Перехватчики: история и развитие истребительной авиации

Введение

Истребитель, специализирующийся на оборонительном перехвате вражеских самолетов.

Перехватчик – это тип истребителя, разработанный специально для выполнения задач оборонительного перехвата атакующих вражеских самолетов, в особенности бомбардировщиков и самолетов-разведчиков. Самолеты, способные выполнять функции как «стандартных» истребителей завоевания превосходства в воздухе, так и перехватчиков, иногда называют истребителями-перехватчиками. Существуют два основных класса перехватчиков: легкие истребители, предназначенные для высоких характеристик на коротких дистанциях, и тяжелые истребители, предназначенные для работы на больших дальностях, в спорном воздушном пространстве и в сложных метеорологических условиях. В то время как второй тип исторически представляли специализированные ночные истребители и всепогодные перехватчики, интеграция дозаправки в воздухе, спутниковой навигации, бортовых радаров и ракетных систем за пределами видимости (BVR) с 1960-х годов позволила большинству современных истребителей выполнять задачи, ранее зарезервированные для специализированных ночных и всепогодных истребителей. Для дневных операций роль перехватчика обычно выполняли обычные легкие истребители. Дневные перехватчики использовались в оборонительных целях со времен Первой мировой войны и наиболее известны по крупным сражениям, таким как Битва за Британию, где Supermarine Spitfire и Hawker Hurricane были частью успешной оборонительной стратегии. Однако значительные улучшения наземных и воздушных радаров предоставили большую гибкость существующим истребителям, и немногие последующие конструкции разрабатывались как специализированные дневные перехватчики. Исключением является Messerschmitt Me 163 Komet, который был единственным реактивным военным самолетом, участвовавшим в боевых действиях. В меньшей степени, МиГ-15, имевший мощное вооружение, специально предназначенное для борьбы с бомбардировщиками, также был специализированным дневным перехватчиком. Ночные истребители и истребители-бомбардировщики являются перехватчиками тяжелого типа, хотя изначально их редко так называли. В начале холодной войны сочетание реактивных бомбардировщиков и ядерного оружия создало потребность в высокоэффективных перехватчиках; именно в этот период этот термин, пожалуй, наиболее известен и широко используется. Перехватчики эпохи холодной войны становились все более отличными от истребителей завоевания превосходства в воздухе, причем первые часто жертвовали дальностью, продолжительностью полета и маневренностью ради скорости, скороподъемности и вооружения, предназначенного для поражения крупных стратегических бомбардировщиков. Примерами классических перехватчиков этой эпохи являются Convair F 106 Delta Dart, Су-15 и English Electric Lightning. В 1960-х и 1970-х годах быстрые улучшения в конструкции привели к тому, что большинство истребителей завоевания превосходства в воздухе и многоцелевых истребителей, таких как Grumman F 14 Tomcat и McDonnell Douglas F 15 Eagle, получили возможность выполнять задачи перехвата на ближних дистанциях, а стратегическая угроза сместилась от бомбардировщиков к межконтинентальным баллистическим ракетам (МБР). Специализированные проекты перехватчиков становились все более редкими, и единственными широко используемыми образцами, разработанными после 1960-х годов, были Panavia Tornado ADV, МиГ-25, МиГ-31 и Shenyang J 8.

An interceptor aircraft, or simply interceptor, is a type of fighter aircraft designed specifically for the defensive interception role against an attacking enemy aircraft, particularly bombers and reconnaissance aircraft. Aircraft that are capable of being or are employed as both ‘standard’ air superiority fighters and as interceptors are sometimes known as fighter interceptors. There are two general classes of interceptor: light fighters, designed for high performance over short range; and heavy fighters, which are intended to operate over longer ranges, in contested airspace and adverse meteorological conditions. While the second type was exemplified historically by specialized night fighter and all weather interceptor designs, the integration of mid air refueling, satellite navigation, on board radar and beyond visual range (BVR) missile systems since the 1960s has allowed most frontline fighter designs to fill the roles once reserved for specialised night/all weather fighters. For daytime operations, conventional light fighters have normally filled the interceptor role. Day interceptors have been used in a defensive role since World War I, and are perhaps best known from major actions like the Battle of Britain, when the Supermarine Spitfire and Hawker Hurricane were part of a successful defensive strategy. However, dramatic improvements in both ground based and airborne radar gave greater flexibility to existing fighters and few later designs were conceived as dedicated day interceptors. Exceptions include the Messerschmitt Me 163 Komet, which was the only rocket powered, manned military aircraft to see combat. To a lesser degree, the Mikoyan Gurevich MiG 15, which had heavy armament specifically intended for anti bomber missions, was also a specialised day interceptor. Night fighters and bomber destroyers are interceptors of the heavy type, although initially they were rarely referred to as such. In the early Cold War era the combination of jet powered bombers and nuclear weapons created air force demand for highly capable interceptors; it is in regards to this period that the term is perhaps most recognized and used. Cold War era interceptors became increasingly distinct from their air superiority counterparts, with the former often sacrificing range, endurance, and maneuverability for speed, rate of climb, and armament dedicated to attacking large strategic bombers. Examples of classic interceptors of this era include the Convair F 106 Delta Dart, Sukhoi Su 15, and English Electric Lightning. Through the 1960s and 1970s, the rapid improvements in design led to most air superiority and multirole fighters, such as the Grumman F 14 Tomcat and McDonnell Douglas F 15 Eagle, having the performance to take on the point defense interception role, and the strategic threat moved from bombers to intercontinental ballistic missiles (ICBMs). Dedicated interceptor designs became increasingly rare, with the only widely used examples designed after the 1960s being the Panavia Tornado ADV, Mikoyan MiG 25, Mikoyan MiG 31, and the Shenyang J 8.

История

Первые эскадрильи перехватчиков были сформированы во время Первой мировой войны для защиты Лондона от атак дирижаблей «Цеппелин», а затем и от бомбардировщиков с фиксированным крылом большой дальности. Ранние подразделения обычно использовали самолеты, снятые с передовой, в частности Sopwith Pup. Им сообщали о местоположении цели перед взлетом из командного центра в здании Конной гвардии. Pup оказался недостаточно эффективным для перехвата бомбардировщиков Gotha G. IV, и их заменили Sopwith Camels. Термин «перехватчик» использовался уже в 1929 году. В 1930-х годах скорость бомбардировщиков настолько возросла, что традиционные тактики перехвата стали казаться невозможными. Визуальное и акустическое обнаружение с земли имело дальность всего в несколько миль, что означало, что у перехватчика было бы недостаточно времени, чтобы набрать высоту до того, как бомбардировщики достигнут своих целей. Воздушное патрулирование было возможно, но только с большими затратами. В то время пришли к выводу, что «бомбардировщик всегда прорвется». Изобретение радара позволило осуществлять раннее обнаружение самолетов на больших расстояниях, днем и ночью, и в любых погодных условиях. Типичному бомбардировщику могло потребоваться двадцать минут, чтобы пересечь зону действия ранних радиолокационных систем – времени достаточно для того, чтобы перехватчики запустили двигатели, набрали высоту и вступили в бой с бомбардировщиками. Наземное управление перехватом требовало постоянной связи между перехватчиком и землей, пока бомбардировщики не станут видны пилотам. В конце 1930-х годов были созданы общенациональные сети, такие как система Доудинга, для координации этих усилий. Внедрение реактивной тяги увеличило скорость полета примерно вдвое и значительно повысило рабочие высоты. Хотя характеристики радаров также улучшились, разрыв между наступательными и оборонительными возможностями существенно сократился. Массированные атаки могли настолько затруднить связь обороны с пилотами, что классический метод ручного наземного управления перехватом все чаще признавался недостаточным. В Соединенных Штатах это привело к внедрению полуавтоматической наземной системы для автоматизации этой задачи, а в Великобритании – к созданию чрезвычайно мощных радаров для повышения времени обнаружения. Появление первых эффективных ракет класса «земля-воздух» в 1950-х годах устранило необходимость в перехватчиках с быстрым временем реакции, поскольку ракету можно было запустить почти мгновенно. Военно-воздушные силы все чаще стали обращаться к гораздо более крупным перехватчикам, имеющим достаточный запас топлива для более длительного полета, передав задачу точечной обороны ракетам. Это привело к отказу от ряда проектов с малой дальностью действия, таких как Avro Arrow и Convair F 102, в пользу гораздо более крупных и дальнобойных проектов, таких как North American F 108 и МиГ-25. В 1950-х и 1960-х годах, во время холодной войны, сильная перехватческая авиация была жизненно важна для противоборствующих сверхдержав, поскольку это было лучшим средством защиты от неожиданной ядерной атаки стратегических бомбардировщиков. Поэтому в течение короткого периода времени наблюдался стремительный прогресс в скорости, дальности и высоте полета. В конце 1960-х годов ядерная атака стала невозможной для предотвращения с появлением баллистических ракет, способных приближаться из-за пределов атмосферы на скоростях до высоких значений. Доктрина взаимного гарантированного уничтожения заменила тенденцию к укреплению обороны, сделав перехватчики менее стратегически целесообразными. Значимость перехватчиков уменьшилась по мере слияния их роли с ролью тяжелых истребителей завоевания превосходства в воздухе. Миссия перехватчика по своей сути сложна. Рассмотрим стремление защитить единственную цель от атаки дальних бомбардировщиков. Бомбардировщики имеют преимущество в том, что могут выбирать параметры миссии – траекторию атаки, скорость и высоту. Это создает огромную область, откуда может начаться атака. За время, необходимое бомбардировщикам для преодоления расстояния от первого обнаружения до достижения цели, перехватчик должен быть способен запустить двигатель, взлететь, набрать высоту, маневрировать для атаки и затем атаковать бомбардировщик. Специализированный перехватчик жертвует возможностями истребителя завоевания превосходства в воздухе и многоцелевого истребителя (то есть противодействия вражеским истребителям в воздушном бою), настраивая свои характеристики либо на быстрый набор высоты, либо на высокую скорость. В результате перехватчики часто выглядят впечатляюще на бумаге, обычно превосходя более медленные конструкции по скорости, высоте и огневой мощи. Однако чистые перехватчики плохо показывают себя в воздушном бою с теми же «менее способными» самолетами из-за ограниченной маневренности, особенно на малых высотах и скоростях.

The first interceptor squadrons were formed during World War I to defend London against attacks by Zeppelins and later against fixed wing long range bombers. Early units generally used aircraft withdrawn from front line service, notably the Sopwith Pup. They were told about their target's location before take off from a command centre in the Horse Guards building. The Pup proved to have too low performance to easily intercept Gotha G. IV bombers, and the superior Sopwith Camels supplanted them. The term "interceptor" was in use by 1929. Through the 1930s, bomber aircraft speeds increased so much that conventional interceptor tactics appeared impossible. Visual and acoustic detection from the ground had a range of only a few miles, which meant that an interceptor would have insufficient time to climb to altitude before the bombers reached their targets. Standing combat air patrols were possible but only at great cost. The conclusion at the time was that "the bomber will always get through". The invention of radar made possible early, long range detection of aircraft on the order of , both day and night and in all weather. A typical bomber might take twenty minutes to cross the detection zone of early radar systems, time enough for interceptor fighters to start up, climb to altitude and engage the bombers. Ground controlled interception required constant contact between the interceptor and the ground until the bombers became visible to the pilots and nationwide networks like the Dowding system were built in the late 1930s to coordinate these efforts. The introduction of jet power increased flight speeds from around to around in a step and roughly doubled operational altitudes. Although radars also improved in performance, the gap between offense and defense was dramatically reduced. Large attacks could so confuse the defense's ability to communicate with pilots that the classic method of manual ground controlled interception was increasingly seen as inadequate. In the United States, this led to the introduction of the Semi Automatic Ground Environment to computerize this task, while in the UK it led to enormously powerful radars to improve detection time. The introduction of the first useful surface to air missiles in the 1950s obviated the need for fast reaction time interceptors as the missile could launch almost instantly. Air forces increasingly turned to much larger interceptor designs, with enough fuel for longer endurance, leaving the point defense role to the missiles. This led to the abandonment of a number of short range designs like the Avro Arrow and Convair F 102 in favor of much larger and longer ranged designs like the North American F 108 and MiG 25. In the 1950s and 1960’s during the Cold War, a strong interceptor force was crucial for the opposing superpowers as it was the best means to defend against an unexpected nuclear attack by strategic bombers. Hence, for a brief period of time they fared rapid development in both speed, range, and altitude. At the end of the 1960s, a nuclear attack became unstoppable with the introduction of ballistic missiles capable of approaching from outside the atmosphere at speeds as high as The doctrine of mutually assured destruction replaced the trend of defense strengthening, making interceptors less strategically logical. The utility of interceptors waned as the role merged with that of the heavy air superiority fighter. The interceptor mission is, by its nature, a difficult one. Consider the desire to protect a single target from attack by long range bombers. The bombers have the advantage of being able to select the parameters of the mission – attack vector, speed and altitude. This results in an enormous area from which the attack can originate. In the time it takes for the bombers to cross the distance from first detection to being on their targets, the interceptor must be able to start, take off, climb to altitude, maneuver for attack and then attack the bomber. A dedicated interceptor aircraft sacrifices the capabilities of the air superiority fighter and multirole fighter (i. e., countering enemy fighter aircraft in air combat manoeuvring), by tuning their performance for either fast climbs or high speeds. The result is that interceptors often look very impressive on paper, typically outrunning, outclimbing and outgunning slower fighter designs. However, pure interceptors fare poorly in fighter to fighter combat against the same "less capable" designs due to limited maneuverability especially at low altitudes and speeds.

Пунктовые перехватчики

В спектре различных перехватчиков один подход к проектированию особенно наглядно демонстрирует жертвы, необходимые для достижения решающего преимущества в выбранном аспекте характеристик. "Перехватчик точечной обороны" имеет облегченную конструкцию, предназначенную для проведения большей части времени на земле, рядом с защищаемым объектом, и способный запускаться по требованию, быстро набирать высоту, маневрировать и затем атаковать бомбардировщик за очень короткое время, до того как бомбардировщик успеет сбросить вооружение. К концу Второй мировой войны самым критическим требованием Люфтваффе были перехватчики, поскольку военно-воздушные силы стран Содружества и США непрерывно наносили удары по немецким целям днем и ночью. По мере усиления бомбардировок, особенно в начале 1944 года, Люфтваффе представила ракетный самолет Messerschmitt Me 163 Komet, предназначенный для перехвата на очень коротких дистанциях. Двигатель обеспечивал около 7 минут управляемого полета, но предлагал такую огромную производительность, что позволял ему пролетать мимо защищающих истребителей. Однако Me 163 требовал наличия аэродрома, который вскоре подвергся постоянным атакам. После реализации программы экстренного истребителя немцы разработали еще более необычные конструкции, такие как Bachem Ba 349 Natter, который запускался вертикально, что устраняло необходимость в аэродроме. В целом, все эти первые немецкие разработки оказались сложными в эксплуатации и часто становились смертельной ловушкой для пилотов. Развитие ракетных комплексов ПВО положило конец концепции массированных бомбардировок с больших высот, в пользу проникновения (а позже крылатых ракет), использующих комбинацию тактик, обычно называемую "полет на предельно малых высотах". Благодаря полету на низкой высоте с использованием рельефа местности, эффективная дальность и, следовательно, время реакции наземных радаров ограничивались, в лучшем случае, радиолокационным горизонтом. В случае наземных радиолокационных систем этому можно противодействовать путем размещения радиолокационных станций на горных вершинах для расширения радиолокационного горизонта, или путем установки высокопроизводительных радаров на перехватчиках или самолетах ДРЛО, используемых для управления перехватчиками точечной обороны.

Защита территории

По мере совершенствования возможностей – особенно благодаря широкому внедрению реактивного двигателя и переходу к высокоскоростным полетам на малых высотах – время между обнаружением и перехватом сократилось. Большинство передовых истребителей точечной обороны, в сочетании с радиолокационными станциями дальнего действия, испытывали трудности с поддержанием достаточно быстрого времени реакции для обеспечения эффективности. Фиксированное время, такое как необходимое пилоту для входа в кабину, становилось все большей долей общего времени выполнения задания, и сократить его было непросто. Во время холодной войны, в периоды повышенной напряженности, самолеты быстрого реагирования (QRA) содержались с пилотами, полностью заправленными и вооруженными, с двигателями, работающими на холостом ходу на взлетно-посадочной полосе, готовыми к взлету. Топливо в самолеты постоянно подавалось через шланги из подземных топливных резервуаров. При обнаружении потенциального нарушителя самолет был готов к взлету сразу после отсоединения внешней топливной магистрали. Однако поддержание самолетов QRA в таком состоянии готовности было физически и морально утомительно для пилотов и требовало значительных затрат топлива. В качестве альтернативы рассматривались проекты с большей дальностью и увеличенным временем патрулирования. Эти истребители зональной обороны или истребители зональной обороны, как правило, имели более крупные размеры и предназначались для длительного патрулирования и защиты обширной территории от атак, полагаясь на более широкие возможности обнаружения, как в самом самолете, так и при взаимодействии с системами AWACS, а не на высокую скорость для перехвата целей. Примером этой концепции был Туполев Ту-28. Более поздний Panavia Tornado ADV смог достичь большой дальности в меньшем фюзеляже благодаря использованию более эффективных двигателей. Вместо акцента на ускорении и скороподъемности, конструкторское внимание было сосредоточено на дальности и ракетной нагрузке, что в совокупности обеспечивает боевую выносливость, радиолокационные системы, способные обнаруживать и отслеживать быстродвижущиеся цели на фоне помех от земной поверхности, и возможность наведения ракет класса "воздух-воздух" (AAM) на эти цели. Высокая скорость и ускорение были заложены в ракеты AAM большой и средней дальности, а маневренность – в ракеты AAM ближнего боя, а не в сами самолеты. Они первыми внедрили всепогодную авионику, обеспечивающую успешное выполнение задач ночью, в дождь, снег или туман. Страны, стратегически зависящие от надводного флота, в первую очередь США и Великобритания, также поддерживали истребители для обороны флота, такие как F-14 Tomcat.

As capabilities continued to improve – especially through the widespread introduction of the jet engine and the adoption of high speed, low level flight profiles, the time available between detection and interception dropped. Most advanced point defence interceptors combined with long range radars were struggling to keep the reaction time down enough to be effective. Fixed times, like the time needed for the pilot to climb into the cockpit, became an increasing portion of the overall mission time, there were few ways to reduce this. During the Cold War in times of heightened tensions, quick reaction alert (QRA) aircraft were kept piloted, fully fuelled and armed, with the engines running at idle on the runway ready to take off. The aircraft being kept topped up with fuel via hoses from underground fuel tanks. If a possible intruder was identified, the aircraft would be ready to take off as soon as the external fuel lines were detached. However, keeping QRA aircraft at this state of readiness was physically and mentally draining to the pilots and was expensive in terms of fuel. As an alternative, longer range designs with extended loiter times were considered. These area defense interceptors or area defense fighters were in general larger designs intended to stay on lengthy patrol and protect a much larger area from attack, depending on greater detection capabilities, both in the aircraft themselves and operating with AWACS, rather than high speed to reach targets. The exemplar of this concept was the Tupolev Tu 28. The later Panavia Tornado ADV was able to achieve long range in a smaller airframe through the use of more efficient engines. Rather than focusing on acceleration and climb rate, the design emphasis is on range and missile carrying capacity, which together translate into combat endurance, look down/shoot down radars good enough to detect and track fast moving interdictors against ground clutter, and the capability to provide guidance to air to air missiles (AAM) against these targets. High speed and acceleration was put into long range and medium range AAMs, and agility into short range dog fighting AAMs, rather than into the aircraft themselves. They were first to introduce all weather avionics, assuring successful operations during night, rain, snow, or fog. Countries that were strategically dependent on surface fleet, most notably US and UK, maintained also fleet defense fighters, such as the F 14 Tomcat.

Советский Союз и Россия

Во время холодной войны для развертывания перехватчиков была выделена целая служба, а не просто часть уже существующих ВВС. Самолеты Войск ПВО СССР (ПВО С) отличались от самолетов Военно-воздушных сил СССР (ВВС) тем, что были далеко не маленькими и примитивными, а огромными и совершенными, оснащенными крупными, сложными радарами; они не могли взлетать с травы, только с бетонных взлетно-посадочных полос; их нельзя было разобрать и отправить в центр технического обслуживания в товарном вагоне. Соответственно, подготовка их пилотов была смещена с боевых маневров на перехват по радиоуправлению. Основным советским перехватчиком изначально был Су-9, за которым последовали Су-15 и МиГ-25 "Фоксбат". Вспомогательный Ту-128, перехватчик большой дальности, был самым тяжелым истребителем, когда-либо состоявшим на вооружении в мире. Самым современным перехватчиком в советском (ныне российском) арсенале является МиГ-31 "Фоксаунд". Устраняя некоторые недостатки МиГ-25, МиГ-31 обладает улучшенными характеристиками на малых высотах и скоростях, а также оснащен встроенной пушкой. Россия, несмотря на объединение ПВО с ВВС, продолжает содержать отдельный парк перехватчиков МиГ-31.

Соединенные Штаты

В 1937 году лейтенанты USAAC Гордон П. Савилл и Бенджамин С. Келси разработали два предложения по созданию самолетов-перехватчиков – это были первые в США обозначения такого рода. Одно предложение касалось одномоторного истребителя, другое – двухмоторного. Оба самолета должны были достигать высоты 20 000 футов (6096 м) за шесть минут для защиты от бомбардировочных ударов. Келси позже утверждал, что использовал обозначение «перехватчик», чтобы обойти жесткую политику USAAC, ограничивавшую вооружение истребителей. Он хотел, чтобы американские истребители могли доминировать в воздушных боях над любыми противниками, включая другие истребители. Результатом этих предложений стали одномоторный Bell P-39 Airacobra и двухмоторный Lockheed P-38 Lightning. Оба самолета успешно применялись во время Второй мировой войны в стандартных истребительных ролях, но не были специально предназначены для точечной обороны от бомбардировщиков. С 1946 по 1980 год Соединенные Штаты поддерживали Командование аэрокосмической обороны, состоявшее в основном из специализированных перехватчиков. Многие послевоенные проекты имели ограниченные характеристики, например, F-86D и F-89 Scorpion. В конце 1940-х годов ADC начал проект по созданию гораздо более совершенного перехватчика в рамках программы 1954 года, который в конечном итоге привел к созданию F-106 Delta Dart после длительной разработки. Рассматривались и другие варианты замены, в частности, NR-349 в 1960-х годах, но они не были реализованы, поскольку СССР усилил свою стратегическую мощь, разместив межконтинентальные баллистические ракеты. В итоге F-106 оставался основным перехватчиком ВВС США до 1980-х годов. После вывода F-106 из эксплуатации задачи перехвата были возложены на современные истребители F-15 и F-16, наряду с другими их функциями. F-16, однако, изначально проектировался как истребитель завоевания превосходства в воздухе, а затем эволюционировал в универсальный многоцелевой истребитель. F-15, с максимальной скоростью 2,5 Маха, позволяющей ему перехватывать самые быстрые вражеские самолеты (в частности, МиГ-25 Foxbat), также нельзя назвать чистым перехватчиком, поскольку он обладает исключительной маневренностью в ближнем воздушном бою, основанной на опыте, полученном во Вьетнаме; модификация F-15E Strike Eagle добавляет возможности по перехвату наземных целей, сохраняя при этом функции перехвата и воздушного боя других F-15. В настоящее время F-22 является новейшим боевым самолетом США, который частично выполняет роль перехватчика благодаря своим возможностям сверхзвукового крейсерского полета, однако он был разработан в первую очередь как малозаметный истребитель завоевания превосходства в воздухе. В 1950-х годах ВМС США возглавили неудачный проект F6D Missileer. Позже была начата разработка крупного истребителя ПВО флота F-111B, но и этот проект был отменен. В конечном итоге эту роль был назначен F-14 Tomcat, вооруженный ракетами AIM-54 Phoenix. Как и F-15 ВВС США, F-14 ВМС США также был разработан в первую очередь как истребитель завоевания превосходства в воздухе (для ведения воздушного боя с другими истребителями), и F-14 выполняли роль перехватчика до получения модернизаций в 1990-х годах для нанесения ударов по наземным целям. И истребитель, и ракета Phoenix были сняты с вооружения в 2006 году.

In 1937, USAAC lieutenants Gordon P. Saville and Benjamin S. Kelsey devised a pair of proposals for interceptor aircraft, the first such designation in the US. One proposal was for a single engined fighter, the other for a twin engine. Both were required to reach an altitude of 20000 feet (6096 m) in six minutes as a defense against bomber attack. Kelsey said later that he used the interceptor designation to sidestep a hard USAAC policy restricting fighters to of armament. He wished for at least of armament so that American fighters could dominate their battles against all opponents, fighters included. The two aircraft resulting from these proposals were the single engine Bell P 39 Airacobra and the twin engine Lockheed P 38 Lightning. Both aircraft were successful during World War II in standard fighter roles, not specifically assigned to point defense against bombers. From 1946 to 1980 the United States maintained a dedicated Aerospace Defense Command, consisting primarily of dedicated interceptors. Many post war designs were of limited performance, including designs like the F 86D and F 89 Scorpion. In the late 1940s ADC started a project to build a much more advanced interceptor under the 1954 interceptor effort, which eventually delivered the F 106 Delta Dart after a lengthy development process. Further replacements were studied, notably the NR 349 proposal during the 1960s, but came to nothing as the USSR strengthened their strategic force with ICBMs. Hence, the F 106 ended up serving as the primary USAF interceptor into the 1980s. As the F 106 was retired, intercept missions were assigned to the contemporary F 15 and F 16 fighters, among their other roles. The F 16, however, was originally designed for air superiority while evolving into a versatile multirole fighter. The F 15, with its Mach 2.5 maximum speed enabling it to intercept the fastest enemy aircraft (namely the MiG 25 Foxbat), is also not a pure interceptor as it has exceptional agility for dogfighting based upon the lessons learned from Vietnam; the F 15E Strike Eagle variant adds air interdiction while retaining the interception and air to air combat of other F 15s. Presently, the F 22 is the USA's latest combat aircraft that serves in part as an interceptor due to its supercruise capabilities, however it was designed primarily as a stealth air superiority fighter. In the 1950s, the United States Navy led an unsuccessful F6D Missileer project. Later it launched the development of a large F 111B fleet air defense fighter, but this project was cancelled too. Finally, the role was assigned to the F 14 Tomcat, carrying AIM 54 Phoenix missiles. Like the USAF's F 15, the USN's F 14 was also designed primarily as an air superiority (fighter to fighter combat) and F 14s served the interceptor role until it received upgrades in the 1990s for ground attack. Both the fighter and the Phoenix missile were retired in 2006.

Великобритания

Британские Королевские ВВС использовали сверхзвуковой дневной истребитель English Electric Lightning вместе с Gloster Javelin, выполнявшим задачи в качестве ночного и всепогодного истребителя. Попытки заменить Javelin сверхзвуковым самолетом в рамках оперативного требования F.155 не привели к успеху. С середины 1970-х годов Великобритания использовала собственную, значительно модифицированную версию McDonnell Douglas F-4 Phantom в качестве основного перехватчика, а в 1980-х годах на вооружение был принят истребитель ПВО (ADV) Panavia Tornado. Впоследствии Tornado был заменен многоцелевым истребителем Eurofighter Typhoon.

Китай

Shenyang J 8 – высокоскоростной, высотный китайский одноместный перехватчик. Первоначально разработанный в начале 1960-х годов для противодействия американским бомбардировщикам B-58 Hustler, истребителям-бомбардировщикам F-105 Thunderchief и самолетам-разведчикам Lockheed U-2, он до сих пор способен развивать скорость более 2 Махов, а более поздние версии могут нести ракеты средней дальности PL-12/SD-10 MRAAM для перехвата воздушных целей. В настоящее время ВВС НОАК/ВМС НОАК продолжают эксплуатировать около 300 самолетов J-8 различных модификаций.

Другие страны

Несколько других стран также разработали проекты перехватчиков, однако в 1950-х – 1960-х годах многие из запланированных перехватчиков так и не были построены, поскольку ожидалось, что ракеты заменят бомбардировщики. Аргентинский FMA I. Ae. 37 был прототипом реактивного истребителя, разработанным в 1950-х годах. Он не совершил ни одного полета и был отменен в 1960 году. Канадский дозвуковой Avro Canada CF 100 Canuck состоял на вооружении в значительных количествах в течение 1950-х годов. Его сверхзвуковой преемник, CF 105 Arrow ("Avro Arrow"), был скандально отменен в 1959 году. Шведский Saab 35 Draken был специально разработан для перехвата самолетов, нарушающих воздушное пространство Швеции на больших высотах в случае войны между Советским Союзом и НАТО. С появлением крылатых ракет, летящих на малых высотах, и ракет класса "воздух-воздух" большой дальности, профиль полета был изменен, но с финальной модификацией J 35J он вновь стал перехватчиком.