Функционализм в философии сознания

Введение

Философская позиция

В философии сознания функционализм – это тезис о том, что каждое психическое состояние (например, состояние обладания убеждением, желанием или испытывания боли) определяется исключительно своей функциональной ролью, то есть его причинной связью с другими психическими состояниями, сенсорными входами и поведенческими выходами. Функционализм развился главным образом как альтернатива теории тождества сознания и бихевиоризму. Функционализм представляет собой теоретический уровень между физической реализацией и поведенческим результатом. Следовательно, он отличается от своих предшественников – картезианского дуализма (защищающего независимые ментальные и физические субстанции) и скинерианского бихевиоризма и физикализма (утверждающего существование только физических субстанций), поскольку он рассматривает лишь эффективные функции мозга, посредством его организации или его "программ". Поскольку психическое состояние идентифицируется функциональной ролью, считается, что оно реализуется на множестве уровней; иными словами, оно способно проявляться в различных системах, даже, возможно, в компьютерах, при условии, что система выполняет соответствующие функции. В то время как компьютерная программа выполняет функции посредством вычислений на основе входных данных для получения выходных данных, реализованных через его электронную основу, мозг выполняет функции посредством своей биологической деятельности и реакций на стимулы.

Многократная реализуемость

Важной частью некоторых аргументов в пользу функционализма является идея множественной реализуемости. Согласно стандартным функционалистским теориям, психическое состояние соответствует функциональной роли. Это как клапан: клапан может быть изготовлен из пластика, металла или другого материала, пока он выполняет надлежащую функцию (контролирует поток жидкости или газа). Аналогично, утверждают функционалисты, психическое состояние можно объяснить, не принимая во внимание состояние лежащей в основе физической среды (например, мозга), которая его реализует; достаточно учитывать функцию или функции более высокого уровня. Поскольку психическое состояние не ограничено конкретной средой, оно может быть реализовано множеством способов, включая, теоретически, небиологические системы, такие как компьютеры. Машина на кремниевой основе могла бы обладать тем же типом психической жизни, что и человек, при условии, что её структура реализует соответствующие функциональные роли. Однако существуют функционалистские теории, которые сочетаются с теорией тождества сознания и отрицают множественную реализуемость. Такие теории функциональной спецификации (ФСТ) (Левин, § 3.4), как их называют, были наиболее заметно разработаны Дэвидом Льюисом и Дэвидом Малетом Армстронгом. Согласно ФСТ, психические состояния являются конкретными "реализаторами" функциональной роли, а не самой функциональной ролью. Например, психическое состояние веры – это именно тот мозговой или неврологический процесс, который реализует соответствующую функцию веры. Таким образом, в отличие от стандартных версий функционализма (часто называемых теорией тождества функционального состояния), ФСТ не допускают множественной реализуемости психических состояний, поскольку тот факт, что психические состояния реализуются состояниями мозга, является существенным. Часто эта точка зрения обусловлена убеждением, что если бы мы встретили инопланетную расу с когнитивной системой, состоящей из материала, значительно отличающегося от человеческого (например, на основе кремния), но выполняющей те же функции, что и человеческие психические состояния (например, они склонны кричать "Ой!" при уколе острым предметом), мы бы сказали, что их тип психического состояния может быть похож на наш, но это не одно и то же. Для некоторых это может быть недостатком ФСТ. Действительно, один из аргументов Хилари Патнэма в пользу его версии функционализма основывался на интуиции, что такие инопланетные существа будут иметь те же психические состояния, что и люди, и что множественная реализуемость стандартного функционализма делает его лучшей теорией сознания.

Функционализм машинного состояния

Широкая позиция "функционализма" может быть сформулирована во множестве различных вариантов. Первая формулировка функционалистической теории сознания была предложена Хилари Патнэмом. Поскольку биологические организмы "проходят через последовательность состояний во времени", любой такой организм также может быть эквивалентен машине Тьюринга. Согласно функционализму машинных состояний, природа психического состояния аналогична природе состояний машины Тьюринга, описанных выше. Если удастся показать, что рациональное функционирование и вычислительные способности этих машин сопоставимы с рациональным функционированием и вычислительными способностями человека, то следует, что поведение машины Тьюринга тесно напоминает человеческое поведение. Следовательно, за конкретную машину или психическое состояние отвечает не конкретный физико-химический состав, а правила программирования, которые порождают эти эффекты. Иными словами, любое рациональное предпочтение обусловлено следованием правилам, а не конкретным материальным воплощением агента.

Психофункционализм

Вторая форма функционализма основана на отказе от бихевиористских теорий в психологии и их замене эмпирическими когнитивными моделями разума. Этот взгляд наиболее тесно связан с Джерри Фодором и Зеноном Пылышиным и получил название психофункционализма. Фундаментальная идея психофункционализма заключается в том, что психология – это наука, необратимо сложная по своей природе, и что термины, используемые нами для описания сущностей и свойств разума в наших лучших психологических теориях, нельзя переопределить в терминах простых поведенческих предрасположенностей. Более того, даже если бы такое переопределение было достижимо, оно не было бы ни желательным, ни существенным. Психофункционалисты рассматривают психологию как использующую те же самые необратимо телеологические, или целеориентированные, объяснения, что и биологические науки. Так, например, функция сердца – перекачивать кровь, функция почек – фильтровать ее и поддерживать определенный химический баланс, и так далее – именно это определяет цели научного объяснения и таксономии. Для всех этих механизмов может существовать бесконечное множество физических реализаций, но важна лишь их роль в общей биологической теории. Аналогичным образом, роль психических состояний, таких как вера и желание, определяется функциональной или причинной ролью, которую они играют в рамках нашей лучшей научной психологической теории. Если какое-либо психическое состояние, постулируемое народной психологией (например, истерия), оказывается не имеющим фундаментальной роли в когнитивно-психологическом объяснении, то такое состояние может считаться несуществующим. С другой стороны, если теоретическая когнитивная психология постулирует состояния, необходимые для объяснения человеческого поведения, но не предусмотренные обыденным языком народной психологии, то эти сущности или состояния действительно существуют.

Аналитический функционализм

Третья форма функционализма связана с значениями теоретических терминов в целом. Этот взгляд наиболее тесно связан с Дэвидом Льюисом и часто называется аналитическим функционализмом или концептуальным функционализмом. Основная идея аналитического функционализма заключается в том, что теоретические термины неявно определяются теориями, в формулировке которых они встречаются, а не внутренними свойствами составляющих их фонем. В случае обыденных языковых терминов, таких как "убеждение", "желание" или "голод", идея состоит в том, что такие термины получают свое значение из наших здравых "народно-психологических" теорий о них, однако эти концептуализации недостаточны, чтобы выдержать строгость, предъявляемую материалистическими теориями реальности и причинности. Такие термины подвергаются концептуальному анализу, который принимает примерно следующую форму: ментальное состояние M – это состояние, которое предваряется P и вызывает Q. Например, состояние боли вызывается сидением на гвозде и вызывает громкие крики, а также высшие психические состояния гнева и негодования, направленные на беспечного человека, оставившего гвоздь. Эти виды функциональных определений, выраженных через причинные роли, претендуют на то, чтобы быть аналитическими и априорными истинами о субментальных состояниях и (в значительной степени фиктивных) пропозициональных установках, которые они описывают. Следовательно, его сторонники известны как аналитические или концептуальные функционалисты. Существенное различие между аналитическим и психофункционализмом заключается в том, что последний подчеркивает важность лабораторного наблюдения и эксперимента в определении того, какие термины и понятия психического состояния являются подлинными, а какие функциональные отождествления могут считаться действительно контингентными и апостериорными тождествами. Первый же, напротив, утверждает, что эти тождества необходимы и не подлежат эмпирическому научному исследованию.

Гомункулярный функционализм

Гомункулярный функционализм был разработан главным образом Дэниелом Деннетом и поддерживался Уильямом Лайканом. Он возник как ответ на проблемы, которые эксперименты с «китайским мозгом» Неда Блока (также известного как «китайская нация») и «китайская комната» Джона Серла представляли для более традиционных форм функционализма (см. ниже в разделе «Критика»). Пытаясь преодолеть концептуальные трудности, возникшие из идеи нации, состоящей из китайцев, соединенных между собой, где каждый человек функционирует как отдельный нейрон, чтобы в целом создать функциональные психические состояния индивидуального разума, многие функционалисты просто приняли это как данность и утверждали, что такая китайская нация действительно будет обладать всеми качественными и интенциональными свойствами разума; то есть она станет своего рода системным или коллективным разумом, обладающим пропозициональными установками и другими ментальными характеристиками. Независимо от ценности этой гипотезы, сразу же было высказано возражение, что она подразумевает неприемлемый вид супервентности разума к разуму: системный разум, который каким-то образом возникает на более высоком уровне, должен обязательно супервенировать на индивидуальные умы каждого отдельного члена китайской нации, если следовать формулировке Блока. Но это, кажется, ставит под серьезное сомнение, если не прямо противоречит, фундаментальной идее тезиса о супервентности: не может быть никаких изменений в ментальной сфере без каких-либо изменений в лежащем в основе физическом субстрате. Это легко увидеть, если обозначить множество ментальных фактов, возникающих на более высоком уровне, как M1, а множество ментальных фактов, возникающих на более низком уровне, как M2. Тогда и M1, и M2 супервенируют на физические факты, но изменение M1 в M2 (например) может произойти без каких-либо изменений в этих фактах. Поскольку супервентность разума к разуму, казалось, стала приемлемой в функционалистических кругах, некоторым показалось, что единственный способ разрешить эту загадку — постулировать существование целой иерархической серии уровней разума (аналогично гомункулам), которые становятся все менее и менее сложными с точки зрения функциональной организации и физического состава, опускаясь до уровня физико-механического нейрона или группы нейронов. Гомункулы на каждом уровне, с этой точки зрения, обладают подлинными ментальными свойствами, но становятся проще и менее разумными по мере продвижения вниз по иерархии.

Механистический функционализм

Механистический функционализм, первоначально сформулированный и защищенный Гвальтеро Пичинини и Карлом Гиллетом независимо друг от друга, дополняет предыдущие функционалистские подходы к психическим состояниям, утверждая, что любое психологическое объяснение должно быть выражено в механистических терминах. Иными словами, вместо того чтобы психические состояния получали исключительно функциональное объяснение через их связи с другими психическими состояниями, как указано выше, функции рассматриваются лишь как часть объяснения конкретного психического состояния – другую часть составляет структура. Механистическое объяснение предполагает разложение данной системы, в данном случае психической, на составляющие ее физические компоненты, их деятельность или функции, а также их взаимосвязанные организационные отношения, либо в телеологических терминах. Если функции понимаются в телеологическом ключе, то они могут быть охарактеризованы как этиологически, так и неэтиологически. Механистический функционализм смещает функционализм от традиционной функционалистической автономии психологии от нейронауки к интеграции психологии и нейронауки. Предоставляя применимую основу для объединения традиционных психологических моделей с неврологическими данными, механистический функционализм можно рассматривать как примирение функционалистической теории сознания с неврологическими представлениями о том, как функционирует мозг. Это обусловлено тем, что механистические объяснения функции стремятся дать учет того, как функциональные состояния (психические состояния) физически реализуются посредством неврологических механизмов.

Физикализм

Существует много путаницы относительно того, какие отношения, как утверждается, существуют (или не существуют) между общим тезисом функционализма и физикализма. Часто утверждается, что функционализм каким-то образом "опровергает" или фальсифицирует физикализм как таковой (то есть, без дальнейшего объяснения или описания). С другой стороны, большинство философов сознания, придерживающихся функционализма, утверждают, что они физикалисты; действительно, некоторые из них, такие как Дэвид Льюис, заявляли, что они строгие редукционистские физикалисты. Функционализм – это, по сути, то, что Нед Блок назвал широко метафизическим тезисом, в отличие от узко онтологического. То есть, функционализм не столько интересуется тем, что существует, сколько тем, что характеризует определенный тип психического состояния, например, боль, как раз тот тип состояния, которым она является. Предыдущие попытки решить проблему "тело-сознание" пытались разрешить ее, отвечая на оба вопроса: дуализм утверждает, что существуют две субстанции и что психические состояния характеризуются своей нематериальностью; бихевиоризм утверждал, что существует одна субстанция и что психические состояния являются поведенческими предрасположенностями; физикализм постулировал существование только одной субстанции и характеризовал психические состояния как физические состояния (например, "боль = импульсы C-волокон"). При таком понимании, тип-физикализм можно рассматривать как несовместимый с функционализмом, поскольку он утверждает, что психические состояния (например, боль) характеризуются своей физической природой, в то время как функционализм утверждает, что боль характеризуется своей функциональной/каузальной ролью и ее связью с выкриком "ой!", и т.д. Однако, любой более слабый вариант физикализма, который делает простое онтологическое утверждение о том, что все существующее состоит из физической материи, вполне совместим с функционализмом. Более того, большинство функционалистов, являющихся физикалистами, требуют, чтобы свойства, над которыми производится квантификация в функциональных определениях, были физическими свойствами. Следовательно, они являются физикалистами, хотя сам общий тезис функционализма не обязывает их к этому. В случае Дэвида Льюиса существует различие между понятиями "испытывать боль" (жёсткий десигнатор, истинный для одних и тех же вещей во всех возможных мирах) и просто "боль" (нежёсткий десигнатор). Для Льюиса "боль" обозначает нечто вроде определенного описания "состояние с каузальной ролью x". Референт этого описания у людей – это тип состояния мозга, определяемый наукой. Референт среди существ на основе кремния – это нечто иное. Референт описания среди ангелов – это некое нематериальное, нефизическое состояние. Поэтому для Льюиса возможны и совместимы с концептуальным функционализмом локальные редукции типа-физикализма. (См. также "Безумная боль" и "Марсианская боль" Льюиса.) Кажется, существует некоторая путаница между типами и токенами, которую необходимо прояснить в функционалистическом анализе.

Китайский мозг

Нед Блок возражает против функционалистского тезиса о множественной реализуемости, согласно которому аппаратная реализация несущественна, поскольку важен лишь функциональный уровень. Мысленный эксперимент "Китайский мозг" или "Китайская нация" заключается в предположении, что вся китайская нация систематически организуется для функционирования подобно мозгу, где каждый человек выполняет роль нейрона. (Значительная разница в скорости обработки информации отдельными элементами не учитывается). Согласно функционализму, пока люди выполняют соответствующие функциональные роли, с правильными причинно-следственными связями между входами и выходами, система будет обладать разумом, ментальными состояниями, сознанием и так далее. Однако, по мнению Блока, это очевидно абсурдно, следовательно, в самом функционализме должно быть что-то неверное, поскольку он допускает подобное описание разума. Некоторые функционалисты полагают, что у Китая могут быть квалиа, но из-за его масштаба невозможно представить себе сознание Китая. Вполне возможно, что мы ограничены нашей теорией разума и никогда не сможем понять, каково сознание китайской нации. Таким образом, если функционализм верен, то квалиа либо существуют при любой аппаратной реализации, либо вовсе не существуют и являются иллюзией.

Китайская комната .

Аргумент китайской комнаты Джона Серла — это прямая атака на утверждение о том, что мышление можно представить как набор функций. Мысленный эксперимент утверждает, что возможно имитировать разумные действия без какой-либо интерпретации или понимания, используя исключительно функциональную систему. Если коротко, Серл описывает человека, говорящего только по-английски, который находится в комнате с китайскими символами в корзинах и книгой правил на английском языке для манипулирования этими символами. Затем люди снаружи комнаты инструктируют этого человека следовать правилам, отправляя определенные символы из комнаты в ответ на полученные. Предположим далее, что люди снаружи комнаты владеют китайским языком и общаются с человеком внутри посредством китайских символов. По мнению Серла, было бы абсурдно утверждать, что англоговорящий внутри комнаты знает китайский язык, основываясь лишь на этих синтаксических процессах. Этот мысленный эксперимент призван показать, что системы, оперирующие исключительно синтаксическими процессами (вводами и выводами, основанными на алгоритмах), не способны реализовать какую-либо семантику (значение) или интенциональность (направленность). Таким образом, Серл критикует идею о том, что мышление можно свести к следованию набору синтаксических правил; то есть, функционализм является недостаточной теорией разума. В связи с концепцией «китайской нации» Блока, многие функционалисты ответили на мысленный эксперимент Серла, предположив, что на более высоком уровне, чем понимание человека в китайской комнате, происходит определенная форма умственной деятельности (так называемый «системный ответ»); то есть, система действительно знает китайский язык. В ответ Серл предположил, что человек в комнате мог бы просто запомнить правила и соответствия между символами. И снова, хотя он и смог бы убедительно имитировать общение, он осознавал бы только символы и правила, но не значение, стоящее за ними.

Обратный спектр

Другой основной критикой функционализма является сценарий инвертированного спектра или инвертированных квалиа, наиболее четко сформулированный Недом Блоком как возражение против функционализма. Этот мысленный эксперимент предполагает существование человека, назовем ее Джейн, рожденной с состоянием, из-за которого она видит противоположный спектр света по сравнению с обычным восприятием. В отличие от большинства людей, Джейн воспринимает фиолетовый как желтый, оранжевый как синий и так далее. Представим, например, что вы и Джейн смотрите на один и тот же апельсин. В то время как вы воспринимаете фрукт как оранжевый, Джейн видит его как синий. Однако, на вопрос о цвете фрукта, и вы, и Джейн ответите "оранжевый". Фактически, можно заметить, что все ваши поведенческие и функциональные связи с цветами будут одинаковыми. Джейн, например, будет правильно соблюдать правила дорожного движения, как и любой другой человек, несмотря на вовлеченное цветовое восприятие. Следовательно, утверждается, что поскольку могут существовать два функционально идентичных человека с разными ментальными состояниями (различающимися по своим качественным или феноменологическим аспектам), функционализм недостаточно надежен для объяснения индивидуальных различий в квалиа. Дэвид Чалмерс пытается показать, что, хотя ментальное содержание не может быть полностью объяснено функциональными терминами, тем не менее существует номологическая корреляция между ментальными и функциональными состояниями в этом мире. Например, робот на кремниевой основе, чей функциональный профиль соответствует нашему, должен быть полностью сознательным. Его аргумент в пользу этого утверждения принимает форму reductio ad absurdum. Он рассматривает постепенную замену человеческого мозга функционально эквивалентными схемами; основная идея заключается в том, что, поскольку сознательному человеку вряд ли удастся испытать изменение своих квалиа, которое он совершенно не заметит, ментальное содержание и функциональный профиль, по-видимому, неразрывно связаны друг с другом, по крайней мере, для существ, ведущих себя как люди. Если бы квалиа субъекта изменились, мы бы ожидали, что он это заметит, и, следовательно, его функциональный профиль также изменится. Аналогичный аргумент применяется к понятию отсутствующих квалиа. В этом случае Чалмерс утверждает, что вряд ли субъект испытает ослабление своих квалиа, которое он не заметит и на которое не отреагирует. Это, в сочетании с независимым утверждением о том, что функциональный профиль сознательного существа может быть сохранен независимо от его переживаний, приводит к выводу, что субъект этих экспериментов останется полностью сознательным. Однако проблема с этим аргументом, как заметил Брайан Г. Крабб (2005) [Ненадежный источник: причина=Я не нашел ни статьи, ни издателя, и никакой реальной академической публикации с таким названием], заключается в том, что, хотя изменение или ослабление квалиа у сознательного субъекта может привести к изменениям в его функциональном профиле, это ничего не говорит о случае с постоянно инвертированным или бессознательным роботом. Субъект с инвертированными квалиа с рождения не будет иметь ничего, что нужно было бы заметить или к чему нужно было бы адаптироваться. Аналогично, бессознательный функциональный симулякр нас самих (зомби) не будет иметь никаких переживаний, которые нужно было бы заметить или к которым нужно было бы адаптироваться. Следовательно, Крабб утверждает, что аргументы Чалмерса о "угасающих квалиа" и "танцующих квалиа" не доказывают, что случаи постоянно инвертированных или отсутствующих квалиа номологически невозможны. Связанная с этим критика аргумента об инвертированном спектре заключается в том, что он предполагает, что ментальные состояния (различающиеся по своим качественным или феноменологическим аспектам) могут быть независимыми от функциональных отношений в мозге. Таким образом, он предполагает вопрос о функциональных ментальных состояниях: его предположение отрицает саму возможность функционализма, не предлагая никаких независимых оснований для этого. (Функционализм утверждает, что ментальные состояния производятся функциональными отношениями в мозге.) Этот же тип проблемы — отсутствие аргумента, а лишь противоположное предположение в его основе — применим и к аргументам китайской комнаты и китайской нации. Однако обратите внимание, что ответ Крабба на Чалмерса не содержит этой ошибки: его точка зрения заключается в более ограниченном наблюдении о том, что даже если инвертированные или отсутствующие квалиа окажутся номологически невозможными, и вполне возможно, что мы впоследствии обнаружим этот факт другими способами, аргумент Чалмерса не доказывает их невозможность.

Земля-близнец

Мысленный эксперимент "Двойная Земля", предложенный Хилари Путнемом, является одним из основных аргументов против функционализма, хотя изначально он был сформулирован как аргумент против семантического интернализма. Сам эксперимент прост и заключается в следующем. Представьте себе Двойную Землю, идентичную Земле во всех отношениях, кроме одного: вода не имеет химической структуры H2O, а состоит из другой структуры, например, XYZ. Важно отметить, однако, что XYZ на Двойной Земле по-прежнему называется "водой" и обладает всеми теми же макроскопическими свойствами, что и H2O на Земле (то есть XYZ также является прозрачной, пригодной для питья жидкостью, которая содержится в озерах, реках и так далее). Поскольку эти миры идентичны во всем, кроме базовой химической структуры воды, вы и ваш двойник с Двойной Земли видите абсолютно одинаковые вещи, встречаете одних и тех же людей, занимаете одни и те же должности, ведете себя одинаково и так далее. Иными словами, поскольку у вас совпадают входные данные, выходные данные и связи между другими ментальными состояниями, вы являетесь функциональными дубликатами. Например, вы оба верите, что вода мокрая. Однако содержание вашего ментального состояния – веры в то, что вода мокрая – отличается от состояния вашего дубликата, потому что ваша вера относится к H2O, а вера вашего дубликата – к XYZ. Следовательно, согласно этому аргументу, поскольку два человека могут быть функционально идентичны, но при этом иметь разные ментальные состояния, функционализм не может адекватно объяснить все ментальные состояния. Большинство сторонников функционализма первоначально ответили на этот аргумент, пытаясь провести четкое различие между внутренним и внешним содержанием. Внутреннее содержание пропозициональных установок, например, состояло бы исключительно из тех аспектов, которые не связаны с внешним миром и обладают необходимыми функциональными/каузальными свойствами, позволяющими устанавливать связи с другими внутренними ментальными состояниями. Однако, поскольку никому до сих пор не удалось сформулировать четкую основу или обоснование для существования такого различия в ментальном содержании, эта идея в целом была отвергнута в пользу экстерналистских каузальных теорий ментального содержания (также известных как информационная семантика). Примером такой позиции является разработанная Джерри Фодором "асимметричная каузальная теория" ментального содержания. Эта точка зрения предполагает лишь модификацию функционализма, чтобы включить в его сферу действия очень широкую интерпретацию входных и выходных данных, охватывающую объекты, являющиеся причинами ментальных репрезентаций во внешнем мире. Аргумент о Двойной Земле основан на предположении, что опыт с имитацией воды вызовет иное ментальное состояние, чем опыт с натуральной водой. Однако, поскольку никто не заметил бы разницы между этими двумя видами воды, это предположение, вероятно, ложно. Более того, это базовое предположение прямо противоречит функционализму; и, следовательно, аргумент о Двойной Земле не является подлинным аргументом, поскольку это предположение подразумевает прямое отрицание самого функционализма (который утверждает, что два вида воды не вызовут различных ментальных состояний, поскольку функциональные отношения останутся неизменными).

Значение целостности

Другая распространенная критика функционализма заключается в том, что он подразумевает радикальную форму семантического холизма. Блок, Фодо́р, Джон Сёрл и другие выдвинули дополнительные аргументы в пользу того, что функционализм тривиален, то есть внутренние структуры, которые функционализм пытается исследовать, оказываются повсеместными, в результате чего функционализм либо сводится к бихевиоризму, либо к полной тривиальности и, следовательно, к форме панпсихизма. Эти аргументы обычно опираются на предположение о том, что физика приводит к последовательности уникальных состояний, и что функционалистская реализация присутствует всякий раз, когда существует отображение между предложенным набором ментальных состояний и физическими состояниями системы. Учитывая, что состояния физической системы всегда, по крайней мере, в некоторой степени уникальны, такое отображение всегда будет существовать, а значит, любая система обладает разумом. Формулировки функционализма, устанавливающие абсолютные требования к взаимодействию с внешними объектами (внешними по отношению к функциональному описанию, то есть не определенным функционально), сводятся к бихевиоризму, а не к абсолютной тривиальности, поскольку поведение ввода-вывода все равно необходимо. Питер Го́дфри Смит далее утверждал, что такие формулировки все еще могут быть сведены к тривиальности, если они принимают дополнительное, на первый взгляд невинное предположение. А именно, что добавление преобразователя – системы ввода-вывода – к объекту не должно изменять наличие у этого объекта ментальных состояний. Преобразователь ограничен генерацией поведения в соответствии с простым отображением, например, таблицей соответствий, от входов к действиям в системе и от состояния системы к выходам. Однако, поскольку система в каждый момент времени и при каждом возможном входе будет находиться в уникальном состоянии, такое отображение всегда будет существовать, и, следовательно, найдется преобразователь, который будет генерировать любое желаемое физическое поведение. Го́дфри Смит полагает, что эти проблемы можно решить с помощью принципа причинности, но, возможно, потребуется постулировать континуум между объектами, обладающими разумом, и не обладающими им, а не абсолютное различие. Кроме того, ограничение отображений, по-видимому, требует либо учета внешнего поведения, как в бихевиоризме, либо обсуждения внутренней структуры реализации, как в теории тождества; и хотя множественная реализуемость, кажется, не теряется, автономия функционального описания высокого уровня, утверждаемая функционализмом, становится сомнительной.