Гай Саллюстий Крисп: римский историк и политик

Введение

Римский историк и политик (86 – ок. 35 до н.э.)

Историк Гай Салустий Крисп, обычно англицизированный как Саллуст ( /ˈsæləst/, SALəst; 86 – ок. 35 до н.э.), был историком и политиком Римской республики из плебейской семьи. Вероятно, родившийся в Амитернуме, в стране сабинов, Саллуст стал сторонником Юлия Цезаря (100–44 до н.э.) примерно в 50-х годах до н.э. Он – самый ранний из известных римских историков, писавших на латыни, чьи работы сохранились до наших дней, среди них – «Заговор Катилины» о соответствующем заговоре, «Югурттинская война» о соответствующей войне и «Истории» (от которых сохранились лишь фрагменты). Как писатель, Саллуст испытывал прежде всего влияние трудов греческого историка Фукидида V века до н.э. В ходе своей политической карьеры он накопил значительное и нечестно приобретенное богатство, будучи наместником Африки.

Жизнь и карьера

Салюст, вероятно, родился в Амитернуме в Центральной Италии, хотя Эдуард Шварц полагает, что родиной Салюста был Рим. Дата его рождения вычисляется на основании свидетельства "Хроники" Иеронима. Однако Рональд Сайм предполагает, что дату Иеронима следует скорректировать из-за его неточности, а энциклопедия Kleine Pauly указывает 1 октября 86 года до н.э. в качестве даты рождения. Майкл Грант осторожно предлагает 80-е годы до н.э., за исключением упоминания о его сестре у Тацита. Салустии были провинциальной дворянской семьей сабинского происхождения. Они принадлежали к всадническому сословию и обладали полными римскими гражданскими правами. Благодаря этому Саллуст мог быть воспитан в Риме. Тем не менее, доказательства неясны; некоторые ученые предполагают, что он никогда не занимал эту должность. "Самая ранняя достоверная информация" о его карьере относится к его пребыванию в должности плебейского трибуна в 52 году до н.э., в год, когда сторонники Мило убили Клодия. В течение этого года Саллуст поддерживал преследование Мило. Он также организовал "яростные уличные демонстрации", чтобы оказать давление на Цицерона, запугав его и вынудив выступить "неубедительно", добившись изгнания Мило из города. В этом году он, вместе с другими десятью трибунами, поддержал закон, разрешающий Цезарю баллотироваться на второй консулат заочно. Сайм предполагает, что Саллуст, из-за своей позиции в деле Мило, изначально не поддерживал Цезаря. Согласно одной надписи, некий Салустий (с неясным преноменом) служил прокваестором в Сирии в 50 году до н.э. под руководством Марка Кальпурния Бибула. Моммзен отождествлял этого Салустия с Саллустом-историком, но Браутон утверждал, что Саллуст-историк не стал бы помощником противника Цезаря или, будучи бывшим плебейским трибуном, принять низкий титул legatus pro quaestore. Политическая ориентация Саллуста в этот ранний период неясна, но после его исключения из сената в 50 году до н.э. Аппием Клавдием Пулхром (в то время цензором), он примкнул к Цезарю. Он был отстранен под предлогом аморальности, но, вероятно, это был лишь повод для его оппозиции Мило во время его трибуната.

Sallust was probably born in Amiternum in Central Italy, though Eduard Schwartz takes the view that Sallust's birthplace was Rome. His birth date is calculated from the report of Jerome's Chronicon. But Ronald Syme suggests that Jerome's date has to be adjusted because of his carelessness, and the Kleine Pauly Encyclopedia takes 1 October 86 BC as the birthdate. Michael Grant cautiously offers 80s BC. except for Tacitus' mention of his sister. The Sallustii were a provincial noble family of Sabine origin. They belonged to the equestrian order and had full Roman citizenship. Because of this Sallust could have been raised in Rome. However, the evidence is unclear; some scholars suggest he never held the post. The "earliest certain information" on his career is his terms as plebeian tribune in 52 BC, the year in which the followers of Milo killed Clodius. During his year, Sallust supported the prosecution of Milo. He also organised "ferocious street demonstrations" to exert public pressure on Cicero, intimidating him into "giving a substandard performance", seeing Milo leave the city into exile. In this year, he, with the other ten tribunes, all supported a law to permit Caesar to stand for a second consulship in absentia. Syme suggests that Sallust, because of his position in Milo's trial, did not originally support Caesar. According to one inscription, some Sallustius (with unclear praenomen) was a proquaestor in Syria in 50 BC under Marcus Calpurnius Bibulus. Mommsen identified this Sallustius with Sallust the historian, but Broughton argued that Sallust the historian would not have been an assistant to Caesar's adversary or, as an ex plebeian tribune, have taken the lowly title legatus pro quaestore. Sallust's political affiliation is unclear in this early period, but after he was expelled from the senate in 50 BC by Appius Claudius Pulcher (then serving as censor), he joined Caesar. He was removed on grounds of immorality, but this was likely a pretext for his opposition to Milo during his tribunate.

Выход на пенсию

Из-за этих обвинений и отсутствия перспектив для продвижения, он посвятил себя написанию истории, представляя свои исторические труды как продолжение общественной деятельности, чтобы зафиксировать достижения для будущих поколений. Его политическая жизнь повлияла на его исторические сочинения, что породило в нем "глубокую горечь по отношению к элите" и привело к тому, что в его дошедших до нас произведениях "мало героев". Он также усовершенствовал свои сады, потратив на них значительную часть накопленного состояния. По словам Иеронима, Саллюст впоследствии стал вторым мужем бывшей жены Цицерона, Теренции. Однако, авторитетные исследователи римской просопографии, такие как Рональд Сайм, полагают, что это лишь легенда. Согласно Прокопию, когда войско Аларика ворвалось в Рим, они сожгли дом Саллюста.

Работы

Монографии Саллуста о Катилинском заговоре (De coniuratione Catilinae или Bellum Catilinae) и Югурттинской войне (Bellum Jugurthinum) дошли до нас в полном объеме, наряду с фрагментами его более масштабного и значительного труда (Historiae) – истории Рима за период с 78 по 67 год до н.э. Его лаконичные монографии – например, работа о Катилине короче даже самого короткого тома Ливия – стали первыми книгами подобного рода, известными в Риме.

Война Катилин

Монография была, вероятно, написана около 42 года до н.э. Однако некоторые историки предлагают более раннюю датировку, возможно, даже 50 годом до н.э., считая, что изначально это был неопубликованный памфлет, который затем был переработан и издан после гражданских войн. В ней отсутствуют какие-либо признаки личных воспоминаний о заговоре, что, возможно, указывает на то, что Саллуст в то время находился вне города на военной службе. Вероятно, она была написана как "призыв к здравому смыслу" во время проскрипций Второго триумвирата, где изображение Цезаря, выступающего против смертной казни, контрастирует с царившей тогда бойней. Это первая опубликованная работа Саллуста, подробно описывающая попытку Луция Сергия Катилины свергнуть Римскую республику в 63 году до н.э. Саллуст представляет Катилину как сознательного врага закона, порядка и морали и не дает исчерпывающего объяснения его взглядов и намерений (Катилина поддерживал партию Суллы, которую Саллуст критиковал). Теодор Моммсен предположил, что Саллуст особенно стремился оградить своего покровителя (Цезаря) от любого соучастия в заговоре. Описывая заговор Катилины, Саллуст использует тон, стиль и описания аристократического поведения, чтобы проиллюстрировать "политический и моральный упадок Рима, начавшийся после падения Карфагена, ускорившийся после диктатуры Суллы и распространившийся от развращенной знати, заражая всю римскую политику". Хотя он осуждает развращенный характер и злодеяния Катилины, он не забывает отметить, что этот человек обладал многими благородными качествами. В частности, Саллуст показывает, что Катилина проявил исключительную храбрость в своей последней битве. Он представляет повествование, безоговорочно осуждающее заговорщиков, вероятно, опираясь на «De consulatu suo» Цицерона для деталей заговора; однако его повествование сосредоточено на Цезаре и Катоне Младшем, которые представлены как "два примера *virtus* ('доблести')" с пространными речами, описывающими дебаты о наказании заговорщиков в заключительной части.

Югуртская война

Югуртская война Саллуста (Bellum Jugurthinum) – монография о войне с Югурттой в Нумидии, проходившей с 112 по 106 год до н.э. Она была написана приблизительно в 41–40 годах до н.э. и вновь акцентировала внимание на моральном упадке. Саллуст, вероятно, использовал общую историографическую работу того времени, а также автобиографии Марка Эмилия Скавра, Публия Рутилия Руфа и Суллы. Истинная ценность произведения заключается в том, что оно знакомит читателя с Марием и Суллой как с новыми фигурами на римской политической арене и с началом их соперничества. Служба Саллуста наместником Африки Новой должна была дать автору прочную географическую и этнографическую базу для описания войны; однако это не проявляется в монографии, несмотря на отступления на эту тему, поскольку для Саллуста, как и в случае с Катилиновым заговором, приоритетом в «Югуртской войне» является использование истории как инструмента для оценки постепенного разрушения римской морали и политической системы.

Другие работы

Его последняя работа, Historiae, охватывала события с 78 г. до н.э.; от нее не сохранилось ничего, кроме фрагмента 5-й книги, касающегося 67 г. до н.э. Из сохранившихся фрагментов следует, что он вновь акцентировал внимание на моральном упадке после Суллы; он "не был снисходителен к Помпею". Историки сожалеют об утрате этого труда, поскольку он, несомненно, пролил бы свет на очень насыщенный событиями период, включавший войну против Сертория (ум. 72 г. до н.э.), кампании Лукулла против Митридата VI Понтийского (75–66 гг. до н.э.) и победы Помпея на Востоке (66–62 гг. до н.э.). Два письма (Duae epistolae de republica ordinanda), содержащие политические советы и рекомендации, адресованные Цезарю, и памфлет против Цицерона (Invectiva или Declamatio in Ciceronem), часто приписываемые Саллусту, современные исследователи считают написанными ритором I века н.э., вместе с ответным памфлетом, приписываемым Цицерону. Ранее Марк Порций Латр рассматривался как возможный автор псевдосаллистианского корпуса, однако эта точка зрения в настоящее время не поддерживается.

Стиль и темы

Основной темой его творчества был упадок, хотя его трактовка римской политики была "часто грубой", а историческая философия находилась под влиянием Фукидида. В этом он испытывал "глубокий пессимизм" относительно упадка, который казался ему "ужасным и неизбежным" – следствием политической и моральной коррупции, порожденной огромной властью Рима: он выводил начало гражданских войн из притока богатства, полученного в результате завоеваний, и отсутствия серьезных внешних угроз, способных закалить и проявить римскую добродетель в бою. Для Саллуста определяющими моментами поздней республики стали уничтожение давнего врага Рима, Карфагена, в 146 г. до н.э. и приток богатства с Востока после Первой Митридатовой войны Суллы. Вместе с тем, он создавал "идеализированный и романтический образ" республики до 146 г. до н.э., описывая этот период в терминах "невероятно безудержной добродетели", которая романтизировала далекое прошлое. Стиль произведений Саллуста был хорошо известен в Риме. Он отличался от сочинений его современников – Цезаря и особенно Цицерона. Для него характерны краткость и использование редких слов и выражений. В результате его работы сильно отличаются от разговорной латыни того времени. Он использовал архаичные слова: по словам Светония, Луций Атей Пратекстат (Филолог) помогал Саллусту их собирать. Рональд Сайм предполагает, что на выбор стиля и даже отдельных слов Саллуста повлияла его неприязнь к Цицерону, его сопернику, но также и к одному из законодателей моды в латинской литературе I в. до н.э. Более поздние исследователи согласны с этим, описывая стиль Саллуста как "антицицеронский", избегающий гармоничной структуры предложений Цицерона в пользу коротких и резких описаний. "Заговор Катилины" отражает многие стилистические особенности, которые были развиты в его более поздних работах. Саллуст избегает общеупотребительных слов из публичных речей современных римских политических ораторов, таких как honestas, humanitas, consensus. В ряде случаев он использует редкие формы общеизвестных слов: например, lubido вместо libido, maxumum вместо maximum, союз quo вместо более распространенного ut. Он также использует менее распространенные окончания ere вместо erunt в третьем лице множественного числа изъявительного наклонения, и is вместо es в винительном падеже множественного числа для прилагательных и существительных третьего склонения (мужского или женского рода). Некоторые слова, использованные Саллустом (например, antecapere, portatio, incruentus, incelebratus, incuriosus), неизвестны в других произведениях, предшествующих его работам. Считается, что это либо неологизмы, либо намеренное возрождение архаичных слов. Саллуст также часто использует антитезу, аллитерацию и хиазм. Этот стиль сам по себе требовал "возврата к ценностям", который был призван "напомнить об аскетичной жизни идеализированного древнего римлянина", а архаизмы и резкий стиль противопоставлялись "украшениям" Цицерона, как нынешний упадок противопоставлялся древним добродетелям.

The core theme of his work was decline, though his treatment of Roman politics was "often crude", with a historical philosophy influenced by Thucydides. In this, he felt a "pervasive pessimism" with decline that was "both dreadful and inevitable", a consequence of political and moral corruption itself caused by Rome's immense power: he traced the civil war to the influx of wealth from conquest and the absence of serious foreign threats to hone and exercise Roman virtue at arms. For Sallust, the defining moments of the late republic were the destruction of Rome's old foe, Carthage, in 146 BC and the influx of wealth from the east after Sulla's First Mithridatic War. At the same time, however, he conveyed a "starry eyed and romantic picture" of the republic before 146 BC, with this period described in terms of "implausibly untrammelled virtue" that romanticised the distant past. The style of works written by Sallust was well known in Rome. It differs from the writings of his contemporaries — Caesar and especially Cicero. It is characterized by brevity and by the use of rare words and turns of phrase. As a result, his works are very far from the conversational Latin of his time. He employed archaic words: according to Suetonius, Lucius Ateius Praetextatus (Philologus) helped Sallust to collect them. Ronald Syme suggests that Sallust's choice of style and even particular words was influenced by his antipathy to Cicero, his rival, but also one of the trendsetters in Latin literature in the first century BC. More recent scholars agree, describing Sallust's style as "anti Ciceronian", eschewing the harmonious structure of Cicero's sentences for short and abrupt descriptions. "The Conspiracy of Catiline" reflects many features of style that were developed in his later works. Sallust avoids common words from public speeches of contemporary Roman political orators, such as honestas, humanitas, consensus. In several cases he uses rare forms of well known words: for example, lubido instead of libido, maxumum instead of maximum, the conjunction quo in place of more common ut. He also uses the less common endings ere instead of common erunt in the third person plural in the perfect indicative, and is instead of es in the accusative plural for third declension (masculine or feminine) adjectives and nouns. Some words used by Sallust (for example, antecapere, portatio, incruentus, incelebratus, incuriosus), are not known in other writings before him. They are believed to be either neologisms or intentional revivals of archaic words. Sallust also often uses antithesis, alliterations and chiasmus. This style itself called for "a 'return to values'" which was "made to recall the austere life of the idealised ancient Roman", with archaisms and abrupt writing contrasted against Cicero's "adornment" as present decadence was contrasted with ancient virtues.

Как историк

В целом, античность благосклонно относилась к Саллусту как к историку. Тацит высоко оценивал его. Квинтилиан называл его «Римским Фукидидом». Марциал присоединяется к похвале: «По мнению ученых, Саллуст займет место первого среди римских историографов». В поздней античности он был высоко оценен Иеронимом как «очень надежный»; его монографии также вошли в корпус стандартного образования на латыни вместе с Вергилием, Цицероном и Теренцием (охватывающими историю, эпос, ораторское искусство и комедию соответственно). В XIII веке отрывок Саллуста о расширении Римской республики (Cat. 7) был процитирован и интерпретирован теологом Фомой Аквинским и ученым Брунетто Латини. В период позднего Средневековья и Возрождения работы Саллуста начали оказывать влияние на политическую мысль в Италии. Среди многих ученых и историков, проявлявших интерес к Саллусту, наиболее известны Леонардо Бруни, Колуччо Салютати и Никколо Макиавелли. Среди его поклонников в Англии раннего Нового времени были Томас Мор, Александр Баркли и Томас Элиот. Юст Липсий отметил Саллуста вторым по значимости римским историком после Тацита. Историки, начиная с XIX века, также отмечали предвзятость и партийность Саллуста в его исторических трудах, не говоря уже о некоторых ошибках в географии и датировке. Важно также, что значительная часть морализаторства Саллуста против коррупции «притупляется его ханжеским тоном и древними обвинениями в коррупции, которые выставили его выдающимся лицемером». Современные взгляды на эпоху, задокументированную Саллустом, отвергают моральный упадок как причину краха республики и полагают, что «социальных конфликтов недостаточно для объяснения политического имплозии». Преобладающее в работах Саллуста повествование о моральном упадке теперь подвергается критике за то, что оно вытесняет его собственное исследование структурных и социально-экономических факторов, приведших к кризису республики, а также за манипулирование историческими фактами, чтобы они соответствовали его моралистическому тезису; тем не менее, ему приписывают роль «проницательного и непредвзятого интерпретатора своего времени». Его акцент на морализаторстве также искажает и упрощает состояние римской политики. Например:

On the whole, antiquity looked favourably on Sallust as a historian. Tacitus speaks highly of him. Quintilian called him the "Roman Thucydides". Martial joins the praise: "Sallust, according to the judgment of the learned, will rank as the prince of Roman historiographers". In late antiquity, he was highly praised by Jerome as "very reliable"; his monographs also entered the corpus of standard education in Latin, with Virgil, Cicero, and Terence (covering history, the epic, oratory, and comedy, respectively). In the thirteenth century Sallust's passage on the expansion of the Roman Republic (Cat. 7) was cited and interpreted by theologian Thomas Aquinas and scholar Brunetto Latini. During the Late Middle Ages and Renaissance, Sallust's works began to influence political thought in Italy. Among many scholars and historians interested in Sallust, the most notable are Leonardo Bruni, Coluccio Salutati and Niccolò Machiavelli. Among his admirers in England in the early modern period were Thomas More, Alexander Barclay and Thomas Elyot. Justus Lipsius marked Sallust as the second most notable Roman historian after Tacitus. Historians since the 19th century also have negatively noted Sallust's bias and partisanship in his histories, not to mention some errors in geography and dating. Also importantly, much of Sallust's anti corruption moralising is "blunted by his sanctimonious tone and by ancient accusations of corruption, which have made him out to be a remarkable hypocrite". Modern views on the period which Sallust documented reject moral failure as a cause of the republic's collapse and believe that "social conflicts are insufficient to account for the political implosion". The core narrative of moral decline prevalent in Sallust's works, is now criticised as crowding out his own examination of the structural and socio economic factors that brought about the crisis of the republic while also manipulating historical facts to make them fit his moralistic thesis; he, however, is credited as "a clear sighted and impartial interpreter of his own age". His focus on moralising also misrepresents and over simplifies the state of Roman politics. For example, :

Стилистически

Цитаты и комментарии "свидетельствуют о высоком статусе труда Саллуста в первом и втором веках нашей эры". Среди тех, кто заимствовал информацию из его сочинений, были Силий Италик, Лукан, Плутарх и Аммиан Марцеллин. Фронтон использовал древние слова, собранные Саллустом, чтобы придать своим работам "архаичную окраску". Во II веке н.э. Зенобий перевёл его труды на древнегреческий язык. Авл Геллий сохранил критическое замечание Полиона о стиле Саллуста посредством цитаты. По его словам, Саллуст однажды употребил слово *transgressus*, обычно означающее "переход [пешком]", для обозначения когорты, пересекавшей море (обычным словом для такого рода переправы было *transfretatio*). Хотя Квинтилиан в целом положительно отзывался о Саллусте, он критиковал некоторые особенности его стиля:

Его произведения также широко цитировались в "Граде Божьем" Августина Блаженного; сами сочинения встречаются в рукописях по всему пост-римскому периоду и циркулировали в каролингских библиотеках. В Средние века труды Саллуста часто использовались в школах для обучения латыни. Его лаконичный стиль повлиял, в частности, на Видукинда Корвейского и Випо Бургундского. Петрарка также высоко ценил Саллуста, хотя прежде всего его стиль и морализаторство. Во время Французских религиозных войн "О заговоре Катилины" стал широко известен как пособие по разоблачению заговоров. Фридрих Ницше в "Сумерках идолов" (1889) приписывает Саллусту его эпиграмматический стиль: "Моё чувство стиля, для эпиграммы как стиля, пробудилось почти мгновенно, когда я соприкоснулся с Саллустом", и хвалит его за то, что он был "сжатым, суровым, с максимально возможным содержанием в основе и с холодной, но лукавой враждебностью ко всем "прекрасным словам" и "прекрасным чувствам"". Первая пьеса норвежского драматурга Генрика Ибсена "Катилина" (ок. 1849) была основана на сюжете Саллуста. Существует также уникальный свиток "Кодекс Ватикан 3864", известный как "V". Он содержит только речи и письма Катилины, Югурты и из "Историй". Создатель этой рукописи изменил исходный порядок слов и заменил архаизмы более привычными выражениями. В свитке "V" также содержатся два анонимных письма Цезарю, предположительно от Саллуста, но их подлинность вызывает споры. Несколько фрагментов сочинений Саллуста сохранились на папирусах II–IV веков нашей эры. Многие древние авторы цитировали Саллуста, и иногда их цитаты из "Историй" являются единственным источником для реконструкции этого произведения. Однако значимость этих цитат для реконструкции неопределённа, поскольку авторы порой цитировали Саллуста по памяти, что могло привести к искажениям.