Введение

Серия речей Цицерона «Против Верреса» – это серия выступлений, произнесенных Цицероном в 70 г. до н.э. в ходе судебного процесса над Гаем Верресом, бывшим наместником Сицилии, по обвинению в коррупции и злоупотреблении властью. Эти речи, совпавшие с избранием Цицерона в эдилы, заложили основу его политической карьеры.

Общие обстоятельства дела

Во время гражданской войны между правительством и внезаконником Суллой (83–82 до н.э.), Веррес служил младшим офицером в марианском легионе под командованием Гая Папирия Карбо. Он увидел, как чаша весов войны склонилась в пользу Суллы, и, как утверждал Цицерон, перешел на сторону Суллы, прихватив с собой казну своего легиона. Впоследствии Сулла оказал ему определенную защиту и позволил проявить свои способности к вымогательству на должности наместника в Киликии при наместнике провинции Гнее Корнелии Долабелле в 81 году до н.э. К 73 году до н.э. он был назначен наместником Сицилии, одной из ключевых провинций, производящих зерно для Республики (в то время Египет оставался независимым эллинистическим царством). На Сицилии Веррес, как утверждалось, разграбил храмы и использовал ряд чрезвычайных ситуаций, включая Третью Сервильную войну, в качестве прикрытия для сложных схем вымогательства. В то же время Марк Туллий Цицерон был начинающим политиком. После защиты Секста Росция из Америи в 80 году до н.э. по делу об отцеубийстве, вызвавшем сильный политический резонанс, Цицерон отправился в путешествие в Грецию и на Родос. Там он у Молона Родосского изучил новый, менее напряженный стиль красноречия, а затем поспешил вернуться в политику после смерти Суллы. В 75 году до н.э. Цицерон служил на Сицилии квестором и установил связи с рядом сицилийских городов. Фактически, значительная часть его клиентуры в то время была из Сицилии – связь, которая оказалась бесценной в 70 году до н.э., когда делегация сицилийцев попросила Цицерона возбудить дело против Верреса за его предполагаемые преступления на острове.

Первое выступление

Первая речь была единственной, произнесенной перед претором городским Манием Ацилием Глабрионом. В ней Цицерон воспользовался почти полной свободой слова в суде, чтобы разгромить дело Верреса. Цицерон в первой речи лишь в малой степени затронул преступления Верреса на Сицилии. Вместо этого он применил двойной подход, льстя тщеславию сенаторского жюри и максимально используя ранние характеристики Верреса. Второй аспект касался попыток защиты Верреса избежать судебного разбирательства по формальным причинам. Веррес привлек к своей защите лучшего оратора того времени, Квинта Хортензия Гортала. Практически сразу Веррес и Хортензий осознали, что суд под председательством Глабриона настроен враждебно к защите, и начали пытаться сорвать преследование процессуальными уловками, призванными задержать или затянуть судебный процесс. Это началось с попытки внести на повестку дня аналогичное дело, которое должно было состояться до суда над Верресом – о губернаторе Вифинии, обвиняемом в вымогательстве. Смысл этой попытки срыва дела заключался в римском обычае. В то время, когда дело рассматривалось, год подходил к концу, и вскоре должны были начаться многочисленные общественные праздники (в том числе в честь Помпея Великого). Согласно римским обычаям, в праздничные дни вся работа, включая судебные процессы, прекращалась. Цицерон утверждал, что Хортензий надеялся затянуть процесс настолько, чтобы он затянулся до наступления праздничного периода, прежде чем у Цицерона появится возможность завершить свою речь, тем самым сделав статистически невозможным вынесение вердикта Глабрионом и жюри до наступления нового года, когда магистраты будут заменены их новоизбранными преемниками. Цицерон утверждал, что и Хортензий, и Веррес знали, что Марк Метелл, друг и союзник Верреса, будет председательствовать в суде по вымогательству в новом году, и поэтому видели выгоду в подобной манипуляции системой. Более того, сам Хортензий вместе с Квинтом Метеллом, старшим братом Марка, был избран консулом в том же году и, следовательно, оказался бы в выгодном положении для запугивания свидетелей после ожидательной паузы в процессе. Таким образом, Веррес и его сторонники были уверены в победе. Цицерон отметил, что сразу после избрания Хортензия и Метелла один из его друзей услышал, как бывший консул Гай Скрибоний Курион публично поздравил Верреса, заявив, что тот фактически оправдан. У Цицерона также был уникальный план для своего обвинения. В 81 г. до н.э. диктатор Луций Корнелий Сулла Феликс изменил состав уголовных судов, разрешив служить присяжными только сенаторам. Это, по-видимому, вызвало недовольство и, по крайней мере, впечатление "купленного" правосудия, особенно когда обвиняемыми были сенаторы или затрагивались интересы влиятельного сенатора. В то же время существовал почти непрекращающийся скандал, связанный с подкупом присяжных богатыми сенаторами и всадниками для получения благоприятных им вердиктов. К 70 г. до н.э., когда шел суд над Верресом, Луций Аврелий Котта предложил закон, который отменял ограничения Суллы на состав присяжных, вновь открывая доступ к ним сенаторам, всадникам и трибунам сокровищницы в качестве сдерживающего фактора против слишком снисходительных жюри. Цицерон уделил значительное время в своей речи восприятию сенаторского жюри, утверждая, что на суде находится не только Веррес за злоупотребления на Сицилии, но и сам Сенат, обвиняемый в неправомерных действиях, и что любой вердикт, который они вынесут Верресу, отразится на них либо с почетом, либо с позором. Цицерон утверждал, что самый верный способ принять закон Аврелия о жюри и отстранить Сенат от судейства – оправдать Верреса по всем обвинениям. Кроме того, чтобы противодействовать попыткам Хортензия затянуть процесс, Цицерон попросил суд проявить снисхождение и разрешить ему изменить ход процесса. Обычно в суде обе стороны – обвинение и защита – произносили серию противоположных речей перед вызовом свидетелей. Цицерон понимал, что это неизбежно затянет разбирательство после Нового года, и поэтому попросил разрешить ему немедленно вызвать свидетелей для подтверждения своих обвинений, прежде чем будут произнесены речи.

Результаты выступлений

Из запланированных ораторов выступить удалось лишь Цицерону. Цицерон подробно изложил ранние преступления Верреса и его попытки помешать суду. Вскоре после прочтения речей Цицерона, Хортензий посоветовал Верресу, что победить ему будет сложно, и предложил лучший выход – фактически признать вину, уехав в добровольное изгнание (возможность, доступная римлянам высокого ранга в подобной ситуации). К концу 70 года до н.э. Веррес жил в изгнании в Массилии, современном Марселе, где и прожил остаток своих дней (история сообщает, что он был убит во время проскрипций Второго триумвирата из-за скульптуры, которую хотел Марк Антоний). Цицерон собрал оставшиеся материалы, включая текст второй речи о действиях Верреса на Сицилии, и опубликовал их так, будто она была произнесена в суде. Более того, римская правовая система позволяла сенаторам, выигравшим судебное дело, занять место обвиняемого в Сенате. Это значительно продвинуло карьеру Цицерона, поскольку дало ему свободу слова, обычно не предоставляемую новому члену Сената.