Введение

Вид растения

Лейцестерия красивая (Leycesteria formosa), также известная как ягода фазана, – это листопадный кустарник семейства Caprifoliaceae, произрастающий в Гималаях и юго-западном Китае. В Австралии, Новой Зеландии, на соседних островах Микронезии и в некоторых других регионах он считается злостным инвазивным видом. В своей родной среде обитания, в Гималаях, этот кустарник часто используется в традиционной медицине различных стран и народов этого региона.

Имена

Название рода Leycesteria было дано Натаниэлем Уоллихом (в то время директор Королевского ботанического сада в Калькутте) в честь его друга Уильяма Лейчестера, главного судьи и известного садовода-любителя в Бенгалии, примерно в 1820 году; латинское видовое название formosa (женский род от formosus) означает «красивый» или «прекрасный» (буквально: «стройный») и относится к причудливым, свисающим соцветиям с их насыщенными винными прицветниками. Однако существует распространенное заблуждение, что видовое название происходит от названия «Формоза», которое является сокращением от оригинального португальского названия острова Тайвань: Ilha Formosa – «прекрасный остров». Португальский язык относится к романской группе (то есть происходит от латыни), и прилагательное formosa перешло в него без изменений в написании и значении из исходного латинского языка. Leycesteria formosa получила свое название в знак признания ее красоты, а не в подтверждение происхождения с острова, ныне известного как Тайвань. Латинские видовые названия некоторых растений, данные для указания на их происхождение из Тайваня, когда он был известен как Формоза, имеют формы formosae, formosana и formosensis, а не латинское/португальское прилагательное formosa, используемое как имя собственное. Другие распространенные названия включают гималайскую жимолость, глаз фазана, слезы Елисея, цветущий мускатный орех, паутинник, кейпскую фуксию, свистульку, гималайский мускатный орех, завитки бабушки, ягоды рябчика, шоколадные ягоды, креветочный цветок и дерево/ягоду мелассы. Также известно как Symphoricarpos rivularis Suksdorf. Вопреки впечатлению, создаваемому соответствующими народными названиями, растение не имеет никакого отношения ни к мускатному ореху, ни к фуксии. Более того, вопреки названию «Кейп-фуксия», оно не является родным для Южной Африки – название особенно неуместно, учитывая, что семейство Caprifoliaceae в целом отсутствует в Африке к югу от Сахары. Уоллих по рождению был датчанином, и, возможно, не мог ожидать, что в течение пятидесяти лет имя достойного судьи [Лейчестера(ia)] будет искажено до «слез Елисея», что, однако, странным образом подходит этому растению с его свисающими белыми цветами и стойкими прицветниками, которые темнеют до мрачного темно-красного цвета с наступлением сезона. Садовые кустарники и их история, Алиса М. Коутс.

Из вышеизложенного очевидно, что народное название «слезы Елисея» относится к той же категории (шутливых искажений научных названий растений в народные названия, более приятные для сельского британского вкуса), что и «тетя Элиза» (для Antholyza) и «Салли, моя красавица» (для Mesembryanthemum). Это также свидетельствует о большем знакомстве британцев XIX века с именами библейских персонажей, таких как пророки Ветхого Завета, по сравнению с их современниками в XXI веке.

Принадлежность к Caprifoliaceae

Результаты генетического тестирования, проведенного Чжаном и др., показали, что Leycesteria наиболее близка к родам Triosteum (общее название "конь-генциан" / китайский 莛子藨属 tíng zi biāo shǔ) и Heptacodium (китайское общее название 七子花 qī zi huā = "цветок семи сыновей"). Из этих родов только у Triosteum плоды являются ягодами, в то время как плоды Heptacodium – сухие коробочки. Все три рода принадлежат к подсемейству Caprifolioideae семейства Caprifoliaceae, а другие два рода в этом подсемействе – Lonicera, жимолость, и Symphoricarpos, снежноягодник.

Описание

Оказывается, это выносливое вечнозеленое растение, требующее значительного количества влаги и слегка защищенного, затененного местоположения, хотя цвет его прицветников, вероятно, усилится при воздействии солнечного света. Размножение осуществляется черенками или отводками. Joseph Paxton, Paxton's Magazine of Botany, Volume VI (1839).

Листопадное, иногда вечнозеленое, полудревесное, кустарниковое растение (промежуточное между кустарником и травянистым многолетником) с молодыми стеблями, которые мягкие, полые и прямостоячие, различных оттенков зеленого, лососево-розового, бордового и пурпурного цвета, достигающие в высоту 2–5 лет, после чего они отмирают и заменяются новыми побегами от корней. Однако зрелые экземпляры могут иметь короткие, настоящие деревянистые стволы, покрытые грубой серой корой у основания. Листья расположены супротивно, темно-зеленые и обычно сердцевидные, длиной и шириной, с цельным, волнистым или даже глубоко лопастным краем и часто с заостренным кончиком (обычно адаптация к влажному климату). Цветки (опыляемые пчелами) собраны в длинные свисающие кисти; каждый цветок мелкий, белый, бледно-розовый или редко глубокий пурпурно-розовый, с пурпурно-розовым прицветником, заканчивающимся, как и листья, заострением. Плод – ягода, твердая и ярко-розовая в незрелом состоянии, хрупкая, мягкая (легко лопается) и темно-фиолетово-коричневая в зрелом состоянии, диаметром 1 см. Птицы охотно поедают эти ягоды, распространяя семена с пометом. Ягоды неприятно горькие в незрелом состоянии, но, когда они становятся мягкими и темно-фиолетово-коричневыми, съедобны и сладкие, с мягким вкусом, напоминающим ириски или карамель. Будучи недавним нововведением в Европе, растение не имеет там традиционного применения.

Введение в Великобританию

Коутс утверждает, что растение было введено в культуру в 1824 году и вскоре после этого зацвело в питомнике Аллена и Роджерса в Болингброке, Баттерси; и что примерно в то же время оно выращивалось в садах Королевского садоводческого общества (известного в то время как Садоводческое общество Лондона) из семян, полученных из Индии Джоном Форбсом Ройлом. Оно оказалось некоторым разочарованием для тех, чьи ожидания были завышены довольно красочной иллюстрацией в Wallich's Plantae Asiaticae Rariores (1830, 2) [см. изображение этой иллюстрации в галерее ниже]. Его листья бледно-тускло-зеленые, у него раскидистый, неэлегантный способ роста, а окраска прицветников ничуть не ярче, чем на прилагаемой таблице. Джон Линдли, Ботанический реестр (1839) <blockquote>Характер растения, выращенного в искусственных условиях, оказался далеко не таким, как ожидали индийские ботаники. Листья крупные и красивые, а цветы, кажется, обильно образуются в конечных свисающих кистях; но наиболее эффектной особенностью являются крупные прицветники у основания цветов, с красивым жилкованием и пурпурными кончиками. Доктор Линдли предполагает, что этот последний признак может стать более выраженным по мере взросления растения и его адаптации к нашей системе культивирования. Джозеф Пакстон, Paxton's Magazine of Botany, том VI (1839). В последние годы предпринимались попытки вновь популяризировать этот вид в Великобритании, и в садовых центрах появились новые культивируемые сорта.

Местность обитания и культивация

В дикой природе, в восточных Гималаях и западном Китае, растение растет во влажных, скалистых лесах и на обрывах. Растение было включено в список видов, наблюдаемых как устойчивые к сильному загрязнению атмосферы (дым и другие частицы), составленный в конце XIX века. Оно также устойчиво к современному загрязнению атмосферы и выдерживает ветреные места и соленый воздух прибрежных районов. Более того, олени его не объедают. В Ирландии оно встречается по обочинам дорог, в посаженных лесах и на берегах рек.

Лекарственное применение

L. formosa – часто используемое лекарственное растение в Юго-Западном Китае, где оно известно под общим названием Yi Yao. И (носители различных лоло-бирманских языков) примечательны своим богатым культурным наследием, сохранившим древнюю шаманскую веру Бимоизма, включающую в себя традиционный корпус этномедицинских знаний. Кроме того, И обладают преимуществом не полагаться исключительно на устную традицию, имея письменные записи на собственном письме И, датируемые как минимум концом XV века и, согласно преданиям, даже более ранним периодом – временами династии Тан. В контексте текущей глобальной пандемии представляет потенциальный интерес тот факт, что народ И мог неоднократно подвергаться воздействию коронавирусов на протяжении своей истории, обнаружив столетия назад эффективные растительные средства от вирусных заболеваний и включив эти знания в свою систему традиционной медицины. В регионе Пхунч Азад-Кашмира (Пакистан) паста из листьев (или экстракт листьев) L. formosa (известная местно как Jummar) используется в качестве тоника для волос для избавления от перхоти и вшей. Аналогичное применение зафиксировано в заповеднике дикой природы Кедарнатх в Гималайском хребте Гархвал, провинция Уттаракханд, Индия. Распространенное название растения в 'Чамоли' (= Гархвальском языке), распространенном в Уттаракханде, – Бхенкев. Народ Монпа из округа Медог, Юго-Восточный Тибет, использует неопределенные части L. formosa (известного местно как pya min mon) для остановки кровотечения при травматических кровоизлияниях. Шань и др. добавляют к своей работе по этноботанике Монпа таблицу, сравнивающую использование растений народом Монпа для данного вида с заявленными фитохимическими/фармакологическими свойствами этого вида, как сообщается в китайской научной литературе, и отмечают хорошее соответствие в случае L. formosa. При этом они отмечают, что в других регионах Китая это растение используется не только для остановки кровотечения, но и для лечения переломов костей. Это описание вызывает два вопроса, поскольку Leycesteria formosa – по крайней мере, при выращивании в качестве декоративного кустарника в Европе – не отличается заметным ароматом и не является паразитом, поскольку не имеет гаусторий для извлечения питательных веществ из растения-хозяина. Последнее, по крайней мере, можно объяснить тем, что Тоба наблюдал (или слышал от информатора из народа Халинг) L. formosa, растущую эпифитно на дереве в отложении гумуса. Растение часто можно встретить растущим как литофит – в частности, хасмофит – на минимальном субстрате, например, из птичьего помета, отложенного в скальных расщелинах или в трещинах старой кладки.

Другие применения

В Индии из полых стеблей L. formosa изготавливают свистки и флейты. Другие способы использования этого растения в Северной Индии (штаты Ассам, Химачал-Прадеш, Джамму и Кашмир (союзная территория), Ладакх и Сикким) включают использование в качестве зеленого удобрения и для дров.

Токсичность для животных

Хотя многие источники утверждают, что L. formosa не токсична, в Новой Зеландии и Австралии сообщалось о случаях гибели крупного рогатого скота, где это растение быстро распространяется как сорняк, и поэтому к растению следует относиться с осторожностью, пока не будут получены более убедительные доказательства. Скорее всего, животные поедали листья и незрелые ягоды.

Химия

L. formosa содержит кумарины, мономерные флавоноиды и два бифлавоноида – аментофлавон (3'8"-биапигенин) и его 4"-метилпроизводное подкарпусфлавон А. Аментофлавон и, в некоторой степени, подкарпусфлавон А являются эффективными ингибиторами цАМФ-фосфодиэстеразы 4. В свете этих данных L. formosa может представлять интерес в качестве потенциального средства для лечения дерматита. До выделения аментофлавона из Leycesteria, единственными родами семейства Caprifoliaceae, в которых это соединение было известно, были Viburnum и Lonicera. (Примечание: в настоящее время род Viburnum относят не к семейству Caprifoliaceae, а к близкому семейству Adoxaceae). В листьях L. formosa обнаружены лейкоантоцианы, а в древесине – флуоресцирующий лактон эскулетин.