Поправка Брикера к Конституции США: история и современность.

Поправка Бриккера к Конституции США: история предложений 1950-х, ограничивающих полномочия президента в международных соглашениях. Сенат, Джон Бриккер.

33 мин чтения

100%

Источник: Bricker Amendment — Wikipedia

Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.

Содержание

Введение

Предложенный законопроект о внесении поправок в Конституцию США

Поправка Брикера – это общее название ряда несколько отличающихся предложенных поправок к Конституции Соединенных Штатов, которые рассматривал Сенат Соединенных Штатов в 1950-х годах. Ни одна из этих поправок не была принята Конгрессом. Каждая из них требовала бы явного одобрения Конгресса, особенно для исполнительных соглашений, не требующих двухтретьего большинства голосов в Сенате для ратификации договора. Они названы в честь своего инициатора, консервативного сенатора-республиканца Джона У. Брикера из Огайо, который не доверял исключительным полномочиям президента вовлекать Соединенные Штаты в действия, противоречащие воле Конгресса. Вступление Америки во Вторую мировую войну привело к новому ощущению интернационализма, которому противостояли многие консерваторы. Фрэнк Э. Холман, президент Американской ассоциации адвокатов (ABA), обратил внимание на решения федеральных судов, в частности, по делу «Миссури против Голландии», которое, по его мнению, могло придать международным договорам и соглашениям приоритет над Конституцией Соединенных Штатов и могло быть использовано иностранными государствами для ущемления американских свобод. Брикер был вдохновлен работой ABA и впервые представил проект конституционной поправки в 1951 году. Благодаря значительной общественной поддержке и избранию президента и Конгресса от Республиканской партии на выборах 1952 года, а также поддержке со стороны многих южных демократов, план Брикера казался обреченным на прохождение в Конгрессе необходимым большинством в две трети голосов и последующую отправку в штаты для ратификации тремя четвертями законодательных собраний штатов. Наиболее известная версия поправки Брикера, рассмотренная Сенатом в 1953–1954 годах, гласила, что Соединенные Штаты не могут заключать договоры, противоречащие Конституции; договоры не могли иметь прямой юридической силы без принятия отдельного закона, утверждающего их Конгрессом; и договоры не могли наделять Конгресс законодательными полномочиями, выходящими за рамки, установленных Конституцией. Она также ограничивала полномочия президента заключать исполнительные соглашения с иностранными государствами. Предложение Брикера получило широкую двухпартийную поддержку и стало центром внутрипартийного конфликта между администрацией Эйзенхауэра, представлявшей более интернационалистическое либеральное крыло Республиканской партии, и фракцией «старой гвардии» консервативных сенаторов-республиканцев, опиравшихся на поддержку изоляционистски настроенных избирателей Среднего Запада. Несмотря на первоначальную поддержку, поправка Брикера была заблокирована благодаря вмешательству президента Дуайта Д. Эйзенхауэра и лидера сенатского меньшинства Линдона Джонсона. В 1954 году она не прошла в Сенате всего одним голосом и так и не была вынесена на голосование в Палате представителей. Три года спустя Верховный суд Соединенных Штатов в деле «Рид против Коверта» однозначно постановил, что Билль о правах не может быть отменен соглашениями с иностранными государствами. Тем не менее, идеи Брикера до сих пор имеют сторонников, и новые версии его поправки периодически вновь вносятся в Конгресс.

The Bricker Amendment is the collective name of a number of slightly different proposed amendments to the United States Constitution considered by the United States Senate in the 1950s. None of these amendments ever passed Congress. Each of them would require explicit congressional approval, especially for executive agreements that did not require the Senate's two thirds approval for treaty. They are named for their sponsor, conservative Republican Senator John W. Bricker of Ohio, who distrusted the exclusive powers of the president to involve the United States beyond the wishes of Congress. American entry into World War II led to a new sense of internationalism opposed by many conservatives. Frank E. Holman, president of the American Bar Association (ABA), called attention to federal court decisions, notably Missouri v. Holland, which he claimed could give international treaties and agreements precedence over the United States Constitution and could be used by foreigners to threaten American liberties. Bricker was influenced by the ABA's work and first introduced a proposed constitutional amendment in 1951. With substantial popular support and the election of a Republican president and Congress in the elections of 1952, together with support from many Southern Democrats, Bricker's plan seemed destined to pass Congress by the necessary two thirds vote and be sent to the individual states for ratification by three fourths of the state legislatures. The best known version of the Bricker Amendment, considered by the Senate in 1953–54, declared that no treaty could be made by the United States that conflicted with the Constitution; treaties could not be self executing without the passage of separate enabling legislation through Congress; and treaties could not give Congress legislative powers beyond those specified in the Constitution. It also limited the president's power to enter into executive agreements with foreign powers. Bricker's proposal attracted broad bipartisan support and was a focal point of intra party conflict between the Eisenhower administration, which represented the more internationalist liberal Republican element, and the Old Right faction of conservative Republican senators, based in isolationist Midwestern strongholds. Despite the initial support, the Bricker Amendment was blocked through the intervention of President Dwight D. Eisenhower and Senate Minority Leader Lyndon Johnson. It failed in the Senate by a single vote in 1954, and was never voted on by the House. Three years later the Supreme Court of the United States explicitly ruled in Reid v. Covert that the Bill of Rights cannot be abrogated by agreements with foreign powers. Nevertheless, Bricker's ideas still have supporters, and new versions of his amendment have been reintroduced in Congress periodically.

После Второй мировой войны вновь возникли опасения

Атака на Перл-Харбор временно заставила замолчать американский неинтервенционизм; Комитет «Америка прежде всего» распался в течение нескольких дней. Однако в последние дни Второй мировой войны неинтервенционизм начал возрождаться — неинтервенционисты выступали против ратификации Устава Организации Объединенных Наций, но не смогли помешать Соединенным Штатам стать одним из государств-основателей ООН. Подозрения в отношении ООН и связанных с ней международных организаций подогревались консерваторами, в особенности Фрэнком Э. Холманом, адвокатом из Сиэтла, штат Вашингтон, в рамках так называемого «крестового похода». Холман, уроженец Юты и стипендиат Родса, был избран президентом Американской ассоциации адвокатов в 1947 году и посвятил свой президентский срок предупреждению американцев об опасностях «договорного права». В то время как статья II Устава Организации Объединенных Наций гласит: «Ничто в настоящем Уставе не дает Организации Объединенных Наций право вмешиваться в дела, которые по существу относятся к внутренней компетенции любого государства», — международный аналог Десятой поправки, — Холман рассматривал работу ООН над предлагаемой Конвенцией о геноциде и Всеобщей декларацией прав человека, а также многочисленные предложения Международной организации труда, организации, созданной при Лиге Наций, как выходящие далеко за рамки полномочий ООН и посягательство на американские свободы. Холман утверждал, что Конвенция о геноциде подвергнет американцев юрисдикции иностранных судов с незнакомыми процедурами и без гарантий, предусмотренных Биллем о правах. Он утверждал, что язык Конвенции был слишком широким и расплывчатым, и приводил сценарий, в котором белый автомобилист, сбивший и убивший чернокожего ребенка, мог быть экстрадирован в Гаагу по обвинению в геноциде. Критики Холмана утверждали, что язык Конвенции не шире и не расплывчатее, чем государственные и федеральные законы, которые американские суды толкуют ежедневно. Дуэйн Танабаум, ведущий историк поправки Брикера, писал, что «большинство возражений Американской ассоциации адвокатов против Конвенции о геноциде не имели под собой никаких оснований в реальности», а его пример с автомобильной аварией, ставшей международным инцидентом, был невозможен. Генеральный прокурор Эйзенхауэра Герберт Браунэлл назвал этот сценарий «неправдоподобным». Но гипотетические рассуждения Холмана особенно встревожили южных демократов, которые приложили немало усилий, чтобы воспрепятствовать федеральным действиям, направленным на прекращение системы расовой сегрегации на американском Юге. Они опасались, что в случае ратификации Конвенции о геноциде ее можно будет использовать в сочетании с оговоркой о необходимости и целесообразности в Конституции для принятия федерального закона о гражданских правах (несмотря на консервативное мнение о том, что такой закон выйдет за рамки перечисленных полномочий статьи I, раздела 8). В своей книге, продвигающей поправку Брикера, Холман писал, что Устав ООН означает, что федеральное правительство может: контролировать и регулировать все образование, включая государственные и церковные школы; контролировать и регулировать все вопросы, касающиеся гражданских прав, брака, развода и т. д.; контролировать все наши источники производства продуктов питания и продукции ферм и фабрик; регламентировать труд и условия занятости.

The attack on Pearl Harbor temporarily silenced American non interventionism; the America First Committee disbanded within days. However, in the final days of World War II, non interventionism began its resurgence— non interventionists had spoken against ratification of the United Nations Charter but were unsuccessful in preventing the United States from becoming a founding member of the United Nations. Suspicions of the UN and its associated international organizations were fanned by conservatives, most notably by Frank E. Holman, an attorney from Seattle, Washington, in what has been called a "crusade". Holman, a Utah native and Rhodes scholar, was elected president of the American Bar Association in 1947 and dedicated his term as president to warning Americans of the dangers of "treaty law." While Article II of the United Nations Charter stated "Nothing contained in the present Charter shall authorize the United Nations to intervene in matters which are essentially within the domestic jurisdiction of any state," an international analogue to the Tenth Amendment, Holman saw the work of the UN on the proposed Genocide Convention and Universal Declaration of Human Rights and numerous proposals of the International Labour Organization, a body created under the League of Nations, as being far outside the UN's powers and an invasion against American liberties. Holman argued that the Genocide Convention would subject Americans to the jurisdiction of foreign courts with unfamiliar procedures and without the protections afforded under the Bill of Rights. He said the Convention's language was sweeping and vague and offered a scenario where a white motorist who struck and killed a black child could be extradited to The Hague on genocide charges. Holman's critics claimed the language was no more sweeping or vague than the state and federal statutes that American courts interpreted every day. Duane Tananbaum, the leading historian of the Bricker Amendment, wrote "most of ABA's objections to the Genocide Convention had no basis whatsoever in reality" and his example of a car accident becoming an international incident was not possible. Eisenhower's Attorney General Herbert Brownell called this scenario "outlandish". But Holman's hypothetical especially alarmed Southern Democrats who had gone to great lengths to obstruct federal action targeted at ending the Jim Crow system of racial segregation in the American South. They feared that, if ratified, the Genocide Convention could be used in conjunction with the Constitution's Necessary and Proper Clause to pass a federal civil rights law (despite the conservative view that such a law would go beyond the enumerated powers of Article I, Section 8). In Holman's own book advancing the Bricker Amendment he wrote the UN Charter meant the federal government could:
control and regulate all education, including public and parochial schools, it could control and regulate all matters affecting civil rights, marriage, divorce, etc; it could control all our sources of production of foods and the products of the farms and factories; it could regiment labor and conditions of employment.

Правовая основа

Конституция Соединенных Штатов, вступившая в силу в 1789 году, предоставила федеральному правительству полномочия в области внешних сношений и ограничила компетенцию отдельных штатов в этой сфере. Статья I, раздел 10 гласит, что "ни один штат не вправе заключать какие-либо договоры, союзы или конфедерации" и что "ни один штат не может, без согласия Конгресса, заключать какие-либо соглашения или пакты с другим штатом или с иностранным государством". Первенство федерального правительства было четко закреплено в пункте о верховенстве Статьи VI, который устанавливает: "Эта Конституция и законы Соединенных Штатов, которые издаются в соответствии с ней, а также все договоры, заключенные или которые будут заключены под властью Соединенных Штатов, являются высшим законом страны, и судьи во всех штатах обязаны руководствоваться ими, независимо от положений Конституции или законов какого-либо штата, содержащих иное". Хотя исполнительные соглашения прямо не упоминались в Конституции, Конгресс уполномочил их использование для доставки почты уже в 1792 году.

Ранние прецеденты

Ученые-конституционалисты отмечают, что положение о верховенстве было разработано для защиты единственного значимого договора, в который вступили юные Соединенные Штаты: Парижского договора 1783 года, который завершил Войну за независимость и в соответствии с которым Великобритания признала тринадцать бывших колоний тринадцатью независимыми и полностью суверенными государствами. Тем не менее, уже с самого начала его формулировка вызвала опасения по поводу возможного злоупотребления договорными полномочиями. Например, ратификационная конвенция Северной Каролины, одобрившая Конституцию, сделала это с оговоркой, требующей внесения поправки в Конституцию, согласно которой ни один договор, прямо противоречащий действующим законам Соединенных Штатов, принятым Конгрессом, не будет иметь силы, пока эти законы не будут отменены или приведены в соответствие с договором; и ни один договор не будет иметь силы, если он противоречит Конституции Соединенных Штатов. Первые судебные прецеденты, отменявшие законы штатов, противоречащие международным договорам, заключенным на федеральном уровне, возникли в связи с мирным договором с Великобританией, но последующие договоры были признаны имеющими приоритет над муниципальными постановлениями, законами штатов об эскроу земли, принадлежащей иностранцам, и, в XX веке, законами штатов о деликтных исках. Впоследствии, в деле, касавшемся договора, заключенного с индейцами чероки, Верховный суд постановил: «Едва ли стоит говорить, что договор не может изменить Конституцию или считаться действительным, если он противоречит ей. Это вытекает из природы и основополагающих принципов нашего правительства. Вопрос о действии договоров и актов Конгресса в случае конфликта Конституцией не урегулирован. Однако сомнений в правильном решении этого вопроса не возникает. Договор может отменить предыдущий акт Конгресса, а акт Конгресса – предыдущий договор». Аналогично, в деле о праве собственности на землю иностранными гражданами суд отметил: «Договорная власть, как она выражена в Конституции, по сути неограничена, за исключением ограничений, содержащихся в ней в отношении действий правительства или его органов, а также тех, которые вытекают из природы самого правительства и штатов. Нельзя утверждать, что она распространяется настолько, чтобы санкционировать то, что Конституция запрещает, или изменить характер правительства или одного из штатов, или уступить какую-либо часть территории последнего без его согласия. Однако, за исключением этих исключений, не представляется никаких ограничений на вопросы, которые могут быть урегулированы в отношении любого вопроса, являющегося предметом переговоров с иностранной державой». Судья Гораций Грей в решении Верховного суда по делу о гражданстве 1898 года «США против Вон Ким Арка» написал, что «законы, принятые Конгрессом, а также договоры, заключенные Президентом и Сенатом, должны уступать высшему и главному закону Конституции».

Constitutional scholars note that the supremacy clause was designed to protect the only significant treaty into which the infant United States had entered: the Treaty of Paris of 1783, which ended the Revolutionary War and under which Great Britain recognized the thirteen former colonies as thirteen independent and fully sovereign states. Nonetheless, its wording ignited fear of the potential abuse of the treaty power from the beginning. For example, the North Carolina ratifying convention that approved the Constitution did so with a reservation asking for a constitutional amendment that
No treaties which shall be directly opposed to the existing laws of the United States in Congress assembled shall be valid until such laws shall be repealed, or made conformable to such treaty; nor shall any treaty be valid which is contradictory to the Constitution of the United States. Early legal precedents striking down State laws that conflicted with federally negotiated international treaties arose from the peace treaty with Britain, but subsequent treaties were found to trump city ordinances, state laws on escheat of land owned by foreigners and, in the 20th Century, state laws regarding tort claims. Subsequently, in a case involving a treaty concluded with the Cherokee Indians, the Supreme Court declared "It need hardly be said that a treaty cannot change the Constitution or be held valid if it be in violation of that instrument. This results from the nature and fundamental principles of our government. The effect of treaties and acts of Congress, when in conflict, is not settled by the Constitution. But the question is not involved in any doubt as to its proper solution. A treaty may supersede a prior act of Congress, and an act of Congress may supersede a prior treaty." Likewise, in a case regarding ownership of land by foreign nationals, the court wrote, "The treaty power, as expressed in the constitution, is in terms unlimited, except by those restraints which are found in that instrument against the action of the government, or of its departments, and those arising from the nature of the government itself, and of that of the states. It would not be contended that it extends so far as to authorize what the constitution forbids, or a change in the character of the government, or in that of one of the states, or a cession of any portion of the territory of the latter, without its consent. But, with these exceptions, it is not perceived that there is any limit to the questions which can be adjusted touching any matter which is properly the subject of negotiation with a foreign country." Justice Horace Gray, in the Supreme Court's opinion in the 1898 citizenship case United States v. Wong Kim Ark, wrote "that statutes enacted by Congress, as well as treaties made by the President and Senate, must yield to the paramount and supreme law of the Constitution."

Миссури против Голландии

Прецедент, наиболее часто цитируемый критиками "договорного права", был делом "Миссури против Голландии". Конгресс попытался защитить перелетных птиц посредством закона, но федеральные и штатные суды признали этот закон неконституционным. Впоследствии Соединенные Штаты заключили и ратифицировали договор с Канадой для достижения той же цели, после чего Конгресс принял Закон о договоре о перелетных птицах 1918 года для его реализации. В деле "Миссури против Голландии" Верховный суд США подтвердил конституционность нового закона. Судья Оливер Венделл Холмс, изложивший позицию суда, заявил:
"Акты Конгресса являются высшим законом страны только тогда, когда они приняты в соответствии с Конституцией, тогда как договоры объявляются таковыми, когда они заключены под авторитетом Соединенных Штатов. Остается вопросом, означает ли авторитет Соединенных Штатов нечто большее, чем формальные процедуры, предписанные для заключения соглашения. Мы не подразумеваем, что у полномочий по заключению договоров нет ограничений, но они должны быть установлены иным путем. Очевидно, что могут существовать вопросы, имеющие первостепенное значение для национального благосостояния, которые не могут быть решены актом Конгресса, но которые могут быть решены посредством договора, за которым последует такой акт, и не следует легкомысленно предполагать, что в вопросах, требующих национальных действий, "власть, которая должна принадлежать и где-то находиться в каждом цивилизованном правительстве", не может быть найдена. Сторонники поправки Брикера утверждали, что эта формулировка делает необходимым внесение в Конституцию явных ограничений на полномочия по заключению договоров. В 1953 году Реймонд Моли писал, что дело "Голландия" означает, что "защита международной утки имеет приоритет над конституционными правами американских граждан". В ответ правоведы, такие как профессор Эдвард Сэмюэл Корвин из Принстонского университета, заявили, что фраза в Конституции, касающаяся договоров – "под авторитетом Соединенных Штатов" – была неправильно истолкована Холмсом и была сформулирована для защиты мирного договора 1783 года с Великобританией; это стало "отчасти причиной обеспокоенности сенатора Брикера". Профессор Захария Чафи из Гарвардской школы права писал: "Отцы-основатели никогда не говорили о том, чтобы договоры имели тот же статус, что и Конституция. Они лишь хотели убедиться, что штат больше не сможет игнорировать законные действия, предпринятые нацией". Чафи утверждал, что слово "Верховный", используемое в статье VI, просто означает "верховный над штатами".

The precedent most often cited by critics of "treaty law" was Missouri v. Holland. Congress had attempted to protect migratory birds by statute, but federal and state courts declared the law unconstitutional. The United States subsequently negotiated and ratified a treaty with Canada to achieve the same purpose, Congress then passed the Migratory Bird Treaty Act of 1918 to enforce it. In Missouri v. Holland, the United States Supreme Court upheld the constitutionality of the new law. Justice Oliver Wendell Holmes, writing for the court, declared:
Acts of Congress are the supreme law of the land only when made in pursuance of the Constitution, while treaties are declared to be so when made under the authority of the United States. It is open to question whether the authority of the United States means more than the formal acts prescribed to make the convention. We do not mean to imply that there are no qualifications to the treaty making power; but they must be ascertained in a different way. It is obvious that there may be matters of the sharpest exigency for the national well being that an act of Congress could not deal with but that a treaty followed by such an act could, and it is not lightly to be assumed that, in matters requiring national action, 'a power which must belong to and somewhere reside in every civilized government' is not to be found. Proponents of the Bricker Amendment said this language made it essential to add to the Constitution explicit limitations on the treaty making power. Raymond Moley wrote in 1953 that Holland meant "the protection of an international duck takes precedence over the constitutional protections of American citizens". In response, legal scholars such as Professor Edward Samuel Corwin of Princeton University said the language of the Constitution regarding treaties—"under the authority of the United States"—was misunderstood by Holmes, and was written to protect the 1783 peace treaty with Britain; this became "in part the source of Senator Bricker's agitation". Professor Zechariah Chafee of Harvard Law School wrote, "the Framers never talked about having treaties on the same level as the Constitution. What they did want was to make sure a state could no longer flout any lawful action taken by the nation". Chafee claimed that the word "Supreme", as used in Article VI, simply meant "supreme over the states".

Белмонт и Пинк

Два дополнительных дела, часто приводимых сторонниками поправки, были связаны с признанием администрацией Рузвельта советского правительства в 1933 году. В процессе признания СССР были обменяны письма с министром иностранных дел Советского Союза Максимом Литвиновым для урегулирования взаимных претензий, соглашение, которое не было ни представлено в Сенат, ни им ратифицировано. В деле «Соединенные Штаты против Белмонта» конституционность исполнительных соглашений была проверена в Верховном суде. Судья Джордж Сазерленд, изложивший мнение большинства, подтвердил полномочия президента, установив: «Не может быть сомнений в том, что переговоры, принятие обязательств и соглашения и договоренности, касающиеся их, находились в компетенции президента. Правительственная власть в сфере внешних сношений не распределена, а исключительно принадлежит национальному правительству. И в отношении того, что было сделано здесь, исполнительная власть имела право выступать как единственный орган этого правительства. Передача и связанные с ней соглашения, в отличие от договоров в понимании статьи 2, пункта 2 Конституции, не требовали консультаций и согласия Сената». Второе дело, возникшее в связи с Литвиновским соглашением, «Соединенные Штаты против Пинка», также было рассмотрено Верховным судом. В деле «Пинк» инспектору по страхованию штата Нью-Йорк было предписано передать активы, принадлежащие российской страховой компании, в соответствии с Литвиновским обязательством. Соединенные Штаты подали иск против Нью-Йорка с требованием вернуть средства, удерживаемые суперинтендантом по страхованию, но проиграли в нижестоящих судах. Однако Верховный суд постановил, что Нью-Йорк препятствует исключительной власти президента в сфере внешних сношений, независимо от каких-либо положений Конституции, доктрину, сформулированную в деле «Соединенные Штаты против Curtiss Wright Export Corp.», и обязал Нью-Йорк выплатить средства федеральному правительству. Суд заявил, что «Пятая поправка не препятствует приданию полной силы и эффекта Литвиновскому обязательству», и что полномочия президента в проведении внешней политики включают в себя право, без согласия Сената, определять внешнюю политику Соединенных Штатов в отношении российских декретов о национализации. Вопрос о том, какое правительство следует считать представителем иностранного суверенного государства, является скорее политическим, чем судебным, и должен решаться политическим отделом правительства. Эта власть не ограничивается лишь определением правительства, подлежащего признанию; она включает в себя право определять политику, регулирующую вопрос о признании. Возражения против самой политики, а также возражения против признания должны быть направлены в политический отдел, а не в суды.

Two additional cases frequently cited by proponents of the Amendment were both related to the Roosevelt Administration's recognition of the Soviet government in 1933. In the course of recognizing the USSR, letters were exchanged with the Soviet Union's foreign minister, Maxim Litvinov, to settle claims between the two countries, in an agreement neither sent to the Senate nor ratified by it. In United States v. Belmont the constitutionality of executive agreements was tested in the Supreme Court. Justice George Sutherland, writing for the majority, upheld the power of the president, finding:
That the negotiations, acceptance of the assignment and agreements and understandings in respect thereof were within the competence of the President may not be doubted. Governmental power over external affairs is not distributed, but is vested exclusively in the national government. And in respect of what was done here, the Executive had authority to speak as the sole organ of that government. The assignment and the agreements in connection therewith did not, as in the case of treaties, as that term is used in the treaty making clause of the Constitution (article 2, 2), require the advice and consent of the Senate. A second case from the Litvinov Agreement, United States v. Pink, also went to the Supreme Court. In Pink, the New York State superintendent of insurance was ordered to turn over assets belonging to a Russian insurance company pursuant to the Litvinov assignment. The United States sued New York to claim the money held by the Insurance Superintendent, and lost in lower courts. However, the Supreme Court held New York was interfering with the President's exclusive power over foreign affairs, independent of any language in the Constitution, a doctrine it enunciated in United States v. Curtiss Wright Export Corp. and ordered New York to pay the money to the federal government. The court declared that "the Fifth Amendment does not stand in the way of giving full force and effect to the Litvinov Assignment" and
The powers of the President in the conduct of foreign relations included the power, without consent of the Senate, to determine the public policy of the United States with respect to the Russian nationalization decrees. What government is to be regarded here as representative of a foreign sovereign state is a political rather than a judicial question, and is to be determined by the political department of the government. That authority is not limited to a determination of the government to be recognized. It includes the power to determine the policy which is to govern the question of recognition. Objections to the underlying policy as well as objections to recognition are to be addressed to the political department and not to the courts.

Решения в ходе дебатов в Конгрессе

В отличие от дел Pink и Belmont, исполнительное соглашение об импорте картофеля из Канады, рассмотренное в деле United States v. Guy W. Capps, Inc., еще одном часто цитируемом прецеденте, было судом признано не имеющим юридической силы. В деле Capps суды установили, что соглашение, прямо противоречащее закону, принятому Конгрессом, не подлежало исполнению. Однако особое мнение председателя Верховного суда Фреда М. Винсона в деле Youngstown Sheet & Tube Co. v. Sawyer (обычно называемом "делом о национализации сталелитейной промышленности") вызвало обеспокоенность у консерваторов. Президент Гарри Трумэн национализировал американскую сталелитейную промышленность, чтобы предотвратить забастовку, которая, по его утверждению, могла бы помешать ведению Корейской войны. Хотя Верховный суд США признал это незаконным, защита Винсоном столь масштабного применения исполнительной власти была использована для обоснования поправки Брикера. Предупреждавшие об опасности "договорного права" утверждали, что в будущем американцы могут оказаться под угрозой из-за использования исполнительных полномочий, которые поддерживал Винсон.

Прецеденты штата

Некоторые суды штатов в 1940-х и 1950-х годах выносили решения, основанные на Уставе Организации Объединенных Наций, что вызвало серьезную обеспокоенность у Холмана и других. В деле «Фудзи против Калифорнии» апелляционный суд штата Калифорния признал закон штата, ограничивающий право иностранцев владеть землей, нарушением Устава ООН. В этом деле суд заявил: «Устав стал "верховным законом страны, имеющим силу выше Конституции и законов любого штата". Положение нашей страны в сообществе наций не допускает обращения с общими принципами как с чем-то незначительным, а требует от каждого штата Союза принимать и руководствоваться Уставом в соответствии с его ясным языком и недвусмысленным смыслом и целью». Однако Верховный суд Калифорнии отменил это решение, заявив, что, хотя Устав "имеет право на уважительное рассмотрение судами и законодательными органами всех государств-членов", он "не предназначен для отмены действующего внутреннего законодательства". Подобным образом, суд штата Нью-Йорк отказался принимать во внимание Устав ООН при попытке признать недействительными расово дискриминационные условия в договорах аренды жилья, заявив, что "эти договоры не имеют отношения к внутренним делам", ссылаясь на статью 2, пункт 7 Устава. В другом деле, касающемся подобных условий, Верховный суд штата Мичиган отклонил попытки использовать Устав, заявив, что "эти положения лишь указывают на желательную социальную тенденцию и цель, которой искренне стремятся все здравомыслящие люди". Эти слова были одобрительно процитированы Верховным судом штата Айова при отмене решения нижестоящего суда, основанного на Уставе, с замечанием, что принципы Устава "не имеют силы или эффекта, чтобы отменить наши законы".

Интернационализация и Организация Объединенных Наций

После Второй мировой войны под эгидой Организации Объединенных Наций были предложены различные договоры в духе коллективной безопасности и интернационализма, последовавшие за глобальным конфликтом предыдущих лет. В частности, Конвенция о геноциде, которая криминализировала "причинение серьезного психического вреда" "национальной, этнической, расовой или религиозной группе", и Всеобщая декларация прав человека, содержавшая широкие положения о здравоохранении, занятости, отпусках и других вопросах, выходящих за рамки традиционных договоров, вызывали обеспокоенность у сторонников невмешательства и ограниченного правительства. Американская ассоциация юристов заявила, что это был "один из величайших конституционных кризисов, с которыми когда-либо сталкивалась страна". Консерваторы опасались, что эти договоры могут быть использованы для расширения власти федерального правительства в ущерб интересам народа и штатов. В своей речи на региональном собрании Американской ассоциации адвокатов в Луисвилле, штат Кентукки, 11 апреля 1952 года, Джон Фостер Даллес, американский делегат в Организации Объединенных Наций, заявил: "Договоры создают международное право, а также и внутреннее право. Согласно нашей Конституции, договоры становятся Высшим законом страны. Они действительно имеют более высокий статус, чем обычные законы, поскольку законы Конгресса недействительны, если они не соответствуют Конституции, в то время как договорные законы могут иметь преимущественную силу перед Конституцией". Даллес отметил, что полномочия по заключению договоров "являются чрезвычайными и подвержены злоупотреблениям". Фрэнк Холман в ноябре 1948 года написал госсекретарю Джорджу Маршаллу о рисках, связанных с Декларацией прав человека, получив пренебрежительный ответ о том, что соглашение имеет "исключительно декларативный характер" и не имеет юридической силы. Консервативное руководство Американской ассоциации юристов призвала к внесению поправки в Конституцию для решения проблемы, которую они считали потенциальным злоупотреблением исполнительной властью. Холман описал угрозу: Примерно одновременно с созданием Организации Объединенных Наций возникла новая форма интернационализма, которая стремилась расширить историческое понимание международного права и договоров, включив в них вопросы внутренней политики и внутреннего законодательства независимых государств. Сенатор Брикер полагал, что движение "один мир", продвигаемое такими людьми, как Венделл Уилки, республиканский соперник Рузвельта на выборах 1940 года, попытается использовать договоры для подрыва американских свобод. Консерваторы приводили в качестве доказательства заявление Джона П. Хамфри, первого директора Комиссии ООН по правам человека: "То, что пытается сделать Организация Объединенных Наций, носит революционный характер. Права человека в значительной степени касаются отношений между государством и отдельными лицами и, следовательно, являются вопросом, который традиционно рассматривался как относящийся к внутренней юрисдикции государств. То, что сейчас предлагается, по сути, является созданием некоего наднационального надзора за этими отношениями". Фрэнк Э. Холман дал показания перед Комитетом Сената по судебным вопросам, заявив, что поправка Брикера необходима "для устранения риска того, что через "договорное право" наши основные американские права могут быть уступлены в попытках продемонстрировать нашу добрососедскую политику и выразить остальному миру наш дух братства". В. Л. Макграт, президент компании "Уильямсон-Хитер" в Цинциннати, штат Огайо, заявил Сенату, что Международная организация труда, в которой он был американским делегатом, "стремится создать своего рода международный законодательный орган для разработки социалистических законов, которые, как она надеется, посредством ратификации договоров могут быть фактически навязаны большинству стран мира". Однако Брикер не был последовательным сторонником невмешательства; он проголосовал за план Маршалла и Североатлантический договор. Президент Эйзенхауэр не согласился с необходимостью поправки, написав в своем дневнике в апреле 1953 года: "Сенатор Брикер хочет внести поправку в Конституцию. В целом, логика дела против сенатора Брикера, но он почти одержим этой темой, и многие юристы заняли его позицию. Этот факт меня не особенно впечатляет. Юристы обучены отстаивать любую сторону дела и наиболее разумно и страстно защищать свою принятую точку зрения". Историки описывают поправку Брикера как "пик подъема сторонников невмешательства в 1950-е годы" и "воплощение гнева старой гвардии на то, что она считала двадцатилетним узурпированием конституционных полномочий Конгресса президентами", которое "выросло из антидемократических и антипрезидентских настроений". Накануне решающего голосования Time писала, что настойчивость Брикера в этом вопросе была "угрозой бомбы замедленного действия для единства Республиканской партии и согласия между Белым домом и Конгрессом". Сенатор Брикер предупредил, что "конституционная власть Конгресса определять американскую внешнюю политику поставлена на карту".

Following the Second World War, various treaties were proposed under the aegis of the United Nations, in the spirit of collective security and internationalism that followed the global conflict of the preceding years. In particular, the Genocide Convention, which made a crime of "causing serious mental harm" to "a national, ethnic, racial, or religious group" and the Universal Declaration of Human Rights, which contained sweeping language about health care, employment, vacations, and other subjects outside the traditional scope of treaties, were considered problematic by non interventionists and advocates of limited government. It was, the American Bar Association declared, "one of the greatest constitutional crises the country has ever faced." Conservatives were worried that these treaties could be used to expand the power of the federal government at the expense of the people and the states. In a speech to the American Bar Association's regional meeting at Louisville, Kentucky, on April 11, 1952, John Foster Dulles, an American delegate to the United Nations, said, "Treaties make international law and they also make domestic law. Under our Constitution, treaties become the Supreme Law of the Land. They are indeed more supreme than ordinary laws, for Congressional laws are invalid if they do not conform to the Constitution, whereas treaty laws can override the Constitution." Dulles said the power to make treaties "is an extraordinary power liable to abuse." Frank E. Holman wrote Secretary of State George Marshall in November 1948 regarding the dangers of the Human Rights Declaration, receiving the dismissive reply that the agreement was "merely declaratory in character" and had no legal effect. The conservative ABA called for a Constitutional amendment to address what they perceived to be a potential abuse of executive power. Holman described the threat:
More or less coincident with the organization of the United Nations a new form of internationalism arose which undertook to enlarge the historical concept of international law and treaties to have them include and deal with the domestic affairs and internal laws of independent nations. Senator Bricker thought the "one world" movement advocated by those such as Wendell Willkie, Roosevelt's Republican challenger in the 1940 election, would attempt to use treaties to undermine American liberties. Conservatives cited as evidence the statement of John P. Humphrey, the first director of the United Nations Commission on Human Rights:
What the United Nations is trying to do is revolutionary in character. Human rights are largely a matter of [the] relationship between the State and individuals, and therefore a matter which has been traditionally regarded as being within the domestic jurisdiction of states. What is now being proposed is, in effect, the creation of some super national supervision of this relationship. Frank E. Holman testified before the Senate Judiciary Committee that the Bricker Amendment was needed "to eliminate the risk that through 'treaty law' our basic American rights may be bargained away in attempts to show our good neighborliness and to indicate to the rest of the world our spirit of brotherhood." W. L. McGrath, president of the Williamson Heater Company in Cincinnati, Ohio, told the Senate that the International Labour Organization, to which he had been an American delegate, was "seeking to set itself up as a sort of international legislature to formulate socialistic laws which it hopes, by the vehicle of treaty ratification, can essentially be imposed upon most of the countries of the world." However, Bricker was not a doctrinaire non interventionist; he had voted in favor of the Marshall Plan and the North Atlantic Treaty. President Eisenhower disagreed about the necessity of the Amendment, writing in his diary in April 1953, "Senator Bricker wants to amend the Constitution . By and large the logic of the case is all against Senator Bricker, but he has gotten almost psychopathic on the subject, and a great many lawyers have taken his side of the case. This fact does not impress me very much. Lawyers have been trained to take either side of any case and make the most intelligent and impassioned defense of their adopted viewpoint." Historians describe the Bricker Amendment as "the high water mark of the non interventionist surge in the 1950s" and "the embodiment of the Old Guard's rage at what it viewed as twenty years of presidential usurpation of Congress's constitutional powers" which "grew out of sentiment both anti Democrat and anti presidential." Bricker's pressing the issue, wrote Time just before the climactic vote, was "a time bomb threat to both G. O. P. unity and White House Congressional accord." Senator Bricker warned "the constitutional power of Congress to determine American foreign policy is at stake."

82-й конгресс

В 82-м Конгрессе сенатор Брикер представил первую версию своей поправки, S. J. Res. 102, разработанную Брикером и его сотрудниками. Американская ассоциация адвокатов все еще изучала вопрос о том, как предотвратить злоупотребления "договорным правом", когда Брикер представил свою резолюцию 17 июля 1951 года без участия ABA, однако сенатор стремился немедленно начать дебаты по вопросу, который он считал жизненно важным. Брикер не стремился отменить Ялтинское соглашение, в отличие от целей некоторых его консервативных коллег; его больше всего беспокоило то, что может быть сделано Организацией Объединенных Наций или на основании исполнительного соглашения. Второе предложение, S. J. Res 130, было представлено Брикером 7 февраля 1952 года с пятьюдесятью восемью соавторами, включая всех республиканцев, за исключением Юджина Милликина из Колорадо. Президент Гарри Трумэн решительно выступал против ограничений исполнительной власти и приказал всем ведомствам исполнительной власти предоставить отчет о том, как поправка Брикера повлияет на их работу, и передать эту информацию в Юридический комитет. В результате, на слушаниях Комитет заслушал представителей министерств сельского хозяйства, торговли, обороны, труда и почт, а также Бюро внутренних доходов, Комиссии по ценным бумагам и биржам и Федерального бюро по наркотикам. Дуэйн Танабаум отметил, что слушания "предоставили сторонникам поправки более широкую площадку для аргументации необходимости конституционной поправки" и дали противникам возможность обсудить этот вопрос. Поправка Брикера была поднята в качестве вопроса в ходе его избирательной кампании по переизбранию в 1952 году. Мэр Толедо Майкл ДиСалле заявил, что поправка является "необоснованным вмешательством в положения Конституции", но Брикер был легко переизбран на второй срок.

83-й Конгресс: рассмотрение новым республиканским большинством

Брикер представил свое предложение, S. J. Res 1, в первый день 83-го Конгресса и вскоре заручился поддержкой шестидесяти трех соавторов резолюции, текст которой был гораздо ближе к формулировкам поправки, предложенной Американской ассоциацией адвокатов. На этот раз каждый сенатор-республиканец, включая Милликина, был соавтором, как и восемнадцать демократов. С учетом самого Брикера, это составило ровно шестьдесят четыре голоса, то есть две трети всего Сената – необходимое число для одобрения конституционной поправки. В Палате представителей США были внесены аналогичные законопроекты, но они остались без рассмотрения; основное внимание было сосредоточено на Сенате. Администрация Эйзенхауэра была застигнута врасплох, поскольку Шерман Адамс, начальник штаба Эйзенхауэра, полагал, что с Брикером достигнуто соглашение об отсрочке внесения его поправки до завершения изучения вопроса администрацией. «Брикер надеялся вынудить новую администрацию к действиям», – писал Дуэйн Таннанбаум. Джордж Э. Риди, помощник лидера сенатского меньшинства Линдона Б. Джонсона из Техаса, отметил, что народная поддержка законопроекта делала «с самого начала очевидным, что его нельзя будет отклонить открытым голосованием. Никто не мог проголосовать против поправки Брикера, не рискуя своей репутацией, и очень немногие могли позволить себе проголосовать против нее и остаться в политике. Не было никакой надежды остановить ее прямым противодействием». Джонсон сказал своему помощнику Бобби Бейкеру, что это «худший законопроект, который я могу себе представить» и что «он станет бичом для каждого президента, которого мы изберем», считая поправку совершенно ненужной и заявив Стивену Амброузу, что это «дополнение к Конституции, которое гласит, что нельзя нарушать Конституцию». Фраза Эйзенхауэра, «как проанализировано для меня госсекретарем», заставила Брикера и других консерваторов обвинить Даллеса в том, что он ввел Эйзенхауэра в заблуждение, и вызвала подозрение, что госсекретарь был инструментом восточных интернационалистических кругов. Эйзенхауэр направил генерального прокурора Герберта Браунелла на встречу с Брикером, чтобы попытаться отложить рассмотрение резолюции до завершения изучения вопроса администрацией, но Брикер отказался, напомнив, что его первоначальное предложение было внесено более года назад на предыдущей сессии Конгресса. Брикер, однако, был готов пойти на компромисс в отношении формулировок поправки, в отличие от Фрэнка Холмана, который настаивал на конкретном тексте. Тем не менее, администрация, особенно Даллес, раздражала Брикера, отказываясь предложить альтернативу его резолюции. Эйзенхауэр в частных беседах продолжал резко критиковать поправку, называя ее «глупым и слепым нарушением Конституции со стороны глупых и слепых сторонников невмешательства» и заявляя: «Если это правда, что после смерти на черепе выгравированы имена тех, кто причинял вам больше всего беспокойства, я уверен, что на моем будут грязь и ил Франции во время высадки и имя сенатора Брикера».

Bricker introduced his proposal, S. J. Res 1, on the first day of the 83rd Congress and soon had sixty three co sponsors on a resolution much closer to the language of the amendment proposed by the American Bar Association. This time, every Republican senator, including Millikin, was a co sponsor, as were eighteen Democrats. Including Bricker, this totaled exactly the sixty four votes that comprised two thirds of the full Senate, the number necessary to approve a constitutional amendment. Companion measures were introduced in the United States House of Representatives, but no action was taken on them; the focus was on the Senate. The Eisenhower Administration was caught by surprise as Sherman Adams, Eisenhower's Chief of Staff, thought an agreement had been reached with Bricker to delay introduction of his amendment until after the Administration had studied the issue. "Bricker hoped to force the new administration's hand," wrote Duane Tananbaum. George E. Reedy, aide to Senate minority leader Lyndon B. Johnson of Texas, said popular support for the measure made it "apparent from the start that it could not be defeated on a straight out vote. No one could vote against the Bricker Amendment with impunity and very few could vote against it and survive at all . There was no hope of stopping it through direct opposition." Johnson told his aide Bobby Baker it was "the worst bill I can think of" and "it will be the bane of every president we elect." and considered the Amendment entirely unnecessary, telling Stephen Ambrose it was "an addition to the Constitution that said you could not violate the Constitution." Eisenhower's phrasing, "as analyzed for me by the Secretary of State," led Bricker and other conservatives to blame Dulles for misleading Eisenhower, and raised their suspicion that the Secretary of State was a tool of Eastern internationalist interests. Eisenhower sent Attorney General Herbert Brownell to meet with Bricker to try to delay consideration of the resolution while the administration studied it; Bricker refused, noting his original proposal was introduced over a year earlier in the previous session of Congress. Bricker was willing, however, to compromise on the language of an amendment, unlike Frank Holman, who was intent on a particular wording. However, the administration, particularly Dulles, irritated Bricker by refusing to offer an alternative to his resolution. Eisenhower privately continued to disparage the Amendment with strong language, calling it "a stupid blind violation of the Constitution by stupid, blind non interventionists" and stating "if it is true that when you die the name of the things that bothered you the most are engraved on your skull, I'm sure I'll have there the mud and dirt of France during the invasion and the name of Senator Bricker."

Республиканская борьба

Шерман Адамс написал: «Эйзенхауэр оказался под перекрестным огнем между республиканскими консерваторами и Государственным департаментом» и заявил, что президент Эйзенхауэр считал поправку Брикера отказом Соединенных Штатов «принять возложенное на них лидерство в мировой демократии». В 1954 году Эйзенхауэр написал лидеру большинства в Сенате Уильяму Ф. Ноуленду из Калифорнии, заявив: «Принятие Сенатом поправки Брикера в ее нынешнем виде станет сигналом для наших друзей и врагов за рубежом о том, что наша страна намерена отказаться от своего лидерства в международных делах». Несмотря на популярность поправки и большое количество ее сторонников, лидер большинства Тафт заблокировал рассмотрение законопроекта в Юридическом комитете по просьбе президента Эйзенхауэра. Однако 10 июня ухудшение здоровья вынудило Тафта подать в отставку с поста лидера большинства, а через пять дней Юридический комитет представил законопроект на рассмотрение всего Сената. До окончания сессии в августе никаких действий предпринято не было; дебаты должны были начаться в январе 1954 года. Эта задержка позволила оппозиции мобилизоваться. Эрвин Грисуолд, декан юридического факультета Гарвардского университета, и Оуэн Робертс, отставной судья Верховного суда США, организовали Комитет по защите Конституции. К ним присоединились такие известные американцы, как адвокат Джон У. Дэвис, бывший генеральный прокурор Уильям Д. Митчелл, бывший военный секретарь Кеннет К. Ройолл, бывшая первая леди Элеонора Рузвельт, губернатор Адлай Стивенсон, бывший президент Гарри С. Трумэн, судья Джон Дж. Паркер, судья Верховного суда Феликс Франкфуртер, издатель газеты Denver Post Палмер Хойт, преподобный Гарри Эмерсон Фосдик, социалист Норман Томас и генерал Люциус Д. Клей. Комитет утверждал, что поправка предоставит Конгрессу чрезмерную власть и сделает американскую систему ратификации договоров «самой сложной в мире». Робертс отверг поправку, заявив: «Мы должны решить, будем ли мы стоять на позиции глупого лозунга о национальной безопасности», – заявление, которое сторонники поправки с готовностью подхватили. Консерваторы Кларенс Манион, бывший декан юридического факультета Университета Нотр-Дам, и издатель газеты Фрэнк Ганнет создали организации для поддержки поправки, в то время как широкий круг групп включился в дебаты. Поддержку поправке Брикера оказали Национальная ассоциация генеральных прокуроров, Американский легион, Ветераны иностранных войн, Корпус морской пехоты, Национальные странники, Католические ветераны войны, Киваны, Торгово-промышленная палата США, Национальный союз фермеров, Американская федерация бюро фермерских хозяйств, Дочери американской революции, Колониальные дамы Америки, Национальная ассоциация евангелистов, Американская медицинская ассоциация, Генеральная федерация женских клубов и Ассоциация американских врачей и хирургов. Против выступили «Американцы за демократические действия», Американский еврейский конгресс, Американская федерация труда, Бнай Брит, Объединенные федералисты мира, Американский союз гражданских свобод и Американская ассоциация университетских женщин: группы, которые Холман охарактеризовал как «интернационалистов восточного побережья».

Sherman Adams wrote "Eisenhower thus found himself caught in a crossfire between the Republican conservatives and the State Department" and stated President Eisenhower thought the Bricker Amendment was a refusal of the United States "to accept the leadership of world democracy that had been thrust upon it." In 1954, Eisenhower wrote Senate majority leader William F. Knowland of California stating, "Adoption of the Bricker Amendment in its present form by the Senate would be notice to our friends as well as our enemies abroad that our country intends to withdraw from its leadership in world affairs." Despite the Amendment's popularity and large number of sponsors, Majority Leader Taft stalled the bill itself in the Judiciary Committee at the behest of President Eisenhower. However, on June 10, ill health led Taft to resign as Majority Leader, and five days later, the Judiciary Committee reported the measure to the full Senate. No action was taken before the session adjourned in August; debate would begin in January 1954. The long delay allowed opposition to mobilize. Erwin Griswold, dean of the Harvard Law School, and Owen Roberts, retired Justice of the United States Supreme Court, organized the Committee for the Defense of the Constitution. They were joined by such prominent Americans as attorney John W. Davis, former Attorney General William D. Mitchell, former Secretary of War Kenneth C. Royall, former First Lady Eleanor Roosevelt, Governor Adlai Stevenson, former President Harry S. Truman, Judge John J. Parker, Supreme Court Justice Felix Frankfurter, Denver Post publisher Palmer Hoyt, the Reverend Harry Emerson Fosdick, socialist Norman Thomas, and General Lucius D. Clay. The Committee claimed the Amendment would give Congress too much power and make the United States' system to approve treaties "the most cumbersome in the world." Roberts dismissed the Amendment, declaring "we must decide whether we are to stand on the silly shibboleth of national security," a statement supporters of the Amendment eagerly seized upon. Conservatives Clarence Manion, former dean of the University of Notre Dame Law School, and newspaper publisher Frank Gannett formed organizations to support the Amendment while a wide spectrum of groups entered the debate. Supporting the Bricker Amendment were the National Association of Attorneys General, the American Legion, the Veterans of Foreign Wars, the Marine Corps League, National Sojourners, the Catholic War Veterans, the Kiwanis, the U. S. Chamber of Commerce, the National Grange, the American Farm Bureau Federation, the Daughters of the American Revolution, The Colonial Dames of America, the National Association of Evangelicals, the American Medical Association, the General Federation of Women's Clubs, and the Association of American Physicians and Surgeons. In opposition were Americans for Democratic Action, the American Jewish Congress, the American Federation of Labor, B'nai B'rith, the United World Federalists, the American Civil Liberties Union, and the American Association of University Women: groups that Holman characterized as "eastern seaboard internationalists."

Эйзенхауэру помогали демократы

Столкнувшись с практически единодушной оппозицией из собственной партийной сенатской фракции, Эйзенхауэру потребовалась помощь демократов, чтобы отклонить поправку. Каро резюмировал проблему следующим образом: «Победа над поправкой и, тем самым, сохранение власти президентства – его первоочередная задача – была невозможна даже при объединении либеральных и умеренных сенаторов его партии против нее; их попросту было недостаточно. Ему пришлось бы перетянуть на свою сторону и консервативных сенаторов, которые в тот момент горячо поддерживали ее, – и не только консерваторов-демократов, но и по крайней мере нескольких представителей республиканской старой гвардии». Президент Эйзенхауэр продолжал выступать против поправки. В январе он заявил, что поправка Брикера критически ослабит переговорные позиции Соединенных Штатов, поскольку штаты будут вовлечены во внешнюю политику, напоминая о разногласиях, существовавших при Статьях Конфедерации. Перед началом второй сессии 83-го Конгресса поправка «прошла через сложную и запутанную серию изменений, поскольку различные сенаторы пытались найти точную формулировку, которая удовлетворила бы и президента, и Брикера». Фактически, сам президент Эйзенхауэр в январе 1954 года признал, что никто не понимает поправку Брикера, но его позиция «была ясна: он выступал против любой поправки, которая уменьшила бы полномочия президента в области внешней политики». В своей оппозиции поправке Эйзенхауэр заручился поддержкой лидера сенатского меньшинства Линдона Б. Джонсона, который убедил сенатора Уолтера Ф. Джорджа из Джорджии выступить спонсором собственного предложения, чтобы ослабить поддержку сенатора Брикера. Альтернативное предложение Джорджа, представленное 27 января 1954 года, особенно возмутило Брикера, поскольку Джордж также хотел ограничить действие договоров. Джордж предупредил в Сенате: «Я не хочу, чтобы президент США заключал исполнительное соглашение, которое сделает незаконным для меня убить кошку в заднем переулке на моем участке ночью, и я не хочу, чтобы президент США заключил договор с Индией, который помешал бы мне заколоть корову на моем собственном пастбище». Сенатор Джордж был идеальным оппонентом, поскольку он был героем для консерваторов обеих партий благодаря своей оппозиции «Новому курсу» и тому, что он пережил неудачную попытку президента Франклина Д. Рузвельта отстранить его от власти, когда он добивался переизбрания в 1938 году. «Демократы и республиканцы одинаково уважали его и признавали его влияние». Эйзенхауэр стремился предотвратить голосование, говоря сенаторам-республиканцам, что он согласен с тем, что президент Рузвельт совершал действия, которые он бы не совершил, но поправка не помешала бы Ялтинскому соглашению. Первоначальный вариант S. J. Res. 1 не прошел – 42 голосов против 50. 61 голосом против 30 Сенат согласился заменить текст Брикера на текст Джорджа – при условии, что проголосовали девяносто один сенатор, а для окончательного одобрения требовалось две трети голосов, то есть шестьдесят один. Однако Джонсон тщательно спланировал ход голосования и имел в запасе несколько голосов. Когда пересмотренные поправки были вынесены на голосование, а вице-президент Ричард Никсон председательствовал на заседании Сената, сенатор Харли М. Килгор из Западной Вирджинии прибыл, чтобы отдать решающий голос «против». Предложение было отклонено – 60 голосов против 31. В окончательном подсчете голосов тридцать два республиканца проголосовали за пересмотренную поправку Брикера, а четырнадцать – против. Сенатор Брикер был огорчен поражением. «К середине 1950-х годов, – писал биограф сенатора, – Брикер отдалился от основной линии своей партии, перейдя на крайне правый фланг политического спектра». Десятилетия спустя после поражения он все еще был в ярости. «Ик сделал это!» – сказал он. «Он убил мою поправку».

Faced with essentially united opposition from his own Party's Senate caucus, Eisenhower needed the help of Democrats to defeat the Amendment. Caro summarized the problem: "Defeating the amendment and thereby preserving the power of the presidency—his first objective—could not be accomplished even if he united his party's liberal and moderate senators against it; there simply were not enough of them. He would have to turn conservative Senators against it too, conservatives who were at the moment wholeheartedly for it—and not just Democratic conservatives but at least a few members of the Republican Old Guard." President Eisenhower continued his opposition. In January, he claimed that the Bricker Amendment would fatally weaken the bargaining position of the United States because the states would be involved in foreign policy, recalling the divisions under the Articles of Confederation. Before the Second Session of the 83rd Congress convened, the Amendment "went through a complex and incomprehensible series of changes as various Senators struggled to find a precise wording that would satisfy both the President and Bricker." In fact, President Eisenhower himself in January 1954 said that nobody understood the Bricker Amendment, but his position "was clear; he opposed any amendment that would reduce the President's power to conduct foreign policy." In his opposition to the Amendment, Eisenhower obtained the help of Senate Minority Leader Lyndon B. Johnson, who persuaded Senator Walter F. George of Georgia to sponsor his own proposal in order to sap support from Senator Bricker's. The George Substitute introduced on January 27, 1954, especially infuriated Bricker since George also wanted limits on treaties. George warned in the Senate, "I do not want a president of the U. S. to conclude an executive agreement which will make it unlawful for me to kill a cat in the back alley of my lot at night and I do not want the President of the U. S. to make a treaty with India which would preclude me from butchering a cow in my own pasture." Senator George was ideal as an opponent as he was a hero to conservatives of both parties for his opposition to the New Deal and his survival of President Franklin D. Roosevelt's unsuccessful effort to purge him when he sought re election in 1938. "Democrats and Republicans alike respected him and recognized his influence." Eisenhower worked to prevent a vote, telling Republican Senators that he agreed that President Roosevelt had done things he would not have done, but that the Amendment would not have prevented the Yalta Agreement. The original version of S. J. Res. 1 failed 42–50. By a 61 30 vote, the Senate agreed to substitute George's language for Bricker's— if only ninety one senators voted, sixty one was the necessary two thirds vote for final approval. However, Johnson had planned carefully and had several votes in reserve. When revised Amendments came to a vote, with Vice President Richard Nixon presiding over the Senate, Senator Harley M. Kilgore of West Virginia arrived to cast the deciding vote of "nay." The measure was defeated 60 31. In the final count, thirty two Republicans voted for the revised Bricker Amendment and fourteen voted against. Senator Bricker was embittered by the defeat. "By the mid 1950s," wrote the Senator's biographer, "Bricker had become alienated from the mainstream of his own party fulminating on the far right of the political spectrum." Decades after his defeat he was still furious. "Ike did it!" he said. "He killed my amendment."

Последствия

Эйзенхауэр сделал принятие поправки своим главным приоритетом. Однако, чтобы заручиться достаточной поддержкой республиканцев, ему пришлось отказаться от американской поддержки инициативы ООН в области прав человека. Этот эпизод стал лебединой песней для изоляционистских республиканцев, поскольку молодые консерваторы все больше склонялись к интернационализму, основанному на агрессивном антикоммунизме, что ярко выразилось в лице сенатора Барри Голдуотера. Сенатор Брикер представил другое предложение позднее в 83-м Конгрессе и предложил аналогичные конституционные поправки в 84-м и 85-м Конгрессах. Хотя слушания проводились в 84-м и 85-м Конгрессах, Сенат в полном составе никаких действий не предпринял, и идея внесения поправок в Конституцию больше никогда всерьез не рассматривалась. Это было частично связано с тем, что Верховный суд вынес решения, которые подорвали аргументы в пользу поправки, в частности, в деле Рид против Коверта. Верховный суд в 1957 году постановил, что Соединенные Штаты не могут отменять права, гарантированные гражданам в Билле о правах, посредством международных соглашений. Дела Рид против Коверта и Кинселлы против Крюгера касались судебного преследования жен двух военнослужащих, убивших своих мужей за границей и, в соответствии с действующими соглашениями о статусе сил, осужденных военными трибуналами США. Суд установил, что Конгресс не имеет конституционных полномочий подчинять иждивенцев военнослужащих Единому кодексу военного правосудия, и отменил приговоры. В своем заключении судья Хьюго Блэк заявил:

В деле "Сири против Соединенных Штатов" (1955) правительство утверждало, что исполнительное соглашение позволило ему конфисковать имущество американского гражданина в Австрии без компенсации. Однако это было отклонено, и Суд по искам постановил: "Мы полагаем, что не может быть никаких сомнений в том, что исполнительное соглашение, не являясь сделкой, даже упомянутой в Конституции, не может нарушать конституционные права". Соединенные Штаты окончательно ратифицировали Конвенцию ООН о геноциде в 1986 году. Конвенция была подписана с оговорками, которые препятствовали принятию закона, если он противоречил Конституции. Несколько штатов выразили обеспокоенность тем, что это может подорвать положения конвенции. Поправка Брикера время от времени вновь поднимается в Конгрессе. Например, в 1997 году представитель Хелен Ченоует (R–Айдахо) представила свою версию поправки Брикера в 105-м Конгрессе.

Таблица дел

Асакура против города Сиэтл, 265 U. S. 332 (1924). Ботильер против Домингеса, 130 U. S. 238 (1889). «Табак Черроки», 78 U. S. (11 Wall.) 616 (1870). Дело о китайском исключении (Чэ Чан Пинг против Соединенных Штатов), 130 U. S. 581 (1889). Ширак против арендатора Ширака, 15 U. S. (2 Wheat.) 259 (1817). Де Геофрой против Риггса, 133 U. S. 258 (1890). Доу против Брэдена, 57 U. S. (16 How.) 635 (1835). Исковое заявление Фэрфакса против арендатора Хантера, 11 U. S. (7 Cran.) 603 (1813). Фостер против Нильсона, 27 U. S. (2 Pet.) 253 (1829). Фудзи против штата, 217 P.2d 481 (Cal. App. 2d 1950), повторное рассмотрение отклонено 218 P.2d 596 (Cal. App. 2d 1950), отменено 242 P.2d 617 (1952). Гарсия против Pan American Airways, 269 App. Div. 287, 55 N. Y. S. 2d 317 (1945), подтверждено 295 N. Y. 852, 67 N. E. 2d 257. Хауэнштейн против Линхама, 100 U. S. 483 (1879). Хиггинсон против Мейна, 8 U. S. (4 Cran.) 415 (1808). Хопкирк против Белла, 7 U. S. (3 Cran.) 454 (1806). Kemp против Рубина, 69 N. Y. S.2d 680 (Суд штата Квинс, 1947). Кинселла против Крюгера, 351 U. S. 470 (1956), отменено при повторном рассмотрении, 354 U. S. 1 (1957). Ли против Pan American Airways, 89 N. Y. S. 2d 888, 300 N. Y. 761, 89 N. E. 2d 258 (1949), certiorari отказано 339 U. S. 920 (1950). Мартин против арендатора Хантера, 14 U. S. (1 Wheat.) 603 (1816). Миссури против Холланда, 252 U. S. 416 (1920). Орр против Ходжсона, 17 U. S. (4 Wheat.) 453 (1819). Рейд против Коверта, 351 U. S. 487 (1956), отменено при повторном рассмотрении, 354 U. S. 1 (1957). Райс против кладбища Сиу-Сити Мемориал Парк, 245 Iowa 147, 60 N. W.2d 110 (1954), certiorari отклонено как необоснованно предоставленное, 349 U. S. 70 (1955). Сири против Соединенных Штатов, 127 F. Supp. 601 (Ct. Claims 1955). Сайпс против МакГи, 316 Mich. 615 (1947). Общество распространения Евангелия в зарубежных частях против Нью-Хейвена, 21 U. S. (8 Wheat.) 464 (1823). Общество распространения Евангелия в зарубежных частях против города Паулет, 29 U. S. 480 (1830). Штат против МакКалла, 153 Pac. 557 (Kan. 557). Штат против Сойера, 94 Atl. 886 (Maine 1915). Террас против Томпсона, 263 U. S. 197 (1923). Соединенные Штаты против Белмонта, 301 U. S. 324 (1937). Соединенные Штаты против Гая У. Каппса, Inc., 100 F. Supp. 30 (E. D. Va. 1952), подтверждено 204 F.2d. 655 (4th 1953), подтверждено 348 U. S. 296 (1955). Соединенные Штаты против МакКалла, 221 Fed 288 (D Kan. 1915). Соединенные Штаты против Пинка, 315 U. S. 203 (1942). Соединенные Штаты против Шаувера, 214 Fed 154 (E. D Ark. 1914). Соединенные Штаты против Вонг Ким Арка, 169 U. S. 649 (1898). Уэр против Хилтона, 3 U. S. (3 Dall.) 199 (1796). Youngstown Sheet & Tube Co. против Сойера, 343 U. S. 569 (1952).

Asakura v. City of Seattle, 265 U. S. 332 (1924). Botiller v. Dominguez, 130 U. S. 238 (1889). The Cherokee Tobacco, 78 U. S. (11 Wall.) 616 (1870). The Chinese Exclusion Case (Chae Chan Ping v. United States), 130 U. S. 581 (1889). Chirac v. Chirac's Lessee, 15 U. S. (2 Wheat.) 259 (1817). De Geofroy v. Riggs, 133 U. S. 258 (1890)
Doe v. Braden, 57 U. S. (16 How.) 635 (1835). Fairfax's Devisee v. Hunter's Lessee, 11 U. S. (7 Cran.) 603 (1813). Foster v. Nielson, 27 U. S. (2 Pet.) 253 (1829). Fujii v. State, 217 P.2d 481 (Cal. App. 2d 1950), rehearing denied 218 P.2d 596 (Cal. App. 2d 1950), reversed 242 P.2d 617 (1952). Garcia v. Pan American Airways, 269 App. Div. 287, 55 N. Y. S. 2d 317 (1945), affirmed 295 N. Y. 852, 67 N. E. 2d 257. Hauenstein v. Lynham, 100 U. S. 483 (1879). Higginson v. Mein, 8 U. S. (4 Cran.) 415 (1808). Hopkirk v. Bell, 7 U. S. (3 Cran.) 454 (1806). Kemp v. Rubin, 69 N. Y. S.2d 680 (Sup. Ct. Queens 1947). Kinsella v. Krueger, 351 U. S. 470 (1956) , reversed on rehearing, 354 U. S. 1 (1957). Lee v. Pan American Airways, 89 N. Y. S. 2d 888, 300 N. Y. 761, 89 N. E. 2d 258 (1949), cert. denied 339 U. S. 920 (1950). Martin v. Hunter's Lessee, 14 U. S. (1 Wheat.) 603 (1816)
Missouri v. Holland, 252 U. S. 416 (1920). Orr v. Hodgson, 17 U. S. (4 Wheat.) 453 (1819). Reid v. Covert, 351 U. S. 487 (1956), reversed on rehearing, 354 U. S. 1 (1957). Rice v. Sioux City Memorial Park Cemetery, 245 Iowa 147, 60 N. W.2d 110 (1954), cert dismissed as improvidently granted, 349 U. S. 70 (1955)
Seery v. United States, 127 F. Supp. 601 (Ct. Claims 1955). Sipes v. McGhee, 316 Mich. 615 (1947). Society for the Propagation of the Gospel in Foreign Parts v. New Haven, 21 U. S. (8 Wheat.) 464 (1823). Society for the Propagation of the Gospel in Foreign Parts v. Town of Pawlet, 29 U. S. 480 (1830). State v. McCullagh, 153 Pac. 557 (Kan. 557). State v. Sawyer, 94 Atl. 886 (Maine 1915). Terrace v. Thompson, 263 U. S. 197 (1923). United States v. Belmont, 301 U. S. 324 (1937)
United States v. Guy W. Capps, Inc., 100 F. Supp. 30 (E. D. Va. 1952), affirmed 204 F.2d. 655 (4th 1953), affirmed 348 U. S. 296 (1955)
United States v. McCullagh. 221 Fed 288 (D Kan. 1915). United States v. Pink, 315 U. S. 203 (1942)
United States v. Shauver, 214 Fed 154 (E. D Ark. 1914). United States v. Wong Kim Ark, 169 U. S. 649 (1898)
Ware v. Hylton, 3 U. S. (3 Dall.) 199 (1796). Youngstown Sheet & Tube Co. v. Sawyer, 343 U. S. 569 (1952).

Таблица уставов, договоров и международных соглашений

Закон об иноземцах. Акт от 25 июня 1798 г., гл. 58, 1 Stat. 570. Закон о наказании за определенные преступления против Соединенных Штатов. Акт от 14 июля 1798 г., гл. 74, 1 Stat. 596. Закон об иноземных врагах. Акт от 6 июля 1798 г., гл. 66, 1 Stat. 577. Закон об установлении единого порядка натурализации. Акт от 18 июня 1798 г., гл. 54, 1 Stat. 566. Закон об учреждении почтового ведомства и почтовых трактов в Соединенных Штатах. Акт от 20 февраля 1792 г., гл. 7, 1 Stat. 232. Административное соглашение в соответствии со статьей III Договора о безопасности между Соединенными Штатами Америки и Японией. Соглашение от 28 февраля 1952 г. 3 UST 3343. TIAS 2492. Конвенция об охране перелетных птиц от 16 августа 1916 г., T. S. No. 628, 39 Stat. 1702. Окончательный мирный договор между Соединенными Штатами Америки и Его Британским Величеством. Договор от 3 сентября 1783 г. 8 Stat. 80. Исполнительное соглашение между Соединенными Штатами Америки и Соединенным Королевством Великобритании и Северной Ирландии относительно юрисдикции в отношении уголовных преступлений, совершенных вооруженными силами от 27 июля 1942 г. 57 Stat. 1193, E. A. S. 355. Принято в Великобритании как Закон Соединенных Штатов Америки (о победоносных силах) 1942 г., 5 & 6 Geo. 6, с. 31. Закон о реализации Конвенции о геноциде 1987 г., также известный как Закон Проксимира, Pub. L. 100–606, Акт от 4 ноября 1988 г., 102 Stat. 3045, кодифицированный как и далее. Закон о перелетных птицах. Акт от 3 июля 1918 г., гл. 148, 40 Stat. 755, 18 U. S. C. §703. Закон о нейтралитете 1935 г. Акт от 31 августа 1935 г., гл. 837, 49 Stat. 1081. Закон о нейтралитете 1936 г. Акт от 18 февраля 1936 г., гл. 106, 49 Stat. 1153. Закон о нейтралитете 1937 г. Акт от 1 мая 1937 г., гл. 146, 50 Stat. 121. Устав Организации Объединенных Наций. 59 Stat. 1031, T. S. 993.

Первичные источники

Соединенные Штаты. Конгресс. Сенат. Комитет по судебным вопросам. Договоры и исполнительные соглашения: слушания перед подкомитетом Комитета по судебным вопросам, восьмидесятый второй Конгресс, вторая сессия, по S. J. Res 130, предлагающей поправку к Конституции Соединенных Штатов, касающуюся заключения договоров и исполнительных соглашений. Вашингтон, округ Колумбия: Государственная типография правительства Соединенных Штатов, 1952 год. Соединенные Штаты. Конгресс. Сенат. Комитет по судебным вопросам. Подкомитет по конституционным поправкам. Договоры и исполнительные соглашения: слушания перед подкомитетом Комитета по судебным вопросам, восьмидесятый третий Конгресс, вторая сессия, по S. J. Res 1, предлагающей поправку к Конституции Соединенных Штатов, касающуюся заключения договоров и исполнительных соглашений, и S. J. Res 43, предлагающей поправку к Конституции Соединенных Штатов, касающуюся правовых последствий отдельных договоров. Вашингтон, округ Колумбия: Государственная типография правительства Соединенных Штатов, 1953 год. Соединенные Штаты. Конгресс. Сенат. Комитет по судебным вопросам. Конституционная поправка относительно договоров и исполнительных соглашений, 83-й Конгресс, 1-я сессия. Отчет Сената № 412. Календарь № 408. Вашингтон, округ Колумбия: Государственная типография правительства Соединенных Штатов, 1953 год. Соединенные Штаты. Конгресс. Сенат. Комитет по судебным вопросам. Подкомитет по конституционным поправкам. Договоры и исполнительные соглашения: слушания перед подкомитетом Комитета по судебным вопросам, восьмидесятый четвертый Конгресс, первая сессия, по S. J. Res 1, предлагающей поправку к Конституции Соединенных Штатов, касающуюся правовых последствий отдельных договоров и других международных соглашений. Вашингтон, округ Колумбия: Государственная типография правительства Соединенных Штатов, 1955 год. Соединенные Штаты. Конгресс. Сенат. Комитет по судебным вопросам. Подкомитет по конституционным поправкам. Договоры и исполнительные соглашения: слушания перед подкомитетом Комитета по судебным вопросам, Сенат Соединенных Штатов, восьмидесятый пятый Конгресс, первая сессия, по S. J. Res 3, предлагающей поправку к Конституции Соединенных Штатов, касающуюся правового эффекта отдельных договоров и других международных соглашений. Вашингтон, округ Колумбия: Государственная типография правительства Соединенных Штатов, 1958 год.

United States. Congress. Senate. Committee on the Judiciary. Treaties and Executive Agreements: Hearings Before a Subcommittee of the Committee on the Judiciary, Eighty second Congress, Second Session, on S. J. Res 130, Proposing an Amendment to the Constitution of the United States Relating to the Making of Treaties and Executive Agreements. Washington, D. C.: United States Government Printing Office, 1952. United States. Congress. Senate. Committee on the Judiciary. Subcommittee on Constitutional Amendments. Treaties and Executive Agreements: Hearings Before a Subcommittee of the Committee on the Judiciary, Eighty third Congress, Second Session, on S. J. Res 1, Proposing an Amendment to the Constitution of the United States Relating to the Making of Treaties and Executive Agreements, and S. J. Res 43, Proposing an Amendment to the Constitution of the United States Relating to the Legal Effects of Certain Treaties. Washington, D. C.: United States Government Printing Office, 1953. United States. Congress. Senate. Committee on the Judiciary. Constitutional Amendment Relative to Treaties and Executive Agreements, 83rd Congress, 1st session. Senate Report 412. Calendar 408. Washington, D. C.: United States Government Printing Office, 1953. United States. Congress. Senate. Committee on the Judiciary. Subcommittee on Constitutional Amendments. Treaties and Executive Agreements: Hearings Before a Subcommittee of the Committee on the Judiciary, Eighty fourth Congress, First Session, on S. J. Res 1, Proposing an Amendment to the Constitution of the United States Relating to the Legal Effects of Certain Treaties and Other International Agreements. Washington, D. C.: United States Government Printing Office, 1955. United States. Congress. Senate. Committee on the Judiciary. Subcommittee on Constitutional Amendments. Treaties and Executive Agreements: Hearings Before a Subcommittee of the Committee on the Judiciary, United States Senate, Eighty fifth Congress, First Session, on S. J. Res 3, Proposing an Amendment to the Constitution of the United States Relating to the Legal Effect of Certain Treaties and Other International Agreements. Washington, D. C.: United States Government Printing Office, 1958.