Информационное общество: характеристики и признаки.

Введение

Форма общества

Информационное общество – это общество или субкультура, в которой использование, создание, распространение, обработка и интеграция информации являются значимой деятельностью. Основными движущими силами являются информационно-коммуникационные технологии, которые привели к быстрому росту многообразия форм информации. Сторонники этой теории утверждают, что эти технологии оказывают влияние на важнейшие формы социальной организации, включая образование, экономику, здравоохранение, государственное управление, военное дело и уровни демократии. Людей, способных участвовать в этой форме общества, иногда называют пользователями компьютеров или даже цифровыми гражданами, которых К. Моссбергер определяет как "те, кто регулярно и эффективно использует интернет". Это лишь один из множества интернет-терминов, указывающих на то, что человечество вступает в новую, отличную от предыдущих фазу развития общества. Признаками этих устойчивых изменений могут быть технологические, экономические, профессиональные, пространственные, культурные факторы или их комбинация. Информационное общество рассматривается как преемник индустриального общества. Близкими по значению понятиями являются пост-индустриальное общество (пост-фордизм), постмодернистское общество, компьютерное общество и общество знаний, телематическое общество, общество зрелища (постмодернизм), информационная революция и информационная эпоха, сетевое общество (Мануэль Кастельс) или даже жидкая современность.

Экономический переход

Питер Друкер утверждал, что происходит переход от экономики, основанной на материальных благах, к экономике, основанной на знаниях. Марк Порат различает первичный (информационные товары и услуги, которые непосредственно используются в производстве, распространении или обработке информации) и вторичный сектор (информационные услуги, производимые для внутреннего потребления правительством и неинформационными фирмами) информационной экономики. Порат использует общую добавленную стоимость первичного и вторичного информационного сектора к ВНП в качестве индикатора информационной экономики. ОЭСР использовала определение Пората для расчета доли информационной экономики в общей экономике (например, ОЭСР 1981, 1986). На основе таких индикаторов информационное общество определяется как общество, в котором более половины ВНП производится и более половины работников заняты в информационной экономике. По мнению Дэниела Белла, число работников, производящих услуги и информацию, является индикатором информационного характера общества. «Постиндустриальное общество основано на услугах. ( ) Важно не грубое мускульное усилие или энергия, а информация. ( ) Постиндустриальное общество – это общество, в котором большинство занятых не участвуют в производстве материальных благ». Ален Турен еще в 1971 году говорил о постиндустриальном обществе. «Переход к постиндустриальному обществу происходит, когда инвестиции приводят к производству символических благ, которые изменяют ценности, потребности, представления, в гораздо большей степени, чем производство материальных благ или даже «услуг». Индустриальное общество трансформировало средства производства: постиндустриальное общество меняет цели производства, то есть культуру. ( ) Решащий момент здесь заключается в том, что в постиндустриальном обществе вся экономическая система становится объектом вмешательства общества в самого себя. Именно поэтому мы можем назвать его запрограммированным обществом, поскольку эта фраза отражает его способность создавать модели управления, производства, организации, распределения и потребления, так что такое общество предстает на всех своих функциональных уровнях как продукт действия, осуществляемого самим обществом, а не как результат естественных законов или культурных особенностей» (Touraine 1988: 104). В запрограммированном обществе также будет индустриализирована область культурного воспроизводства, включая такие аспекты, как информация, потребление, здравоохранение, исследования и образование. То, что современное общество увеличивает свою способность действовать на себя, означает для Турена, что общество реинвестирует все большие части производства и таким образом производит и преобразует себя. Это делает концепцию Турена существенно отличной от концепции Дэниела Белла, который сосредоточился на способности обрабатывать и генерировать информацию для эффективного функционирования общества. Жан-Франсуа Лиотар утверждал, что «знание стало силой производства за последние несколько десятилетий». Знания превращаются в товар. Лиотар говорит, что постиндустриальное общество делает знания доступными для широкой публики, поскольку знания и информационные технологии распространяются в обществе и разрушают великие нарративы централизованных структур и групп. Лиотар обозначает эти изменяющиеся обстоятельства как постмодернистское состояние или постмодернистское общество. Подобно Беллу, Питер Отто и Филипп Зоннтаг (1985) утверждают, что информационное общество – это общество, где большинство работников заняты на информационных должностях, то есть они имеют дело больше с информацией, сигналами, символами и образами, чем с энергией и материей. Радован Рихта (1977) утверждает, что общество трансформировалось в научную цивилизацию, основанную на услугах, образовании и творческой деятельности. Эта трансформация является результатом научно-технологической трансформации, основанной на технологическом прогрессе и растущем значении компьютерных технологий. Наука и технология становятся непосредственными производительными силами (Aristovnik 2014: 55). Нико Штер (1994, 2002a, b) утверждает, что в обществе знаний большинство рабочих мест связано с работой со знаниями. «Современное общество можно описать как общество знаний, основанное на широком проникновении научных и технологических знаний во все сферы жизни и институты» (Stehr 2002b: 18). Для Штера знание – это способность к социальному действию. Наука становится непосредственной производительной силой, знание перестает быть преимущественно воплощенным в машинах, а уже ассимилированная природа, представляющая знание, перестраивается в соответствии с определенными проектами и программами (Ibid. : 41–46). Для Штера экономика общества знаний во многом определяется не материальными ресурсами, а символическими или основанными на знаниях ресурсами (Ibid. : 67), существует большое количество профессий, связанных с работой со знаниями, и сокращается число рабочих мест, требующих низких когнитивных навыков, а также в производстве (Stehr 2002a). Также Альвин Тоффлер утверждает, что знание является центральным ресурсом в экономике информационного общества: «В экономике Третьей волны центральным ресурсом – одним словом, широко охватывающим данные, информацию, образы, символы, культуру, идеологию и ценности – являются применимые знания» (Dyson/Gilder/Keyworth/Toffler 1994). В конце двадцатого века концепция сетевого общества приобрела важность в теории информационного общества. Для Мануэля Кастельса сетевая логика, наряду с информацией, всепроникаемостью, гибкостью и конвергенцией, является центральной характеристикой технологического парадигмы информации (2000a: 69ff). «Одной из ключевых особенностей информационного общества является сетевая логика его базовой структуры, которая объясняет использование концепции «сетевого общества»» (Castells 2000: 21). «Как историческая тенденция, доминирующие функции и процессы в Информационную эпоху все больше организуются вокруг сетей. Сети составляют новую социальную морфологию нашего общества, и распространение сетевой логики существенно изменяет функционирование и результаты в процессах производства, опыта, власти и культуры» (Castells 2000: 500). Для Кастельса сетевое общество является результатом информационализма, новой технологической парадигмы. Ян ван Дейк (2006) определяет сетевое общество как «социальную формацию с инфраструктурой социальных и медиа-сетей, обеспечивающей ее основной режим организации на всех уровнях (индивидуальном, групповом/организационном и общественном). Все больше эти сети связывают все единицы или части этой формации (индивидов, группы и организации)» (Van Dijk 2006: 20). Для ван Дейка сети стали нервной системой общества, в то время как Кастельс связывает концепцию сетевого общества с капиталистической трансформацией, ван Дейк видит ее как логический результат растущего расширения и утолщения сетей в природе и обществе. Дарин Барни использует этот термин для характеристики обществ, демонстрирующих две фундаментальные характеристики: «Первая – это наличие в этих обществах сложных – почти исключительно цифровых – технологий сетевой коммуникации и управления/распределения информацией, технологий, которые формируют базовую инфраструктуру, опосредующую все большее количество социальных, политических и экономических практик. ( ) Вторая, возможно, более интригующая характеристика сетевых обществ – это воспроизводство и институционализация во всем (и между) этих обществах сетей как базовой формы человеческой организации и отношений в широком спектре социальных, политических и экономических конфигураций и ассоциаций».

Peter Drucker has argued that there is a transition from an economy based on material goods to one based on knowledge. Marc Porat distinguishes a primary (information goods and services that are directly used in the production, distribution or processing of information) and a secondary sector (information services produced for internal consumption by government and non information firms) of the information economy. Porat uses the total value added by the primary and secondary information sector to the GNP as an indicator for the information economy. The OECD has employed Porat's definition for calculating the share of the information economy in the total economy (e. g. OECD 1981, 1986). Based on such indicators, the information society has been defined as a society where more than half of the GNP is produced and more than half of the employees are active in the information economy. For Daniel Bell the number of employees producing services and information is an indicator for the informational character of a society. "A post industrial society is based on services. ( ) What counts is not raw muscle power, or energy, but information. ( ) A post industrial society is one in which the majority of those employed are not involved in the production of tangible goods". Alain Touraine already spoke in 1971 of the post industrial society. "The passage to postindustrial society takes place when investment results in the production of symbolic goods that modify values, needs, representations, far more than in the production of material goods or even of 'services'. Industrial society had transformed the means of production: post industrial society changes the ends of production, that is, culture. ( ) The decisive point here is that in postindustrial society all of the economic system is the object of intervention of society upon itself. That is why we can call it the programmed society, because this phrase captures its capacity to create models of management, production, organization, distribution, and consumption, so that such a society appears, at all its functional levels, as the product of an action exercised by the society itself, and not as the outcome of natural laws or cultural specificities" (Touraine 1988: 104). In the programmed society also the area of cultural reproduction including aspects such as information, consumption, health, research, education would be industrialized. That modern society is increasing its capacity to act upon itself means for Touraine that society is reinvesting ever larger parts of production and so produces and transforms itself. This makes Touraine's concept substantially different from that of Daniel Bell who focused on the capacity to process and generate information for efficient society functioning. Jean François Lyotard has argued that "knowledge has become the force of production over the last few decades". Knowledge would be transformed into a commodity. Lyotard says that postindustrial society makes knowledge accessible to the layman because knowledge and information technologies would diffuse into society and break up Grand Narratives of centralized structures and groups. Lyotard denotes these changing circumstances as postmodern condition or postmodern society. Similarly to Bell, Peter Otto and Philipp Sonntag (1985) say that an information society is a society where the majority of employees work in information jobs, i. e. they have to deal more with information, signals, symbols, and images than with energy and matter. Radovan Richta (1977) argues that society has been transformed into a scientific civilization based on services, education, and creative activities. This transformation would be the result of a scientific technological transformation based on technological progress and the increasing importance of computer technology. Science and technology would become immediate forces of production (Aristovnik 2014: 55). Nico Stehr (1994, 2002a, b) says that in the knowledge society a majority of jobs involves working with knowledge. "Contemporary society may be described as a knowledge society based on the extensive penetration of all its spheres of life and institutions by scientific and technological knowledge" (Stehr 2002b: 18). For Stehr, knowledge is a capacity for social action. Science would become an immediate productive force, knowledge would no longer be primarily embodied in machines, but already appropriated nature that represents knowledge would be rearranged according to certain designs and programs (Ibid. : 41 46). For Stehr, the economy of a knowledge society is largely driven not by material inputs, but by symbolic or knowledge based inputs (Ibid. : 67), there would be a large number of professions that involve working with knowledge, and a declining number of jobs that demand low cognitive skills as well as in manufacturing (Stehr 2002a). Also Alvin Toffler argues that knowledge is the central resource in the economy of the information society: "In a Third Wave economy, the central resource – a single word broadly encompassing data, information, images, symbols, culture, ideology, and values – is actionable knowledge" (Dyson/Gilder/Keyworth/Toffler 1994). At the end of the twentieth century, the concept of the network society gained importance in information society theory. For Manuel Castells, network logic is besides information, pervasiveness, flexibility, and convergence a central feature of the information technology paradigm (2000a: 69ff). "One of the key features of informational society is the networking logic of its basic structure, which explains the use of the concept of 'network society'" (Castells 2000: 21). "As an historical trend, dominant functions and processes in the Information Age are increasingly organized around networks. Networks constitute the new social morphology of our societies, and the diffusion of networking logic substantially modifies the operation and outcomes in processes of production, experience, power, and culture" (Castells 2000: 500). For Castells the network society is the result of informationalism, a new technological paradigm. Jan Van Dijk (2006) defines the network society as a "social formation with an infrastructure of social and media networks enabling its prime mode of organization at all levels (individual, group/organizational and societal). Increasingly, these networks link all units or parts of this formation (individuals, groups and organizations)" (Van Dijk 2006: 20). For Van Dijk networks have become the nervous system of society, whereas Castells links the concept of the network society to capitalist transformation, Van Dijk sees it as the logical result of the increasing widening and thickening of networks in nature and society. Darin Barney uses the term for characterizing societies that exhibit two fundamental characteristics: "The first is the presence in those societies of sophisticated – almost exclusively digital – technologies of networked communication and information management/distribution, technologies which form the basic infrastructure mediating an increasing array of social, political and economic practices. ( ) The second, arguably more intriguing, characteristic of network societies is the reproduction and institutionalization throughout (and between) those societies of networks as the basic form of human organization and relationship across a wide range of social, political and economic configurations and associations".

Вторая и третья природы

Информационное общество – это средство передачи и получения информации из одного места в другое. По мере развития технологий люди адаптировались к способам обмена информацией. "Вторая природа" – это совокупность опыта, переосмысливаемого культурой, затем преобразуемого во что-то новое, приобретающее новое значение. Как общество, мы трансформируем этот процесс, пока он не становится для нас естественным, то есть второй природой. Следуя определенному образцу, созданному культурой, мы можем понять, как мы используем и перемещаем информацию различными способами. От обмена информацией через разные часовые пояса (например, онлайн-общение) до доставки информации в отдаленные места (например, отправка письма за границу) – все это стало привычным процессом, который мы в обществе принимаем как должное. Однако, благодаря обмену информацией, векторы позволили нам распространять ее еще шире. Используя эти векторы, информация может перемещаться и отделяться от первоначальных условий, обеспечивших ее движение. Так возникло понятие "третьей природы". Являясь расширением второй природы, третья природа управляет ею, преодолевая ее ограничения. Она способна формировать информацию новыми и разнообразными способами. Таким образом, третья природа может ускорять, распространять, разделять, мутировать и воздействовать на нас извне. Она стремится к балансу между границами пространства и времени (см. "Вторая природа"). Это проявилось в телеграфе – первой успешной технологии, способной передавать и принимать информацию быстрее, чем человек мог переместить физический объект. В результате различные векторы влияния позволяют людям не только формировать культуру, но и создавать новые возможности, которые в конечном итоге будут формировать общество. Следовательно, используя вторую и третью природу, общество может исследовать новые векторы возможностей, где информация может быть преобразована для создания новых форм взаимодействия.

Information society is the means of sending and receiving information from one place to another. As technology has advanced so too has the way people have adapted in sharing information with each other. "Second nature" refers a group of experiences that get made over by culture. They then get remade into something else that can then take on a new meaning. As a society we transform this process so it becomes something natural to us, i. e. second nature. So, by following a particular pattern created by culture we are able to recognise how we use and move information in different ways. From sharing information via different time zones (such as talking online) to information ending up in a different location (sending a letter overseas) this has all become a habitual process that we as a society take for granted. However, through the process of sharing information vectors have enabled us to spread information even further. Through the use of these vectors information is able to move and then separate from the initial things that enabled them to move. From here, something called "third nature" has developed. An extension of second nature, third nature is in control of second nature. It expands on what second nature is limited by. It has the ability to mould information in new and different ways. So, third nature is able to ‘speed up, proliferate, divide, mutate, and beam in on us from elsewhere. It aims to create a balance between the boundaries of space and time (see second nature). This can be seen through the telegraph, it was the first successful technology that could send and receive information faster than a human being could move an object. As a result different vectors of people have the ability to not only shape culture but create new possibilities that will ultimately shape society. Therefore, through the use of second nature and third nature society is able to use and explore new vectors of possibility where information can be moulded to create new forms of interaction.

Социологическое применение

В социологии информационное общество относится к типу общества, последовавшему за модерном. Теоретики, такие как Ульрих Бек, Энтони Гидденс и Мануэль Кастельс, утверждают, что с 1970-х годов в глобальном масштабе произошла трансформация от индустриального общества к информационному обществу. Подобно тому, как паровая энергия была технологической основой индустриального общества, информационные технологии рассматриваются как катализатор изменений в организации труда, социальной структуре и политике, происходящих в конце XX века. В книге "Шок будущего" Элвин Тоффлер использовал термин "сверхпромышленное общество" для описания этого типа общества. Другие авторы и мыслители использовали термины, такие как "постиндустриальное общество" и "постмодернистское индустриальное общество" в схожем значении.

Связанные термины

Ряд терминов, используемых в настоящее время, подчеркивают связанные, но различные аспекты формирующегося мирового экономического порядка. Информационное общество стремится быть наиболее всеобъемлющим, поскольку экономика является подмножеством общества. Информационная эпоха несколько ограничительна, так как она относится к 30-летнему периоду между широким распространением компьютеров и экономикой знаний, а не к формирующемуся экономическому порядку. Эпоха знаний касается природы контента, а не социально-экономических процессов, посредством которых он будет обмениваться. Компьютерная революция и революция знаний относятся к конкретным революционным переходам, а не к конечному состоянию, к которому мы движемся. Информационная революция соотносится с известными терминами аграрная революция и промышленная революция. Информационная экономика и экономика знаний акцентируют внимание на контенте или интеллектуальной собственности, которые торгуются на информационном рынке или рынке знаний, соответственно. Электронная коммерция и электронный бизнес подчеркивают характер транзакций и ведения бизнеса, соответственно, с использованием Интернета и Всемирной паутины. Цифровая экономика фокусируется на обмене битами в киберпространстве, а не атомами в физическом пространстве. Сетевая экономика подчеркивает, что предприятия будут работать совместно в сетях или как часть бизнес-экосистем, а не как самостоятельные единицы. Социальные сети относятся к процессу сотрудничества в огромных глобальных масштабах. Интернет-экономика фокусируется на природе рынков, создаваемых Интернетом. Знания как услуга и ценность знаний помещают контент в экономический контекст. Знания как услуга интегрируют управление знаниями в рамках организации знаний, которая торгует на рынке знаний. Для получения большего объема знаний используется наблюдение, в том числе с применением дронов как инструмента для сбора информации о других людях. Хотя эти термины кажутся синонимичными, каждый из них передает не просто нюансы или немного отличающиеся взгляды на одно и то же. Каждый термин представляет собой один из атрибутов вероятного характера экономической деятельности в развивающемся постиндустриальном обществе. В качестве альтернативы, новый экономический порядок будет включать в себя все вышеперечисленное, а также другие атрибуты, которые еще не полностью проявились. В связи с развитием информационного общества возникло информационное загрязнение, которое, в свою очередь, привело к формированию информационной экологии, связанной с информационной гигиеной.

A number of terms in current use emphasize related but different aspects of the emerging global economic order. The Information Society intends to be the most encompassing in that an economy is a subset of a society. The Information Age is somewhat limiting, in that it refers to a 30 year period between the widespread use of computers and the knowledge economy, rather than an emerging economic order. The knowledge era is about the nature of the content, not the socioeconomic processes by which it will be traded. The computer revolution, and knowledge revolution refer to specific revolutionary transitions, rather than the end state towards which we are evolving. The Information Revolution relates with the well known terms agricultural revolution and industrial revolution. The information economy and the knowledge economy emphasize the content or intellectual property that is being traded through an information market or knowledge market, respectively. Electronic commerce and electronic business emphasize the nature of transactions and running a business, respectively, using the Internet and World Wide Web. The digital economy focuses on trading bits in cyberspace rather than atoms in physical space. The network economy stresses that businesses will work collectively in webs or as part of business ecosystems rather than as stand alone units. Social networking refers to the process of collaboration on massive, global scales. The internet economy focuses on the nature of markets that are enabled by the Internet. Knowledge services and knowledge value put content into an economic context. Knowledge services integrates Knowledge management, within a Knowledge organization, that trades in a Knowledge market. In order for individuals to receive more knowledge, surveillance is used. This relates to the use of Drones as a tool in order to gather knowledge on other individuals. Although seemingly synonymous, each term conveys more than nuances or slightly different views of the same thing. Each term represents one attribute of the likely nature of economic activity in the emerging post industrial society. Alternatively, the new economic order will incorporate all of the above plus other attributes that have not yet fully emerged. In connection with the development of the information society, information pollution appeared, which in turn evolved information ecology – associated with information hygiene.

Учитывания в отношении интеллектуальной собственности

Одним из центральных парадоксов информационного общества является то, что оно делает информацию легко воспроизводимой, что порождает множество проблем, связанных со свободой и контролем в области интеллектуальной собственности. По сути, бизнес и капитал, занявшие место производителей и продавцов информации и знаний, нуждаются в контроле над этим новым ресурсом для эффективного управления им и продажи как основы информационной экономики. Однако такой контроль может оказаться проблематичным как с технической, так и с социальной точки зрения. Технически – потому что средства защиты от копирования часто легко обходятся, а социально – потому что пользователи и граждане информационного общества могут быть не готовы принять абсолютную коммерциализацию фактов и информации, составляющих их окружение. Реакция на эту проблему варьируется от Закона о цифровом тысячелетии в США (и аналогичного законодательства в других странах), криминализирующего обход средств защиты от копирования (см. DRM), до движения свободного программного обеспечения, открытого исходного кода и copyleft, стремящихся поощрять и распространять «свободу» различных информационных продуктов (в традиционном понимании – как «бесплатность» в смысле отсутствия платы, так и свободу в смысле права на использование, изучение и распространение). Важно отметить: термин «информационное общество» политики часто используют в значении «мы все пользуемся интернетом сейчас», тогда как социологический термин «информационное общество» (или «информационная эпоха») подразумевает более глубокие изменения в структуре общества. Отсутствие политического контроля над интеллектуальной собственностью приводит к тому, что у нас нет четкой картины проблем, анализа затрат и выгод, а также действующих политических групп, объединенных общими интересами и представляющих различные точки зрения на эту сложную ситуацию, характерную для информационного общества.