Пандемия гриппа 1918–1920 годов: «Испанка» и её последствия

Введение

Глобальная пандемия гриппа 1918–1920 годов, вызванная вирусом гриппа H1N1 A.

Пандемия гриппа, начавшаяся в 1918 году.

Пандемия гриппа 1918–1920 годов, также известная как эпидемия «испанки» или Великий грипп, была исключительно смертоносной глобальной пандемией гриппа, вызванной вирусом гриппа H1N1 A. Самый ранний задокументированный случай был зарегистрирован в марте 1918 года в штате Канзас (США), а в апреле были зафиксированы дальнейшие случаи во Франции, Германии и Соединенном Королевстве. Через два года почти треть населения мира, или около 500 миллионов человек, заразилась в течение четырех последовательных волн. Оценки смертности варьируются от 17 до 50 миллионов человек, а возможно, и до 100 миллионов, что делает эту пандемию одной из самых смертоносных в истории. Пандемия разразилась в конце Первой мировой войны, когда военная цензура в воюющих странах подавляла плохие новости для поддержания боевого духа, но газеты свободно сообщали о вспышке в нейтральной Испании, создавая ложное впечатление о том, что Испания является эпицентром, и приводя к ошибовому названию «испанский грипп». Вирус был особенно опасен, поскольку вызывал цитокиновый шторм, поражая более сильную иммунную систему молодых людей, хотя вирусная инфекция, по-видимому, не была более агрессивной, чем предыдущие штаммы гриппа. Однако утверждение о высокой смертности среди молодых людей во время пандемии оспаривается. Недоедание, переполненные медицинские лагеря и больницы, а также плохая гигиена, усугубленные войной, способствовали развитию бактериальной суперинфекции, которая убивала большинство жертв после продолжительного периода болезни. Пандемия «испанки» 1918 года была первой из трех пандемий гриппа, вызванных вирусом гриппа H1N1 A; последней была пандемия свиного гриппа 2009 года. «Русский грипп» 1977 года также был вызван вирусом H1N1.

Этимология

Эта пандемия была известна под разными названиями — как старыми, так и новыми — в зависимости от места, времени и контекста. Этимология альтернативных названий позволяет проследить историю этой напасти и её влияния на людей, которые лишь спустя годы узнают, что невидимые вирусы вызывали грипп. Отсутствие научных объяснений побудило газету "Sierra Leone Weekly News" (Фритаун) в июле 1918 года предложить библейскую интерпретацию, использовав вопросительное предложение из Книги Исход, 16, на древнееврейском языке: "Одно можно сказать наверняка — врачи в настоящий момент в замешательстве; и мы предлагаем, вместо того чтобы называть это заболевание гриппом, пока они не возьмут ситуацию под контроль, говорить script=latn — «Что это?»".

Описательные названия

Вспышки гриппоподобных заболеваний были задокументированы в 1916–17 годах в британских военных госпиталях в Этапле, Франция, и прямо напротив, через Ла-Манш, в Алдершоте, Англия. Клинические проявления, общие с пандемией 1918 года, включали быстрое прогрессирование симптомов до "багрового" гелиотропного цианоза лица. Пока не установлено, связаны ли эти случаи с тем же вирусом A/H1N1.

В 1918 году «эпидемический грипп» (influence), также известный в то время как «хватка» (grasp), появился в Канзасе, США, в конце весны, а первые сообщения из Испании начали поступать 21 мая. Сообщения из обоих мест называли это «трехдневной лихорадкой» (fiebre de los tres días).

Ассоциативные названия

Многие альтернативные названия являются экзонимами, призванными представить новые инфекционные заболевания как иноземные. Эти эпитеты вновь использовались во время пандемии 1918 года, наряду с новыми. Три недели спустя газета The Times сообщила, что «все сейчас считают это «испанским» гриппом». Через три дня в The Times появилась реклама таблеток Формаминт для профилактики «испанского гриппа». Когда новость достигла Москвы, «Правда» объявила: «испанская дама в городе», сделав «испанскую даму» еще одним распространенным названием. Вспышка не произошла в Испании (см. ниже), но сообщения о ней исходили именно оттуда из-за военной цензуры в воюющих странах. Испания была нейтральной страной, не обеспокоенной видимостью боевой готовности и не имевшей военной пропаганды для поддержания морального духа; поэтому ее газеты свободно сообщали о последствиях эпидемии, включая болезнь короля Альфонсо XIII, что сделало Испанию кажущимся очагом эпидемии. Цензура была настолько эффективной, что испанские органы здравоохранения не подозревали, что соседние страны пострадали в той же степени. В октябре 1918 года в «Мадридском письме» в Журнале Американской медицинской ассоциации испанский чиновник выразил протест: «Мы были удивлены, узнав, что болезнь свирепствует в других странах и что там ее называют «испанской хваткой». И почему испанской? Эта эпидемия не зародилась в Испании, и это должно быть зафиксировано как историческое оправдание». Но прежде чем это письмо было опубликовано, сербская газета (Корфу) написала: «Уже довольно давно различные страны приписывали происхождение этого внушительного гостя друг другу, и в какой-то момент они пришли к согласию, приписывая его доброй и нейтральной Испании».

Другие экзонимы

Французская пресса изначально использовала термин «американский грипп», но перешла к «испанскому гриппу», чтобы не наносить ущерб отношениям с союзником. Весной 1918 года британские солдаты называли его «фландрским гриппом», а немецкие солдаты – «фландрской лихорадкой» (Flandern Fieber), оба названия связаны с известным полем боя в Бельгии, где многие солдаты с обеих сторон заболели. В Сенегале его называли «бразильским гриппом», а в Бразилии – «немецким гриппом». В Испании он также был известен как «французский грипп» (gripe francesa) или «неаполитанский солдат» (Soldado de Nápoles), по названию популярной песни из сарсуэлы, однако это название остаётся спорным. Другие названия происходили от геополитических и социальных границ. В Польше его называли «большевистской болезнью», а большевики – «киргизской болезнью». Япония обвиняла борцов сумо в заносе болезни из Тайваня, называя её «гриппом сумо» (<! 相撲風邪), хотя там умерли три известных борца. Рекомендации Всемирной организации здравоохранения, впервые опубликованные в 2015 году, теперь направлены на предотвращение социальной стигматизации, исключая использование культурно значимых названий для новых болезней, и включают «испанский грипп» в список «названий, которых следует избегать». Многие авторы теперь воздерживаются от использования термина «испанский грипп».

Местные названия

Некоторые языковые эндонимии не обозначали конкретные регионы или группы людей. Примеры, относящиеся к этой пандемии, включают: (пусть будет произведено расследование по этому поводу), (болезнь головы, кашля и спины), (болезнь, вызванная стремлением к наживе во время войны), (болезнь, проходящая словно пуля) и <! ناخوشی ای باد (болезнь ветра).

Другие названия

Эта вспышка также была широко известна как «великая эпидемия гриппа», последовавшая за «великой войной» – распространенным названием Первой мировой войны до Второй мировой войны. Французские военные врачи первоначально называли её «болезнь 11» (maladie onze). Детская песенка, возникшая во время пандемии гриппа 1889–1890 годов, была сокращена и адаптирована в популярную в 1918 году рифму для прыгалок. Она служила метафорой для заразности «испанки», где это название было укорочено до афереза «Enza».

Первая волна начала 1918 года

Пандемия общепринято считается начавшейся 4 марта 1918 года, когда был зарегистрирован случай у Альберта Гитчелла, армейского повара в лагере Фанстон, штат Канзас, США, хотя случаи заболевания были зафиксированы и ранее. Болезнь была замечена еще в январе 1918 года в округе Хаскелл, расположенном в 322 км от лагеря, что побудило местного врача Лоринга Майнера предупредить редакторов научного журнала Службы общественного здравоохранения США "Public Health Reports". В течение нескольких дней после первого случая в лагере Фанстон 4 марта, о болезни сообщили 522 военнослужащих. К 11 марта 1918 года вирус достиг Квинса, Нью-Йорк. Позднее было раскритиковано отсутствие профилактических мер в марте/апреле. В связи с вступлением США в Первую мировую войну, болезнь быстро распространилась из лагеря Фанстон, являвшегося основным пунктом подготовки войск американского экспедиционного корпуса, в другие армейские лагеря США и Европу, став эпидемией в Среднем Западе, на Восточном побережье и во французских портах к апрелю 1918 года, а к середине месяца – достигнув Западного фронта. Затем она быстро распространилась по Франции, Великобритании, Италии и Испании, а в мае – достигла Вроцлава и Одессы. После подписания Брестского мира (март 1918 года) Германия начала освобождать русских военнопленных, которые принесли болезнь в свою страну. В мае она достигла Северной Африки, Индии и Японии, а вскоре после этого, вероятно, обошла весь мир, поскольку случаи заболевания были зарегистрированы в Юго-Восточной Азии уже в апреле. В июне была зарегистрирована вспышка в Китае. После того, как волна достигла Австралии в июле, она начала спадать. Первая волна гриппа продолжалась с начала 1918 года и была относительно мягкой. Уровень смертности существенно не превышал нормальный; в Соединенных Штатах за первые шесть месяцев 1918 года было зарегистрировано около 75 000 смертей, связанных с гриппом, по сравнению с около 63 000 смертей за тот же период в 1915 году. В Мадриде, Испания, в период с мая по июнь 1918 года от гриппа умерло менее 1000 человек. В первом квартале 1918 года карантинные меры не применялись. Однако первая волна вызвала значительные сбои в военных операциях Первой мировой войны: заболели три четверти французских войск, половина британских сил и более 900 000 немецких солдат.

Смертельная вторая волна конца 1918 года

Вторая волна началась во второй половине августа 1918 года, вероятно, распространившись на Бостон (штат Массачусетс) и Фритаун (Сьерра-Леоне) на кораблях из Бреста, куда, по всей вероятности, прибыли американские войска или французские новобранцы для военно-морской подготовки. Из Бостонского военно-морского двора и лагеря Девенс (позже переименованного в Форт-Девенс), расположенного примерно в 48 километрах к западу от Бостона, вскоре заболели и другие военные объекты США, а также войска, направляемые в Европу. Благодаря перемещению войск, в течение следующих двух месяцев вирус распространился по всей Северной Америке, а затем в Центральную и Южную Америку, достигнув Бразилии и стран Карибского бассейна на морских судах. В июле 1918 года первые случаи заболевания были зафиксированы в Османской империи, среди некоторых солдат. Из Фритауна пандемия продолжила распространяться по Западной Африке вдоль побережья, рек и колониальных железных дорог, а также от железнодорожных узлов в более отдаленные населенные пункты. В Южную Африку вирус попал в сентябре на кораблях, возвращавших членов Южноафриканского корпуса коренного трудового резерва из Франции. Оттуда он распространился по южной Африке и за реку Замбези, достигнув Эфиопии в ноябре. 15 сентября в Нью-Йорке был зарегистрирован первый смертельный случай от гриппа. Парад в поддержку военных займов, прошедший в Филадельфии (штат Пенсильвания) 28 сентября 1918 года с целью продвижения государственных облигаций для Первой мировой войны, привел к 12 000 смертей после крупной вспышки болезни среди участников парада. Из Европы вторая волна распространилась по России по диагонали с юго-запада на северо-восток, а также была занесена в Архангельск в ходе интервенции в Северной России, а затем охватила всю Азию после Гражданской войны в России и по Транссибирской магистрали, достигнув Ирана (где вирус распространился через священный город Мешхед), а затем Индии в сентябре, Китая и Японии – в октябре. Празднование перемирия 11 ноября 1918 года спровоцировало вспышки в Лиме и Найроби, но к декабрю волна в основном утихла. Вторая волна пандемии 1918 года была значительно смертоноснее первой. Первая волна напоминала типичные эпидемии гриппа; наибольшему риску подвергались больные и пожилые люди, в то время как молодые и здоровые люди быстро выздоравливали. Октябрь 1918 года стал месяцем с самым высоким уровнем смертности за всю пандемию. В Соединенных Штатах в период с сентября по декабрь 1918 года было зарегистрировано около 292 000 смертей, по сравнению с примерно 26 000 за тот же период в 1915 году. Пандемия гриппа 1918 года в Индии была особенно разрушительной: по оценкам, только в последнем квартале 1918 года погибло от 12,5 до 20 миллионов человек.

Третья волна 1919 года

Пандемия продолжалась во многих местах в 1919 году. Это сохранение активности, возможно, связано с климатом, особенно в Северном полушарии, где была зима и, следовательно, обычное время для активности гриппа. Тем не менее, пандемия продолжалась в 1919 году в значительной степени независимо от региона и климата. Служба общественного здравоохранения опубликовала первый отчет о "возобновлении заболевания" в "разрозненных пунктах" в начале декабря. Эта вновь возникшая активность, однако, варьировалась по всей стране, возможно, из-за различных ограничений. Во многих местах в попытке подавить распространение были вновь введены меры, такие как запрет на общественные собрания и закрытие школ. Значительные вспышки произошли в городах, включая Лос-Анджелес, Нью-Йорк, Мемфис, Нэшвилл, Сан-Франциско и Сент-Луис. К 21 февраля, с некоторыми местными различиями, активность гриппа, по сообщениям, снижалась с середины января во всех частях страны. После этого "первого крупного эпидемического периода", начавшегося в октябре 1918 года, смертность от пневмонии и гриппа была "несколько ниже среднего" в крупных городах Соединенных Штатов в период с мая 1919 года по январь 1920 года. Тем не менее, почти 160 000 смертей были отнесены к этим причинам в первые шесть месяцев 1919 года. Более четкое возобновление в Европе проявилось позднее, зимой и весной. К середине февраля в Англии и Уэльсе развилась значительная третья волна, достигшая пика в начале марта, хотя она полностью не утихла до мая. Франция также пережила значительную волну, достигшую пика в феврале, наряду с Нидерландами. В Норвегии, Финляндии и Швейцарии в марте наблюдалось возобновление пандемической активности, а в Швеции – в апреле. Большая часть Испании пострадала от "существенной повторной волны" гриппа в период с января по апрель 1919 года. В Португалии наблюдалось возобновление пандемической активности, продолжавшееся с марта по сентябрь 1919 года, наибольшее воздействие ощущалось на западном побережье и на севере страны; все округа были затронуты в период с апреля по май. Грипп впервые проник в Австралию в январе 1919 года после того, как строгий морской карантин защитил страну в течение последней части 1918 года. Эпидемия впервые приобрела масштаб в Мельбурне, достигнув пика в середине февраля. Вскоре грипп появился в соседних штатах Новый Южный Уэльс и Южная Австралия, а затем распространился по всей стране в течение года. Вторая, более сильная волна произошла в Виктории в период с апреля по июнь. В других местах грипп вновь возник в виде настоящей "третьей волны". В Гонконге произошла очередная вспышка в июне, как и в Южной Африке в осенние и зимние месяцы в Южном полушарии. В Новой Зеландии также были зарегистрированы некоторые случаи в мае. В некоторых частях Южной Америки наблюдалось возобновление пандемической активности в течение 1919 года. Третья волна обрушилась на Бразилию в период с января по июнь. В Монтевидео также произошла вторая вспышка в период с июля по сентябрь. Третья волна особенно сильно затронула Испанию, Сербию, Мексику и Великобританию, что привело к сотням тысяч смертей. В целом, она была менее тяжелой, чем вторая волна, но все же гораздо более смертоносной, чем первая волна.

Четвертая волна 1920 года

В Северном полушарии с приближением осени усилились опасения по поводу "возвращения" гриппа. Эксперты ссылались на историю прошлых эпидемий гриппа, таких как эпидемия 1889–1890 годов, чтобы предсказать, что повторение спустя год не является маловероятным, хотя не все с этим соглашались. В сентябре 1919 года главный хирург США Руперт Блю заявил, что возвращение гриппа позднее в этом году произойдет "вероятно, но отнюдь не обязательно". Франция подготовила информационную кампанию для населения до конца лета, а Великобритания начала подготовку осенью с производства вакцины. В Японии грипп вспыхнул вновь в декабре и быстро распространился по всей стране, что в то время связывали с наступлением холодной погоды. Меры, связанные с пандемией, были возобновлены для сдерживания распространения вспышки, и органы здравоохранения рекомендовали ношение масок. В период с октября 1919 года по 23 января 1920 года по всей стране было зарегистрировано 780 000 случаев заболевания, и к этой дате было зафиксировано не менее 20 000 смертей. Это, по всей видимости, отражало "степень тяжести, в три раза превышающую соответствующий период" 1918–1919 годов, во время первой эпидемии в Японии. Несмотря на быстрый пик в начале года, вспышка продолжалась всю зиму, а весной пошла на спад. В Соединенных Штатах на протяжении весны и лета 1919 года наблюдались "почти непрерывные единичные случаи" гриппа. Увеличение числа отдельных случаев стало заметно уже в сентябре, но в Чикаго в середине января произошла одна из первых крупных вспышек гриппа. Служба общественного здравоохранения объявила о намерении "локализовать эпидемию", но болезнь уже вызвала одновременную вспышку в Канзас-Сити и быстро распространилась из центра страны в неопределенном направлении. В течение нескольких дней после начала взрывного роста заболеваемости в Чикаго стало ясно, что грипп распространяется в городе даже быстрее, чем зимой 1919 года, хотя смертность была ниже. В течение недели число новых случаев в городе превысило пик, достигнутый во время волны 1919 года. Примерно в то же время в Нью-Йорке начали наблюдаться резкий рост заболеваемости, и вскоре за ним последовали другие города по всей стране. В таких городах, как Чикаго, Мемфис и Нью-Йорк, вновь были введены определенные ограничения, связанные с пандемией, такие как закрытие школ и театров, а также изменение графика работы предприятий для предотвращения скопления людей. Как и во время эпидемии осенью 1918 года, школы в Нью-Йорке оставались открытыми. "Эпидемия значительных масштабов ознаменовала первые месяцы 1920 года", – позже отметила Статистика смертности США; по данным того времени, эпидемия привела к количеству смертей, составляющему треть от числа смертей, зафиксированных в 1918–1919 годах. Только в Нью-Йорке с декабря 1919 года по апрель 1920 года было зарегистрировано 6374 смерти, что почти вдвое превышает число смертей, зафиксированных во время первой волны весной 1918 года. Польша пережила разрушительную вспышку в зимние месяцы, в ее столице Варшаве был зафиксирован пик в 158 смертей за одну неделю, по сравнению с пиком в 92 смерти, достигнутым в декабре 1918 года; однако эпидемия 1920 года прошла в течение нескольких недель, в то время как волна 1918–1919 годов развивалась на протяжении всей второй половины 1918 года. Напротив, вспышка в Западной Европе считалась "благоприятной", при этом возрастное распределение смертности начало приобретать характер сезонного гриппа. В пяти европейских странах (Испании, Дании, Финляндии, Германии и Швейцарии) был зафиксирован поздний пик в период с января по апрель 1920 года. В феврале в Бразилии произошла четвертая волна.

После пандемии

К середине 1920 года пандемия была в значительной степени признана "законченной" как общественностью, так и правительствами. Хотя в некоторых частях Чили в период с ноября 1920 года по март 1921 года наблюдалась третья, более мягкая волна, грипп также был широко распространен в Соединенных Штатах, и его распространенность в Калифорнии, по сообщениям, была выше в начале марта 1922 года, чем в любой момент после 1920 года. В годы после 1920 года болезнь, которая была новой в 1918 году, приобрела более привычный характер, став по крайней мере одной из форм "сезонного гриппа". Вирус H1N1 оставался эндемичным, периодически вызывая более серьезные или примечательные вспышки по мере постепенной эволюции на протяжении многих лет. Период с момента его первого появления в 1918 году получил название "эпохи пандемий", и все пандемии гриппа, возникшие после этого, были вызваны его потомками. После первой из этих пандемий после 1918 года, в 1957 году, вирус был полностью вытеснен новым H2N2 – результатом реассортирования человеческого H1N1 и вируса птичьего гриппа, который впоследствии стал основным вирусом гриппа А, циркулирующим среди людей. Наряду с некоторыми естественными объяснениями, такими как сохранение вируса в замороженном состоянии в течение 20 лет, сама природа гриппа указывает на возможное участие человека, например, случайную утечку из лаборатории, где старый вирус хранился для исследовательских целей.

Европа

Вирусолог Джон Оксфорд предположил, что главный британский военный лагерь и госпиталь в Этапле во Франции были центром испанского гриппа. Согласно Оксфорду, аналогичная вспышка произошла в марте 1917 года в армейских казармах в Алдершоте. Отчет, опубликованный в 2016 году в Журнале Китайской медицинской ассоциации, обнаружил свидетельства того, что вирус 1918 года циркулировал в европейских армиях в течение нескольких месяцев и, возможно, лет до пандемии 1918 года. Политолог Эндрю Прайс Смит опубликовал данные из австрийских архивов, указывающие на то, что грипп начался в Австрии в начале 1917 года. Исследование 2009 года, опубликованное в журнале Influenza and Other Respiratory Viruses, показало, что смертность от испанского гриппа одновременно достигла пика в течение двух месяцев – октября и ноября 1918 года – во всех четырнадцати проанализированных европейских странах, что не соответствует той закономерности, которую ожидали бы исследователи, если бы вирус возник где-то в Европе и затем распространился наружу. Аннуан рассматривал несколько альтернативных гипотез о происхождении, таких как Испания, Канзас и Брест, как возможные, но маловероятные. К сожалению, не сохранилось образцов тканей для современного сравнения. Тем не менее, поступали сообщения о случаях респираторных заболеваний на некоторых участках пути, по которому рабочие направлялись в Европу, который также проходил через Северную Америку. Китай был одним из немногих регионов мира, по-видимому, менее затронутых пандемией испанского гриппа, где несколько исследований задокументировали относительно мягкий сезон гриппа в 1918 году. (Хотя это оспаривается из-за отсутствия данных в период Военных конфликтов, см. «Вокруг света»). Это привело к предположению, что пандемия испанского гриппа возникла в Китае, поскольку более низкие показатели смертности от гриппа могут быть объяснены ранее приобретенным иммунитетом китайского населения к вирусу гриппа. Отчет, опубликованный в 2016 году в Журнале Китайской медицинской ассоциации, не обнаружил доказательств того, что вирус 1918 года был импортирован в Европу через китайских и юго-восточноазиатских солдат и рабочих, а вместо этого обнаружил свидетельства его циркуляции в Европе до пандемии. Тесные контакты и массовые перемещения войск в Первой мировой войне ускорили пандемию и, вероятно, увеличили как передачу, так и мутацию. Война также могла снизить сопротивляемость людей к вирусу. Некоторые предполагают, что иммунная система солдат была ослаблена недоеданием, а также стрессом от боевых действий и химических атак, что повышало их восприимчивость. Важным фактором в распространении гриппа во всем мире было увеличение числа поездок. Современные транспортные системы облегчили распространение болезни солдатами, моряками и гражданскими путешественниками. Другой причиной была ложь и отрицание со стороны правительств, из-за чего население оказалось неподготовленным к борьбе с вспышками. Тяжесть второй волны связывают с обстоятельствами Первой мировой войны. В мирной жизни естественный отбор благоприятствует мягким штаммам. Те, кто сильно заболевает, остаются дома, а те, кто болеет слабо, продолжают жить, преимущественно распространяя мягкий штамм. В окопах естественный отбор был обратным. Солдаты с мягким штаммом оставались на своих местах, а тяжелобольные отправлялись на переполненных поездах в переполненные полевые госпитали, распространяя более смертельный вирус. Началась вторая волна, и грипп быстро распространился по всему миру. Следовательно, во время современных пандемий специалисты здравоохранения ищут более смертоносные штаммы вируса, когда он достигает мест социальных потрясений. Тот факт, что большинство выздоровевших от инфекций первой волны приобрели иммунитет, показал, что это, должно быть, был тот же штамм гриппа. Это наиболее ярко проявилось в Копенгагене, который избежал совокупной смертности всего 0,29% (0,02% в первой волне и 0,27% во второй волне) благодаря воздействию менее смертоносной первой волны. Для остальной части населения вторая волна была гораздо более смертоносной; наиболее уязвимыми людьми были те, кто, как солдаты в окопах, – взрослые, молодые и здоровые. После смертельной второй волны, обрушившейся в конце 1918 года, число новых случаев резко сократилось. Например, в Филадельфии за неделю, закончившуюся 16 октября, умерло 4597 человек, но к 11 ноября грипп почти исчез из города. Одно из объяснений быстрого снижения летальности болезни заключается в том, что врачи стали более эффективно предотвращать и лечить пневмонию, которая развивалась после заражения вирусом. Однако Джон Барри заявил в своей книге 2004 года «Великий грипп: Эпическая история самой смертоносной чумы в истории», что исследователи не нашли доказательств, подтверждающих эту точку зрения. Другая теория заключается в том, что вирус 1918 года чрезвычайно быстро мутировал в менее смертоносный штамм. Такая эволюция гриппа – обычное явление: существует тенденция к тому, что патогенные вирусы становятся менее смертоносными со временем, поскольку хозяева более опасных штаммов, как правило, вымирают. Однако летальные случаи продолжались и в 1919 году. Одним из заметных примеров был случай хоккеиста Джо Холла, который, играя за «Монреаль Канадиенс», заболел гриппом в апреле после вспышки, которая привела к отмене финала Кубка Стэнли 1919 года.

Признаки и симптомы

Большинство инфицированных испытывали только типичные симптомы гриппа: боль в горле, головную боль и лихорадку, особенно во время первой волны. Однако во время второй волны болезнь протекала гораздо тяжелее, часто осложняясь бактериальной пневмонией, которая нередко становилась причиной смерти. Эта более тяжелая форма вызывала развитие гелиотропного цианоза, при котором на коже сначала появлялись два багровых пятна над скулами, которые затем в течение нескольких часов распространялись, окрашивая всё лицо в синий цвет, за которым следовало почернение сначала конечностей, а затем и конечностей с туловищем. После этого смерть наступала в течение нескольких часов или дней из-за заполнения лёгких жидкостью. Среди других наблюдаемых признаков и симптомов были спонтанные носовые и ротовые кровотечения, выкидыши у беременных, специфический запах, выпадение зубов и волос, бред, головокружение, бессонница, потеря слуха или обоняния, ухудшение зрения. Один из наблюдателей писал: «Одним из наиболее поразительных осложнений были кровоизлияния из слизистых оболочек, особенно из носа, желудка и кишечника. Также отмечались кровотечения из ушей и петехиальные кровоизлияния на коже». Считалось, что тяжесть симптомов обусловлена цитокиновыми бурями. Большинство смертей были вызваны бактериальной пневмонией – частой вторичной инфекцией, ассоциированной с гриппом. Эта пневмония, в свою очередь, вызывалась обычными бактериями верхних дыхательных путей, которые проникали в лёгкие через поврежденные бронхи жертв. Вирус также непосредственно приводил к смерти, вызывая массивные кровотечения и отёки в лёгких. Современный анализ показал, что вирус особенно опасен, поскольку провоцирует цитокиновую бурю (гиперактивность иммунной системы). Одна группа исследователей извлекла вирус из тел замороженных жертв и заразила им животных. У животных быстро развилась прогрессирующая дыхательная недостаточность и наступила смерть в результате цитокиновой бури. Предполагалось, что сильные иммунные реакции у молодых взрослых приводили к разрушению организма, в то время как более слабые иммунные реакции у детей и людей среднего возраста обуславливали меньшую смертность в этих группах.

Неправильная диагноз

Поскольку вирус, вызывавший заболевание, был слишком мал, чтобы его можно было увидеть под микроскопом в то время, возникали трудности с его правильной диагностикой. Вместо этого бактерия Haemophilus influenzae ошибочно считалась причиной, так как она была достаточно крупной, чтобы ее можно было увидеть, и присутствовала у многих, хотя и не у всех пациентов. По этой причине вакцина, использовавшаяся против этой бактерии, не снижала частоту заражений, но уменьшала смертность. Во время смертельной второй волны также были опасения, что это чума, лихорадка денге или холера. Другим распространенным ошибочным диагнозом был тиф, который часто встречался в условиях социальных потрясений и поэтому также распространялся в России после Октябрьской революции. В Чили элита страны считала, что страна находится в глубоком упадке, и поэтому врачи предполагали, что заболевание – это тиф, вызванный плохой гигиеной, а не инфекционное, что привело к неэффективным мерам реагирования, не предусматривавшим запрет на массовые собрания.

Роль климатических условий

Исследования показали, что иммунная система жертв испанского гриппа была ослаблена неблагоприятными климатическими условиями, которые на протяжении всей пандемии были особенно аномально холодными и влажными в течение длительного времени. Это особенно коснулось войск Первой мировой войны, подвергавшихся непрерывным дождям и температурам ниже среднего на протяжении всего конфликта, и в особенности во время второй волны пандемии. Климатические данные сверхвысокого разрешения, в сочетании с детальными записями о смертности, проанализированными в Гарвардском университете и Институте изменения климата при Университете штата Мэн, выявили серьезную климатическую аномалию, затронувшую Европу с 1914 по 1919 год, при этом ряд экологических показателей напрямую влияли на тяжесть и распространение пандемии испанского гриппа. Шестилетняя климатическая аномалия (1914–1919) принесла в Европу холодные морские воздушные массы, резко изменив погоду, что подтверждается свидетельствами очевидцев и данными инструментальных наблюдений, и затронуло даже Галлипольскую кампанию в Турции, где войска ANZAC страдали от экстремально низких температур, несмотря на обычно средиземноморский климат региона. Эта климатическая аномалия, вероятно, повлияла на миграцию переносчиков вируса H1N1 – птиц, загрязняющих водоемы своими экскрементами, что приводило к 60% уровню заражения осенью. Климатическая аномалия была связана с антропогенным увеличением концентрации атмосферной пыли из-за непрерывных бомбардировок; увеличение нуклеации, вызванное частицами пыли (ядрами конденсации облаков), способствовало увеличению количества осадков.

Управление общественным здравоохранением

В 1918 году системы оповещения органов здравоохранения о распространении инфекционных заболеваний уже существовали, но грипп в них обычно не включался, что привело к запоздалой реакции. Тем не менее, принимались меры. На таких островах, как Исландия, Австралия и Американское Самоа, был объявлен морской карантин, что спасло множество жизней. Вводились меры социального дистанцирования, например, закрывались школы, театры и культовые сооружения, ограничивалось общественное транспортное сообщение и запрещались массовые мероприятия. В некоторых местах, таких как Япония, ношение масок стало распространенным явлением, хотя их эффективность и вызывала споры. Наблюдалось также сопротивление их использованию, что проявилось, например, в Антимасочной лиге Сан-Франциско. Вакцины также разрабатывались, но поскольку они основывались на бактериях, а не на самом вирусе, они могли помочь только при вторичных инфекциях. Строгость соблюдения различных ограничений варьировалась. В значительной степени комиссар здравоохранения Нью-Йорка предписывал предприятиям открываться и закрываться по графику в разные смены, чтобы избежать переполненности в метро. Последующее исследование показало, что такие меры, как запрет на массовые собрания и обязательное ношение масок, могли снизить смертность до 50 процентов, но это зависело от их введения на ранней стадии вспышки и от того, не были ли они отменены слишком рано.

Лечение

Поскольку не существовало противовирусных препаратов для лечения вируса и антибиотиков для лечения вторичных бактериальных инфекций, врачи прибегали к разнообразным лекарствам с разной степенью эффективности, таким как аспирин, хинин, мышьяк, дигиталис, стрихнин, сульфат магния, касторовое масло и йод. Также использовались методы традиционной медицины, включая кровопускание, аюрведу и кампо.

Распространение информации

Из-за Первой мировой войны многие страны ввели военную цензуру и подавляли сообщения о пандемии. Например, итальянской газете Corriere della Sera было запрещено публиковать ежедневные данные о смертности. Газеты того времени в целом придерживались патерналистского подхода и опасались массовой паники. Вместе с болезнью распространялась и дезинформация. В Ирландии существовало поверье, что из массовых захоронений Фландрских полей поднимаются ядовитые газы, которые "ветрами разносятся по всему миру". Также ходили слухи о причастности немцев, например, об отравлении аспирина, производимого компанией Bayer, или об утечке ядовитого газа с подводных лодок.

Разрушенные общины

Даже в тех районах, где смертность была низкой, столь большое число взрослых было выведено из строя, что это затрудняло повседневную жизнь. Некоторые общины закрыли все магазины или требовали, чтобы покупатели оставляли заказы снаружи. Поступали сообщения о том, что медицинские работники не могли ухаживать за больными, а могильщики – хоронить умерших, поскольку и те, и другие сами заболели. В районе Бристольского залива на Аляске, населенном коренными жителями, погибло 40 процентов населения, а некоторые деревни полностью исчезли. Ненане, Аляска, удалось избежать масштабов пандемии в период с 1918 по 1919 год, но грипп все же достиг города весной 1920 года. Сообщалось, что в течение первых двух недель мая заразилось большинство жителей города; по оценкам, умерло 10% населения, в основном коренные жители Аляски. Особенно сильно пострадали несколько тихоокеанских островных территорий. Пандемия достигла их из Новой Зеландии, которая слишком медленно принимала меры для предотвращения отплытия судов, например, с заболевшими на борту, из своих портов. Из Новой Зеландии грипп распространился на Тонга (где погибло 8% населения), Науру (16%) и Фиджи (5%, 9000 человек). Наиболее пострадала Западная Самоа, ранее известная как Германская Самоа, которая была оккупирована Новой Зеландией в 1914 году. Заразилось 90% населения; умерло 30% взрослых мужчин, 22% взрослых женщин и 10% детей. В отличие от этого, губернатор Джон Мартин Пойер предотвратил распространение гриппа на соседние Американские Самоа, введя блокаду. Болезнь распространялась быстрее всего среди высших слоев общества коренных народов из-за обычая собирать устные предания у вождей на смертном одре; в результате этого процесса заразилось много старейшин общины. В Иране смертность была очень высокой: по оценкам, от 902 400 до 2 431 000 человек, или от 8% до 22% от общей численности населения, умерли. В то же время страна переживала персидский голод 1917–1919 годов. В Ирландии испанский грипп в течение самых тяжелых 12 месяцев стал причиной трети всех смертей. В Южной Африке, по оценкам, около 300 000 человек, что составляет 6% населения, умерли в течение шести недель. Считается, что действия правительства на ранних этапах появления вируса в стране в сентябре 1918 года непреднамеренно ускорили его распространение по всей стране. Почти четверть трудоспособного населения Кимберли, состоящего из рабочих алмазных рудников, умерла. По оценкам одного чиновника, в Британском Сомалиленде погибло 7% коренного населения. Такое огромное количество смертей было вызвано чрезвычайно высоким уровнем заражения – до 50% – и крайней тяжестью симптомов, предположительно вызванной цитокиновыми штормами.

Другие области

В Тихом океане Американское Самоа и французская колония Новая Каледония сумели предотвратить даже единичную смерть от гриппа благодаря эффективным карантинным мерам. Однако вспышка была отложена до 1926 года для Американского Самоа и до 1921 года для Новой Каледонии, после завершения периода карантина. На Американском Самоа, по меньшей мере, 25% жителей острова переболели клинически, и 0,1% умерли, а в Новой Каледонии наблюдались широкие масштабы заболеваемости, и 0,1% населения скончались. На острове Святой Елены о смертях не сообщалось. Оценки смертности в Китае значительно различаются, что отражает отсутствие централизованного сбора данных о состоянии здоровья в тот период из-за эпохи военачальников. В 1918 году в Китае, возможно, был относительно мягкий сезон гриппа по сравнению с другими регионами мира. Однако некоторые сообщения из внутренних районов страны указывают на то, что уровень смертности от гриппа, возможно, был выше, по крайней мере, в некоторых областях Китая в 1918 году. В любом случае, нет достаточных доказательств того, что Китай в целом пострадал от гриппа в серьезной степени по сравнению с другими странами мира. Первая оценка смертности в Китае была сделана в 1991 году Паттерсоном и Пайлом, которые оценили количество погибших в пределах от 5 до 9 миллионов человек. Однако это исследование 1991 года подверглось критике в более поздних работах из-за недостатков в методологии, и более новые исследования опубликовали оценки гораздо более низкого уровня смертности в Китае. Например, по оценкам Иидзимы в 1998 году, количество погибших в Китае составило от 1 до 1,28 миллиона человек, основываясь на данных из китайских портовых городов. Более низкие оценки смертности в Китае основаны на низких показателях смертности, зафиксированных в китайских портовых городах (например, в Гонконге), и на предположении, что плохая связь препятствовала распространению гриппа во внутренних районах Китая. В целом, данные из портовых городов Китая демонстрируют низкий уровень смертности по сравнению с другими городами Азии. В опубликованном исследовании гриппа, проведенном в округе Хулу провинции Хэбэй, было установлено, что летальность составила 9,77%, и от гриппа умерли 0,79% населения округа в октябре и ноябре 1918 года.

Смертельные случаи

Пандемия унесла жизни преимущественно молодых людей. В 1918–1919 годах 99% смертей от пандемического гриппа в США пришлись на людей младше 65 лет, и почти половина смертей произошла среди молодых людей в возрасте от 20 до 40 лет. К 1920 году смертность среди людей младше 65 лет снизилась в шесть раз, до половины смертности людей старше 65 лет, но 92% смертей по-прежнему происходили среди людей младше 65 лет. Это необычно, поскольку грипп обычно наиболее опасен для ослабленных людей, таких как младенцы до двух лет, взрослые старше 70 лет и люди с ослабленным иммунитетом. В 1918 году пожилые люди могли обладать частичной защитой, вызванной перенесенной пандемией гриппа 1889–1890 годов, известной как «русский грипп». По словам историка Джона М. Барри, наиболее уязвимыми были беременные женщины – «те, кто с наибольшей вероятностью, из тех, кто с наибольшей вероятностью» умрут. Он сообщил, что в тринадцати исследованиях госпитализированных беременных женщин смертность варьировалась от 23% до 71%. Среди беременных женщин, переживших роды, более четверти (26%) потеряли ребенка. Еще одна особенность заключалась в том, что вспышка была широко распространена летом и осенью (в Северном полушарии), хотя обычно грипп наиболее активен зимой. Наблюдались также географические закономерности смертности. В некоторых частях Азии уровень смертности был в 30 раз выше, чем в некоторых частях Европы, и в целом в Африке и Азии он был выше, чем в Европе и Северной Америке. Существовала значительная вариативность и внутри континентов: смертность в Венгрии и Испании была в три раза выше, чем в Дании, вероятность смерти в странах Африки к югу от Сахары в два-три раза выше, чем в Северной Африке, а в некоторых регионах Азии – возможно, в десять раз выше. Города пострадали сильнее, чем сельская местность. Различия между городами могли отражать воздействие более мягкой первой волны, обеспечивающей иммунитет, а также внедрение мер социальной дистанции. Важным фактором были различия между социальными классами. В Осло смертность была обратно пропорциональна размеру квартиры: люди с низким доходом, живущие в небольших квартирах, умирали чаще. Социальный статус также отражался в более высокой смертности среди иммигрантских сообществ: итальянские американцы, недавно прибывшая группа, имели почти в два раза больше шансов умереть по сравнению со средним американцем. Эти различия были связаны с худшим питанием, скученными жилищными условиями и трудностями с доступом к медицинской помощи. Однако, парадоксально, афроамериканцы относительно мало пострадали от пандемии. Больше мужчин, чем женщин, погибало от гриппа, поскольку они чаще выходили из дома и подвергались воздействию вируса, в то время как женщины, как правило, оставались дома. По той же причине у мужчин также чаще встречался туберкулез, что значительно ухудшало шансы на выздоровление. Однако в Индии ситуация была обратной, возможно, из-за того, что индийские женщины страдали от недоедания и пренебрежения, а также были вынуждены ухаживать за больными. Исследование, проведенное He et al. (2011), использовало механистический подход к моделированию для изучения трех волн пандемии гриппа 1918 года. Они исследовали факторы, определяющие изменчивость временных моделей, и их связь с моделями смертности и заболеваемости. Их анализ показал, что временные изменения скорости передачи обеспечивают наилучшее объяснение, а вариация скорости передачи, необходимая для генерации этих трех волн, находится в пределах биологически правдоподобных значений. Другое исследование, проведенное He et al. (2013), использовало простую эпидемическую модель, включающую три фактора, для определения причин трех волн пандемии гриппа 1918 года. Этими факторами были открытие и закрытие школ, изменения температуры в течение вспышки и изменения в поведении людей в ответ на вспышку. Результаты моделирования показали, что все три фактора важны, но наиболее значительное влияние оказали поведенческие реакции людей.

Первая мировая война

Академик Эндрю Прайс Смит утверждает, что вирус способствовал перевесу сил в последние дни войны в пользу стран Антанты. Он приводит данные, свидетельствующие о том, что волны вирусной инфекции обрушились на Центральные державы раньше, чем на страны Антанты, и что заболеваемость и смертность в Германии и Австрии были значительно выше, чем в Великобритании и Франции. Исследование, опубликованное в журнале Lancet в 2006 году, подтверждает более высокий уровень избыточной смертности в Германии (0,76%) и Австрии (1,61%) по сравнению с Великобританией (0,34%) и Францией (0,75%).

Экономические

Многие предприятия в индустрии развлечений и сферы услуг понесли убытки в доходах, в то время как индустрия здравоохранения зафиксировала рост прибыли. Историк Нэнси Бристоу утверждает, что пандемия, в сочетании с растущим числом женщин, поступающих в колледжи, способствовала успеху женщин в области сестринского дела. Это было частично обусловлено неспособностью врачей, большинство из которых составляли мужчины, сдержать и предотвратить распространение заболевания. Медицинский персонал, состоящий преимущественно из женщин, отмечал успех в уходе за пациентами и не связывал распространение болезни со своей работой. Исследование 2020 года показало, что города США, внедрившие ранние и масштабные немедицинские меры (карантин и т.п.), не понесли дополнительных негативных экономических последствий из-за этих мер. Однако достоверность этого исследования была поставлена под сомнение из-за совпадения с Первой мировой войной и других проблем с надежностью данных.

Долгосрочные последствия

Исследование, проведенное в 2006 году в журнале Journal of Political Economy, показало, что "когорты, находившиеся в утробе матери во время пандемии, демонстрировали снижение уровня образования, увеличение числа случаев физических инвалидностей, более низкий доход, более низкий социально-экономический статус и более высокие выплаты по социальным программам по сравнению с другими поколениями, родившимися в другое время". Исследование 2018 года показало, что пандемия снизила уровень образования в популяциях. Грипп также был связан с вспышкой летаргического энцефалита в 1920-х годах. Выжившие столкнулись с повышенным риском смертности. Некоторые выжившие не полностью восстановились от физиологических последствий, вызванных инфекцией.

Наследие

Несмотря на высокие показатели заболеваемости и смертности, вызванные эпидемией, испанский грипп начал постепенно уходить из общественного сознания на протяжении десятилетий, пока в 1990-х и 2000-х годах не появились сообщения о птичьем гриппе и других пандемиях. Это заставило некоторых историков назвать испанский грипп "забытой пандемией". Однако этот ярлык был оспорен историком Гаем Бейнером, который проследил сложную историю социального и культурного забвения, показав, как пандемия была затенена увековечиванием памяти о Первой мировой войне и в основном игнорировалась в мейнстримной историографии, но сохранялась в частных и локальных традициях по всему миру. Существуют различные теории, объясняющие, почему испанский грипп был "забыт". Быстрые темпы распространения пандемии, унесшей жизни большинства своих жертв в Соединенных Штатах менее чем за девять месяцев, привели к ограниченному освещению в средствах массовой информации. В конце XIX и начале XX века население было знакомо с пандемическими заболеваниями: тиф, желтая лихорадка, дифтерия и холера возникали примерно в одно и то же время. Эти вспышки, вероятно, снизили значимость пандемии гриппа для общественности. В некоторых регионах о гриппе не сообщалось вовсе, за исключением рекламы лекарств, обещавших излечение. Кроме того, вспышка совпала с высокой смертностью и вниманием прессы к Первой мировой войне. Другое объяснение связано с возрастной группой, наиболее пострадавшей от болезни. Большинство смертей, как от войны, так и от эпидемии, приходилось на молодых людей. Высокое число смертей среди молодых людей, вызванных войной, могло затмить смертность от гриппа. Просматривая некрологи, люди видели сообщения о погибших на войне или после войны и умерших от гриппа одновременно. Особенно в Европе, где потери в войне были велики, грипп, возможно, не оказал сильного психологического воздействия или мог восприниматься как продолжение военных трагедий. Продолжительность пандемии и войны также могла сыграть свою роль. Война, однако, изначально ожидалась как короткая, но к моменту начала пандемии продолжалась уже четыре года.

В литературе и других СМИ

Несмотря на все последствия пандемии, она не стала крупной темой в американской литературе. Роман 2006 года "Последний город на Земле" рассказывает о городе, который пытается ограничить распространение гриппа, запретив людям въезжать и выезжать. Роман Эммы Донохью "Притяжение звезд", вышедший в 2020 году, действие которого происходит в Дублине во время испанского гриппа. Окончательный вариант рукописи был представлен в марте 2020 года, и издатели ускорили публикацию из-за продолжающейся пандемии COVID-19.

Сравнение с другими пандемиями

Испанский грипп унес жизни гораздо меньшего процента населения мира, чем Черная смерть, которая продолжалась на протяжении многих лет. По оценкам, недавняя пандемия COVID-19 привела к гибели от 17,5 до 31,4 миллиона человек.

Исследования

Происхождение пандемии испанского гриппа и связь между почти одновременными вспышками у людей и свиней оставались предметом споров. Одна из гипотез заключается в том, что штамм вируса возник в Форт-Райли, штат Канзас, в вирусах, обнаруженных у птицы и свиней, которых разводили на форте для продовольствия; затем солдаты были отправлены из Форт-Райли по всему миру, где и распространяли заболевание. Сходство между реконструкцией вируса и птичьими вирусами, а также то, что пандемия среди людей предшествовала первым сообщениям о гриппе у свиней, привело исследователей к выводу, что вирус гриппа перешел непосредственно от птиц к людям, а свиньи заразились от людей. Другие с этим не согласились, и более поздние исследования предположили, что штамм мог возникнуть у нечеловеческого млекопитающего. Предполагаемая дата появления у млекопитающих – период 1882–1913 годов. Этот вирус-предок разделился примерно в 1913–1915 годах на два клада (или биологические группы, каждая из которых произошла от общего предка), что привело к возникновению классических линий гриппа H1N1 у свиней и людей. Последний общий предок человеческих штаммов датируется периодом с февраля 1917 года по апрель 1918 года. Поскольку свиньи легче заражаются вирусами птичьего гриппа, чем люди, предполагалось, что они были первоначальными носителями вируса, передавая его людям в период с 1913 по 1918 год. Работа по воссозданию штамма испанского гриппа (подтип птичьего штамма H1N1) была результатом сотрудничества между Институтом патологии Вооруженных сил, Юго-Восточной исследовательской лабораторией птицеводства USDA ARS и Медицинской школой Маунт-Синай в Нью-Йорке. В результате этих усилий (5 октября 2005 года) было объявлено, что группа успешно определила генетическую последовательность вируса, используя исторические образцы тканей, полученные патологоанатомом Йоханом Хультином от инуитской женщины, умершей от гриппа и похороненной в вечной мерзлоте Аляски, а также образцы, сохраненные у американских солдат Роско Вона и Джеймса Даунса. 18 января 2007 года Kobasa et al. (2007) сообщили, что обезьяны (Macaca fascicularis), инфицированные воссозданным штаммом гриппа, проявляли классические симптомы пандемии 1918 года и умерли от цитокинового шторма – чрезмерной реакции иммунной системы. Это может объяснить, почему испанский грипп оказал неожиданное воздействие на молодых, здоровых людей, поскольку человек с более сильной иммунной системой потенциально мог бы иметь более сильную реакцию. 16 сентября 2008 года тело британского политика и дипломата сэра Марка Сайкса было эксгумировано для изучения РНК вируса гриппа в попытках понять генетическую структуру современного птичьего гриппа H5N1. Сайкс был похоронен в 1919 году в свинцовом гробу, который, как надеялись ученые, помог сохранить вирус. Гроб оказался расколотым, а труп сильно разложился; тем не менее, были взяты образцы ткани легких и мозга. В декабре 2008 года исследование Йосихиро Каваоки из Университета Висконсина связало наличие трех специфических генов (обозначаемых PA, PB1 и PB2) и нуклеопротеина, полученного из образцов испанского гриппа, со способностью вируса гриппа проникать в легкие и вызывать пневмонию. Эта комбинация вызвала аналогичные симптомы в тестах на животных. В июне 2010 года команда из Медицинской школы Маунт-Синай сообщила, что вакцина против пандемии гриппа 2009 года обеспечивала некоторую перекрестную защиту от штамма пандемии испанского гриппа. Одной из немногих вещей, которые были известны с уверенностью о гриппе в 1918 году и в течение нескольких последующих лет, было то, что, за исключением лабораторных исследований, это было исключительно человеческое заболевание. В 2013 году исследовательская и модельная группа AIR Worldwide "характеризовала историческую пандемию 1918 года и оценила последствия аналогичной пандемии, которая может произойти сегодня, используя модель пандемии гриппа AIR". Согласно модели, "современная "испанская" пандемия привела бы к дополнительным потерям по страхованию жизни в размере от 15,3 до 27,8 миллиардов долларов США только в Соединенных Штатах", при этом в Соединенных Штатах погибло бы от 188 000 до 337 000 человек. В 2018 году Майкл Воробей, профессор эволюционной биологии в Университете Аризоны, изучавший историю пандемии 1918 года, сообщил, что он получил слайды тканей, созданные Уильямом Роландом, врачом, который сообщил о респираторном заболевании, вероятно, вирусном, будучи патологоанатомом в британской армии во время Первой мировой войны. Роланд опубликовал статью в Lancet в 1917 году о вспышке респираторных заболеваний, начавшейся в 1916 году в Этапле, Франция. Воробей проследил недавние ссылки на эту статью до членов семьи, сохранивших слайды, подготовленные Роландом в то время. Воробей извлек ткань из слайдов, чтобы потенциально узнать больше о происхождении патогена. В 2021 году исследование использовало последовательность вируса для получения антигена гемагглютинина (HA) и наблюдения за адаптивным иммунитетом у 32 выживших после пандемии гриппа 1918 года, у всех из которых была обнаружена серореактивность, а у 7 из 8 дальнейших тестов были обнаружены клетки памяти B, способные производить антитела, связывающиеся с антигеном HA, что подчеркивает способность иммунологической памяти сохраняться на протяжении десятилетий.

Половые различия в смертности

Высокий уровень смертности во время пандемии гриппа – одна из особенностей, отличающих ее от других вспышек заболеваний. Другой фактор – более высокая смертность среди мужчин по сравнению с женщинами. Мужчины с сопутствующими заболеваниями подвергались значительно большему риску. Туберкулез был одной из самых смертоносных болезней в начале XX века и уносил больше мужских жизней, чем женских. Однако с распространением гриппа число случаев туберкулеза среди мужчин снизилось. Многие исследователи отмечают, что туберкулез повышал смертность от гриппа у мужчин, сокращая их продолжительность жизни. В течение XX века туберкулез был более распространен среди мужчин, чем среди женщин, но исследования показывают, что с распространением гриппа изменилась смертность от туберкулеза среди женщин. Уровень смертности от туберкулеза у женщин значительно возрос и продолжал снижаться после окончания пандемии. Особенно высока смертность была в возрасте от 20 до 35 лет. Единственным сопоставимым по масштабу бедствием была Черная смерть, или бубонная чума, в XIV веке. Как показывают другие исследования, туберкулез и грипп часто сочетались, и одно заболевание влияло на течение другого. Возраст мужчин, умерших от гриппа, свидетельствует о роли туберкулеза, и поскольку в период пандемии этой болезнью в основном страдали мужчины, их смертность была выше. Продолжительность жизни мужчин сократилась во время пандемии, но через два года после ее окончания начала восстанавливаться.

Остров Ньюфаундленд

Одной из главных причин распространения гриппа было социальное поведение. Мужчины, из-за своей работы, имели больше социальных взаимодействий и были мобильнее женщин. Несмотря на более высокую смертность среди мужчин, в каждом регионе наблюдались разные результаты, обусловленные такими факторами, как недостаточное питание. В Ньюфаундленде распространение пандемии было крайне неравномерным. Грипп не делал различий при заражении, поражая людей независимо от их социально-экономического статуса. Хотя социальная активность способствовала быстрому географическому распространению болезни, она имела тенденцию распространяться быстрее и сильнее влиять на мужчин, чем на женщин, из-за их трудовой деятельности и социальных контактов. Основной причиной смерти в Ньюфаундленде до пандемии был туберкулез, который являлся серьезным сопутствующим заболеванием и повышал смертность при заражении гриппом. В Ньюфаундленде существовало разнообразие профессий, как среди мужчин, так и среди женщин, требующих ежедневного взаимодействия. Однако рыболовство играло ключевую роль в экономике, поэтому мужчины были мобильнее женщин и имели больше контактов с другими регионами мира. Распространение пандемии началось весной 1918 года, но смертельная волна достигла Ньюфаундленда лишь в июне или июле, что совпало с пиком спроса на рабочую силу в рыболовстве. Большинство мужчин работали вдоль побережья летом, и было обычной практикой, когда целые семьи переезжали в Ньюфаундленд для работы. Исследования показывают значительно более высокую смертность среди мужчин по сравнению с женщинами. Однако в течение первой, второй и третьей волн пандемии структура смертности изменилась. В первой волне смертность среди мужчин была выше, но во второй и третьей волнах смертность среди женщин возросла и превысила мужскую. В некоторых регионах Ньюфаундленда женское население было больше, что оказало существенное влияние на общий уровень смертности.

Пандемия гриппа среди канадских солдат

Согласно данным статистики, наибольшее число смертей в ходе первой волны пандемии наблюдалось среди молодых мужчин в возрасте около 20 лет, что отражает возраст призыва в армию. Высокая мобильность молодых людей в 1918 году способствовала распространению гриппа и привела к самой масштабной волне эпидемии. В конце 1917 года и на протяжении 1918 года тысячи военнослужащих собирались в порту Галифакса перед отправкой в Европу. Любой заболевший солдат, не имевший возможности отплыть, включался в население Галифакса, что повышало заболеваемость гриппом среди мужчин, находящихся на военной службе. Для установления причин смерти во время пандемии военные ученые использовали данные Комиссии по военным захоронениям Содружества (CWGC), которая сообщила о гибели менее 2 миллионов мужчин и женщин в ходе войн, ведя учет умерших с 1917 по 1918 год. Передвижение войск в этот период и транспортировка между Канадой и Соединенными Штатами, вероятно, оказали существенное влияние на распространение пандемии.