Введение

Философская теория

В философии разума дуализм "ум-тело" обозначает либо представление о том, что ментальные феномены не являются физическими, либо то, что разум и тело различны и разделены. Таким образом, он охватывает совокупность взглядов на взаимосвязь между разумом и материей, а также между субъектом и объектом, и противопоставляется другим позициям, таким как физикализм и энактивизм, в рамках проблемы "разум-тело". При этом сохраняется бессмертная и вечная интеллектуальная составляющая разума. Однако Платон считал, что душа не зависит от физического тела, веря в метемпсихоз – переселение души в новое физическое тело. Некоторые философы рассматривают его как форму редукционизма, поскольку он способствует тенденции игнорировать большие группы переменных, исходя из их предполагаемой связи с разумом или телом, а не оценивая их реальную значимость при объяснении или прогнозировании изучаемого явления. Дуализм тесно связан с идеями Рене Декарта (1641), который утверждал, что разум является нефизической – и, следовательно, не пространственной – субстанцией. Декарт чётко отождествлял разум с сознанием и самосознанием, отличая его от физического мозга, являющегося основой интеллекта. Таким образом, он стал первым задокументированным западным философом, сформулировавшим проблему "разум-тело" в той форме, в которой она существует сегодня. Дуализм противопоставляется различным видам монизма. Дуализм субстанций противопоставляется всем формам материализма, но дуализм свойств в определенном смысле может рассматриваться как форма эмерджентного материализма или нередуктивного физикализма.

Дуализм свойств

Дуализм свойств утверждает, что онтологическое различие заключается в различиях между свойствами сознания и материи, и что сознание может быть онтологически несводимым к нейробиологии и физике. Он утверждает, что когда материя организована определенным образом (то есть, как организованы живые человеческие тела), возникают ментальные свойства. Следовательно, это подраздел эмерджентного материализма. Сам вопрос о том, какие взгляды следует отнести к дуализму свойств, является предметом споров. Существуют различные версии дуализма свойств, некоторые из которых претендуют на независимую категоризацию. Нередуктивный физикализм – это форма дуализма свойств, в которой утверждается, что все ментальные состояния причинно сводимы к физическим состояниям. Один из аргументов в пользу этого был выдвинут в форме аномального монизма, предложенного Дональдом Дэвидсоном, где утверждается, что ментальные события тождественны физическим событиям, однако отношения между ментальными событиями нельзя описать строгими, закономерными причинно-следственными связями. Другой аргумент был высказан Джоном Сёрлом, сторонником специфической формы физикализма, которую он называет биологическим натурализмом. Его позиция заключается в том, что, хотя ментальные состояния онтологически несводимы к физическим состояниям, они причинно сводимы. Он признал, что "для многих" его взгляды и взгляды дуалистов свойств кажутся очень похожими, но считает, что такое сравнение вводит в заблуждение.

Предкативный дуализм

Дуализм предикатов – это позиция, придерживаемая такими нередуктивными физикалистами, как Дональд Дэвидсон и Джерри Фодор, которые утверждают, что, хотя существует только одна онтологическая категория веществ и свойств веществ (обычно физических), предикаты, используемые нами для описания психических событий, нельзя переформулировать (или свести) к физическим предикатам естественных языков. Дуализм предикатов наиболее чётко определяется как отрицание монизма предикатов. Монизм предикатов можно охарактеризовать как позицию, разделяемую элиминативными материалистами, которые утверждают, что такие интенциональные предикаты, как вера, желание, мышление, чувство и т. д., в конечном итоге будут исключены как из языка науки, так и из обыденного языка, поскольку сущности, к которым они относятся, не существуют. Сторонники дуализма предикатов полагают, что так называемая «народная психология» со всеми её атрибуциями пропозициональных установок является неотъемлемой частью процесса описания, объяснения и понимания психических состояний и поведения человека. Например, Дэвидсон придерживается аномального монизма, согласно которому не может существовать строгих психофизических законов, связывающих ментальные и физические события в их описании как ментальных и физических событий. Однако все ментальные события также имеют физические описания. Именно в терминах последних эти события могут быть связаны закономерными отношениями с другими физическими событиями. Ментальные предикаты принципиально отличаются по своей природе (рациональные, целостные и необходимые) от физических предикатов (случайные, атомарные и причинные). Джексон выдвинул субъективный аргумент в пользу эпифеноменализма, но впоследствии отказался от него и принял физикализм.

Параллелизм

Психофизический параллелизм – это весьма необычная точка зрения на взаимодействие между психическими и физическими событиями, наиболее ярко и, возможно, единственно последовательно отстаиваемая Готфридом Вильгельмом фон Лейбницем. Как и Малебранш и другие предшественники, Лейбниц признавал слабость объяснения Декарта причинного взаимодействия, локализованного в конкретном месте мозга. Малебранш пришел к выводу, что подобная материальная основа взаимодействия между материальным и нематериальным невозможна, и поэтому сформулировал свою доктрину окказионализма, утверждая, что взаимодействия на самом деле вызываются вмешательством Бога в каждом отдельном случае. Идея Лейбница состоит в том, что Бог создал предустановленную гармонию, благодаря которой лишь кажется, будто физические и психические события вызывают и вызываются друг другом. В действительности, психические причины имеют лишь психические следствия, а физические причины – лишь физические. Отсюда и термин "параллелизм", используемый для обозначения этой точки зрения. Он предположил, что физические сущности статичны, а разум является причиной изменений. Секст Эмпирик относит его к Гесиоду, Пармениду и Эмпедоклу, причисляя к философам, придерживавшимся дуалистической теории, согласно которой материальный и активный принципы совместно являются источником вселенной. Подобные идеи развивал и Анаксагор. В диалоге «Фаидон» Платон сформулировал свою знаменитую теорию идей как отдельные и нематериальные субстанции, в то время как объекты и другие явления, воспринимаемые нами в мире, являются не более чем простыми тенями.

От неоплатонизма к схоластицизму

Философская школа неоплатонизма, наиболее активная в поздней античности, утверждала, что физическое и духовное – это эманации Единого. Неоплатонизм оказал значительное влияние на христианство, как и философия Аристотеля через схоластику. В схоластической традиции святого Тома Аквинского, ряд доктрин которого были включены в догму Римско-католической церкви, душа является субстанциальной формой человеческого существа. Аквинский проводил *Quaestiones disputate de anima*, или «Спорные вопросы о душе», в римском *studium provinciale* Доминиканского ордена в Санта-Сабине, предшественнике Папского университета Святого Томаса Аквинского, Angelicum, в течение учебного года 1265–1266. К 1268 году Аквинский написал по крайней мере первую книгу *Sententia Libri De anima* – комментарий Аквинского к книге Аристотеля *De anima*, перевод которой с греческого языка был завершен доминиканским соратником Аквинского в Витербо, Вильгельмом Моербеке, в 1267 году. Как и Аристотель, Аквинский считал, что человек является единой составной субстанцией, состоящей из двух субстанциальных принципов: формы и материи. Душа – это субстанциальная форма и, следовательно, первая актуальность материального органического тела, обладающего потенциалом для жизни. В то время как Аквинский защищал единство человеческой природы как составной субстанции, составленной этими двумя неразрывными принципами формы и материи, он также утверждал о неразрушимости интеллектуальной души. Поэтому Аквинский считал, что «душа святого Петра молится за нас» было бы более уместно, чем «святой Петр молится за нас», поскольку все, что связано с его личностью, включая воспоминания, завершилось с его телесной жизнью. Католическая доктрина о воскресении тела не придерживается этой точки зрения, рассматривая тело и душу как единое целое и утверждая, что при втором пришествии души ушедших воссоединятся со своими телами как целостная личность (субстанция) и станут свидетелями апокалипсиса. Тщательное соответствие между догмой и современной наукой здесь поддерживалось, в частности, благодаря серьезному вниманию к принципу, согласно которому может существовать только одна истина. Соответствие науке, логике, философии и вере оставалось высоким приоритетом на протяжении веков, и получение университетской докторской степени по теологии обычно включало в себя изучение всей научной программы в качестве обязательного условия. Это учение не является общепринятым среди христиан сегодня. Многие верят, что бессмертная душа человека непосредственно направляется в рай после смерти тела.

Декарт и его ученики

В своих "Размышлениях о первой философии" Рене Декарт отправился на поиски, подвергнув сомнению все свои прежние убеждения, чтобы установить, что он может познать с уверенностью.

Последние формулировки

В дополнение к уже обсужденным теориям дуализма (особенно христианской и картезианской моделям) существуют новые теории в защиту дуализма. Натуралистический дуализм разработан австралийским философом Дэвидом Чалмерсом (родился в 1966 году), который утверждает, что существует объяснимый разрыв между объективным и субъективным опытом, который нельзя преодолеть редукционизмом, поскольку сознание, по крайней мере, логически автономно от физических свойств, от которых оно зависит. По мнению Чалмерса, натуралистическое объяснение дуализма свойств требует новой фундаментальной категории свойств, описываемых новыми законами супервентности; эта задача аналогична пониманию электричества на основе механистических и ньютоновских моделей материализма до уравнений Максвелла. Схожая защита исходит от австралийского философа Фрэнка Джексона (родился в 1943 году), который возродил теорию эпифеноменализма, утверждающую, что ментальные состояния не оказывают влияния на физические состояния. Джексон утверждает, что существует два вида дуализма: дуализм субстанции, предполагающий существование второй, нетелесной формы реальности, где тело и душа – две различные субстанции, и дуализм свойств, утверждающий, что тело и душа – это различные свойства одного и того же тела. Он полагает, что функции разума/души являются внутренними, глубоко личными переживаниями, недоступными для наблюдения со стороны и, следовательно, недоступными для науки (по крайней мере, на данный момент). Мы можем узнать всё о способности летучей мыши к эхолокации, но никогда не сможем понять, как летучая мышь переживает это явление.

Субъективный аргумент

Важным фактом является то, что разум воспринимает внутрипсихические состояния иначе, чем сенсорные явления, и это когнитивное различие приводит к тому, что ментальные и физические явления обладают, казалось бы, различными свойствами. Субъективный аргумент утверждает, что эти свойства не примиримы в рамках физического разума. Ментальные события обладают определенным субъективным качеством, в то время как физические, по-видимому, нет. Так, например, можно спросить, каково ощущение обожженного пальца, каков вид синего неба или как звучит приятная музыка. Философы сознания называют субъективные аспекты ментальных событий квалиа. Есть нечто, что значит испытывать боль, видеть знакомый оттенок синего и так далее. В этих ментальных событиях задействованы квалиа. И утверждается, что квалиа нельзя свести к чему-либо физическому. Фрэнк Джексон сформулировал свой известный аргумент знания, основанный на схожих соображениях. В этом мысленном эксперименте, известном как «Комната Мэри», он предлагает представить нейробиолога Мэри, которая родилась и прожила всю свою жизнь в черно-белой комнате с черно-белым телевизором и компьютерным монитором, где она собирает все возможные научные данные о природе цветов. Джексон утверждает, что как только Мэри покинет комнату, она приобретет новые знания, которыми прежде не обладала: знание об опыте восприятия цветов (то есть, каково это – видеть цвета). Хотя Мэри знает все, что можно знать о цветах с объективной, сторонней точки зрения, она, по словам Джексона, никогда не знала, каково видеть красный, оранжевый или зеленый. Если Мэри действительно узнает что-то новое, это должно быть знание о чем-то нефизическом, поскольку она уже знала все о физических аспектах цвета. Однако позже Джексон отказался от своего аргумента и принял физикализм. Он отмечает, что Мэри получает знание не о цвете, а о новом внутрипсихическом состоянии – восприятии цвета. Дэниел Деннетт и другие также приводят аргументы против этой точки зрения.

Спор о зомби

Аргумент о зомби основан на мысленном эксперименте, предложенном Дэвидом Чалмерсом в связи с проблемой qualia, или сложной проблемой сознания. Основная идея заключается в том, что можно представить, и, следовательно, помыслить существование, внешне функционирующего человека/тела, не связанного ни с какими сознательными состояниями. Аргумент Чалмерса состоит в том, что существование такого существа представляется правдоподобным, поскольку достаточно, чтобы все и только то, что физические науки описывают и наблюдают в человеке, было истинно и для зомби. Ни одно из понятий, используемых в этих науках, не относится к сознанию или другим психическим явлениям, и любую физическую сущность можно научно описать посредством физики, независимо от того, сознательна она или нет. Сама логическая возможность p-зомби демонстрирует, что сознание – это естественное явление, выходящее за рамки нынешних неудовлетворительных объяснений. Чалмерс утверждает, что, вероятно, невозможно создать живого p-зомби, поскольку живые существа, по-видимому, требуют определенного уровня сознания. Однако роботы, созданные для имитации людей (неосознанно?), могут стать первыми настоящими p-зомби. Поэтому Чалмерс полушутя призывает к необходимости создания "измерителя сознания", чтобы определить, сознательна ли какая-либо сущность – человек или робот. Другие, такие как Деннетт, утверждают, что понятие философского зомби является несостоятельной или маловероятной концепцией. В частности, ничто не доказывает, что сущность (например, компьютер или робот), идеально имитирующая людей, и особенно идеально имитирующая выражения чувств (таких как радость, страх, гнев и т.д.), на самом деле не испытывает их, и, следовательно, не обладает состояниями сознания, аналогичными состояниям реального человека. Утверждается, что в рамках физикализма необходимо либо верить, что любой, включая самого себя, может быть зомби, либо что никто не может быть зомби, исходя из того, что собственное убеждение в том, является ли кто-то зомби или нет, является продуктом физического мира и, следовательно, ничем не отличается от убеждений других.

Аргумент специальных наук

Говард Робинсон утверждает, что если дуализм предикатов верен, то существуют "специальные науки", которые не поддаются сведению к физике. Эти якобы несводимые области, содержащие несводимые предикаты, отличаются от естественных наук тем, что они зависят от интереса наблюдателя. Здесь области, зависящие от интереса, предполагают существование разумов, способных формировать заинтересованные точки зрения. При этом, психология не требует несводимости разума и исходит из предположения о его физической основе. Фактически, в науке обычно исходят из существования сложных систем; хотя такие области, как химия, биология или геология, могли бы быть многословно выражены в терминах квантовой теории поля, удобнее использовать уровни абстракции, такие как молекулы, клетки или мантия. Часто бывает сложно разложить эти уровни без глубокого анализа и вычислений. Со́бер также выдвинул философские аргументы против идеи несводимости.

Аргумент личной идентичности

Этот аргумент касается различий в применимости контрфактических высказываний к физическим объектам, с одной стороны, и к сознательным, личностным агентам, с другой. В случае любого материального объекта, например, принтера, мы можем сформулировать ряд контрфактов следующим образом: Этот принтер мог быть сделан из соломы. Этот принтер мог быть сделан из другого вида пластика и вакуумных ламп. Этот принтер мог быть сделан из 95% тех материалов, из которых он фактически состоит, и 5% вакуумных ламп и т. д. Где-то на пути от состояния, когда принтер состоит именно из тех деталей и материалов, которые его фактически составляют, к состоянию, когда принтер состоит из другого вещества, скажем, на 20%, вопрос о том, является ли этот принтер тем же самым принтером, становится вопросом произвольного соглашения. Представьте себе человека по имени Фредерик, у которого есть двойник, рожденный от той же яйцеклетки и слегка генетически модифицированного сперматозоида. Представьте себе ряд контрфактических ситуаций, соответствующих примерам, примененным к принтеру. Где-то на этом пути мы перестаем быть уверенными в идентичности Фредерика. В последнем случае, как утверждается, совпадение конституции не может быть применено к идентичности сознания. Как выразился Маделл: "Возможное решение этой дилеммы – открытый индивидуализм". Ричард Суинберн в своей книге "Существование Бога" выдвинул аргумент в пользу дуализма тела и разума, основанный на личной идентичности. Он утверждает, что мозг состоит из двух полушарий и соединяющего их мозолистого тела, и что, как показала современная наука, любое из них может быть удалено без потери человеком памяти или умственных способностей. Затем он предлагает читателю мысленный эксперимент, спрашивая, что произойдет, если каждое из двух полушарий одного человека будет помещено в двух разных людей. Либо, утверждает Суинберн, один из них – это я, либо ни один из них – и нет способа узнать, какой именно, поскольку каждый из них будет обладать схожими воспоминаниями и умственными способностями. Фактически, Суинберн утверждает, что даже если умственные способности и воспоминания человека намного больше похожи на воспоминания и способности исходного человека, чем у другого, они все равно могут не принадлежать ему. Исходя из этого, он заключает, что даже если мы знаем, что произошло с каждым атомом в мозге человека, мы все равно не знаем, что произошло с "ним" как с личностью. Отсюда следует, что часть нашего разума, или нашей души, нематериальна и, как следствие, дуализм тела и разума верен.

Аргументы Картеса

Декарт выдвигает два основных аргумента в пользу дуализма в "Медитациях": во-первых, "модальный аргумент", или "аргумент ясного и отчетливого восприятия", а во-вторых, "аргумент неделимости" или "аргумент делимости". +Обзор "модального аргумента"Представимо, что разум может существовать без тела. Следовательно, разум может существовать без тела. Следовательно, возможно, чтобы разум существовал без тела. Следовательно, разум человека является сущностью, отличной от тела. Этот аргумент отличается от аргумента о зомби тем, что он устанавливает, что разум может продолжать существовать без тела, а не то, что нетронутое тело может существовать без разума. Альвин Плантинга, Дж. П. Морленд и Эдвард Фезер поддерживали этот аргумент, хотя Фезер и Морленд считают, что его необходимо тщательно переформулировать, чтобы он был действенным. Аргумент неделимости в пользу дуализма был сформулирован Декартом следующим образом: [T] существует большая разница между разумом и телом, поскольку тело по самой своей природе является делимым, в то время как разум явно неделим, поскольку, будучи лишь мыслящей вещью, я не могу различить в себе какие-либо части. Хотя разум, кажется, соединен со всем телом, тем не менее, если бы ногу, руку или любую другую часть тела ампутировали, я знаю, что ничего бы не убавилось от разума. Аргумент опирается на принцип Лейбница об идентичности неразличимых, который гласит, что две вещи тождественны, если и только если они обладают всеми одинаковыми свойствами. Контраргумент заключается в том, что материя не бесконечно делима, и, следовательно, разум может быть отождествлен с материальными вещами, которые не могут быть разделены, или, возможно, с монадами Лейбница.

Аргументы причинно-следственного взаимодействия

Один из аргументов против дуализма касается причинного взаимодействия. Если сознание (ум) может существовать независимо от физической реальности (мозга), необходимо объяснить, как формируются физические воспоминания, связанные с сознанием. Следовательно, дуализм должен объяснить, как сознание воздействует на физическую реальность. Одним из основных возражений против дуалистического интеракционизма является отсутствие объяснения того, каким образом материальное и нематериальное могут взаимодействовать. Различные варианты дуализма, согласно которым нематериальный разум причинно влияет на материальное тело и наоборот, подверглись серьезной критике с разных сторон, особенно в XX веке. Критики дуализма часто спрашивают, как нечто совершенно нематериальное может воздействовать на нечто совершенно материальное – это фундаментальная проблема причинного взаимодействия. Во-первых, неясно, где именно происходит это взаимодействие. Например, ожог пальца вызывает боль. Очевидно, существует цепочка событий: от жжения кожи, до стимуляции нервных окончаний, до происходящего в периферических нервах, ведущих к мозгу, до происходящего в определенной части мозга и, наконец, приводящего к ощущению боли. Однако боль не должна быть пространственно локализована. Можно возразить, что боль "происходит в мозге". Но очевидно, что боль ощущается в пальце. Это, возможно, не является сокрушительной критикой. Однако существует и вторая проблема, связанная с взаимодействием. А именно, вопрос о том, как это взаимодействие происходит, где в рамках дуализма "ум" считается нефизическим и, по определению, находится за пределами сферы науки. Механизм, объясняющий связь между ментальным и физическим, следовательно, будет философским построением, а не научной теорией. Например, сравните такой механизм с хорошо понятным физическим механизмом. Возьмем простую причинно-следственную связь: когда кий ударяет по восьмерке и загоняет её в лузу. В этом случае кий обладает определенным импульсом, поскольку его масса движется по бильярдному столу с определенной скоростью, и этот импульс передается восьмерке, которая затем направляется в лузу. Сравните это с ситуацией в мозге, когда мы хотим сказать, что решение вызывает срабатывание определенных нейронов и, таким образом, заставляет тело двигаться по комнате. Намерение "перейти в комнату сейчас" – это ментальное событие и, как таковое, не обладает физическими свойствами, такими как сила. Если у него нет силы, то, по-видимому, оно не может вызвать срабатывание нейронов. Однако дуализм требует объяснения того, как нечто, лишенное каких-либо физических свойств, может оказывать физическое воздействие.

Ответы

Альфред Норт Уайтхед, а позднее Дэвид Рэй Гриффин, сформулировали новую онтологию (философию процесса), стремясь избежать опасностей онтологического дуализма. Объяснение, предложенное Арнольдом Геулинксом и Николасом Малебраншем, заключается в окказионализме, где любое взаимодействие между сознанием и телом требует непосредственного вмешательства Бога. Когда К. С. Льюис писал книгу "Чудеса", квантовая механика (и физическая индетерминированность) находилась лишь на начальных этапах признания, но Льюис тем не менее указал на логическую возможность того, что если физический мир будет доказан как индетерминированный, это предоставит точку входа (взаимодействия) в традиционно рассматриваемую замкнутую систему, где научно описанное физически вероятное или маловероятное событие может быть философски описано как действие нефизической сущности на физическую реальность. Однако он заявляет, что ни один из аргументов в его книге не будет основываться на этом. Хотя некоторые интерпретации квантовой механики рассматривают коллапс волновой функции как индетерминированный, в других эта ситуация определяется как детерминированная.

Аргумент из языка

Колин Мюррей Турбейн выдвинул аргумент, что дуализм тела и разума, кодифицированный в картезианской онтологической системе, особенно проблематичен уже на чисто лингвистических основаниях. По мнению Турбейна, декартово разделение субстанции, предположительно лежащей в основе реальности в целом, на "res cogitans" и "res extensa" более точно характеризуется как яркий пример "ошибки категории", часто связанной с метафорическими конструкциями, а не с объективной истиной. Ссылаясь на работы Беркли, Турбейн утверждает, что картезианские понятия "субстанция" и "субстрат" в лучшем случае лишены какого-либо значимого содержания. Он далее утверждает, что всеобщее принятие дуализма тела и разума может быть прослежено к непреднамеренному использованию дедуктивной логики для включения "механистических" и "физикалистских" метафор из работ как Декарта, так и Исаака Ньютона в современные научные гипотезы. Вкратце, Турбейн полагает, что в результате ошибочной и буквальной интерпретации концепций, лежащих в основе дуализма тела и разума, человечество стало жертвой метафоры, обретшей маску объективной научной истины. Если исходить из предположения о детерминированной физической вселенной, возражение можно сформулировать точнее. Когда человек решает перейти комнату, обычно подразумевается, что это решение, ментальное событие, немедленно вызывает активацию группы нейронов в его мозге, физическое событие, которое в конечном итоге приводит к его переходу через комнату. Проблема в том, что если нечто совершенно нефизическое вызывает активацию нейронов, то не существует физического события, которое бы эту активацию обуславливало. Это означает, что для генерации этой активации требуется физическая энергия, противоречащая физическим законам детерминированной вселенной – что по определению является чудом, и не может быть дано научного объяснения (повторяемого эксперимента относительно) источника этой энергии. Подобные взаимодействия нарушают фундаментальные законы физики. В частности, если внешний источник энергии ответственен за эти взаимодействия, то это нарушит закон сохранения энергии. Таким образом, дуалистический интеракционизм подвергается критике за нарушение общего эвристического принципа науки: причинной замкнутости физического мира.

Ответы

В "Стэнфордской энциклопедии философии" приводится два возможных ответа на вышеуказанные возражения. Первый ответ заключается в том, что разум может влиять на распределение энергии, не изменяя её количества. Вторая возможность – отрицать, что человеческое тело причинно замкнуто, поскольку закон сохранения энергии применим только к замкнутым системам. Однако, физикалисты возражают, что не существует доказательств причинной незамкнутости человеческого тела. Робин Коллинз отвечает, что возражения, основанные на законе сохранения энергии, неверно понимают роль этого закона в физике. Хорошо изученные сценарии в общей теории относительности нарушают закон сохранения энергии, а квантовая механика предоставляет примеры причинных взаимодействий или корреляции без обмена энергией или импульсом. Однако, это не означает, что разум расходует энергию, и, несмотря на это, это всё ещё не исключает сверхъестественное. Другой ответ аналогичен параллелизму – Миллс утверждает, что поведенческие события причинно-следственно переопределены и могут быть объяснены либо физическими, либо психическими причинами по отдельности. Переопределённое событие полностью объясняется множеством причин одновременно. Однако, Дж. Дж. К. Смарт и Пол Чёрчленд указали, что если физические явления полностью определяют поведенческие события, то, согласно принципу бритвы Оккама, нефизический разум излишен. Робинсон предполагает, что взаимодействие может включать в себя тёмную энергию, тёмную материю или какой-либо другой в настоящее время неизвестный научный процесс. Тем не менее, Макс Тегмарк утверждает, что классические и квантовые вычисления показывают, что эффекты квантовой декогеренции не играют роли в активности мозга. Действительно, макроскопические квантовые состояния наблюдались только в сверхпроводниках вблизи абсолютного нуля. Ещё один ответ на проблему взаимодействия заключается в том, что, по-видимому, эта проблема не возникает для всех форм дуализма субстанций. Например, томистский дуализм не сталкивается с очевидными проблемами в отношении взаимодействия, поскольку в этом представлении душа и тело связаны как форма и материя.

Аргумент о повреждении мозга

Этот аргумент был сформулирован, в частности, Полом Черчлендом. Суть в том, что в случаях повреждений мозга (например, вызванных автомобильными авариями, злоупотреблением наркотиками, патологическими заболеваниями и т.д.), психическая субстанция и/или свойства человека всегда существенно изменяются или нарушаются. Если бы разум был полностью отдельной субстанцией от мозга, как могло бы быть возможно, что всякий раз, когда мозг получает повреждение, повреждается и разум? Действительно, очень часто можно предсказать и объяснить, какое психическое или психологическое ухудшение или изменение произойдет у человека при повреждении определенных частей его мозга. Таким образом, вопрос, с которым сталкивается дуалист, заключается в том, как все это объяснить, если разум является отдельной и нематериальной субстанцией от мозга или если его свойства онтологически независимы от мозга. Финеас Гейдж, получивший повреждение одной или обеих лобных долей от железного стержня, часто приводится в качестве примера, иллюстрирующего, что мозг обуславливает разум. У Гейджа, безусловно, наблюдались некоторые психические изменения после несчастного случая, что свидетельствует о корреляции между состояниями мозга и психическими состояниями. Однако было отмечено, что наиболее серьезные психические изменения Гейджа были лишь временными, и он в значительной степени восстановился в социальном и психическом плане. Эти изменения почти всегда искажались и преувеличивались в научной и популярной литературе, часто основываясь на слухах. Подобных примеров множество: нейробиолог Дэвид Иглман описывает случай другого человека, у которого дважды проявлялись нарастающие педофильные наклонности, и в обоих случаях обнаруживались опухоли в определенной части его мозга. Отбросив тематические исследования, современные эксперименты показали, что связь между мозгом и разумом – это нечто большее, чем простая корреляция. Повреждая или манипулируя определенными областями мозга многократно в контролируемых условиях (например, у обезьян) и последовательно получая одинаковые результаты в измерениях психического состояния и способностей, нейробиологи показали, что связь между повреждением мозга и психическим ухудшением, вероятно, является причинно-следственной. Этот вывод подтверждается данными о влиянии нейроактивных химических веществ (например, влияющих на нейротрансмиттеры) на психические функции, а также исследованиями нейростимуляции (прямая электрическая стимуляция мозга, включая транскраниальную магнитную стимуляцию).

Ответы

Дуализм свойств и «возникающий дуализм» Уильяма Хаскера стремятся избежать этой проблемы. Они утверждают, что разум – это свойство или субстанция, возникающая из определенной организации физической материи, и, следовательно, может быть затронут любым изменением в этой организации. Святой Фома Аквинский, писавший в XIII веке, утверждает, что «тело необходимо для деятельности интеллекта, но не как его источник». Таким образом, если тело неисправно, интеллект не сможет реализоваться так, как предполагалось. По словам философа Стивена Эванса:

Нам не требовалась нейрофизиология, чтобы понять, что человек, которому разбили голову дубиной, быстро теряет способность мыслить или проявлять какие-либо сознательные процессы. Почему бы нам не рассматривать нейрофизиологические открытия как предоставление нам детальных и точных знаний о том, что люди всегда знали, или, по крайней мере, могли знать, а именно, что разум (по крайней мере, в этой земной жизни) требует и зависит от функционирующего мозга? Сейчас мы знаем гораздо больше, чем раньше, о том, как именно разум зависит от тела. Однако, зависимость разума от тела, по крайней мере, до смерти, безусловно, не является открытием XX века.

Аргумент биологического развития

Другой распространенный аргумент против дуализма заключается в том, что поскольку люди (как в филогенетическом, так и в онтогенетическом плане) начинают свое существование как исключительно физические или материальные существа, и поскольку в процессе развития ничего извне физической сферы не добавляется, то мы неизбежно должны стать полностью развитыми материальными существами. Ничего нематериального или ментального не участвует в зачатии, формировании бластулы, гаструлы и так далее. Предположение о существовании нефизического разума представляется излишним.

Аргумент из нейробиологии

В некоторых контекстах решения, которые принимает человек, могут быть обнаружены до 10 секунд раньше, чем он их осознает, посредством сканирования его мозговой активности. Можно обнаружить субъективные переживания и скрытые установки, а также ментальные образы. Это веское эмпирическое свидетельство того, что когнитивные процессы имеют физиологическую основу в мозге.

Аргумент простоты

Аргумент простоты, вероятно, является самым простым и наиболее распространенным аргументом против дуализма сознания. Дуалист всегда сталкивается с вопросом, почему следует считать необходимым верить в существование двух онтологически различных сущностей (сознания и мозга), когда кажется возможным и было бы проще проверить против научных данных, объяснить одни и те же события и свойства, исходя из единой сущности. В науке и философии действует эвристический принцип, согласно которому не следует постулировать больше сущностей, чем необходимо для ясного объяснения и предсказания. Этот аргумент подвергся критике Питера Глассена в дебатах с Дж. Дж. С. Смартом на страницах журнала Philosophy в конце 1970-х – начале 1980-х годов. Глассен утверждал, что поскольку бритва Оккама не является физической сущностью, физикалисты или материалисты не могут последовательно апеллировать к ней в качестве обоснования психических состояний или событий, таких как убеждение в ложности дуализма. Суть в том, что бритва Оккама может быть не столь "неограниченной", как обычно представляется (применимой ко всем качественным постулатам, даже абстрактным), а скорее конкретной (применимой только к физическим объектам). Если применять бритву Оккама без ограничений, она будет рекомендовать монизм до тех пор, пока плюрализм не получит больше подтверждений или не будет опровергнут. Если же применять бритву Оккама только конкретно, то ее нельзя будет использовать в отношении абстрактных концепций (хотя этот подход имеет серьезные последствия для выбора между гипотезами об абстрактном). Этот аргумент также критиковал Сейед Джабер Мусавирад, утверждающий, что принцип простоты применим лишь тогда, когда нет необходимости в дополнительной сущности. Несмотря на аргументы, указывающие на необходимость души, принцип простоты неприменим. Следовательно, если бы не существовало аргументов в пользу существования души, можно было бы отрицать ее существование, опираясь на принцип простоты. Однако различные аргументы были выдвинуты для обоснования ее существования. Эти аргументы показывают, что хотя нейронаука может объяснить тайны материального мозга, некоторые важные вопросы, такие как личностная идентичность и свобода воли, остаются за пределами компетенции нейронауки. Ключевой момент заключается в фундаментальных ограничениях нейронауки и в способности дуализма субстанций объяснять эти явления.