Притча о добром самаритянине

Введение

Притча, рассказанная Иисусом из Назарета согласно христианскому Евангелию от Луки. Притча о Добром Самарянине рассказана Иисусом в священном Евангелии от Луки. Она повествует о путешественнике (подразумевается, что он был евреем), которого ограбили, избили и оставили полумертвым на обочине дороги. Сначала мимо проходил иудейский священник, затем – левит, но оба избежали оказания помощи. Наконец, на пути у него оказался самаритянин. Хотя самаритяне и иудеи обычно враждовали друг с другом, самаритянин помог раненому. Иисус рассказал эту притчу в ответ на провокационный вопрос юриста: «А кто мой ближний?», в контексте Великой заповеди. Заключение состоит в том, что ближний в притче – это тот, кто проявляет милосердие к своему собрату и/или сестре. Некоторые христиане, такие как Августин, истолковали притчу аллегорически, считая, что самаритянин символизирует Иисуса Христа, спасающего грешную душу. Однако другие отвергают эту аллегорию, считая её не связанной с первоначальным смыслом притчи и рассматривая её как пример этики Иисуса. Притча вдохновила создание картин, скульптур, сатиры, поэзии, фотографий, фильмов и многого другого. Выражение «добрый самаритянин», означающее человека, помогающего незнакомцу, происходит из этой притчи, и многие больницы и благотворительные организации названы в честь Доброго Самарянина. Слово «самаритянин» также приобрело, помимо этнорелигиозного значения, значение благотворительного человека.

Дорога из Иерусалима в Иерихон

Во времена Иисуса дорога из Иерусалима в Иерихон была печально известна своей опасностью и труднопроходимостью и называлась "Кровавым путем" из-за "крови, которая часто проливалась там разбойниками, грабившими людей". Мартин Лютер Кинг-младший, накануне своего убийства, описал эту дорогу так:

Я помню, как мы с женой, миссис Кинг, впервые оказались в Иерусалиме. Мы взяли машину напрокат и поехали из Иерусалима в Иерихон. И как только мы выехали на эту дорогу, я сказал жене: "Теперь я понимаю, почему Иисус выбрал это место для своей притчи". Это извилистая, петляющая дорога. Она очень удобна для организации засад. Вы начинаете путь в Иерусалиме, который находится примерно в 1200 футах над уровнем моря. А через пятнадцать-двадцать минут, когда вы спускаетесь в Иерихон, оказываетесь примерно в 2200 футах ниже уровня моря. Это действительно опасная дорога.

Самаряне и Иисус

Целевая аудитория Иисуса, иудеи, ненавидели самаритян до такой степени, что разрушили самарийский храм на горе Гаризим. Самаряне, в свою очередь, ненавидели иудеев. Напряженность между ними была особенно высока в первые десятилетия I века, поскольку самаритяне осквернили Иерусалимский храм во время Пасхи человеческими костями. Из-за этой ненависти некоторые полагают, что фраза юриста «тот, кто проявил к нему милосердие» (Луки 10:37) может свидетельствовать о нежелании назвать самаритянина по имени. Или, с другой, более позитивной точки зрения, это может указывать на то, что юрист признал, что на оба его вопроса получили ответы, и теперь заключает, что любой, поступающий таким образом, является (Левит 19:18) «ближним», достойным наследовать вечную жизнь. Когда эта история доходила до тех, кто не знал её контекста, то есть о притеснении самаритян и о глубокой ненависти, которую испытывали слушатели Иисуса и самаритяне друг к другу, этот аспект притчи получал всё меньше и меньше признания; люди, не знакомые с предысторией, видели в «самаритянине» просто удобное имя для этого человека, в то время как на самом деле он символизировал «ненавистного чужака, ложно поклоняющегося и оскверняющего нашу религию». Сегодня, чтобы восполнить этот недостающий контекст, история часто переносится в более современную обстановку, где люди принадлежат к эквивалентным социальным группам, которые, как известно, не поддерживают комфортных отношений. Таким образом, при соответствующей постановке притча вновь обретает своё значение для современных слушателей, а именно: что человек из социальной группы, которую они не одобряют, может проявлять моральные качества, превосходящие качества людей из групп, которые они одобряют. Христиане использовали её как пример противостояния христианства расовым, этническим и конфессиональным предрассудкам. Например, борец с рабством Уильям Джей описал священнослужителей, игнорировавших рабство, как «следующих примеру священника и левита». Мартин Лютер Кинг-младший в своей речи «Я был на вершине горы» в апреле 1968 года описал самаритянина как «человека другой расы». Санди Такер Фрейзер видела в самаритянине более конкретный пример «человека смешанной расы». Клайн Снодграсс писал: «Основываясь на этой притче, мы должны бороться с нашим собственным расизмом, но также стремиться к справедливости и предлагать помощь нуждающимся, независимо от их групповой принадлежности». Самаритяне упоминаются и в других местах Евангелий и Деяний апостолов. В Евангелии от Луки Иисус исцеляет десятью прокаженными, и только самаритянин из них благодарит Его, хотя в Луки 9:51–56 описывается, как Иисус встречает враждебное отношение в Самарии. Благожелательное отношение Луки к самаритянам согласуется с благожелательным отношением в книге к слабым и отверженным в целом. В Евангелии от Иоанна Иисус ведет продолжительный диалог с самаритянкой, и многие самаритяне начинают верить в Него. Однако в Евангелии от Матфея Иисус повелевает своим ученикам не проповедовать язычникам и в самарийских городах. В Евангелиях в целом говорится, что «хотя иудеи во времена Иисуса не признавали «полукровок» из Самарии», Иисус «никогда не говорил о них с пренебрежением» и «имел снисходительное отношение к самаритянам». Многие считают, что 2 Паралипоменон 28:8–15 служит образцом для добрососедского поведения самаритянина в притче. В Книге Паралипоменон северноизраильские предки самаритян относятся к врагам иудеев как к своим израильским соседям. Сравнивая более ранний рассказ с последующей притчей, представленной знатоку израильского религиозного закона, можно заключить: «Учитывая количество и значимость этих параллелей и соответствий, трудно представить, как ученый Писания I века мог услышать притчу и не вспомнить историю о милосердных самаритянах из 2 Паралипоменон 28».

Jesus' target audience, the Jews, hated Samaritans to such a degree that they destroyed the Samaritans' temple on Mount Gerizim. The Samaritans, reciprocally, hated the Jews. Tensions between them were particularly high in the early decades of the 1st century because Samaritans had desecrated the Jewish Temple at Passover with human bones. Due to this hatred, some think that the lawyer's phrase "The one who had mercy on him" (Luke 10:37) may indicate a reluctance to name the Samaritan. Or, on another, more positive note, it may indicate that the lawyer has recognized that both his questions have been answered and now concludes by generally expressing that anyone behaving thus is a (Leviticus 19:18) "neighbor" eligible to inherit eternal life. As the story reached those who were unaware of its context—i. e., the oppression of the Samaritans, and the bitter hatred that Jesus' listeners and Samaritans had for each other—this aspect of the parable received less and less recognition; uninformed people saw "Samaritan" as merely a convenient name for that individual, when in fact it stood for "hated outsider who worships falsely and desecrates our religion". Today, to remedy this missing context, the story is often recast in a more modern setting where the people are ones in equivalent social groups known not to interact comfortably. Thus, cast appropriately, the parable regains its message to modern listeners: namely, that an individual of a social group they disapprove of can exhibit moral behavior that is superior to individuals of the groups they approve. Christians have used it as an example of Christianity's opposition to racial, ethnic, and sectarian prejudice. For example, anti slavery campaigner William Jay described clergy who ignored slavery as "following the example of the priest and Levite". Martin Luther King Jr., in his April 1968 "I've Been to the Mountaintop" speech, described the Samaritan as "a man of another race". Sundee Tucker Frazier saw the Samaritan more specifically as an example of a "mixed race" person. Klyne Snodgrass wrote: "On the basis of this parable we must deal with our own racism but must also seek justice for, and offer assistance to, those in need, regardless of the group to which they belong." Samaritans appear elsewhere in the Gospels and Book of Acts. In the Gospel of Luke, Jesus heals ten lepers and only the Samaritan among them thanks him, although Luke 9:51–56 depicts Jesus receiving a hostile reception in Samaria. Luke's favorable treatment of Samaritans is in line with the favorable treatment elsewhere in the book of the weak and of outcasts, generally. In John, Jesus has an extended dialogue with a Samaritan woman, and many Samaritans come to believe in him. In Matthew, however, Jesus instructs his disciples not to preach to Gentiles or in Samaritan cities. In the Gospels, generally, "though the Jews of Jesus' day had no time for the 'half breed' people of Samaria", Jesus "never spoke disparagingly about them" and "held a benign view of Samaritans". Many see 2 Chronicles 28:8–15 as the model for the Samaritan's neighborly behavior in the parable. In Chronicles, Northern Israelite ancestors of Samaritans treat Judean enemies as fellow Israelite neighbors. After comparing the earlier account with the later parable presented to the expert in Israel's religious law, one could conclude: "Given the number and significance of these parallels and points of correspondence it is hard to imagine how a first century scholar of Scripture could hear the parable and not think of the story of the merciful Samaritans of 2 Chronicles 28."

Священники и левиты

В иудейской культуре контакт с мертвым телом считался оскверняющим. Особенно строго священникам было предписано избегать нечистоты. Поэтому священник и левит могли предположить, что упавший путник мертв, и избегали его, чтобы сохранить ритуальную чистоту. С другой стороны, описание спуска (из Иерусалима в Иерихон) может указывать на то, что их храмовые обязанности уже были завершены, что делает это объяснение менее вероятным, хотя это и оспаривается. Поскольку в Мишне предусмотрено исключение для заброшенных трупов, священник и левит могли использовать закон, чтобы оправдать как прикосновение к трупу, так и его игнорирование. В любом случае, проходя мимо на другую сторону, они избежали проверки, "жив ли он или мертв". Действительно, "для них было важнее, чтобы он был мертв и осквернял прикосновением тех, чье дело – святыня, чем чтобы он был жив и нуждался в помощи".

Другие интерпретации

В дополнение к этим классическим интерпретациям многие исследователи выявили в истории дополнительные темы. Некоторые предполагают, что важным посылом притчи была религиозная терпимость. По мнению ряда ученых, выбор в качестве морального героя человека, чья религия (самаритянство) презиралась еврейской аудиторией, к которой обращался Иисус, призван смягчить религиозные разногласия и подчеркнуть важность нравственных качеств и добрых дел. Другие считают, что Иисус стремился донести антиистеблишментное послание, не столько в смысле отрицания власти как таковой, сколько в смысле обличения религиозного лицемерия. Сопоставляя благородные поступки представителя презираемой религии с грубостью и эгоизмом священника и левита – представителей иудейского религиозного института – некоторые полагают, что притча стремится принизить значение статуса в религиозной иерархии (или знания Священного Писания) в пользу практического применения религиозных принципов.