Доргун: Регент при императоре Шуньчжи и завоевание Китая

Введение

Принц-регент империи Цин (1643–1650), Доргон (17 ноября 1612 – 31 декабря 1650) — маньчжурский принц и регент на раннем этапе династии Цин. Родился в клане Айсин Гиоро 14-м сыном Нурхачи (основателя Поздней Цзиньской династии, предшественницы Цин). Свою карьеру Доргон начал в военных походах против монголов, корейцев и династии Мин во время правления Хун Тайцзи (его восьмого брата), сменившего их отца на троне. После смерти Хун Тайцзи в 1643 году он оказался вовлечен в борьбу за власть с его старшим сыном Хугэ за право наследования престола. В конечном итоге оба пришли к компромиссу, уступив дорогу девятому сыну Хун Тайцзи, Фулину, который и стал императором под именем Шунцзи. Доргон исполнял обязанности принца-регента с 1643 по 1650 год, на протяжении всего раннего правления императора Шунцзи. В 1645 году ему было присвоено почетное звание «Дядя императора и принц-регент» (皇叔父攝政王), которое в 1649 году было изменено на «Отец императора и принц-регент» (皇父攝政王). Под регентством Доргона войска Цин заняли Пекин, столицу свергнутой династии Мин, и постепенно покорили остальную территорию империи Мин в серии сражений с лоялистами Мин и другими противостоящими силами по всему Китаю. Доргон также ввел политику принудительного бритья передней части головы у всех ханьцев и ношения волос в косичках, как у маньчжуров. Он умер в 1650 году во время охоты и был посмертно удостоен титула императора, хотя при жизни им никогда не был. Однако спустя год после смерти Доргона император Шунцзи обвинил его в ряде преступлений, лишил всех титулов и приказал эксгумировать его останки и подвергнуть публичному избиению. В 1778 году император Цяньлун посмертно реабилитировал Доргона и восстановил его в почетных титулах.

Ранние годы

Доргон родился в маньчжурском клане Айсин-Джиоро как 14-й сын Нурхачи, хана династии Поздняя Цзинь (предшественницы династии Цин). Его матерью была главная супруга Нурхачи, леди Абахай. Аджиге и Додо были его родными братьями, а Хонг Тайджи – одним из сводных. Доргон был одним из наиболее влиятельных сыновей Нурхачи, и его роль была решающей в захвате Пекина, столицы павшей династии Мин, в 1644 году. В период правления Хонг Тайджи Доргон участвовал во многих военных кампаниях, включая завоевание Монголии и Кореи. Он воевал против чахарских монголов в 1628 и 1635 годах.

Приход к власти

После смерти Хон Тайцзи в 1643 году, Доргон оказался вовлечён в борьбу за власть с его старшим сыном, Хугэ, за право наследования престола. Конфликт был разрешён компромиссом: оба отказались от претензий, и девятый сын Хон Тайцзи, Фулин, взошёл на престол как император Шунцзи. Поскольку императору Шунцзи было всего шесть лет, Доргон и его двоюродный брат Джиргаланг были назначены сорегентами. В 1645 году Доргону был пожалован титул "Дядя Императора и Принц-Регент" (皇叔父攝政王). Позднее, в 1649 году, титул был изменён на "Отец Императора и Принц-Регент" (皇父攝政王). Ходили слухи о романтической связи Доргона с матерью императора Шунцзи, императрицей-вдовой Сяочжуан, и даже о тайном браке с ней, однако существуют и опровержения. Независимо от того, тайно ли они поженились, имели ли тайный роман или сохраняли дистанцию, этот вопрос остаётся предметом споров в китайской истории. Согласно маньчжурским обычаям, вдова могла выйти замуж за шурина, однако в соответствии с традициями ханьцев такой брак считался табу.

Квази-император

17 февраля 1644 года Джиргаланг, способный военачальник, но, по-видимому, не проявлявший интереса к государственным делам, охотно передал управление всеми официальными вопросами Доргону. После разоблачения 6 мая того же года предполагаемого заговора Хуга с целью подрыва регентства, Хуг был лишен княжеского титула, а его соучастники казнены. Вскоре Доргон заменил сторонников Хуга (в основном из "Желтых знамен") своими, тем самым укрепив контроль над еще двумя знаменами. К началу июня 1644 года он полностью контролировал правительство Цин и его армию. В начале 1644 года, когда Доргон и его советники обдумывали, как напасть на империю Мин, крестьянские восстания стремительно приближались к Пекину. 24 апреля того же года войска повстанцев во главе с Ли Цзычэном прорвали стены столицы Мин. Последний император Мин, император Чжунчжэнь, повесился на холме за Запретным городом. Узнав об этом, ханьские советники Доргона Хун Чэнчу и Фань Вэньчэн (范文程; 1597–1666) убедили принца воспользоваться ситуацией, чтобы предстать в роли мстителей за павшую империю Мин и заявить о получении Мандата Неба для империи Цин. Последним препятствием между Доргоном и Пекином был У Сангуй, бывший генерал Мин, охранявший перевал Шанхай на восточном конце Великой стены. У Сангуй оказался в окружении маньчжуров и войск Ли Цзычэна. Он обратился к Доргону с просьбой помочь в подавлении восстания и восстановлении империи Мин. Когда Доргон предложил У Сангую служить империи Цин, у того не осталось выбора, кроме как согласиться. Благодаря поддержке элитных войск У Сангуя, которые в течение нескольких часов сражались с повстанческой армией, прежде чем Доргон наконец решил вмешаться с помощью своей кавалерии, цинская армия одержала решающую победу над Ли Цзычэном в битве при перевале Шанхай 27 мая. Ли Цзычэн и его разгромленные войска грабили Пекин несколько дней, пока 4 июня не покинули столицу, унося с собой все, что смогли захватить.

Устроиться в столице

После шести недель жестокого обращения со стороны повстанческих войск, жители Пекина 5 июня отправили делегацию старейшин и чиновников, чтобы встретить своих освободителей. Они были удивлены, увидев вместо У Сангуя и наследника династии Мин Доргона, маньчжурского всадника с выбритой передней частью головы, который представился как принц-регент. В разгар этих потрясений Доргон обосновался в качестве принца-регента во дворце Уин (武英殿) – единственном здании, более-менее уцелевшем после поджога Запретного города Ли Цзычэном 3 июня. Войскам знамен было приказано не заниматься мародерством; их дисциплина обеспечила "поразительно плавный" переход к правлению Цин. Однако, одновременно, заявляя о своей миссии отомстить за династию Мин, Доргон приказал казнить всех претендентов на трон Мин (включая потомков последнего императора Мин) вместе с их сторонниками. 7 июня, всего через два дня после вступления в город, Доргон издал специальные прокламации чиновникам вокруг столицы, заверяя их, что если местное население сдастся, чиновники смогут остаться на своих должностях. Кроме того, всем мужчинам было предписано выбрить переднюю часть головы и заплести оставшиеся волосы в косу. Он был вынужден отменить этот приказ три недели спустя, после вспышки нескольких крестьянских восстаний вокруг Пекина, угрожавших контролю Цин над столичным регионом. 19 октября 1644 года Доргон встретил императора Шуньчжи у ворот Пекина. 30 октября шестилетний монарх совершил жертвоприношения Небу и Земле на Алтаре Неба. Южная ветвь потомков Конфуция, носивших титул уцзин боши, и 65-е поколение северной ветви, носившие титул герцога Яньшэна, получили подтверждение своих титулов от императора Шуньчжи 31 октября. 8 ноября состоялась официальная церемония восшествия на престол императора Шуньчжи, во время которой юный император сравнил достижения Доргона с достижениями герцога Чжоу, почитаемого регента династии Чжоу. В ходе церемонии официальный титул Доргона был повышен с "принца-регента" до "дяди и принца-регента" (叔父攝政王), где маньчжурский термин "дядя" (эцикэ) обозначал ранг выше, чем императорский принц. Три дня спустя сорегент Доргона, Цзиргаланг, был понижен с "принца-регента" до "помощника дяди принца-регента" (輔政叔王). В июне 1645 года Доргон окончательно постановил, что во всех официальных документах его следует именовать как "имперского дядю, принца-регента" (皇叔父攝政王), оставаясь при этом в одном шаге от провозглашения себя императором. Фэн Куань, перешедший из Мин в Цин, охотно принял маньчжурскую прическу с выбритой передней частью головы еще до того, как она была введена в обязательный порядок для ханьского населения, и выучил маньчжурский язык. В целях укрепления этнической гармонии указ императора Шуньчжи 1648 года разрешил ханьским гражданским мужчинам вступать в брак с маньчжурскими женщинами из знамен с разрешения Палаты доходов, если они были зарегистрированными дочерьми чиновников или простолюдинов, или с разрешения капитана их знаменной роты, если они были незарегистрированными простолюдинами. Лишь позднее в династии Цин эта политика, разрешавшая межэтнические браки, была отменена. Указ был разработан Доргоном. Одним из первых распоряжений Доргона в новой столице Цин было освобождение всей северной части Пекина и передача ее знаменосцам, включая ханьских знаменосцев. Такое распределение соответствовало порядку, установленному на маньчжурской родине до завоевания, согласно которому "каждому знамену было выделено определенное географическое местоположение в соответствии со сторонами света". Несмотря на налоговые льготы и масштабные строительные программы, призванные облегчить переход, в 1648 году многие ханьские гражданские лица все еще жили среди новоприбывшего населения знамен, и между двумя группами сохранялась враждебность. Сельскохозяйственные земли за пределами столицы также были размечены (quan 圈) и переданы войскам Цин. Бывшие землевладельцы стали арендаторами, обязанные платить арендную плату своим отсутствующим владельцам земли из числа знаменосцев. В экзамене 1649 года задавался вопрос: "как объединить маньчжурцев и ханьцев, чтобы их сердца были едины и они работали вместе без разногласий?". При правлении императора Шуньчжи среднее количество выпускников столичного экзамена за сессию было самым высоким за всю династию Цин ("для завоевания большей поддержки со стороны ханьцев"), и эта тенденция продолжалась до 1660 года, когда были установлены более низкие квоты.

After six weeks of mistreatment at the hands of rebel troops, the residents of Beijing sent a party of elders and officials to greet their liberators on 5 June. They were startled when, instead of meeting Wu Sangui and the Ming heir apparent, they saw Dorgon, a horse riding Manchu with the front half of his head shaved, present himself as the Prince Regent. In the midst of this upheaval, Dorgon installed himself as Prince Regent in Wuying Palace (武英殿), the only building that remained more or less intact after Li Zicheng had set fire to the Forbidden City on 3 June. Banner troops were ordered not to loot; their discipline made the transition to Qing rule "remarkably smooth." Yet, at the same time, as he claimed to have come to avenge the Ming Empire, Dorgon ordered that all claimants to the Ming throne (including descendants of the last Ming emperor) should be executed along with their supporters. On June 7, just two days after entering the city, Dorgon issued special proclamations to officials around the capital, assuring them that if the local population surrendered, the officials would be allowed to stay at their posts. Besides, all the men had to shave the front half of their heads and wear the rest of their hair in queues. He had to repeal this command three weeks later after several peasant rebellions erupted around Beijing, threatening Qing control over the capital region. Dorgon greeted the Shunzhi Emperor at the gates of Beijing on 19 October 1644. On 30 October the six year old monarch performed sacrifices to Heaven and Earth at the Altar of Heaven. The southern cadet branch of Confucius's descendants who held the title wujing boshi and the northern branch 65th generation descendant of Confucius to hold the title Duke Yansheng had their titles confirmed by the Shunzhi Emperor on 31 October. A formal ritual of enthronement for the Shunzhi Emperor was held on 8 November, during which the young emperor compared Dorgon's achievements to those of the Duke of Zhou, a revered regent of the Zhou dynasty. During the ceremony, Dorgon's official title was raised from "Prince Regent" to "Uncle and Prince Regent" (叔父攝政王), in which the Manchu term for "Uncle" (ecike) represented a rank higher than that of imperial prince. Three days later Dorgon's co regent, Jirgalang, was demoted from "Prince Regent" to "Assistant Uncle Prince Regent" (輔政叔王). In June 1645, Dorgon eventually decreed that all official documents should refer to him as "Imperial Uncle Prince Regent" (皇叔父攝政王), leaving him one step short of claiming the throne for himself. who had defected from the Ming to the Qing. The Manchu queue hairstyle was willingly adopted by Feng Quan before it was enforced on the Han population and Feng learned the Manchu language. To promote ethnic harmony, a 1648 decree from the Shunzhi Emperor allowed Han Chinese civilian men to marry Manchu women from the Banners with the permission of the Board of Revenue if they were registered daughters of officials or commoners or the permission of their banner company captain if they were unregistered commoners, it was only later in the Qing dynasty that these policies allowing intermarriage were done away with. The decree was formulated by Dorgon. One of Dorgon's first orders in the new Qing capital was to vacate the entire northern part of Beijing and give it to Bannermen, including Han Chinese Bannermen. This distribution complied with the order established in the Manchu homeland before the conquest and under which "each of the banners was given a fixed geographical location according to the points of the compass." Despite tax remissions and large scale building programmes designed to facilitate the transition, in 1648 many Chinese civilians still lived among the newly arrived Banner population and there was still animosity between the two groups. Agricultural land outside the capital was also delineated (quan 圈) and given to Qing troops. Former landowners now became tenants who had to pay rent to their absentee Bannermen landlords. The 1649 examination asked "how Manchus and Han Chinese could be unified so that their hearts were the same and they worked together without division." Under the Shunzhi Emperor's reign, the average number of graduates of the metropolitan examination per session was the highest of the Qing dynasty ("to win more Chinese support"), continuing until 1660 when lower quotas were established.

Завоевание династии Мин

Под правлением Доргона, которого историки называют "главным стратегом цинского завоевания" и "главным архитектором великого маньчжурского дела", цинцы покорили почти весь Китай и оттеснили лоялистское сопротивление "Южного Мин" в самые юго-западные пределы страны. После подавления антицинских восстаний в Хэбэе и Шаньдуне летом и осенью 1644 года Доргон отправил армии, чтобы вытеснить Ли Цзычэна из важного города Сиань (провинция Шэньси), где Ли восстановил свою штаб-квартиру после бегства из Пекина в начале июня 1644 года. Под натиском цинских армий Ли был вынужден покинуть Сиань в феврале 1645 года. Он был убит – либо по собственной воле, либо группой крестьян, организовавших самооборону в это время разгула бандитизма – в сентябре 1645 года после бегства через несколько провинций. Из вновь захваченного Сианя, в начале апреля 1645 года, цинские войска начали кампанию против богатого торгового и сельскохозяйственного региона Цзяннань к югу от нижнего течения реки Янцзы, где в июне 1644 года принц Фу установил режим, лояльный династии Мин. Междоусобицы и многочисленные дезертирства помешали Южному Мин организовать эффективное сопротивление. Несколько цинских армий двинулись на юг, захватив ключевой город Сючжоу к северу от реки Хуай в начале мая 1645 года и вскоре сосредоточившись на Янчжоу, главном городе на северной линии обороны Южного Мин. Янчжоу, храбро защищаемый Ши Кэфа, отказавшимся сдаваться, пал под цинскую артиллерию 20 мая после недельной осады. Брат Доргона, Додо, приказал перебить всё население Янчжоу. Как и предполагалось, эта резня вселила ужас в другие города Цзяннань и заставила их сдаться цинской империи. Действительно, Нанкин сдался без боя 16 июня после того, как его последние защитники заставили Додо пообещать не причинять вреда населению. Цинские войска вскоре захватили императора Мин (умершего в Пекине в следующем году) и основные города Цзяннань, включая Сучжоу и Ханчжоу; к началу июля 1645 года граница между цинской империей и режимом Южного Мин была отодвинута на юг к реке Цяньтан. 21 июля 1645 года, после поверхностной стабилизации ситуации в Цзяннане, Доргон издал крайне неблаговременный указ, предписывающий всем мужчинам ханьской национальности брить переднюю часть головы и заплетать оставшиеся волосы в косу, идентичную маньчжурской. Наказанием за несоблюдение являлась смерть. Эта политика символического подчинения помогала маньчжурам отличать друзей от врагов. Однако для ханьских чиновников и интеллектуалов новая прическа была постыдной и унизительной (поскольку она нарушала общепринятую конфуцианскую заповедь о сохранении тела неповрежденным), в то время как для простого народа стрижка волос приравнивалась к потере мужественности. В "Классике сыновней почтительности" Конфуций цитируется следующим образом: "Тело и волосы человека, будучи дарами родителей, не должны повреждаться: в этом начало сыновней почтительности" (身體髮膚，受之父母，不敢毀傷，孝之始也). До династии Цин взрослые мужчины ханьцы обычно не стригли волосы, а носили их в пучок. Поскольку она объединила китайцев всех слоев общества в сопротивлении цинскому правлению, приказ о стрижке волос серьезно затруднил цинское завоевание. Непокорное население Цзядина и Сунцзяна было уничтожено бывшим генералом Мин Ли Чэндоном (李成東; ум. 1649) соответственно 24 августа и 22 сентября. Цзянъинь также держался против примерно 10 000 цинских войск в течение 83 дней. Когда городские стены были наконец прорваны 9 октября 1645 года, цинская армия во главе с бывшим перебежчиком из династии Мин Лю Лянцзуо (劉良佐; ум. 1667) перебила всё население, убив от 74 000 до 100 000 человек. Эти резни положили конец вооруженному сопротивлению цинской империи в Нижнем Янцзы. Несколько преданных лоялистов стали отшельниками, надеясь, что в отсутствие военного успеха их уход от мира, по крайней мере, будет символизировать их продолжающееся неповиновение цинскому правлению. Но обе группы лоялистов не смогли сотрудничать, что еще больше снизило их шансы на успех. В июле 1646 года новая южная кампания во главе с Боло привела двор Чжэцзяна князя Лу в смятение и перешла к атаке режима Лунъу в Фуцзяни. Чжу Юцзянь был схвачен и немедленно казнен в Тинчжоу (западный Фуцзянь) 6 октября. Его приемный сын Чжэн Чэнгун бежал на остров Тайвань со своим флотом. Не имея официальных одежд, двор Шаову был вынужден покупать их у местных театральных трупп. В мае 1648 года, однако, Ли взбунтовался против цинской империи, а одновременное восстание другого бывшего генерала Мин в Цзянси помогло императору Юнли вернуть себе большую часть южного Китая. Возрождение лоялистов Ли потерпело неудачу. Новые цинские армии смогли вновь завоевать центральные провинции Хугуан (современные Хубэй и Хунань), Цзянси и Гуандун в 1649 и 1650 годах. Императору Юнли снова пришлось бежать. Хотя голландский путешественник Йохан Нихуф, ставший свидетелем события, утверждал, что было убито всего 8000 человек.

Under the reign of Dorgon – whom historians have called "the mastermind of the Qing conquest" and "the principal architect of the great Manchu enterprise" – the Qing subdued almost all of China and pushed loyalist "Southern Ming" resistance into the far southwestern reaches of China. After repressing anti Qing revolts in Hebei and Shandong in the summer and fall of 1644, Dorgon sent armies to root out Li Zicheng from the important city of Xi'an (Shaanxi province), where Li had reestablished his headquarters after fleeing Beijing in early June 1644. Under the pressure of Qing armies, Li was forced to leave Xi'an in February 1645. He was killed – either by his own hand or by a peasant group that had organised for self defence during this time of rampant banditry – in September 1645 after fleeing though several provinces. From newly captured Xi'an, in early April 1645, the Qing forces mounted a campaign against the rich commercial and agricultural region of Jiangnan south of the lower Yangtze River, where in June 1644 the Prince of Fu had established a regime loyal to the Ming. Factional bickering and numerous defections prevented the Southern Ming from mounting an efficient resistance. Several Qing armies swept south, taking the key city of Xuzhou north of the Huai River in early May 1645 and soon converging on Yangzhou, the main city on the Southern Ming's northern line of defence. Bravely defended by Shi Kefa, who refused to surrender, Yangzhou fell to Qing artillery on 20 May after a one week siege. Dorgon's brother, Dodo, then ordered the slaughter of Yangzhou's entire population. As intended, this massacre terrorised other Jiangnan cities into surrendering to the Qing Empire. Indeed, Nanjing surrendered without a fight on 16 June after its last defenders made Dodo promise he would not harm the population. The Qing forces soon captured the Ming emperor (who died in Beijing the following year) and seized Jiangnan's main cities, including Suzhou and Hangzhou; by early July 1645, the frontier between the Qing Empire and the Southern Ming regime had been pushed south to the Qiantang River. On 21 July 1645, after Jiangnan had been superficially pacified, Dorgon issued a most inopportune edict ordering all Han Chinese men to shave the front half of their heads and wear the rest of their hair in queues identical to those of the Manchus. The punishment for non compliance was death. This policy of symbolic submission helped the Manchus distinguish friend from foe. For Han officials and literati, however, the new hairstyle was shameful and demeaning (because it breached a common Confucian directive to preserve one's body intact), whereas for common folk cutting their hair was the same as losing their virility. In the Classic of Filial Piety, Confucius is cited as "a person's body and hair, being gifts from one's parents, are not to be damaged: this is the beginning of filial piety" (身體髮膚，受之父母，不敢毀傷，孝之始也). Prior to the Qing dynasty, adult Han Chinese men customarily did not cut their hair, but instead wore it in a topknot. Because it united Chinese of all social backgrounds into resistance against Qing rule, the hair cutting command greatly hindered the Qing conquest. The defiant population of Jiading and Songjiang was massacred by former Ming general Li Chengdong (李成東; d. 1649), respectively on August 24 and September 22. Jiangyin also held out against about 10,000 Qing troops for 83 days. When the city walls were finally breached on 9 October 1645, the Qing army led by the previous Ming defector Liu Liangzuo (劉良佐; d. 1667) massacred the entire population, killing between 74,000 and 100,000 people. These massacres ended armed resistance against the Qing Empire in the Lower Yangtze. A few committed loyalists became hermits, hoping that for lack of military success, their withdrawal from the world would at least symbolise their continued defiance against Qing rule. But the two loyalist groups failed to cooperate, making their chances of success even lower than they already were. In July 1646, a new southern campaign led by Bolo sent Prince Lu's Zhejiang court into disarray and proceeded to attack the Longwu regime in Fujian. Zhu Yujian was caught and summarily executed in Tingzhou (western Fujian) on 6 October. His adoptive son Zheng Chenggong fled to the island of Taiwan with his fleet. Short of official robes, the Shaowu court had to purchase from local theatre troupes. In May 1648, however, Li mutinied against the Qing Empire, and the concurrent rebellion of another former Ming general in Jiangxi helped the Yongli Emperor to retake most of south China. Li's loyalist resurgence failed. New Qing armies managed to reconquer the central provinces of Huguang (present day Hubei and Hunan), Jiangxi, and Guangdong in 1649 and 1650. The Yongli Emperor had to flee again. Although Dutch traveler Johan Nieuhof who witnessed the event happened claimed only 8000 people were slaughtered

Тем временем, в октябре 1646 года цинские армии во главе с Хооге достигли Сычуани, где их задачей было уничтожение режима главаря бандитов Чжан Сяньчжуна. Чжан был убит в битве против цинских войск недалеко от Сичуна в центральном Сычуани 1 февраля 1647 года. Также в конце 1646 года, но севернее, силы, собранные мусульманским лидером, известным в китайских источниках как Милаинь (米喇印), взбунтовались против цинского правления в Ганьчжоу (Ганьсу). К нему вскоре присоединился другой мусульманин по имени Дин Годун (丁國棟). Заявив, что они хотят восстановить династию Мин, они оккупировали ряд городов в Ганьсу, включая провинциальную столицу Ланьчжоу.

Смерть

Доргон умер 31 декабря 1650 года во время охоты в Харахотуне (ныне Чэндэ, провинция Хэбэй), получив ранения, несмотря на присутствие императорских лекарей. Ему посмертно было присвоено почётное звание "И-хуанди" (義皇帝) и храмовое имя "Чэнцзун" (成宗), хотя при жизни он никогда не был императором, что является уникальным случаем во всей истории феодального Китая. Обычно посмертно титул императора присваивался лишь прямым предкам или умершим наследникам более высокой степени родства к императору (например, старшим братьям, братьям отца или двоюродным братьям, рождённым от дядей). Император Шуньчжи даже трижды поклонился гробу Доргона во время похорон. Однако подозрения в том, что Доргон был убит его политическими врагами, пока он находился вдали от надёжной охраны Запретного города, не рассеялись. Доргон имел 25-летний опыт верховой езды и выжил в многочисленных сражениях на лошади против корейцев, монголов, ханьских повстанцев и регулярных ханьских армий. Официальная история династии Цин утверждает, что он повредил ногу, упав с лошади, и ранения оказались настолько серьёзными, что он не пережил обратный путь в Запретный город, несмотря на усилия императорских лекарей, что вызывает серьёзные сомнения. В сухую зимнюю погоду северного Китая земля не была влажной, иначе лошади легко могли бы споткнуться. Ещё одним поводом для подозрений является то, что труп Доргона был эксгумирован, подвергнут порке и сожжён в ходе репрессий, устроенных императором Шуньчжи – вероятно, это был замаскированный способ окончательного наказания за предполагаемый заговор с целью захвата власти, призванный уничтожить все доказательства убийства Доргона. Его смерть также произошла, когда императору Шуньчжи было около 13 лет, что было подходящим возрастом для отмены регентства. Иными словами, если бы Доргон умер раньше, Шуньчжи всё равно нуждался бы в регенте для управления империей от его имени.

Посмертное понижение в звании и восстановление

В 1651 году политические враги Доргона, во главе с его бывшим соправителем Джиргалангом, представили императору Шунцзи обширный мемориал, в котором перечислялись многочисленные преступления, совершенные Доргоном, включая: владение желтыми одеяниями, предназначенными исключительно для императора; заговор с целью захвата трона у императора Шунцзи, провозгласив себя "Отцом Императора"; убийство Хооге и присвоение его жены. Доказать словесные обвинения, выдвинутые в то время, было затруднительно, поскольку император Цяньлун в 1778 году приказал уничтожить все соответствующие записи, одновременно инициировав реабилитацию Доргона. Обвинение в том, что Доргон присвоил жену Хооге, было в значительной степени сфабриковано, поскольку маньчжурская традиция, восходящая к XII веку, допускала брак родственника с вдовой умершего, рассматривая это почти как благотворительный акт, чтобы спасти ее и ее детей от голодной смерти в суровых, двадцатиградусных морозах северо-восточной окраины Китая, известной сегодня как Маньчжурия. Джиргаланг был союзником Хооге в ожесточенной борьбе 1643 года против Доргона, который объединился со своими сводными братьями в борьбе за престолонаследие. Джиргаланг был изгнан Доргоном из совместного регентства в 1646 году. На этот раз Джиргалангу удалось убедить императора Шунцзи в том, что даже потомки Доргона могут представлять угрозу для трона. В результате Шунцзи посмертно лишил Доргона всех титулов и даже приказал эксгумировать его тело и подвергнуть публичному избиению. В февральском императорском указе 1651 года, призванном оправдать жестокое наказание, нанесенное умершему человеку и ключевому члену императорского рода, Шунцзи приказал исключить имя Доргона не только из родословных императорского храма предков, но и подвергнуть тому же унижению его мать, императрицу Сяолиеу. Это был политический шаг, направленный на лишение законности любого будущего наследника, происходящего от императрицы Сяолиеу, в вопросах престолонаследия. Также было приказано казнить всех наследников Доргона, однако эта информация намеренно не была зафиксирована в официальной истории династии Цин. У Доргона было два сводных брата: Аджиге, восьмой сын Нурхаци, и Додо, пятнадцатый. Поскольку Додо умер от оспы за несколько месяцев до смерти Доргона в декабре 1650 года, а Аджиге погиб после ареста войсками Джиргаланга и заключения в тюрьму, чистка 1651 года была призвана окончательно исключить возможность повторения будущим принцем, происходящим от императрицы Сяолеву, двух соперничеств Доргона за престолонаследие, произошедших в 1626 году после смерти Нурхаци и в 1643 году после смерти Хунтайцзи. Однако Доргон был посмертно реабилитирован во время правления императора Цяньлуна. В 1778 году император Цяньлун присвоил Доргону посмертное имя Чжун (忠; "верный"), в результате чего полный посмертный титул Доргона стал "Принц Жуюйчжун первого ранга" (和碩睿忠親王). Слово "верный" было выбрано намеренно, чтобы подчеркнуть сфабрикованный характер обвинений, выдвинутых Джиргалангом в 1651 году. Император Цяньлун, сознательно или непреднамеренно, противоречил записям императорского храма предков, оставленным Шунцзи, приказав включить в официальную историю династии Цин фразу "наследники Доргона были истреблены" (后嗣废绝), чтобы объяснить, почему Дорбо, потомок пятого поколения Додо, был назначен наследником княжеского титула с железной шапкой Доргона. Выражение "наследники Доргона были истреблены" (后嗣废绝) не имеет того же значения, что и "у Доргона никогда не было сыновей". Тем не менее, спустя 128 лет император Цяньлун не смог найти наследников Доргона. Император Цяньлун также приказал сопровождать реабилитацию Доргона уничтожением всех записей, касающихся истребления его наследников. Это была позорная страница не только в истории династии Цин, но и в истории императорского рода Айсин Гьоро.

In 1651, Dorgon's political enemies, led by his former co regent Jirgalang, submitted to the Shunzhi Emperor a long memorial listing a series of crimes committed by Dorgon, which included: possession of yellow robes, which were strictly for use only by the emperor; plotting to seize the throne from the Shunzhi Emperor by calling himself "Emperor's Father"; killing Hooge and taking Hooge's wife for himself. It is difficult to prove verbal accusations made at the time when all records were ordered to be purged by the Qianlong Emperor in 1778 when he also ordered the rehabilitation of Dorgon. The last charge that Dorgon took Hooge's wife was mostly contrived, as the Manchu tradition dating from the 12th century had allowed a male relative to marry the deceased person's wife almost as a charitable act to save her and her children from being starved to death in the minus 20, merciless winters of the northeastern tip of China, known nowadays as Manchuria. Jirgalang was an ally of Hooge in the 1643 bitter fight against Dorgon, who allied with his biological brothers for succession to the throne. Jirgalang had been expelled by Dorgon from the joint regency in 1646. This time, Jirgalang succeeded in convincing Emperor Shunzhi that even Dorgon's descendants could become a threat to the throne. As a result, Shunzhi posthumously stripped Dorgon of his titles and even had Dorgon's corpse exhumed and flogged in public. In the February 1651 imperial edict trying to justify the ultimate punishment to a dead person as well as a key member of the imperial clan, Shunzhi ordered that not only Dorgon's name be removed from the scrolls of the imperial ancestral temple. His biological mother, Empress Xiaoliewu, got the same treatment. It was a political act to remove the legitimacy for succession to the throne by any future heir descended from Empress Xiaoliewu. Execution of all of Dorgon's heirs was also ordered but intentionally not recorded in official Qing history. Dorgon had two biological brothers: Ajige, the eighth son of Nurhaci and Dodo, the 15th. With Dodo dying of smallpox a few months prior to the death of Dorgon in December 1650 and the death of Ajige after he was arrested by Jirgalang's forces and put in jail, the 1651 purge was meant to permanently eliminate the potential that a future prince descending from Empress Xiaolewu would repeat the two Dorgon competitions for succession to the throne happening in 1626, upon the death of Nurhaci, and 1643, upon the death of Hongtaiji. However, Dorgon was posthumously rehabilitated during the Qianlong Emperor's reign. In 1778, the Qianlong Emperor granted Dorgon a posthumous name zhong (忠; "loyal"), so Dorgon's full posthumous title became "Prince Ruizhong of the First Rank" (和碩睿忠親王). The word "loyal" was intentionally picked. It starkly testified that the charges made by Jirgalang in 1651 were all trumped up. The Qianlong Emperor, either intentionally or inadvertently, contradicted the records of the imperial ancestral temple left behind by Shunzhi when he ordered that the words "Dorgon's heirs having been exterminated" (后嗣废绝) be included into official Qing history to indicate why Dorbo, a fifth generation descendant of Dodo, was designated to inherit the iron cap princely title of Dorgon. The expression "Dorgon's heirs having been exterminated" (后嗣废绝) does not carry the same meaning as "Dorgon never had a son." Regardless, after a lapse of 128 years, the Qianlong Emperor could no longer find the heirs of Dorgon. The Qianlong Emperor also ordered that the rehabilitation of Dorgon be accompanied by a destruction of all the records related to the elimination of the heirs of Dorgon. This was an inglorious chapter not only of Qing history but also the history of the imperial clan of Aisin Gioro.

Мифы о прямых потомках Доргона

В марте 1651 года, во время чистки, последовавшей за устранением Доргона, Шуньцзи также приказал внести в записи Храма предков указание на то, что ни одна женщина не рождала Доргону сыновей (а не на то, что все его сыновья умерли в младенчестве или по другим причинам), чтобы скрыть политический заговор против Доргона и его двух родных братьев, которые с 1644 года завоевали для молодой империи Цин более половины Китая. Исключение из уничтожения наследников Доргона составила его дочь, год рождения которой – 1650, тот же год, когда умер Доргон – был оставлен в записях. Доргон был женат на десяти или более жён и наложниц в течение двадцати пяти и более лет. Записи Императорского Храма предков свидетельствуют о том, что ни одна из его десяти жён и наложниц не смогла зачать сына в течение этих двадцати пяти лет, тогда как дочь родилась лишь в конце этого периода, в тот же год, когда он скончался. Эти записи не указывают на бесплодие Доргона. В разгар чистки 1651 года сыну Доргона удалось избежать казни. Он бежал из Пекина при активной помощи ключевого члена Белого Знамени, находившегося под командованием Доргона при его жизни. Этот наследник Доргона добрался до современного Чжуншаня в провинции Гуандун, южной оконечности Китая, выходящей к Южно-Китайскому морю, где больше не было возможности увеличить расстояние между его укрытием и Запретным городом. Он сменил фамилию с Айсин Гиоро на Юань 袁 (или Юэнь в кантонском диалекте). Как китайский иероглиф, Юань 袁 (Юэнь) значительно похож на иероглиф "Гон 袞" в имени "Доргон 多尔袞". После успешного побега маскировка, позволяющая вновь предстать как хань, считалась идеальной, поскольку Юань 袁 (Юэнь) также была фамилией Юань Чонхуана 袁崇煥, ханьского генерала, смертельно ранившего Нурхаци в битве при Нинъюане в 1626 году, что делало маловероятным подозрения преследователей из Запретного города в том, что он и/или его потомки являются членами клана Доргон. Он назвал большой участок земли, где он наконец поселился, Хайчжоу 海洲, объединив названия Haixi 海西 – родного племени императрицы Сяолиеу, его бабушки, и Jianzhou 建洲 – родного племени Нурхаци, его деда. Деревня, где его потомки обосновались с 1651 года, была названа "Явление Дракона 顯龍", выражая надежду на то, что однажды кто-то из его рода сможет вернуть себе трон, что так и не произошло в оставшиеся годы династии Цин.

In the March 1651 purge of Dorgon, Shunzhi also ordered that the ancestral temple records be written to indicate that no woman had ever conceived a son for Dorgon (not that all of his sons had died due to infant mortality or some other reasons), to conceal this political conspiracy against Dorgon and his two biological brothers, who had conquered more than half of China for the young Qing empire since 1644. The extermination of Dorgon's heirs did not include his daughter, whose birth year of 1650, the same year when Dorgon died, was allowed to be left on records. Dorgon had married at least 10 wives and concubines over a period of 25 years or more. Records in the imperial ancestral temple indicate that none of his 10 wives and concubines was able to conceive a son for Dorgon over a period of 25 years, whereas only a daughter was born at the end of this 25 year period, in the same year when he died. These records do not suggest that Dorgon was infertile. In the midst of the 1651 purge, a son of Dorgon managed to escape from execution. He fled Beijing with the active assistance of a key member of the White Banner under the command of Dorgon when he was alive. This heir of Dorgon ran all the way to modern day Zhongshan, Guangdong province, the southern tip of China fronting the South China Sea, where there was no more way to maximize the distance between his hiding place and the Forbidden City. He changed his family name from Aisin Gioro to Yuan 袁 (or Yuen in the Cantonese dialect). As a Chinese character, Yuan 袁 (Yuen) substantially resembles the word "Gon 袞" as in "Dorgon 多尔袞" in the written form. After successfully escaping execution, the camouflage to re emerge as a Han Chinese person was considered perfect, as Yuan 袁 (Yuen) was also the family name of Yuan Chonghuan 袁崇煥 the Han Chinese general who fatally wounded Nurhaci in the 1626 Battle of Ningyuan, making it highly unlikely that pursuing forces from the Forbidden City would suspect that he and/or his descendants were members of the Dorgon clan. He named the large piece of land where he finally settled Haizhou 海洲, a combination of Haixi 海西，the tribal native place of Empress Xiaoliewu, his grandmother; and Jianzhou 建洲, the tribal native place of Nurhaci, his grandfather. The village where his descendants have sprung up since 1651 was named "Revelation of the Dragon 顯龍", indicating his hope that one day someone in his line would be able to reclaim the throne, which never happened through the remaining years of the Qing dynasty.

Наследие Доргона

После того, как 6 июня 1644 года Доргон привёл маньчжурские и ханьские войска, лояльные ему, в Пекин, он немедленно приказал восстановить порядок, а также установить наказания за вымогательство и коррупцию, совершаемые любым членом императорского рода и другими чиновниками. Впоследствии он объявил о переназначении всех чиновников династии Мин и восстановлении системы гражданской службы для поиска талантов по всей стране. Доргона обычно считают хорошим и преданным политиком, однако его также обвиняют в "Шести злоупотреблениях (六大弊政)". Это были меры, направленные на укрепление власти цинских завоевателей, но вызвавшие значительные беспорядки и кровопролитие в Китае, и включавшие:
Принудительное бритьё головы (剃发) и принятие маньчжурской одежды (易服): китайских мужчин заставляли брить переднюю часть головы и заплетать волосы в косу по маньчжурскому образцу под страхом смерти. В южных китайских городах, где население оказывало сопротивление введению этого закона, происходили массовые убийства. Ограждение земель (圈地) и реквизиция домов (占房): для обеспечения экономической базы для знамённых войск им разрешалось ограждать «незанятые земли», однако этот закон злоупотреблялся для захвата уже засеянных полей и поместий с применением военной силы. Законы о принудительном труде (投充) и преследовании беглых (逃人): в связи с захватом обширных сельскохозяйственных угодий рабочая сила обеспечивалась за счёт разрешения знамённым войскам захватывать крестьян и обращать их в рабство. Это, в свою очередь, потребовало издания указов для борьбы с бегством рабов, включая расстрел людей, укрывающих беглецов, и повешение за повторные побеги.

Физическая внешность

Согласно рассказам японских путешественников, Доргону было 34 или 35 лет, у него был слегка смуглый цвет кожи и проницательные глаза. Он был красив, высок и строен, с блестящей и ухоженной бородой.

В популярной культуре

В 1981 году Ю Чжон Кын сыграл его в сериале KBS1 «Тэ Мён». Парк Ки Ун исполнил эту роль в фильме «Война стрел» 2011 года. Хотя он не появляется в сериале tvN «Очаровывая короля» 2024 года, на протяжении всего сериала о нём часто упоминают как о принце Руи.