Введение

Фильм 1929 года "Грозовой удар" (также известный как "У ворот смерти") – американский докодексовый протонуар 1929 года, снятый Йозефом фон Штернбергом с участием Джорджа Бэнкрофта, Фэй Рэй, Ричарда Арлена, Талли Маршалла и Эужени Бессер. В фильме рассказывается история преступника, приговоренного к казни, который хочет убить человека в соседней камере из-за его любви к его бывшей возлюбленной. Сценарий к фильму был адаптирован Германом Дж. Манкевичем, Джозефом Л. Манкевичем (титры) и Йозефом фон Штернбергом по мотивам рассказа Жюля и Чарльза Фуртмана. Джордж Бэнкрофт был номинирован на премию «Оскар» за лучшую мужскую роль.

Сюжет

Гром Джима Лэнга (Джордж Банкрофт), разыскиваемый за ограбление и убийство, отправляется со своей девушкой "Ритзи" (Фей Рэй) в ночной клуб в Гарлеме, где она сообщает ему о своем решении начать новую жизнь. Во время полицейского рейда Гром удается сбежать. Его банда следит за Ритзи и сообщает, что она живет с миссис Моран (Эуженни Бессерер), чей сын, Боб (Ричард Арлен), банковский служащий, влюблен в Ритзи. Опасаясь за безопасность Боба, Ритзи устраивает полицейскую ловушку для Грома; ему удается сбежать, но вскоре его арестовывают, судят и приговаривают к казни в Синг-Синге. Из тюремной камеры, ожидая казни, он разрабатывает план, чтобы подставить Боба в ограблении банка и убийстве. Боба помещают в соседнюю камеру, и охранники срывают попытки Грома добраться до своего соперника. Когда Ритзи выходит замуж за Боба прямо в тюрьме, Гром признается в своей роли в осуждении Боба. Он планирует убить Боба в ночь его казни, но в последний момент вместо этого кладет руку ему на плечо в знак дружбы.

Звук

"Грозовик" стал первым фильмом Стернберга, в котором была использована технология синхронизированного звука. Были созданы две версии фильма, включая немую – для кинотеатров, еще не оснащенных звуковым оборудованием. Техническое новшество синхронизированного диалога вызвало у режиссеров опасения относительно его потенциального влияния на доступные визуальные приемы. На международном уровне такие режиссеры, как Сергей Эйзенштейн, Всеволод Пудовкин, Альфред Хичкок и Дзига Вертов, стремились избежать навязчивых форм "диалога под влиянием театра", даже несмотря на то, что зрители жаждали новизны натуралистичной речи. Стернберг приветствовал звук как средство достижения полного контроля над фильмом – "больше не завися от кинотеатральных органистов" – и отказывался от любой "атмосферной" или фоновой музыки. В "Грозовике" (а также в его следующих трех звуковых фильмах) использовалась музыка, возникающая непосредственно из мизансцены. Стернберг экспериментировал с асинхронными звуковыми эффектами, которые усиливали или дополняли визуальные эффекты, или, как он сам это определял, "Чтобы звук был использован правильно и эффективно, он должен был привнести в изображение качество, отличное от того, что запечатлевает объектив, качество, выходящее за рамки изображения. Звук должен был контрастировать или компенсировать изображение, дополнять его, а не вычитать из него". На протяжении всего "Грозовика" Стернберг "создает звуковые образы" посредством "взаимодополняющего и контрапунктного сопоставления". В отличие от внешнего и дополняющего музыкального сопровождения немых фильмов, музыка в фильмах Стернберга органично возникает вместе с мизансценой и является ее ключевым элементом. Музыка за кадром не уступает место диалогу на экране, а соперничает с ним. За кадром голоса комментируют визуальное действие, но визуально идентифицируются лишь позже в последовательности кадров, что создает "нереалистичный ритм", характерный для диалогов фильма. Историк кино Эндрю Саррис описывает это как "поразительный эксперимент – его использование звука и музыки для создания настроения, и сама нереальность его стиля, кажется, оправдывает необычайную плотность звуковой дорожки". Стернберг также использует звук в экспрессионистском ключе, например, прерывистый старт-стоп швейной машины или "зловещий" скрип собачьей игрушки, которую сжимает приговоренный к смерти преступник в последние часы перед казнью.