конце истории. Мисси Дэн Кубичек видит в таком оформлении приключений Даны способ Батлер подчеркнуть значимость рабства для понимания американцами их современной идентичности. Поскольку «Пролог» происходит после путешествия Даны во времени, а «Эпилог» завершается утверждением о необходимости осознать прошлое, мы воспринимаем историю как постижение Даной того, что нам самим еще предстоит понять, в то время как «Эпилог» говорит о важности этого осознания. Повествование в «Kindred» еще больше фрагментировано благодаря рассказу Даны о ее путешествиях во времени, в котором флешбэки соединяют настоящее с прошлым. Роберт Кроссли считает это «сжатие» прошлого и настоящего «уроком исторической реальности». Поскольку история рассказывается от первого лица, читатели ощущают себя свидетелями жестокости и тягот, с которыми ежедневно сталкивались многие рабы на Юге, и поэтому сопереживают мучительным переживаниям Даны, связанным с прошлым. Этот автобиографический голос, наряду с болезненными воспоминаниями Даны о жестокости рабства и ее чудом избежавшей участи, является одним из ключевых элементов, благодаря которым критики относят «Kindred» к жанру неорабского повествования. Этническая принадлежность Даны раскрывается во второй главе «Огонь», а этническая принадлежность Кевина становится ясной читателю в третьей главе «Падение», которая также содержит историю межрасовых отношений Даны и Кевина. Книга получила восторженные отзывы. Сэм Франк, обозреватель Los Angeles Herald Examiner, назвал роман «сокрушительным произведением искусства, в котором много говорится о любви, ненависти, рабстве и расовых проблемах, как в прошлом, так и в настоящем». Шерли Энн Уильямс из журнала Ms. определила роман как «поразительный и захватывающий комментарий к сложной реальности и непреходящему наследию американского рабства». Джон Маршалл, журналист Seattle Post Intelligencer, отметил, что «Kindred» — «идеальное знакомство с творчеством и взглядами Батлер для тех, кто обычно не увлекается научной фантастикой». Барбара Стрикленд из Austin Chronicle заявила, что «Kindred» — это «роман психологического ужаса не меньше, чем роман научной фантастики». «Kindred» часто выбирают в качестве учебного пособия в старших классах и колледжах. Линелл Смит из The Baltimore Sun описывает его как «известную основу учебных курсов по женским исследованиям, афроамериканской литературе и культуре». Сообщества и организации также выбирают этот роман для совместного чтения. В 2003 году Рочестер, штат Нью-Йорк, выбрал «Kindred» в качестве книги для чтения в рамках третьего ежегодного мероприятия «Если бы весь Рочестер читал одну и ту же книгу». В мероприятии приняли участие от 40 000 до 50 000 человек, которые прочитали «Kindred» и приняли участие в панельных дискуссиях, лекциях, кинопоказах, художественных выставках, поэтических чтениях и других мероприятиях с февраля по март 2003 года. Жители города обсуждали книгу в местных группах, а с 4 по 7 марта встретились с Октавией Батлер во время ее выступлений в колледжах, общественных центрах, библиотеках и книжных магазинах.
Адаптации
Увидеть Ушный театр. "Родственники: онлайн-драматическое представление". 2001 год. (Эта аудиоспектакль-адаптация с участием Альфре Вуддард в роли "Даны" была спродюсирована Брайаном Смитом и Жаклин Кускуной для Seeing Ear Theatre. В ней также снялись отмеченные наградами актрисы Линн Уитфилд и Руби Ди.) Даффи, Дэмиан (Адаптер) и Джон Дженнингс (Иллюстратор). "Киндред: графический роман – адаптация". Abrams ComicArts. 10 января 2017 года. (10) (13)
Телевидение
В марте 2021 года было объявлено, что FX дала проекту пилотный заказ на телевизионную адаптацию романа. В январе 2022 года было объявлено, что FX дала проекту заказ на первый сезон сериала, состоящий из 8 эпизодов, с Мэллори Джонсон в роли Даны, Микой Стоком в роли Кевина, Райаном Квантеном в роли Тома Вейлина, Гейл Рэнкин в роли Маргарет Вейлин, Остином Смитом в роли Люка, Софиной Браун в роли Сары и Дэвидом Александром Капланом в роли Руфуса Вейлина. Производство осуществляется FX Productions, а шоураннером является Бренден Джейкобс Дженкинс. Премьера всех 8 эпизодов сериала состоялась 13 декабря 2022 года на Hulu. Эпизоды первого сезона охватывают первые три главы романа – «Река», «Огонь» и «Падение», однако для сериала были внесены некоторые существенные изменения по сравнению с романом, включая перенос действия в 2016 год вместо 1976 года, изображение Даны и Кевина неженатыми, но состоящими в новых отношениях, и добавление матери Даны, Оливии, в качестве нового персонажа, также путешествующего во времени. В январе 2023 года стало известно об отмене сериала после одного сезона.
Отзывы
Рас, Джоанна. "Книги". Журнал "Фантастика и научная фантастика" (февраль 1980): 94–101. Снайдер, Джон К. "Сродство Октавии Э. Батлер", SciFiDimensions. Июнь 2004 года.
Стипендия
Болиу, Элизабет Энн. «Столько родственников»: женщины двадцатого века встречают прошлое. Чернокожие писательницы и американский нео-рабский нарратив: женственность без ограничений. Вестпорт, КТ: Greenwood, 1999. 109–136. Баст, Флориан. «Нет, не могу»: нарративная теоретизация воплощенного агентства в романе «Родство» Октавии Батлер. Extrapolation: A Journal of Science Fiction and Fantasy 53.2 (2012): 151–181. Дубей, Мадху. «Спекулятивные вымыслы о рабстве». American Literature 82.4 (2010): 779–805. Хуа, Линь Ю. «Воспроизведение времени, воспроизведение истории: любовь и черная феминистская сентиментальность в романе «Родство» Октавии Батлер. African American Review 44.3 (2011): 391–407. Джессер, Нэнси. «Кровь, гены и гендер в романах «Родство» и «Рассвет» Октавии Батлер». Extrapolation 43.1 (2002): 36+. Кнабе, Сьюзан и Венди Гей Пирсон. «Играя против истории»: квирские родственные связи и жестокий оптимизм в романе «Родство» Октавии Батлер. В Rebecca J. Holden и Nisi Shawl (ред.), Strange Matings: Science Fiction, Feminism, African American Voices, and Octavia E. Butler. Сиэтл, Вашингтон: Aqueduct Press, 2013. 51–78. ЛаКруа, Дэвид. «Прикоснуться к твердым доказательствам: влияние прошлого и настоящего в романе «Родство» Октавии Э. Батлер. The Journal of the Midwest Modern Language Association 40.1 (Весна 2007): 109–119. Левек, Кристин. «Сила и повторение: философии (литературной) истории в романе «Родство» Октавии Э. Батлер. Contemporary Literature 41.3 (Осень 2000): 525–553. Лонг, Лиза. «Родственная боль: изнасилование истории в романе «Родство» Октавии Батлер и «Стигматах» Филис Алесии Перри. College English 64.4 (Март 2002): 459–483. МакКибл, Адам. «Это факты истории чернокожего»: мышление об истории и чтение имен в четырех афроамериканских текстах. African American Review 28.2 (Лето 1994): 223–235. Пархам, Мариса. «Говоря «да»: текстовые травмы в романе «Родство» Октавии Батлер. Middle Eastern & North African Writers 32.4 (Зима 2009): 1315–1331. Рид, Брайан К. «Созерцайте женщину: воображаемая жена в романе «Родство» Октавии Батлер. CLA Journal 51 (Сентябрь 2003): 66–74. Сполдинг, А. Тимоти. «Слияние времени в романах «Полет в Канаду» Ишмаэля Рида и «Родство» Октавии Батлер. Re-forming the Past: History, the Fantastic, and the Postmodern Slave Narrative. Колумбус: Ohio State University Press, 2005. 25–60. Теттенборн, Ева. «Обучение воображаемому свидетельству: «Родство», освобожденные воспоминания и африканское кладбище в Манхэттене. Transformations 16.2 (Осень 2005): 87–103. Томпсон, Карлайл ван. «Преодолевая настоящее: расовое сексуальное насилие и метисное потребление в романе «Родство» Октавии Батлер. Eating the Black Body: Miscegenation as Sexual Consumption in African American Literature and Culture. Нью-Йорк: Peter Lang, 2006. 107–144. Тернер, Стефани С. «Что это на самом деле?»: настойчивость жанра в романе «Родство» Октавии Батлер. FEMSPEC 4.2 (2004): 259–280. Уэйджерс, Келли. «Видя «с дальнего склона холма»: повествование, история и понимание в романах «Родство» и «Инцидент в Чейнисвилле». MELUS 34.1 (Весна 2009): 23–45. Вуд, Сара. «Изгоняя прошлое: рабский нарратив как историческая фантазия. Feminist 85 (2007): 83–96. Флагель, Надин. «Это почти как там»: спекулятивная фантастика, рабский нарратив и кризис репрезентации в романе «Родство» Октавии Батлер. Canadian Review of American Studies 42.2 (2012): 216–245. Робертсон, Бенджамин. «Некоторая совпадающая странность»: биология, политика и принятие истории в романе «Родство» Октавии Батлер. Science Fiction Studies 37.3 (2010): 362–381.
Поэзия
Ван Минен, Карен, ред. След времени: поэты отвечают роману "Kindred". Рочестер, Нью-Йорк: Writers & Books, 2003. [Входит в ежегодную общегородскую программу чтения Writers & Books "Если бы весь Рочестер читал одну и ту же книгу"].