Григорианский хорал: История и особенности древнего песнопения.

Введение

Форма песни

Грегорианский хорал — центральная традиция западного григорианского пения, форма монофонической, несопровождаемой священной песни на латыни (и иногда на греческом) Римско-католической церкви. Грегорианский хорал развивался главным образом в Западной и Центральной Европе в IX и X веках, с последующими дополнениями и редакциями. Хотя популярная легенда приписывает изобретение григорианского хорала папе Григорию I, ученые полагают, что он возник в результате более позднего каролингского синтеза древнеримского пения и галликанского пения. Грегорианские хоралы изначально были организованы в четыре, затем восемь, а в конечном итоге в 12 ладов. Типичные мелодические особенности включают характерный амбитус, а также характерные интервальные паттерны относительно финала опорного лада, инципиты и каденции, использование речитативных тонов на определенном расстоянии от финала, вокруг которого вращаются другие ноты мелодии, и словарный запас музыкальных мотивов, сплетенных вместе посредством процесса, называемого центонизацией, для создания семей связанных хоралов. Ладовые структуры организованы на фоне паттерна, образованного соединенными и разъединенными тетрахордами, создавая более широкую систему высоты тона, называемую гаммой. Хоралы можно исполнять, используя шестинотные паттерны, называемые гексакордами. Грегорианские мелодии традиционно записываются с использованием невм, ранней формы музыкальной нотации, из которой развились современные пятилинейные и четырехлинейные нотные станы. Многоголосные обработки григорианского хорала, известные как органум, были ранней стадией развития западной полифонии. Грегорианский хорал традиционно исполнялся хорами мужчин и мальчиков в церквях или мужчинами и женщинами религиозных орденов в их часовнях. Это музыка римского обряда, исполняемая во время мессы и монастырской службы. Хотя григорианский хорал вытеснил или отодвинул на второй план другие местные традиции григорианского пения в христианском Западе, став официальной музыкой христианской литургии, амврозианский хорал до сих пор используется в Милане, и музыковеды изучают как его, так и мосарабский хорал христианской Испании. Хотя григорианский хорал больше не является обязательным, Римско-католическая церковь по-прежнему официально считает его наиболее подходящей музыкой для богослужения.

Gregorian chant is the central tradition of Western plainchant, a form of monophonic, unaccompanied sacred song in Latin (and occasionally Greek) of the Roman Catholic Church. Gregorian chant developed mainly in western and central Europe during the 9th and 10th centuries, with later additions and redactions. Although popular legend credits Pope Gregory I with inventing Gregorian chant, scholars believe that it arose from a later Carolingian synthesis of the Old Roman chant and Gallican chant. Gregorian chants were organized initially into four, then eight, and finally 12 modes. Typical melodic features include a characteristic ambitus, and also characteristic intervallic patterns relative to a referential mode final, incipits and cadences, the use of reciting tones at a particular distance from the final, around which the other notes of the melody revolve, and a vocabulary of musical motifs woven together through a process called centonization to create families of related chants. The scale patterns are organized against a background pattern formed of conjunct and disjunct tetrachords, producing a larger pitch system called the gamut. The chants can be sung by using six note patterns called hexachords. Gregorian melodies are traditionally written using neumes, an early form of musical notation from which the modern four line and five line staff developed. Multi voice elaborations of Gregorian chant, known as organum, were an early stage in the development of Western polyphony. Gregorian chant was traditionally sung by choirs of men and boys in churches, or by men and women of religious orders in their chapels. It is the music of the Roman Rite, performed in the Mass and the monastic Office. Although Gregorian chant supplanted or marginalized the other indigenous plainchant traditions of the Christian West to become the official music of the Christian liturgy, Ambrosian chant still continues in use in Milan, and there are musicologists exploring both that and the Mozarabic chant of Christian Spain. Although Gregorian chant is no longer obligatory, the Roman Catholic Church still officially considers it the music most suitable for worship.

Развитие ранней планинской песни

Пение было частью христианской литургии с самых первых дней Церкви. До середины 1990-х годов широко признавалось, что псалмодия древнего еврейского богослужения значительно повлияла и способствовала формированию раннехристианского ритуала и пения. Этот взгляд больше не является общепринятым среди ученых, поскольку анализ показывает, что большинство ранних христианских гимнов не использовали Псалмы в качестве текста, и что Псалмы не исполнялись в синагогах на протяжении столетий после разрушения Второго Храма в 70 году н.э. Однако ранние христианские обряды включали элементы еврейского богослужения, сохранившиеся в более поздней традиции пения. Канонические часы берут начало в еврейских часах молитвы. Слова "Аминь" и "аллилуия" происходят из иврита, а троекратное "sanctus" восходит к троекратному "kadosh" из Кедуши. В Новом Завете упоминается пение гимнов во время Тайной Вечери: "Когда они спели гимн, вышли на гору Елеонскую" (Матфея 26:30). Другие древние свидетели, такие как папа Климент I, Тертуллиан, святой Афанасий и Эгерия, подтверждают эту практику, хотя и в поэтической или неясной форме, которая мало проливает свет на то, как звучала музыка в этот период. Греческий "Оксиринховский гимн" III века сохранился с музыкальной нотацией, но связь между этим гимном и традицией григорианского пения неясна. Музыкальные элементы, которые впоследствии использовались в Римском обряде, начали появляться в III веке. "Апостольская традиция", приписываемая богослову Ипполиту, свидетельствует о пении псалмов Аллилуйя с аллилуией в качестве рефрена на ранних христианских агапах. Пение во время богослужения, совершаемого в канонические часы, имеет свои корни в начале IV века, когда отшельники, последовавшие за святым Антонием, ввели практику непрерывной псалмодии, исполняя полный цикл из 150 псалмов каждую неделю. Около 375 года антифонное псалмопение стало популярным на христианском Востоке; в 386 году святой Амвросий ввел эту практику на Западе. В V веке в Риме была основана школа пения, Schola Cantorum, для подготовки церковных музыкантов. Ученые до сих пор спорят о том, как развивалось григорианское пение в период с V по IX века, поскольку информации об этом периоде немного. Около 410 года святой Августин описал респонсорное пение постепенного псалма во время мессы. В 520 году Бенедикт Нурсийский установил так называемое правило святого Бенедикта, в котором был изложен порядок совершения Божественной службы для монастырского использования. Около 678 года римское пение преподавалось в Йорке. В этот период возникли отличительные региональные традиции западного григорианского пения, особенно на Британских островах (кельтское пение), в Испании (мосарабское), в Галлии (галльское) и в Италии (древнеримское, амброзианское и беневентанское). Эти традиции могли развиться из гипотетического круглогодичного репертуара пения V века после падения Западной Римской империи. Иоанн Диакон, биограф (ок. 872) папы Григория I, скромно утверждал, что святой "составил антифонарий из лоскутков", что неудивительно, учитывая его значительный вклад в развитие литургии. Он реорганизовал Schola Cantorum и установил более единообразный стандарт церковных служб, собирая песнопения из региональных традиций настолько широко, насколько это было возможно. Из них он сохранил то, что смог, пересмотрел при необходимости и назначил определенные песнопения для различных служб. По словам Дональда Джея Гроута, его целью было организовать собрания песнопений из различных традиций в единое и упорядоченное целое для использования во всем западном регионе Церкви. Его известная любовь к музыке была зафиксирована лишь через 34 года после его смерти; эпитафия Гонория свидетельствует о том, что сравнение с Григорием уже считалось высшей похвалой для папы, любящего музыку. Эта нотация была далее развита с течением времени, кульминацией чего стало введение нотных линеек (приписываемых Гвидо д'Ареццо) в начале XI века, что мы сегодня знаем как григорианская нотация. Все собрание франкского римского каролингского пения, дополненное новыми песнопениями для завершения литургического года, объединилось в единое собрание пения, которое было названо "грегорианским". Изменения, внесенные в новую систему песнопений, были настолько значительными, что некоторые ученые предполагают, что оно было названо в честь современника папы Григория II. Тем не менее, легенды о папе Григории I были достаточными, чтобы привести к его изображению как истинного автора григорианского пения. Его часто изображали получающим диктовку григорианского пения от голубя, представляющего Святого Духа, тем самым придавая григорианскому пению печать божественного вдохновения. Ученые согласны с тем, что мелодическое содержание значительной части григорианского пения не существовало в такой форме во времена Григория I. Кроме того, достоверно известно, что знакомая невменная система для записи григорианского пения не была установлена в его время. Тем не менее, авторство Григория популярно принимается некоторыми и по сей день.

Singing has been part of the Christian liturgy since the earliest days of the Church. Until the mid 1990s, it was widely accepted that the psalmody of ancient Jewish worship significantly influenced and contributed to early Christian ritual and chant. This view is no longer generally accepted by scholars, due to analysis that shows that most early Christian hymns did not have Psalms for texts, and that the Psalms were not sung in synagogues for centuries after the Destruction of the Second Temple in AD 70. However, early Christian rites did incorporate elements of Jewish worship that survived in later chant tradition. Canonical hours have their roots in Jewish prayer hours. "Amen" and "alleluia" come from Hebrew, and the threefold "sanctus" derives from the threefold "kadosh" of the Kedushah. The New Testament mentions singing hymns during the Last Supper: "When they had sung the hymn, they went out to the Mount of Olives" (Matthew 26.30 (NT)). Other ancient witnesses such as Pope Clement I, Tertullian, St. Athanasius, and Egeria confirm the practice, although in poetic or obscure ways that shed little light on how music sounded during this period. The 3rd century Greek "Oxyrhynchus hymn" survived with musical notation, but the connection between this hymn and the plainchant tradition is uncertain. Musical elements that would later be used in the Roman Rite began to appear in the 3rd century. The Apostolic Tradition, attributed to the theologian Hippolytus, attests the singing of Hallel psalms with Alleluia as the refrain in early Christian agape feasts. Chants of the Office, sung during the canonical hours, have their roots in the early 4th century, when desert monks following St. Anthony introduced the practice of continuous psalmody, singing the complete cycle of 150 psalms each week. Around 375, antiphonal psalmody became popular in the Christian East; in 386, St. Ambrose introduced this practice to the West. In the fifth century, a singing school, the Schola Cantorum, was founded at Rome to provide training in church musicianship. Scholars are still debating how plainchant developed during the 5th through the 9th centuries, as information from this period is scarce. Around 410, St. Augustine described the responsorial singing of a Gradual psalm at Mass. At c. 520, Benedict of Nursia established what is called the rule of St. Benedict, in which the protocol of the Divine Office for monastic use was laid down. Around 678, Roman chant was taught at York. Distinctive regional traditions of Western plainchant arose during this period, notably in the British Isles (Celtic chant), Spain (Mozarabic), Gaul (Gallican), and Italy (Old Roman, Ambrosian and Beneventan). These traditions may have evolved from a hypothetical year round repertory of 5th century plainchant after the western Roman Empire collapsed. John the Deacon, biographer (c. 872) of Pope Gregory I, modestly claimed that the saint "compiled a patchwork antiphonary", unsurprisingly, given his considerable work with liturgical development. He reorganized the Schola Cantorum and established a more uniform standard in church services, gathering chants from among the regional traditions as widely as he could manage. Of those, he retained what he could, revised where necessary, and assigned particular chants to the various services. According to Donald Jay Grout, his goal was to organize the bodies of chants from diverse traditions into a uniform and orderly whole for use by the entire western region of the Church. His renowned love for music was recorded only 34 years after his death; the epitaph of Honorius testified that comparison to Gregory was already considered the highest praise for a music loving pope. This notation was further developed over time, culminating in the introduction of staff lines (attributed to Guido d'Arezzo) in the early 11th century, what we know today as plainchant notation. The whole body of Frankish Roman Carolingian chant, augmented with new chants to complete the liturgical year, coalesced into a single body of chant that was called "Gregorian." The changes made in the new system of chants were so significant that they have led some scholars to speculate that it was named in honor of the contemporary Pope Gregory II. Nevertheless, the lore surrounding Pope Gregory I was sufficient to culminate in his portrayal as the actual author of Gregorian Chant. He was often depicted as receiving the dictation of plainchant from a dove representing the Holy Spirit, thus giving Gregorian chant the stamp of being divinely inspired. Scholars agree that the melodic content of much Gregorian Chant did not exist in that form in Gregory I's day. In addition, it is known definitively that the familiar neumatic system for notating plainchant had not been established in his time. Nevertheless, Gregory's authorship is popularly accepted by some as fact to this day.

Распространение и гегемония

Грегорианский хорал в течение короткого времени распространился по всей Европе в удивительно единообразном виде. Карл Великий, возвысившись до императора Священной Римской империи, активно распространял григорианский хорал по своей империи для укрепления религиозной и светской власти, требуя от духовенства использовать новый репертуар под страхом смерти. Из английских и немецких источников григорианский хорал распространился на север – в Скандинавию, Исландию и Финляндию. В 885 году папа Стефан V запретил славянскую литургию, что привело к доминированию григорианского хорала в восточнокатолических землях, включая Польшу, Моравию и Словакию. Другие репертуары монодического пения на Западе столкнулись с серьезной конкуренцией со стороны нового григорианского хорала. Карл Великий продолжил политику своего отца, отдавая предпочтение римскому обряду местным галликанским традициям. К IX веку галликанский обряд и пение были фактически упразднены, хотя и не без местного сопротивления. Григорианский хорал Сарумского обряда вытеснил кельтское пение. Григорианский хорал сосуществовал с беневентанским пением более века, прежде чем беневентанское пение было отменено папским указом (1058 год). Моцарабское пение пережило вторжения вестготов и мавров, но не римских прелатов, вновь назначенных в Испанию во время Реконкисты. Современное моцарабское пение, ограниченное несколькими посвященными капеллами, сильно григорианзировано и не имеет никакого музыкального сходства со своей первоначальной формой. Только амврозианское пение сохранилось до наших дней, сохранившееся в Милане благодаря музыкальной репутации и церковному авторитету святого Амвросия. Григорианский хорал в конечном итоге заменил местную певческую традицию самого Рима, которая теперь известна как древнеримский хорал. В X веке в Италии практически не велось нотации музыкальных рукописей. Вместо этого римские папы импортировали григорианский хорал от (немецких) императоров Священной Римской империи в X и XI веках. Например, Credo было добавлено в римский обряд по просьбе императора Генриха II в 1014 году. Подкрепленный легендой о папе Григории, григорианский хорал считался подлинным, изначальным пением Рима, заблуждение, которое сохраняется и по сей день. К XII и XIII векам григорианский хорал вытеснил или маргинализировал все другие западные традиции монодического пения. Более поздние источники этих других певческих традиций демонстрируют растущее григорианское влияние, например, случайные попытки классифицировать их песнопения в григорианские лады. Аналогичным образом, григорианский репертуар включал в себя элементы этих утраченных традиций монодического пения, которые можно идентифицировать с помощью тщательного стилистического и исторического анализа. Например, считается, что Improperia Страстной пятницы являются остатком галликанского репертуара.

Gregorian chant appeared in a remarkably uniform state across Europe within a short time. Charlemagne, once elevated to Holy Roman Emperor, aggressively spread Gregorian chant throughout his empire to consolidate religious and secular power, requiring the clergy to use the new repertory on pain of death. From English and German sources, Gregorian chant spread north to Scandinavia, Iceland and Finland. In 885, Pope Stephen V banned the Slavonic liturgy, leading to the ascendancy of Gregorian chant in Eastern Catholic lands including Poland, Moravia and Slovakia. The other plainchant repertories of the Christian West faced severe competition from the new Gregorian chant. Charlemagne continued his father's policy of favoring the Roman Rite over the local Gallican traditions. By the 9th century the Gallican rite and chant had effectively been eliminated, although not without local resistance. The Gregorian chant of the Sarum Rite displaced Celtic chant. Gregorian coexisted with Beneventan chant for over a century before Beneventan chant was abolished by papal decree (1058). Mozarabic chant survived the influx of the Visigoths and Moors, but not the Roman backed prelates newly installed in Spain during the Reconquista. Restricted to a handful of dedicated chapels, modern Mozarabic chant is highly Gregorianized and bears no musical resemblance to its original form. Ambrosian chant alone survived to the present day, preserved in Milan due to the musical reputation and ecclesiastical authority of St. Ambrose. Gregorian chant eventually replaced the local chant tradition of Rome itself, which is now known as Old Roman chant. In the 10th century, virtually no musical manuscripts were being notated in Italy. Instead, Roman Popes imported Gregorian chant from (German) Holy Roman Emperors during the 10th and 11th centuries. For example, the Credo was added to the Roman Rite at the behest of the Emperor Henry II in 1014. Reinforced by the legend of Pope Gregory, Gregorian chant was taken to be the authentic, original chant of Rome, a misconception that continues to this day. By the 12th and 13th centuries, Gregorian chant had supplanted or marginalized all the other Western plainchant traditions. Later sources of these other chant traditions show an increasing Gregorian influence, such as occasional efforts to categorize their chants into the Gregorian modes. Similarly, the Gregorian repertory incorporated elements of these lost plainchant traditions, which can be identified by careful stylistic and historical analysis. For example, the Improperia of Good Friday are believed to be a remnant of the Gallican repertory.

Ранние источники и поздние переработки

Первые сохранившиеся источники с музыкальной нотацией были созданы примерно в 930 году (Graduale Laon). До этого григорианский хорал передавался устно. Большинство исследователей григорианского пения согласны с тем, что развитие музыкальной нотации способствовало распространению хорала по всей Европе. Ранние нотированные манускрипты происходят главным образом из Регенсбурга (Германия), Санкт-Галлена (Швейцария), Лаона и Сен-Мартьяля (Франция). На протяжении своей долгой истории григорианский хорал неоднократно подвергался редакциям, чтобы соответствовать меняющимся современным вкусам и практике. Недавняя редакция, предпринятая в бенедиктинском аббатстве Сен-Пьер в Сольсме, превратилась в масштабный проект по восстановлению якобы искаженного хорала до гипотетического "первоначального" состояния. Ранний григорианский хорал был пересмотрен в соответствии с теоретической структурой ладов. В 1562–1563 годах Тридентский собор запретил большинство секвенций. Directorium chori Гидетта, опубликованное в 1582 году, и Editio medicea, опубликованное в 1614 году, радикально пересмотрели то, что воспринималось как испорченное и несовершенное "варварство", приведя хорал в соответствие с современными эстетическими стандартами. В 1811 году французский музыковед Александр Этьен Шорон, в рамках консервативной реакции после неэффективности либеральных католических орденов во время Французской революции, призвал вернуться к "более чистому" григорианскому хоралу Рима, отвергая французские искажения. В конце XIX века были обнаружены и отредактированы ранние литургические и музыкальные манускрипты. Ранее, Дом Проспер Геранже возродил монашескую традицию в Сольсме. Восстановление Божественной Литургии было одним из его приоритетов, но надлежащих сборников хорала не существовало. Многие монахи были отправлены в библиотеки по всей Европе на поиски соответствующих манускриптов. Однако в 1871 году было переиздано старое издание Медичи (Pustet, Регенсбург), которое папа Пий IX объявил единственной официальной версией. Убежденные в своей правоте, монахи Сольсме активизировали свои усилия. В 1889 году, после десятилетий исследований, они выпустили первую книгу из запланированной серии – Paléographie Musicale. Стимулом к публикации было продемонстрировать искажение "Медичи", представив фотографированные нотации, взятые из множества манускриптов одного и того же хорала, которые Сольсме представил в качестве свидетелей в подтверждение своих реформ. Монахи Сольсме использовали в этой борьбе свою самую мощную "артиллерию", поскольку академически обоснованный "Палео" задумывался как "танк", призванный окончательно отменить испорченное издание Пустета. На основании соответствия в различных манускриптах (которые были должным образом опубликованы в факсимильных изданиях с обширными редакционными введениями) Сольсме смогло разработать практическую реконструкцию. Эта реконструированная версия хорала получила академическое признание, но была отвергнута Римом до 1903 года, когда умер папа Лев XIII. Его преемник, папа Пий X, незамедлительно принял хорал Сольсме – теперь собранный в Liber usualis – в качестве авторитетного. В 1904 году Ватикан заказал издание хорала Сольсме. Возникли серьезные академические дебаты, главным образом из-за стилистических вольностей, допущенных редакторами Сольсме при навязывании своей спорной интерпретации ритма. В изданиях Сольсме добавлены фразировочные знаки и знаки, удлиняющие эписемы и моры, которых нет в оригинальных источниках. И наоборот, они опускают значимые буквы, найденные в оригинальных источниках, которые дают указания относительно ритма и артикуляции, например, ускорение или замедление. Эти редакционные практики поставили под сомнение историческую достоверность интерпретации Сольсме. С момента начала реставрации хорала в Сольсме велись длительные дискуссии о том, какой именно путь следует выбрать. Некоторые выступали за строгую академическую точность и хотели отложить публикации, в то время как другие сосредоточились на практических вопросах и хотели как можно скорее заменить искаженную традицию. Примерно столетие спустя сохраняется разрыв между строгим музыковедческим подходом и практическими потребностями церковных хоров. Таким образом, традиция исполнения, официально принятая с начала реставрации Сольсме, существенно отличается от музыковедческих данных. В своей моту проприо Tra le sollecitudini Пий X предписал использование григорианского хорала, поощряя верующих петь "Обыкновенный" (Ordinary) мессы, хотя пение "Проперного" (Proper) он оставил за мужчинами. Хотя этот обычай сохраняется в традиционалистских католических общинах (большинство из которых допускают также женские школы), Католическая Церковь больше не настаивает на этом запрете. Второй Ватиканский собор официально разрешил заменять григорианский хорал другой музыкой, особенно священной полифонией, хотя и подтвердил, что григорианский хорал остается официальной музыкой Римского обряда Католической Церкви и наиболее подходящей музыкой для богослужения в Римской Литургии. Эту точку зрения поддерживает Джон Блэкли и его 'Schola Antiqua New York'. Недавние исследования, проведенные в Нидерландах доктором Дирком ван Кампеном, показали, что подлинный ритм григорианского хорала в X веке включает в себя как пропорциональные элементы, так и элементы, соответствующие семиологии. Исходя из предположения, что ритм григорианского хорала (и, следовательно, длительность отдельных нот) в любом случае способствует выразительности священных латинских текстов, были изучены различные связанные со словом переменные в их отношении к различным связанным с невмами переменным, исследуя эти взаимосвязи в выборке интроитов с использованием таких статистических методов, как корреляционный анализ и множественный регрессионный анализ. Помимо длительности слогов (измеряемой в десятых долях секунды), каждый слог текста оценивался с точки зрения его положения в слове, к которому он принадлежит, определяя такие переменные, как "слог имеет или не имеет основного ударения", "слог находится или не находится в конце слова" и т.д., а также с точки зрения конкретных производимых звуков (например, слог содержит гласную "i"). Различные элементы невм оценивались путем присвоения им различных значений длительности, как с точки зрения семиологических положений (нюансированные длительности в соответствии со способом написания невм в Graduale Lagal Криса Хаккеннеса), так и с точки зрения фиксированных значений длительности, основанных на мензуральных понятиях, однако с соотношением между короткими и длинными нотами, варьирующимся от 1:1, через 1:1,2, 1:1,4 и т.д. до 1:3. Для различения коротких и длинных нот использовались таблицы, составленные Ван Кампеном в неопубликованном сравнительном исследовании нотации невм по кодексам Санкт-Галлена и Лаона. За некоторыми исключениями, эти таблицы подтверждают различия между короткими и длинными нотами в 'Semiologie Gregorienne' Кардина. Длительности невм присваивались значения путем суммирования значений длительности для отдельных элементов невм, каждый раз следуя определенной гипотезе относительно ритма григорианского хорала. Длительности слогов и невм также выражались в отношении общей длительности слогов, соответственно, невм для слова (контекстуальные переменные). При корреляции различных переменных слова и невм были обнаружены существенные корреляции для переменных слова "ударный слог" и "контекстуальная длительность слога". Кроме того, было установлено, что множественная корреляция (R) между двумя типами переменных достигает максимума (R составляет около 0,80), если элементы невм оцениваются в соответствии со следующими правилами длительности: (a) элементы невм, представляющие короткие ноты в невмах, состоящих как минимум из двух нот, имеют значения длительности 1 времени; (b) элементы невм, представляющие длинные ноты в невмах, состоящих как минимум из двух нот, имеют значения длительности 2 времени; (c) невмы, состоящие только из одной ноты, характеризуются гибкими значениями длительности (со средним значением 2 времени), которые принимают значения длительности слогов для соответствия. Различие между первыми двумя правилами...

The first extant sources with musical notation were written around 930 (Graduale Laon). Before this, plainchant had been transmitted orally. Most scholars of Gregorian chant agree that the development of music notation assisted the dissemination of chant across Europe. The earlier notated manuscripts are primarily from Regensburg in Germany, St. Gall in Switzerland, Laon and St. Martial in France. Gregorian chant has in its long history been subjected to a series of redactions to bring it up to changing contemporary tastes and practice. The more recent redaction undertaken in the Benedictine Abbey of St. Pierre, Solesmes, has turned into a huge undertaking to restore the allegedly corrupted chant to a hypothetical "original" state. Early Gregorian chant was revised to conform to the theoretical structure of the modes. In 1562–63, the Council of Trent banned most sequences. Guidette's Directorium chori, published in 1582, and the Editio medicea, published in 1614, drastically revised what was perceived as corrupt and flawed "barbarism" by making the chants conform to contemporary aesthetic standards. In 1811, the French musicologist Alexandre Étienne Choron, as part of a conservative backlash following the liberal Catholic orders' inefficacy during the French Revolution, called for returning to the "purer" Gregorian chant of Rome over French corruptions. In the late 19th century, early liturgical and musical manuscripts were unearthed and edited. Earlier, Dom Prosper Guéranger revived the monastic tradition in Solesmes. Re establishing the Divine Office was among his priorities, but no proper chantbooks existed. Many monks were sent out to libraries throughout Europe to find relevant Chant manuscripts. In 1871, however, the old Medicea edition was reprinted (Pustet, Regensburg) which Pope Pius IX declared the only official version. In their firm belief that they were on the right way, Solesmes increased its efforts. In 1889, after decades of research, the monks of Solesmes released the first book in a planned series, the Paléographie Musicale. The incentive of its publication was to demonstrate the corruption of the 'Medicea' by presenting photographed notations originating from a great variety of manuscripts of one single chant, which Solesmes called forth as witnesses to assert their own reforms. The monks of Solesmes brought in their heaviest artillery in this battle, as indeed the academically sound 'Paleo' was intended to be a war tank, meant to abolish once and for all the corrupted Pustet edition. On the evidence of congruence throughout various manuscripts (which were duly published in facsimile editions with ample editorial introductions) Solesmes was able to work out a practical reconstruction. This reconstructed chant was academically praised, but rejected by Rome until 1903, when Pope Leo XIII died. His successor, Pope Pius X, promptly accepted the Solesmes chant – now compiled as the Liber usualis – as authoritative. In 1904, the Vatican edition of the Solesmes chant was commissioned. Serious academic debates arose, primarily owing to stylistic liberties taken by the Solesmes editors to impose their controversial interpretation of rhythm. The Solesmes editions insert phrasing marks and note lengthening episema and mora marks not found in the original sources. Conversely, they omit significative letters found in the original sources, which give instructions for rhythm and articulation such as speeding up or slowing down. These editorial practices have placed the historical authenticity of the Solesmes interpretation in doubt. Ever since restoration of Chant was taken up in Solesmes, there have been lengthy discussions of exactly what course was to be taken. Some favored a strict academic rigour and wanted to postpone publications, while others concentrated on practical matters and wanted to supplant the corrupted tradition as soon as possible. Roughly a century later, there still exists a breach between a strict musicological approach and the practical needs of church choirs. Thus the performance tradition officially promulgated since the onset of the Solesmes restoration is substantially at odds with musicological evidence. In his motu proprio Tra le sollecitudini, Pius X mandated the use of Gregorian chant, encouraging the faithful to sing the Ordinary of the Mass, although he reserved the singing of the Propers for males. While this custom is maintained in traditionalist Catholic communities (most of which allow all female scholas as well, though), the Catholic Church no longer persists with this ban. Vatican II officially allowed worshipers to substitute other music, particularly sacred polyphony, in place of Gregorian chant, although it did reaffirm that Gregorian chant was still the official music of the Roman Rite of the Catholic Church, and the music most suitable for worship in the Roman Liturgy. This view is advocated by John Blackley and his 'Schola Antiqua New York'. Recent research in the Netherlands by Dr. Dirk van Kampen has indicated that the authentic rhythm of Gregorian chant in the 10th century includes both proportional elements and elements that are in agreement with semiology. Starting with the expectation that the rhythm of Gregorian chant (and thus the duration of the individual notes) anyway adds to the expressivity of the sacred Latin texts, several word related variables were studied for their relationship with several neume related variables, exploring these relationships in a sample of introit chants using such statistical methods as correlational analysis and multiple regression analysis. Beside the length of the syllables (measured in tenths of seconds), each text syllable was evaluated in terms of its position within the word to which it belongs, defining such variables as "the syllable has or has not the main accent", "the syllable is or is not at the end of a word", etc., and in terms of the particular sounds produced (for instance, the syllable contains the vowel "i"). The various neume elements were evaluated by attaching different duration values to them, both in terms of semiological propositions (nuanced durations according to the manner of neume writing in Chris Hakkennes' Graduale Lagal), and in terms of fixed duration values that were based on mensuralistic notions, however with ratios between short and long notes ranging from 1 : 1, via 1 : 1.2, 1 : 1.4, etc. to 1 : 3. To distinguish short and long notes, tables were consulted that were established by Van Kampen in an unpublished comparative study regarding the neume notations according to Sankt Gallen and Laon codices. With some exceptions, these tables confirm the short vs. long distinctions in Cardine's 'Semiologie Gregorienne'. The lengths of the neumes were given values by adding up the duration values for the separate neume elements, each time following a particular hypothesis concerning the rhythm of Gregoriant chant. Both the syllable lengths and the neume lengths were also expressed in relation to the total duration of the syllables, resp. neumes for a word (contextual variables). Correlating the various word and neume variables, substantial correlations were found for the word variables 'accented syllable' and 'contextual syllable duration'. Moreover, it could be established that the multiple correlation (R) between the two types of variables reaches its maximum (R is about 0.80) if the neumatic elements are evaluated according to the following rules of duration: (a) neume elements that represent short notes in neumes consisting of at least two notes have duration values of 1 time; (b) neume elements that represent long notes in neumes consisting of at least two notes have duration values of 2 times; (c) neumes consisting of only one note are characterized by flexible duration values (with an average value of 2 times), which take over the duration values of the syllables to match. The distinction between the first two rules and the latter rule can also be found in early treatises on music, introducing the terms metrum and rhythmus. As it could also be demonstrated by Van Kampen that melodic peaks often coincide with the word accent (see also), the conclusion seems warranted that the Gregorian melodies enhance the expressiveness of the Latin words by mimicking to some extent both the accentuation of the sacred words (pitch differences between neumes) and the relative duration of the word syllables (by paying attention to well defined length differences between the individual notes of a neume). During the seventeenth through nineteenth centuries in France, the system of rhythmic notation became standardized, with printers and editors of chant books employing only four rhythmic values. Recent research by Christopher Holman indicates that chants whose texts are in a regular meter could even be altered to be performed in time signatures.

Мелодическая реституция

Последние разработки включают в себя углубление семиологического подхода, предложенного Домом Кардином, что также дало новый импульс исследованию мелодических вариантов в различных рукописях григорианского пения. На основе этих продолжающихся исследований стало очевидно, что Градуал и другие песнопевки содержат множество мелодических ошибок, некоторые из которых встречаются последовательно (например, неверная интерпретация третьего и восьмого ладов), что обусловливает необходимость нового издания Градуала, основанного на современных мелодических реставрациях. С 1970-х годов группа по мелодической реставрации AISCGre (Международное общество по изучению григорианского пения) работает над "editio magis critica" в соответствии с запросом, содержащимся в Конституции Второго Ватиканского собора "Sacrosanctum Concilium". В ответ на эту потребность и по приглашению Святого Престола к подготовке более критического издания, в 2011 году издательства Libreria Editrice Vatican и ConBrio Verlagsgesellschaft (Регенсбург) опубликовали первый том "De Dominicis et Festis" из Graduale Novum Editio Magis Critica Iuxta SC 117. В рамках этого подхода так называемые ранние "ритмические" рукописи с неоумами, содержащие богатый мелоритмический материал, но не указывающие точные высоты звуков, сравниваются в обширных сравнительных таблицах с соответствующими более поздними "мелодическими" рукописями, написанными на нотной строке или использующими двойную альфавитную и неумальную нотацию над текстом, которые, как правило, обладают меньшей ритмической детализацией по сравнению с более ранними рукописями. Однако, благодаря сравнению этих двух групп, удалось исправить явные ошибки. В других случаях достичь консенсуса не так просто. В 1984 году Крис Хаккеннес опубликовал свою собственную транскрипцию "Graduale Triplex". Он разработал новую графическую адаптацию квадратной нотации "simplex", в которую интегрировал ритмические указания из двух наиболее значимых источников – Лаонской и Санкт-Галленской рукописей. Опираясь на эти рукописи, он назвал свою транскрипцию "Gradual Lagal". Кроме того, при создании транскрипции он сверял ее с мелодическими рукописями для исправления модальных или других мелодических ошибок, обнаруженных в Graduale Romanum. Его целью было предоставить исправленную мелодию в ритмической нотации, но, прежде всего – будучи также хормейстером – сделать ее удобной для практического использования, то есть представить в виде простой, интегрированной нотации. Хотя он полностью признавал важность мелодических исправлений Хаккеннеса, ритмическое решение, предложенное в Graduale Lagal, по мнению Ван Кампена (см. выше), оказалось недостаточно тесно связано с текстом песнопения.

Recent developments involve an intensifying of the semiological approach according to Dom Cardine, which also gave a new impetus to the research into melodic variants in various manuscripts of chant. On the basis of this ongoing research it has become obvious that the Graduale and other chantbooks contain many melodic errors, some very consistently, (the mis interpretation of third and eighth mode) necessitating a new edition of the Graduale according to state of the art melodic restitutions. Since the 1970 a melodic restitution group of AISCGre (International Society for the Study of Gregorian Chant) has worked on an "editio magis critica" as requested by the 2. Vatican Council Constitution "Sacrosanctum Concilium". As a response to this need and following the Holy See's invitation to edit a more critical edition, in 2011 the first volume "De Dominicis et Festis" of the Graduale Novum Editio Magis Critica Iuxta SC 117 was published by Libreria Editrice Vatican and ConBrio Verlagsgesellschaft, Regensburg. In this approach the so called earlier 'rhythmic' manuscripts of unheightened neumes that carry a wealth of melo rhythmic information but not of exact pitches, are compared in large tables of comparison with relevant later 'melodic' manuscripts' that are written on lines or use double alphabetic and neumes notation over the text, but as a rule have less rhythmic refinement compared to the earlier group. However, the comparison between the two groups has made it possible to correct what are obvious mistakes. In other instances it is not so easy to find a consensus. In 1984 Chris Hakkennes published his own transcription of the Graduale Triplex. He devised a new graphic adaptation of square notation 'simplex' in which he integrated the rhythmic indications of the two most relevant sources, that of Laon and Sankt Gallen. Referring to these manuscripts, he called his own transcription Gradual Lagal. Furthermore, while making the transcription, he cross checked with the melodic manuscripts to correct modal errors or other melodic errors found in the Graduale Romanum. His intention was to provide a corrected melody in rhythmic notation but above all – he was also a choirmaster – suited for practical use, therefore a simplex, integrated notation. Although fully admitting the importance of Hakkennes' melodic revisions, the rhythmical solution suggested in the Graduale Lagal was actually found by Van Kampen (see above) to be rather modestly related to the text of the chant.

Литургические функции

Григорианское пение исполняется во время богослужения в канонические часы и в литургии мессы. Тексты, известные как акцентус, интонируются епископами, священниками и диаконами, преимущественно на одном речитативе с простыми мелодическими формулами в определенных местах каждого предложения. Более сложные песнопения исполняют подготовленные солисты и хоры. Graduale Romanum содержит проперные песнопения мессы (то есть интроит, грядущий, аллилуйя, тракт, оферторий, причастие) и полный Kyriale (сборник вариантов обыкновенного чина мессы). Liber usualis содержит песнопения для Graduale Romanum и наиболее часто используемые песнопения чина.

Правильные песнопения во время мессы

Интроит, постепенный, Аллилуйя, тракт, секвенция, оферторий и причастие являются частью Проперной мессы. "Proprium Missae" на латыни обозначает песнопения мессы, имеющие собственные тексты для каждого воскресенья в течение годового цикла, в отличие от "Ordinarium Missae", которые содержат фиксированные тексты (но различные мелодии) (Kyrie, Sanctus, Benedictus, Agnus Dei). Интроиты сопровождают процессию священнослужителей. Интроиты – это антифонные песнопения, обычно состоящие из антифона, псалмового стиха, повторения антифона, интонации Доксологии "Слава Отцу" и окончательного повторения антифона. Речитативные тоны часто преобладают в их мелодической структуре. Постепенные песнопения – это респонсорные песнопения, следующие за чтением Апостола. Постепенные обычно создаются путем центонизации: стандартные музыкальные фразы собираются подобно лоскутному одеялу, формируя полную мелодию песнопения и создавая семейства музыкально связанных мелодий. Постепенные сопровождаются развернутым стихом, таким образом, фактически состоящим из двух различных частей: А и Б. Часто первая часть повторяется, образуя рондо А Б А. По крайней мере, стих, а иногда и весь постепенный песнопение, предназначены для сольного кантора и исполняются в сложной, орнаментированной манере с протяженными, широкими мелизмами. Аллилуйя известна своим юбилусом – продолжительным радостным мелизмом на последней гласной слова "Аллилуйя". Аллилуйя также состоит из двух частей: самой аллилуйи и псалмового стиха, по которому она идентифицируется (Alleluia V. Pascha nostrum). Последний мелизм стиха совпадает с юбилусом, прикрепленным к Аллилуйе. Аллилуйи не исполняются в периоды покаяния, например, во время Великого поста. Вместо этого поется тракт, обычно с текстами из Псалмов. Секвенции – это стихотворные песнопения, основанные на двустишиях. Хотя многие секвенции не входят в литургию и, следовательно, не являются частью собственно грегорианского репертуара, грегорианские секвенции включают такие известные песнопения, как Victimae paschali laudes и Veni Sancte Spiritus. По словам Ноткера Бальбула, одного из первых авторов секвенций, их происхождение связано с добавлением слов к протяженным мелизмам юбилуса песнопений Аллилуйя.

The Introit, Gradual, Alleluia, Tract, Sequence, Offertory and Communion chants are part of the Proper of the Mass. "Proprium Missae" in Latin refers to the chants of the Mass that have their proper individual texts for each Sunday throughout the annual cycle, as opposed to 'Ordinarium Missae' which have fixed texts (but various melodies) (Kyrie, Sanctus, Benedictus, Agnus Dei). Introits cover the procession of the officiants. Introits are antiphonal chants, typically consisting of an antiphon, a psalm verse, a repeat of the antiphon, an intonation of the Gloria Patri Doxology, and a final repeat of the antiphon. Reciting tones often dominate their melodic structures. Graduals are responsorial chants that follow the reading of the Epistle. Graduals usually result from centonization; stock musical phrases are assembled like a patchwork to create the full melody of the chant, creating families of musically related melodies. Graduals are accompanied by an elaborate Verse, so that it actually consists in two different parts, A B. Often the first part is sung again, creating a 'rondeau' A B A. At least the verse, if not the complete gradual, is for the solo cantor and are in elaborate, ornate style with long, wide ranged melismata. The Alleluia is known for the jubilus, an extended joyful melisma on the last vowel of 'Alleluia'. The Alleluia is also in two parts, the alleluia proper and the psalmverse, by which the Alleluia is identified (Alleluia V. Pascha nostrum). The last melisma of the verse is the same as the jubilus attached to the Alleluia. Alleluias are not sung during penitential times, such as Lent. Instead, a Tract is chanted, usually with texts from the Psalms. Sequences are sung poems based on couplets. Although many sequences are not part of the liturgy and thus not part of the Gregorian repertory proper, Gregorian sequences include such well known chants as Victimae paschali laudes and Veni Sancte Spiritus. According to Notker Balbulus, an early sequence writer, their origins lie in the addition of words to the long melismata of the jubilus of Alleluia chants.

Обычные песнопения мессы

Кирия, Глория, Кредо, Санктус, Бенедикт и Агнус Деи используют один и тот же текст на каждой службе мессы. Поскольку они следуют регулярному неизменному "порядку" мессы, эти песнопения называются "Обычными". Кирия состоит из трехкратного повторения "Kyrie eleison" ("Господи, помилуй"), трехкратного повторения "Christe eleison" ("Христос помилуй"), за которым следует еще одно трехкратное повторение "Kyrie eleison". В более ранних песнопениях встречается "Kyrie eleison imas" ("Господи, помилуй нас"). Кирия отличается использованием греческого языка вместо латинского. Благодаря текстовым повторениям в этих песнопениях встречаются различные музыкальные структуры повторения. Следующий пример, Kyrie ad lib. VI, зафиксированный в рукописи из Камбре, использует форму ABA CDC EFE', с изменениями в тесситуре между разделами. Раздел E', на последнем "Kyrie eleison", сам имеет структуру aa'b, что способствует ощущению кульминации. Глория прославляет Великую Доксологию, а Кредо – Никейское вероучение. Из-за длины этих текстов эти песнопения часто разделяются на музыкальные подразделы, соответствующие текстовым паузам. Поскольку Кредо было последним песнопением, добавленным к "Обычным" частям мессы, в грегорианском корпусе относительно немного мелодий для Кредо. Санктус и Агнус Деи, как и Кирия, также содержат повторяющиеся тексты, которые часто используются в их музыкальных структурах. Технически, Ite missa est и Benedicamus Domino, завершающие мессу, также относятся к "Обычным" частям. У них есть собственные грегорианские мелодии, но поскольку они короткие и простые, и редко становились основой для более поздних музыкальных композиций, они часто опускаются при обсуждении.

Песни служения

Григорианский хорал исполняется в канонических часах монастырской Литургии, преимущественно в антифонах, используемых для пения Псалмов, в Великих Респонсориях утрени и в Коротких Респонсориях малых часов и комплины. Псалмовые антифоны Литургии, как правило, короткие и простые, особенно по сравнению со сложными Великими Респонсориями. В завершение Литургии исполняется одна из четырех марианских антифонов. Эти песнопения – Alma Redemptoris Mater (см. в начале статьи), Ave Regina caelorum, Regina caeli laetare и Salve, Regina – относительно поздние, датируемые XI веком, и значительно сложнее большинства антифонов Литургии. Вилли Апель описал эти четыре песнопения как "одни из самых прекрасных творений позднего Средневековья".

Средневековая и ренессансная музыка

Грегорианский хорал оказал значительное влияние на развитие средневековой и ренессансной музыки. Современная нотная запись развилась непосредственно из григорианских невм. Квадратная нотация, разработанная для григорианского пения, была заимствована и адаптирована для других видов музыки. Определенные группы невм использовались для обозначения повторяющихся ритмов, называемых ритмическими модусами. Округлые нотные головки все чаще заменяли старые квадратные и ромбовидные формы в XV и XVI веках, хотя в сборниках григорианского пения консервативно сохранялась квадратная нотация. К XVI веку пятая линия, добавленная к нотному стану, стала стандартной. Басовый ключ и бемоли, диезы и бекары произошли непосредственно от григорианской нотации. Грегорианские мелодии служили музыкальным материалом и образцом для тропов и литургических драм. Народные гимны, такие как "Christ ist erstanden" и "Nun bitten wir den Heiligen Geist", адаптировали оригинальные григорианские мелодии к переведенным текстам. Светские мелодии, такие как популярная мелодия эпохи Возрождения "In Nomine", были основаны на григорианских мелодиях. Начиная с импровизированных гармонизаций григорианского хорала, известных как органум, григорианский хорал стал движущей силой средневековой и ренессансной полифонии. Часто григорианский гимн (иногда в модифицированной форме) использовался как *cantus firmus*, так что последовательные ноты гимна определяли гармоническую прогрессию. Марианские антифоны, особенно Alma Redemptoris Mater, часто аранжировались композиторами эпохи Возрождения. Использование хорала в качестве *cantus firmus* было преобладающей практикой до периода барокко, когда более сильные гармонические прогрессии, ставшие возможными благодаря независимой басовой линии, стали стандартными. Католическая церковь позднее разрешила полифонические обработки заменять григорианский хорал в чине обыкновенном мессы. Именно поэтому месса как композиционная форма, созданная такими композиторами, как Палестрина или Моцарт, включает Kyrie, но не Introit. Проперы также могут быть заменены хоровыми аранжировками в особых торжественных случаях. Среди композиторов, наиболее часто писавших полифонические обработки Проперов, были Уильям Бёрд и Томас Луис де Виктория. Эти полифонические аранжировки обычно включают элементы оригинального хорала.

Gregorian chant had a significant impact on the development of medieval and Renaissance music. Modern staff notation developed directly from Gregorian neumes. The square notation that had been devised for plainchant was borrowed and adapted for other kinds of music. Certain groupings of neumes were used to indicate repeating rhythms called rhythmic modes. Rounded noteheads increasingly replaced the older squares and lozenges in the 15th and 16th centuries, although chantbooks conservatively maintained the square notation. By the 16th century, the fifth line added to the musical staff had become standard. The bass clef and the flat, natural, and sharp accidentals derived directly from Gregorian notation. Gregorian melodies provided musical material and served as models for tropes and liturgical dramas. Vernacular hymns such as "Christ ist erstanden" and "Nun bitten wir den Heiligen Geist" adapted original Gregorian melodies to translated texts. Secular tunes such as the popular Renaissance "In Nomine" were based on Gregorian melodies. Beginning with the improvised harmonizations of Gregorian chant known as organum, Gregorian chants became a driving force in medieval and Renaissance polyphony. Often, a Gregorian chant (sometimes in modified form) would be used as a cantus firmus, so that the consecutive notes of the chant determined the harmonic progression. The Marian antiphons, especially Alma Redemptoris Mater, were frequently arranged by Renaissance composers. The use of chant as a cantus firmus was the predominant practice until the Baroque period, when the stronger harmonic progressions made possible by an independent bass line became standard. The Catholic Church later allowed polyphonic arrangements to replace the Gregorian chant of the Ordinary of the Mass. This is why the Mass as a compositional form, as set by composers like Palestrina or Mozart, features a Kyrie but not an Introit. The Propers may also be replaced by choral settings on certain solemn occasions. Among the composers who most frequently wrote polyphonic settings of the Propers were William Byrd and Tomás Luis de Victoria. These polyphonic arrangements usually incorporate elements of the original chant.