Пастораль: История и особенности жанра.

Введение

Литературный, художественный и музыкальный жанр, название которого происходит от образа жизни пастухов, пасущих скот.

Пасторальный жанр в литературе, искусстве или музыке изображает идеализированную форму жизни пастуха – перегон скота по открытым пространствам в соответствии со сменой сезонов и изменяющейся доступностью воды и пастбищ. Целевая аудитория обычно городская. Произведение в этом жанре называется пасторалью. Музыкальное произведение в этом жанре обычно именуется пасторалью. Жанр также известен как буколический, от греческого βουκολικόν, от βουκόλος, означающего пастуха (буквально – коровника).

Пасторальная поэзия

Пастырская литература продолжила развиваться после Гесиода в поэзии эллинистического грека Феокрита, несколько его Идиллий разворачиваются в сельской местности (вероятно, отражая ландшафт острова Кос, где жил поэт) и включают диалоги между пастухами. Феокрит, возможно, опирался на подлинные народные традиции сицилийских пастухов. Он писал на дорическом диалекте, но выбрал для своего творчества дактилический гекзаметр, метр, связанный с наиболее престижной формой греческой поэзии – эпосом. Это сочетание простоты и изысканности сыграло важную роль в последующей пастырской поэзии. Феокрита подражали греческие поэты Бион и Мосх. Римский поэт Вергилий адаптировал пастырскую поэзию на латынь в своих влиятельных «Эклоги». Вергилий вводит два важных аспекта пасторали: противопоставление городской и сельской жизни и политическую аллегорию, особенно заметные в «Эклоги» 1 и 4 соответственно. Таким образом, Вергилий представляет более идеализированный образ жизни пастухов, сохраняя при этом традиционные приемы Феокрита. Он первым поместил свои стихи в Аркадию – идеализированное место, которое впоследствии часто упоминалось в пастырской литературе. В «Эподах» Горация II «Загородные радости» появляется «мечтатель» Альфий, который мечтает сбежать из шумной городской жизни в тихую деревню. Однако, как показывает образ «мечтателя», это всего лишь мечта для Альфия. Он слишком поглощен своей карьерой ростовщика, чтобы оставить ее ради сельской жизни. Позднее латинские поэты «серебряного века», писавшие пасторальную поэзию, в основном ориентировались на «Эклоги» Вергилия, среди них – Кальпурний Сикул и Немезиан, а также автор(ы) «Эклог Эйнзидельна». Итальянские поэты возродили пастораль с XIV века, сначала на латыни (например, произведения Петрарки, Понтано и Мантуан), а затем на итальянском языке (Санназаро, Бойардо). Мода на пастораль распространилась по всей Европе эпохи Возрождения. Среди ведущих французских пастырских поэтов – Маро, поэт французского двора, и Пьер де Ронсар, которого в свое время называли «князем поэтов». Первые пасторальные поэмы на английском языке – «Эклоги» (ок. 1515) Александра Баркли, испытавшие сильное влияние Мантуана. Значительным событием в английской пасторальной поэзии стал «Календарь пастуха» Спенсера, впервые опубликованный в 1579 году. Произведение Спенсера состоит из двенадцати эклог, по одной на каждый месяц года, и написано на диалекте. Оно содержит элегии, басни и размышления о роли поэзии в современной Англии. Спенсер и его друзья предстают под различными псевдонимами (сам Спенсер – «Колин Клаут»). Примером Спенсера подражали такие поэты, как Майкл Дрейтон («Идея, Венок пастуха») и Уильям Браун («Пасторали Британии»). В этот период истории Англии многие авторы обращались к «антипасторальным» темам. Два примера этого – «Псалом 23» и «Соловей» сэра Филипа Сидни, в которых мир изображается с антипасторальной точки зрения. В «Псалме 23» природа предстает как нечто, от чего нужно защищаться, а в «Соловье» горе Филомелы сравнивается с болью самого автора. Сидни также написал «Аркадию», полную пасторальных описаний ландшафта. «Ответ нимфы пастуху» (1600) сэра Уолтера Рэли также комментирует антипасторальную тему, поскольку нимфа реалистично отвечает идеализирующему пастуху из «Страстного пастуха к своей возлюбленной», принимая и объясняя истинный ход природы и ее несовместимость с любовью, к которой стремится пастух. Терри Гиффорд в своем эссе 2012 года «Пастораль, антипастораль и постпастораль как стратегии чтения» определил антипастораль как часто явную коррекцию пасторали, подчеркивающую «реализм» в противовес романтике, выделяющую проблемные элементы (напряженность, беспорядок и неравенство), ставящую под сомнение литературные конструкции как ложные искажения и демифологизирующую мифические места, такие как Аркадия и Шангри-Ла. В XVII веке возник жанр поэмы о загородном доме. К этому жанру относится «Описание Кукхема» Эмилии Ланье (1611), в которой женщина описывается через ее связь с поместьем и скорбь поместья, когда она его покидает. В 1616 году Бен Джонсон написал «К Пенхёрсту», стихотворение, обращенное к поместью, принадлежащему семье Сидни, и рассказывающее о его красоте. В основе поэмы лежит гармоничное и радостное восхищение воспоминаниями, связанными с поместьем. Она красиво написана ямбическим пентаметром, стилем, который Джонсон мастерски использует для описания культуры Пенхёрста. В ней упоминаются Пан и Вакх в качестве почетных гостей поместья. Пан, греческий бог пастырского мира, наполовину человек, наполовину козел, был связан как с охотой, так и с пастухами; Вакх – бог вина, опьянения и ритуального безумия. Упоминание Пана и Вакха в пасторальном контексте демонстрирует престиж Пенхёрста, достойного общества богов. «Загородная жизнь», еще одно произведение XVII века, написанное Кэтрин Филипс, также является поэмой о загородном доме. Филипс сосредотачивается на радостях сельской жизни и рассматривает сопутствующий ей образ жизни как «первую и счастливейшую жизнь, когда человек наслаждался собой». Она пишет о поддержании этого образа жизни, живя в отрыве от материальных благ и не слишком беспокоясь об окружающем мире. «О поместье Эпплтон» Эндрю Марвелла было написано в 1651 году, когда Марвелл работал учителем дочери лорда Фэрфакса, Мэри. Поэма богата метафорами, связанными с религией, политикой и историей. Подобно «К Пенхёрсту» Джонсона, поэма Марвелла описывает пасторальное поместье. Она проходит через сам дом, его историю, сады, луга и другие земли, леса, реку, его ученицу Мэри и будущее. Марвелл использовал природу как нить, чтобы сплести стихотворение, посвященное человеку. Мы снова видим, как природа полностью обеспечивает человека. Марвелл также постоянно сравнивает природу с искусством и, кажется, указывает на то, что искусство никогда не может намеренно достичь того, чего природа может достичь случайно или спонтанно. «Повозка с хмелем, или Жатвенный дом» Роберта Херрика также было написано в XVII веке. В этом пасторальном произведении он рисует читателю красочную картину выгод, полученных от тяжелого труда. Это нетипичная интерпретация пасторали, поскольку в ней отмечается празднование труда, а не центральные фигуры, живущие в праздности, и природа, идущая своим чередом. Это стихотворение упоминается в книге Реймонда Уильямса «Деревня и город». Признание работы Херрика уместно, поскольку и Уильямс, и Херрик подчеркивают важность труда в пасторальном образе жизни. Пасторальная элегия – это поджанр, который использует пасторальные элементы для оплакивания смерти или утраты. Самая известная пасторальная элегия на английском языке – «Лисида» (1637) Джона Мильтона, написанная на смерть Эдварда Кинга, сокурсника по Кембриджскому университету. Мильтон использовал эту форму, чтобы исследовать свое призвание как писателя и критиковать то, что он считал злоупотреблениями Церкви. Также следует упомянуть «Элегию, написанную на сельском кладбище» (1750) Томаса Грея. Формальная английская пастораль продолжала процветать в XVIII веке, в конечном итоге угаснув к его концу. Примечательным примером работы XVIII века являются «Пасторали» (1709) Александра Поупа. В этом произведении Поуп подражает «Календарю пастуха» Эдмунда Спенсера, используя при этом классические имена и аллюзии, сближающие его с Вергилием. В 1717 году «Рассуждение о пасторальной поэзии» Поупа было опубликовано в качестве предисловия к «Пасторалям». В этом произведении Поуп устанавливает стандарты пасторальной литературы и критикует многих популярных поэтов, в том числе Спенсера, а также своего современника Эмброуза Филипса. В это время Эмброуз Филипс, часто упускаемый из виду из-за Поупа, моделировал свою поэзию по образцу английской формы пасторали, используя ее как средство выражения истинной природы и тоски человека. Он стремился писать в этом стиле, чтобы соответствовать тому, что, по его мнению, было первоначальным...

Pastoral literature continued after Hesiod with the poetry of the Hellenistic Greek Theocritus, several of whose Idylls are set in the countryside (probably reflecting the landscape of the island of Cos where the poet lived) and involve dialogues between herdsmen. Theocritus may have drawn on authentic folk traditions of Sicilian shepherds. He wrote in the Doric dialect but the metre he chose was the dactylic hexameter associated with the most prestigious form of Greek poetry, epic. This blend of simplicity and sophistication would play a major part in later pastoral verse. Theocritus was imitated by the Greek poets Bion and Moschus. The Roman poet Virgil adapted pastoral into Latin with his highly influential Eclogues. Virgil introduces two very important uses of pastoral, the contrast between urban and rural lifestyles and political allegory most notably in Eclogues 1 and 4 respectively. In doing so, Virgil presents a more idealized portrayal of the lives of shepherds while still employing the traditional pastoral conventions of Theocritus. He was the first to set his poems in Arcadia, an idealized location to which much later pastoral literature will refer. Horace's Epodes, ii Country Joys has "the dreaming man" Alfius, who dreams of escaping his busy urban life for the peaceful country. But as "the dreaming man" indicates, this is just a dream for Alfius. He is too consumed in his career as a usurer to leave it behind for the country. Later Silver Latin poets who wrote pastoral poetry, modeled principally upon Virgil's Eclogues, include Calpurnius Siculus and Nemesianus and the author(s) of the Einsiedeln Eclogues. Italian poets revived the pastoral from the 14th century onwards, first in Latin (examples include works by Petrarch, Pontano and Mantuan) then in the Italian vernacular (Sannazaro, Boiardo). The fashion for pastoral spread throughout Renaissance Europe. Leading French pastoral poets include Marot, a poet of the French court, and Pierre de Ronsard, once called the "prince of poets" in his day. The first pastorals in English were the Eclogues (c. 1515) of Alexander Barclay, which were heavily influenced by Mantuan. A landmark in English pastoral poetry was Spenser’s The Shepheardes Calender, first published in 1579. Spenser's work consists of twelve eclogues, one for each month of the year, and is written in dialect. It contains elegies, fables and a discussion of the role of poetry in contemporary England. Spenser and his friends appear under various pseudonyms (Spenser himself is "Colin Clout"). Spenser's example was imitated by such poets as Michael Drayton (Idea, The Shepherd's Garland) and William Browne (Britannia's Pastorals). During this period of England's history, many authors explored "anti pastoral" themes. Two examples of this, Sir Philip Sidney's “The Twenty Third Psalm” and “The Nightingale”, focus on the world in a very anti pastoral view. In “The Twenty Third Psalm,” Nature is portrayed as something we need to be protected from, and in “The Nightingale,” the woe of Philomela is compared to the speaker's own pain. Sidney also wrote Arcadia, which is filled with pastoral descriptions of the landscape. "The Nymph's Reply to the Shepherd" (1600) by Sir Walter Raleigh also comments on the anti pastoral as the nymph responds realistically to the idealizing shepherd of The Passionate Shepherd to His Love by embracing and explaining the true course of nature and its incompatibility with the love that the Shepherd yearns for with the nymph. Terry Gifford defined the anti pastoral in his 2012 essay "Pastoral, Anti Pastoral and Post Pastoral as Reading Strategies" as an often explicit correction of pastoral, emphasizing "realism" over romance, highlighting problematic elements (showing tensions, disorder and inequalities), challenging literary constructs as false distortions and demythologizing mythical locations such as Arcadia and Shangri La. In the 17th century came the Country house poem. Included in this genre is Emilia Lanier's The Description of Cooke ham in 1611, in which a woman is described in terms of her relationship to her estate and how it mourns for her when she leaves it. In 1616, Ben Jonson wrote To Penshurst, a poem in which he addresses the estate owned by the Sidney family and tells of its beauty. The basis of the poem is a harmonious and joyous elation of the memories that Jonson had at the manor. It is beautifully written with iambic pentameter, a style that Jonson eloquently uses to describe the culture of Penshurst. It includes Pan and Bacchus as notable company of the manor. Pan, Greek god of the Pastoral world, half man and half goat, was connected with both hunting and shepherds; Bacchus was the god of wine, intoxication and ritual madness. This reference to Pan and Bacchus in a pastoral view demonstrates how prestigious Penshurst was, to be worthy in the company with gods. "A Country Life", another 17th century work by Katherine Philips, was also a country house poem. Philips focuses on the joys of the countryside and looks upon the lifestyle that accompanies it as being "the first and happiest life, when man enjoyed himself." She writes about maintaining this lifestyle by living detached from material things, and by not over concerning herself with the world around her. Andrew Marvell's "Upon Appleton House" was written when Marvell was working as a tutor for Lord Fairfax's daughter Mary, in 1651. The poem is very rich with metaphors that relate to religion, politics and history. Similar to Jonson's "To Penshurst", Marvell's poem is describing a pastoral estate. It moves through the house itself, its history, the gardens, the meadows and other grounds, the woods, the river, his Pupil Mary, and the future. Marvell used nature as a thread to weave together a poem centered around man. We once again see nature fully providing for man. Marvell also continuously compares nature to art and seems to point out that art can never accomplish on purpose what nature can achieve accidentally or spontaneously. Robert Herrick's The Hock cart, or Harvest Home was also written in the 17th century. In this pastoral work, he paints the reader a colorful picture of the benefits reaped from hard work. This is an atypical interpretation of the pastoral, given that there is a celebration of labor involved as opposed to central figures living in leisure and nature just taking its course independently. This poem was mentioned in Raymond Williams', The Country and the City. This acknowledgment of Herrick's work is appropriate, as both Williams and Herrick accentuate the importance of labor in the pastoral lifestyle. The pastoral elegy is a subgenre that uses pastoral elements to lament a death or loss. The most famous pastoral elegy in English is John Milton's "Lycidas" (1637), written on the death of Edward King, a fellow student at Cambridge University. Milton used the form both to explore his vocation as a writer and to attack what he saw as the abuses of the Church. Also included is Thomas Gray's, "Elegy In a Country Churchyard" (1750). The formal English pastoral continued to flourish during the 18th century, eventually dying out at the end. One notable example of an 18th century work is Alexander Pope's Pastorals (1709). In this work Pope imitates Edmund Spenser's Shepheardes Calendar, while utilizing classical names and allusions aligning him with Virgil. In 1717, Pope's Discourse on Pastoral Poetry was published as a preface to Pastorals. In this work Pope sets standards for pastoral literature and critiques many popular poets, one of whom is Spenser, along with his contemporary opponent Ambrose Philips. During this time period Ambrose Philips, who is often overlooked because of Pope, modeled his poetry after the native English form of Pastoral, employing it as a medium to express the true nature and longing of Man. He strove to write in this fashion to conform to what he thought was the original intent of Pastoral literature. As such, he centered his themes around the simplistic life of the Shepherd, and, personified the relationship that humans once had with nature. John Gay, who came a little later was criticized for his poem's artificiality by Doctor Johnson and attacked for their lack of realism by George Crabbe, who attempted to give a true picture of rural life in his poem The Village. In 1590, Edmund Spenser also composed the famous pastoral epic The Faerie Queene, in which he employs the pastoral mode to accentuate the charm, lushness, and splendor of the poem's (super)natural world. Spenser alludes to the pastoral continuously throughout the work and also uses it to create allegory in his poem, with the characters as well as with the environment, both of which are meant to have symbolic meaning in the real world. It is of six 'books' only, though Spenser intended to write twelve. He wrote the poem primarily to honor Queen Elizabeth. William Cowper addressed the artificiality of the fast paced city life in his poems Retirement (1782) and The Winter Nosegay (1782). Pastoral nevertheless survived as a mood rather than a genre, as can be seen from such works as Matthew Arnold's Thyrsis (1867), a lament on the death of his fellow poet Arthur Hugh Clough. Robert Burns can be read as a Pastoral poet for his nostalgic portrayals of rural Scotland and simple farm life in To A Mouse and The Cotter's Saturday Night. Burns explicitly addresses the Pastoral form in his Poem on Pastoral Poetry. In this he champions his fellow Scot Allan Ramsey as the best Pastoral poet since Theocritus. Another subgenre is the Edenic Pastoral, which alludes to the perfect relationship between God, man, and nature in the Garden of Eden. It typically includes biblical symbols and imagery. In 1645 John Milton wrote L'Allegro, which translates as the happy person. It is a celebration of Mirth personified, who is the child of love and revelry. It was originally composed to be a companion poem to, Il Penseroso, which celebrates a life of melancholy and solitude. Milton's, On the Morning of Christ's Nativity (1629) blends Christian and pastoral imagery.

Пасторальный эпос

Мильтон, пожалуй, наиболее известен своей эпической поэмой «Потерянный рай», одним из немногих пасторальных эпосов, когда-либо написанных. Значительной частью «Потерянного рая» является книга IV, где он описывает вторжение Сатаны в рай. Иконические описания сада Мильтона омрачены тем, что мы видим его глазами Сатаны и, таким образом, склонны сочувствовать ему. Мильтон изящно раскрывает пасторально идиллические, вечно плодородные условия жизни Адама и Евы, уделяя особое внимание их ответственности за сад. Он акцентирует внимание на плодоносящих деревьях и заботе Адама и Евы о них, создавая образ пасторальной гармонии. Однако Мильтон постоянно возвращается к Сатане, представляя его как персонажа, с которым аудитория может легко себя отождествить и, возможно, даже полюбить. Мильтон создает Сатану как персонажа, призванного поколебать представления аудитории о себе и об окружающем мире. Благодаря этому приему Мильтон устанавливает своеобразный диалог между текстом и читателем о тех «истинах», которые каждый для себя считает незыблемыми.

Пасторальные романы

Итальянские писатели изобрели новый жанр – пастырский роман, сочетавший в себе пастырскую поэзию с вымышленным прозаическим повествованием. Несмотря на отсутствие классических образцов для этого жанра, он испытал некоторое влияние древнегреческих романов, действие которых разворачивалось в сельской местности, таких как «Дафнис и Хлоя». Наиболее значительным итальянским примером стал «Аркадия» Саннаццаро (1504). Популярность пастырского романа распространилась по всей Европе, породив такие известные произведения, как «Menina e Moça» (1554) Бернардима Рибейру на португальском языке, «Диана» (1559) Монтемайора в Испании, «Аркадия» (1590) сэра Филиппа Сидни в Англии и «Астрея» (1607–1627) Оноре д’Урфе во Франции.

Пастырские пьесы

Пастырская драма также возникла в Италии эпохи Возрождения. Снова, классических прецедентов было немного, за исключением, возможно, греческих сатировских драм. «Орфео» Полициано (1480) демонстрирует начало новой формы, но она достигла своего расцвета в конце XVI века с «Аминтой» Тассо (1573), «Миртиллой» Изабеллы Андрени (1588) и «Верным пастухом» Гуарини (1590). Джон Лили привнес в Англию пасторальную пьесу в итальянском стиле – «Эндимион» (1579). Позднее были созданы «Верная пастушка» Джона Флетчера, «Печальный пастух» Бена Джонсона и «Леди Май» Сидни. Некоторые пьесы Шекспира содержат пасторальные элементы, наиболее заметно – «Как вам это понравится» (сюжет которой был заимствован из пасторального романа Томаса Лоджа «Розалинда») и «Зимняя сказка», в которой акт 4, сцена 4 представляет собой пространное пасторальное отступление. Лес в «Как вам это понравится» можно рассматривать как место пасторальной идеализации, где жизнь проще и чище, а его обитатели живут ближе друг к другу, к природе и к Богу, чем их городские соотечественники. Однако Шекспир играет с границами пасторальной идеализации. На протяжении всей пьесы Шекспир использует различных персонажей для иллюстрации пасторализма. Его главные герои, Розалинда и Орландо, метафорически изображают важность сосуществования реализма и идеализма, или городской и сельской жизни. В то время как Орландо погружен в идеал, Розалинда выступает посредником, возвращая Орландо к реальности и принимая простоту пасторальной любви. Она – единственный персонаж в пьесе, который принимает и ценит как реальную, так и идеализированную жизнь и умеет заставить эти две идеи сосуществовать. Таким образом, Шекспир исследует городскую и сельскую жизнь, показывая ценность их сосуществования.

Пасторальная научная фантастика

Пасторальная научная фантастика – это поджанр научной фантастики, использующий буколические, сельские пейзажи, как и другие формы пасторальной литературы. Поскольку это поджанр научной фантастики, авторы могут размещать события историй как на Земле, так и на другой обитаемой планете или луне, иногда включая терраформированную планету или луну. В отличие от большинства жанров научной фантастики, пасторальная научная фантастика приглушает роль футуристических технологий. В 1950-х и 1960-х годах Клиффорд Симак писал истории о сельских жителях, вступающих в контакт с внеземными существами, скрывающими свою инопланетную сущность. Истории пасторальной научной фантастики обычно выражают почтение к земле, её дающему жизнь урожаю, смене времён года и роли общины. Хотя плодородные аграрные ландшафты на Земле или планетах, подобных Земле, являются распространёнными местами действия, некоторые произведения могут происходить на океанических или пустынных планетах, или обитаемых лунах. Сельские жители, такие как фермеры и жители небольших городов, изображаются с симпатией, хотя и с некоторой склонностью представлять их консервативными и с подозрением относящимися к переменам. Простая, мирная сельская жизнь часто противопоставляется негативным сторонам шумных, грязных и быстро развивающихся городов. Некоторые произведения выдержаны в духе луддитов, критикуя механизацию и индустриализацию, и показывая пороки урбанизации и чрезмерной зависимости от передовых технологий.

Послепастбищная, городская пастбищная и другие варианты

В 1994 году профессор британской литературы Терри Гиффорд предложил концепцию "постпасторального" поджанра. Добавляя приставку "post", Гиффорд не имеет в виду "после", а скорее подразумевает "преодоление" ограничений пасторального жанра, сохраняя при этом ключевые концептуальные элементы, определяющие пасторальную традицию. Гиффорд утверждает, что термин "постпасторальное" лучше всего подходит для описания произведений, которые успешно демонстрируют преодоление границы между человеком и природой, осознавая при этом связанные с этим сложности, отмечая, что речь идет "больше о связи, чем о разобщенности, свойственной пасторали". Он приводит примеры постпасторальных произведений, такие как "Дорога" Кормака Маккарти (2006), "Год потопа" Маргарет Этвуд (2009) и "Ледяные люди" Мэгги Ги (1999), и указывает, что эти работы "поднимают вопросы этики, пропитания и устойчивого развития, которые могут иллюстрировать видение [Лео] Маркса о необходимости для пасторали обретения новых форм в меняющихся условиях". Гиффорд перечисляет другие варианты пасторали, которые он называет "пасторалями с приставками": "постмодернистская пастораль, жесткая пастораль, мягкая пастораль, революционная лесбийская феминистская пастораль, афроамериканская пастораль, пастораль гетто, пограничная пастораль, милитаризованная пастораль, домашняя пастораль и, недавно, специфически "ирландская пастораль"". В своей книге "Викерби: городская пастораль" Чарльз Сиберт описывает человека, который разделяет свое время между скромной квартирой в Бруклине, где ночи наполнены звуками голубей, скворцов и криками уличных банд, и поездками в сельскую Квебек, чтобы занять заброшенную, полуразрушенную хижину.

Пастырская музыка

Идиллии Феокрита включают строфические песни и музыкальные плачи, и, как и у Гомера, его пастухи часто играют на сиринксе, или пан-флейте, считающейся квинтэссенциальным пастырским инструментом. «Эклоги» Вергилия исполнялись как петая мима в I веке, и есть свидетельства о пастырской песне как о легитимном жанре классической эпохи. Пасторальный жанр оказал значительное влияние на развитие оперы. После обработки пасторальной поэзии в жанре пасторелла трубадурами, итальянские поэты и композиторы все больше склонялись к пасторали. Музыкальные обработки пасторальной поэзии становились все более распространенными сначала в полифонических, а затем в монодических мадригалах: эти обработки впоследствии привели к кантате и серенате, в которых пасторальные темы оставались неизменно присутствующими. Частичные музыкальные постановки «Il pastor fido» Джованни Баттисты Гуарини пользовались огромной популярностью: тексты более 500 мадригалов были взяты исключительно из этой пьесы. «Аминта» Тассо также была любимой. С развитием оперы драматическая пастораль вышла на первый план с такими произведениями, как «Дафна» Джакопо Пери и, особенно, «Орфео» Монтеверди. Пасторальная опера оставалась популярной на протяжении всего XVII века, и не только в Италии, что демонстрирует французский жанр pastorale héroïque, музыка англичанина Генри Лоуэса к «Комусу» Мильтона (не говоря уже о «Венере и Адонисе» Джона Блоу) и испанская сарсуэла. В то же время итальянские и немецкие композиторы разработали жанр вокальных и инструментальных пасторалей, отличающихся определенными стилистическими особенностями и связанными с кануном Рождественской ночи. Пастораль, и пародии на нее, продолжали играть важную роль в музыкальной истории на протяжении XVIII и XIX веков. Джон Гей, возможно, сатиризировал пастораль в «Опере нищего», но также написал совершенно искреннее либретто для «Ациса и Галатеи» Генделя. «Le Devin du village» Руссо опирается на пасторальные корни, а либретто «Il re pastore» Метастазио было поставлено более 30 раз, наиболее известной постановкой была версия Моцарта. Рамо был выдающимся представителем французской пасторальной оперы. Бетховен также написал свою знаменитую Пасторальную симфонию, отказавшись от своей обычной музыкальной динамики в пользу относительно медленных ритмов. Больше интересуясь психологией, чем описанием, он назвал произведение «скорее выражением чувств, чем [реалистичным] изображением». Пастораль также появлялась как элемент гранд-оперы, особенно в операх Мейербера: композиторы часто разрабатывали пасторальный тематический «оазис», обычно в центре своих произведений. Примечательными примерами являются «alte Weise» пастуха из «Тристана и Изольды» Вагнера или пасторальный балет, занимающий середину «Пиковой дамы» Чайковского. В XX веке продолжались новые пасторальные интерпретации, особенно в балете, такие как «Дафнис и Хлоя» Равеля, использование Нижинским «Прелюдии к полудню фавна» Дебюсси и «Весна священная» и «Свадьба» Стравинского. Пастораль – это форма итальянской народной песни, которая до сих пор исполняется в регионах Южной Италии, где процветает сампонья. Она обычно звучит как замедленная версия тарантеллы, поскольку включает в себя многие из тех же мелодических фраз. Пастораль на сампонье может исполняться солирующим музыкантом, а в некоторых регионах может сопровождаться пифферо (также известным как ciaramella, «пипита» или бифора), представляющим собой примитивный бесклапанный двойной тростниковый гобой.

Theocritus's Idylls include strophic songs and musical laments, and, as in Homer, his shepherds often play the syrinx, or Pan flute, considered a quintessentially pastoral instrument. Virgil's Eclogues were performed as sung mime in the 1st century, and there is evidence of the pastoral song as a legitimate genre of classical times. The pastoral genre was a significant influence in the development of opera. After settings of pastoral poetry in the pastourelle genre by the troubadours, Italian poets and composers became increasingly drawn to the pastoral. Musical settings of pastoral poetry became increasingly common in first polyphonic and then monodic madrigals: these later led to the cantata and the serenata, in which pastoral themes remained on a consistent basis. Partial musical settings of Giovanni Battista Guarini's Il pastor fido were highly popular: the texts of over 500 madrigals were taken from this one play alone. Tasso's Aminta was also a favourite. As opera developed, the dramatic pastoral came to the fore with such works as Jacopo Peri's Dafne and, most notably, Monteverdi's L'Orfeo. Pastoral opera remained popular throughout the 17th century, and not just in Italy, as is shown by the French genre of pastorale héroïque, Englishman Henry Lawes's music for Milton's Comus (not to mention John Blow's Venus and Adonis), and Spanish zarzuela. At the same time, Italian and German composers developed a genre of vocal and instrumental pastorals, distinguished by certain stylistic features, associated with Christmas Eve. The pastoral, and parodies of the pastoral, continued to play an important role in musical history throughout the 18th and 19th centuries. John Gay may have satirized the pastoral in The Beggar's Opera, but also wrote an entirely sincere libretto for Handel's Acis and Galatea. Rousseau's Le Devin du village draws on pastoral roots, and Metastasio's libretto Il re pastore was set over 30 times, most famously by Mozart. Rameau was an outstanding exponent of French pastoral opera. Beethoven also wrote his famous Pastoral Symphony, avoiding his usual musical dynamism in favour of relatively slow rhythms. More concerned with psychology than description, he labelled the work "more the expression of feeling than [realistic] painting". The pastoral also appeared as a feature of grand opera, most particularly in Meyerbeer's operas: often composers would develop a pastoral themed "oasis", usually in the centre of their work. Notable examples include the shepherd's "alte Weise" from Wagner's Tristan und Isolde, or the pastoral ballet occupying the middle of Tchaikovsky's The Queen of Spades. The 20th century continued to bring new pastoral interpretations, particularly in ballet, such as Ravel's Daphis and Chloe, Nijinsky's use of Debussy's Prélude à l'après midi d'un faune, and Stravinsky's Le sacre du printemps and Les Noces. The Pastorale is a form of Italian folk song still played in the regions of Southern Italy where the zampogna continues to thrive. They generally sound like a slowed down version of a tarantella, as they encompass many of the same melodic phrases. The pastorale on the zampogna can be played by a solo zampogna player, or in some regions can be accompanied by the piffero (also commonly called a ciaramella, 'pipita', or bifora), which is a primitive key less double reed oboe type instrument.

Пасторальное искусство

Идеализированные пасторальные пейзажи встречаются в эллинистических и римских настенных росписях. Интерес к пасторали как к жанру искусства возродился в Италии эпохи Возрождения, отчасти вдохновленный описаниями картин, которые Джакопо Санназаро включил в свою "Аркадию". "Пастырский концерт" в Лувре, приписываемый Джорджоне или Тициану, – пожалуй, самая известная картина в этом стиле. Позднее пасторальная живопись привлекла и французских художников, в частности Клода, Пуссена (например, "Et in Arcadia ego") и Ватто (в его "Fêtes galantes"). "Фет-шампетр" – сцены с танцующими крестьянами – был популярным сюжетом во фламандской живописи. Томас Коул создал серию картин под названием "Ход империи", и вторая из них (изображена справа) изображает идиллическую пасторальную сцену.

В христианстве

Пастырские образы и символизм широко используются в христианстве и Библии. Иисус называет себя «Хорошим Пастырем», противопоставляя свою роль Агнцу Божьему. Многие христианские конфессии используют титул «пастор», слово, уходящее корнями в библейскую метафору пастыря. (Пастор в латинском языке означает «пастух»). В Еврейской Библии (или Ветхом Завете) используется еврейское слово רעה (роʿэ), которое употребляется как существительное, означающее «пастух», и как глагол, означающий «пасти стадо». Оно встречается 173 раза в 144 стихах Ветхого Завета и относится к буквальному кормлению овец, как в Бытии 29:7. В Иеремии 23:4 используются оба значения (ro'im используется для «пастухов», а yir'um – для «будут пасти их»): «И поставлю над ними пастырей, которые будут пасти их, и они не будут больше бояться и не будут трепетать, и не будет недостатка в них, говорит Господь» (КJV). Пастушье хозяйство имело большое культурное значение для еврейского народа с самых ранних записанных времен: Авраам пас стада. На протяжении библейских повествований о детях Израиля пастушья жизнь в суровых глубинках Леванта была связана с идеалом общества, послушного Яхве, в отличие от коррупции и идолопоклонства, встречающихся в «мясных горшках Египта» (Исход 16:3), в пышных ханаанских низинах, «текущих молоком и медом» (Исход 3:8), или в Вавилоне, «великом городе» израильского изгнания. Давид, праведный пастух, связанный с засушливым горным краем, противопоставляется Голиафу и Саулу, представителям роскошной городской элиты. Таким образом, новозаветные образы пастухов и их овец опираются на устоявшиеся культурные и экономические различия, знакомые, прямо или косвенно, еврейскому миру во время зарождения христианства в первом веке нашей эры. Пастырское письмо, часто называемое просто пастырским, – это открытое письмо, адресованное епископом духовенству или мирянам епархии или обоим, содержащее общие увещевания, наставления или утешения, или указания о поведении в конкретных обстоятельствах. В большинстве епископальных церковных структурах от священнослужителей часто требуется зачитывать пастырские письма вышестоящих епископов своим общинам. Пастырские послания – это группа из трех книг канонического Нового Завета: Первое послание к Тимофею (1 Тимофею), Второе послание к Тимофею (2 Тимофею) и Послание к Титу. Они представлены как письма апостола Павла к Тимофею и Титу. Они обычно рассматриваются как группа (иногда с добавлением Послания к Филемону) и получили название «пастырские», поскольку они адресованы лицам, осуществляющим пастырское надзорство над церквями, и посвящены вопросам христианской жизни, доктрины и лидерства.

Pastoral imagery and symbolism feature heavily in Christianity and the Bible. Jesus calls himself the "Good Shepherd" in , contrasting his role as the Lamb of God. Many Christian denominations use the title "Pastor", a word rooted in the Biblical metaphor of shepherding. (Pastor in Latin means "shepherd"). The Hebrew Bible (or Old Testament) uses the Hebrew word רעה (roʿeh), which is used as a noun as in "shepherd", and as a verb as in "to tend a flock." It occurs 173 times in 144 Old Testament verses and relates to the literal feeding of sheep, as in Genesis 29:7. In Jeremiah 23:4, both meanings are used (ro'im is used for "shepherds" and yir'um for "shall feed them"), "And I will set up shepherds over them which shall feed them: and they shall fear no more, nor be dismayed, neither shall they be lacking, saith the LORD." (KJV). A pastoral economic system had great cultural significance for the Jewish people from earliest recorded times: Abraham herded flocks. Throughout the biblical accounts of the Children of Israel, a pastoral lifestyle in the harsh hinterland of the Levant related to the ideal of a society obedient to Yahweh, in contrast to the corruption and idolatry encountered in the "fleshpots of Egypt" (Exodus 16:3), in the lush Canaanite lowlands "flowing with milk and honey" (Exodus 3:8), or in Babylon, the "great city" of Israelite exile. David, a righteous shepherd boy associated with the arid hill country, contrasts with Goliath and Saul, representatives of luxurious urban élites. Thus New Testament imagery of shepherds and their sheep builds on established cultural and economic distinctions familiar, directly or indirectly, to the Jewish world at the time of the origins of Christianity in the first century CE. A pastoral letter, often called simply a pastoral, is an open letter addressed by a bishop to the clergy or laity of a diocese or to both, containing general admonition, instruction or consolation, or directions for behavior in particular circumstances. In most episcopal church bodies, clerics are often required to read out pastoral letters of superior bishops to their congregations. The pastoral epistles are a group of three books of the canonical New Testament: the First Epistle to Timothy (1 Timothy) the Second Epistle to Timothy (2 Timothy), and the Epistle to Titus. They are presented as letters from Paul the Apostle to Timothy and to Titus. They are generally discussed as a group (sometimes with the addition of the Epistle to Philemon) and are given the title "pastoral" because they are addressed to individuals with pastoral oversight of churches and discuss issues of Christian living, doctrine and leadership.

Пастырская теория

За последние четыреста лет ряд писателей работали над теоретизированием природы пасторали. Среди них – Фридрих Шиллер, Джордж Путтенхэм, Уильям Эмпсон, Фрэнк Кермод, Рэймонд Уильямс, Ренато Погджоли, Аннабель Паттерсон, Пол Альперс и Кен Хилтнер. Джордж Путтенхэм был одним из первых теоретиков пасторали. Он не рассматривал эту форму как простое запечатление предшествующего деревенского образа жизни, но как маскировку для политического дискурса, который ранее игнорировался другими формами. Пастораль, пишет он, имеет дидактическую задачу – «сдерживать и формировать моральную дисциплину для исправления человеческого поведения». Сэр Уильям Эмпсон говорил об идеале пасторали как о вкрапленном в различные степени амбивалентности, и, несмотря на все кажущиеся дихотомии и противоречивые элементы, содержащиеся в ней, он чувствовал, что в ней присутствует единая гармония. Он называет пасторальный процесс «преобразованием сложного в простое». Эмпсон утверждает, что «подлинное пролетарское искусство обычно является скрытой пасторалью», и в качестве доказательства приводит советскую пропаганду о рабочем классе. Эмпсон также подчеркивает важность двойного сюжета как инструмента для писателей, позволяющего обсуждать спорные темы без последствий. Рэймонд Уильямс утверждает, что основа пасторали заключается в идее о том, что город – это высокоурбанизированный, индустриальный центр, отдаливший нас от мирной жизни, которой мы когда-то наслаждались в сельской местности. Однако он утверждает, что это, по сути, «миф, функционирующий как память», созданный литературой в своих представлениях о прошлом. В результате, когда общество развивается и оглядывается на эти представления, оно рассматривает свое настоящее как упадок простой жизни прошлого. Далее он обсуждает, как отношения города и деревни повлияли на экономические и социальные аспекты сельской местности. По мере того как экономика становилась все более важной частью общества, многие новоприбывшие в деревню быстро осознали потенциал и денежную ценность нетронутых земель. Кроме того, эта новая система способствовала социальной стратификации в сельской местности. С внедрением бумажных денег возникла иерархия в трудовой системе, а также «наследование титулов и создание родовых имен». Погджоли интересовался тем, как смерть примиряется с пасторалью, и поэтому предложил условную классификацию смерти в пасторали как «похоронную элегию», важнейшими тропами которой он называет религию (воплощенную в образе Пана), дружбу, аллегорию, а также поэтическое и музыкальное призвание. Однако он признает, что такая классификация может быть подвержена множеству неверных толкований. Кроме того, Погджоли сосредоточился на идее о том, что пастораль – это ностальгический и инфантильный взгляд на мир. В «Овсяном дыме» он утверждает, что пастухам поклонялись, потому что они были «идеальным видом досуга». Фрэнк Кермод рассматривает пастораль в историческом контексте английского Ренессанса. Первое условие пасторальной поэзии, по его мнению, заключается в том, что она является продуктом городской среды. Кермод утверждает, что пастораль возникает как противопоставление двух образов жизни – в деревне и в городе. Лондон становился современным мегаполисом на глазах у его жителей. В результате этого масштабного расширения городов у людей возникло чувство ностальгии по сельскому образу жизни. Его следующий аргумент фокусируется на искусственности поэзии, опираясь на теорию своего коллеги Путтенхэма. Кермод развивает эту мысль, говоря, что «цивилизованные люди, в своей искусственности, размышляют и описывают, преследуя собственные цели, естественную жизнь». Кермод хочет, чтобы мы поняли, что само воспроизведение природы является искусственным. Он развивает эту тему в контексте подражания, описывая его как «один из фундаментальных законов истории литературы», поскольку он «придает истории литературы смысл в ее собственных терминах и обеспечивает каналы литературной традиции». Кермод продолжает объяснять работы Вергилия и Феокрита как предшественников пасторали. Поздние поэты опирались на эти ранние формы пасторали, адаптируя их к своему социальному контексту. По мере того как пастораль становилась более современной, она трансформировалась в форму пасторели. Впервые в пасторальной поэзии затрагивается тема любви. Аннабель Паттерсон подчеркивает множество важных идей в своей работе «Пастораль и идеология». Одна из них заключается в том, что пасторальный режим, особенно в конце XVIII века, интерпретировался разными группами людей совершенно по-разному. В результате возникли различные интерпретации, являющиеся вариациями понимания «Эклог» Вергилия. Паттерсон объясняет, что Комментарий Сервия необходим для понимания восприятия «Эклог» Вергилия. В комментарии обсуждается, как поэты использовали аналогии в своих произведениях, чтобы косвенно выразить коррупцию в церкви и правительстве. Говоря о пост-романтизме, необходимо учитывать влияние и эффект Роберта Фроста на пасторальную идеологию. Его стихотворение «Создание почвы» является критикой войны и предполагает, что пастораль, как литературный режим, не должна делать акцент на социальных и политических проблемах, а скорее, как говорит Паттерсон, «обращаться внутрь себя, заменяя реформистские порывы личным ростом и возрождением». Уильям Вордсворт был высокоуважаемым поэтом в XIX веке, и его стихотворение «Прелюдия», опубликованное в 1805 году, было отличным примером того, как может воплотиться мечта о новом золотом веке. Пол Альперс в своей книге 1996 года «Что такое пастораль?» описывает повторяющийся сюжет пасторальной литературы как жизнь пастухов. В духе идеи Уильяма Эмпсона о преобразовании сложного в простое, Альперс критически определяет пастораль как средство аллегории. Альперс также классифицирует пастораль как режим литературы, а не жанр, и определяет отношение пасторальных произведений как смиренное отношение к природе. Альперс также определяет пасторальную конвенцию как акт объединения, который авторы используют для обсуждения потерь. Он говорит, что персонажи пасторальных произведений – это простые пастухи, изображенные в пасторальных ситуациях. Однако авторы, такие как Херрик, заменяли пастухов нимфами, девами и цветами, достигая простоты, но наделяя объекты голосом. Это делается путем персонификации объектов, таких как цветы. Более того, авторы, делающие это в своих произведениях, придают значение незначительному. Альперс говорит о пасторальных лирических стихотворениях и любовных стихах в частности. Он говорит: «лирическое стихотворение позволяет его автору входить и выходить из пасторального обличья и напрямую раскрывать ту сложность, которая побудила его предположить его». Другими словами, он утверждает, что пасторальные лирические стихотворения обладают как пасторальными, так и непасторальными характеристиками, возможно, как в сравнении между городским и сельским, но они всегда придают значение и усиливают пасторальное. Альперс говорит о любовных стихах и о том, как их можно превратить в пасторальные стихи, просто заменив слова, такие как «любовник», на «пастух». И он упоминает Шекспира как одного из авторов, который делал это в своих произведениях. Кроме того, Альперс говорит, что пастораль – это не только восхваление сельской местности и деревни. Например, Сидни критикует сельскую жизнь в «Саду». Пастораль может включать в себя город, двор и общество, как в «L’Allegro». Альперс говорит, что пасторальное повествование противоречит «нормальным» повествовательным мотивам и что в пасторальном повествовании есть двойственный аспект: героическая поэзия и земные реалии с повествовательными мотивами и конвенциями. И в отношении пасторальных романов Альперс говорит, что пасторальные романы имеют разные определения и примеры в зависимости от читателя. Кроме того, пасторальный роман отличается от произведений Феокрита и Вергилия. Он говорит, что существуют пасторальные романы о сельской жизни, о тоске по простоте и о природе в качестве главного героя. И говорит, что литературная категория пасторальных романов – это реалистичная и пост-реалистичная художественная литература с сельской тематикой или сюжетом.

In the past four hundred years, a range of writers have worked on theorizing the nature of pastoral. These include Friedrich Schiller, George Puttenham, William Empson, Frank Kermode, Raymond Williams, Renato Poggioli, Annabel Patterson, Paul Alpers, and Ken Hiltner. George Puttenham was one of the first Pastoral theorists. He did not see the form as merely a recording of a prior rustic way of life but a guise for political discourse, which other forms had previously neglected. The Pastoral, he writes, has a didactic duty to “contain and enforme morall discipline for the amendment of mans behaviour”. Sir William Empson spoke of the ideal of Pastoral as being embedded in varying degrees of ambivalence, and yet, for all the apparent dichotomies, and contradicting elements found within it, he felt there was a unified harmony within it. He refers to the pastoral process as 'putting the complex into the simple.' Empson argues that " good proletarian art is usually Covert Pastoral", and uses Soviet Russia's propaganda about the working class as evidence. Empson also emphasizes the importance of the double plot as a tool for writers to discuss a controversial topic without repercussions. Raymond Williams argues that the foundation of the pastoral lies in the idea that the city is a highly urban, industrialized center that has removed us from the peaceful life we once had in the countryside. However, he states that this is really a "myth functioning as a memory" that literature has created in its representations of the past. As a result, when society evolves and looks back to these representations, it considers its own present as the decline of the simple life of the past. He then discusses how the city's relationship with the country affected the economic and social aspects of the countryside. As the economy became a bigger part of society, many country newcomers quickly realized the potential and monetary value that lay in the untouched land. Furthermore, this new system encouraged a social stratification in the countryside. With the implementation of paper money came a hierarchy in the working system, as well as the "inheritance of titles and making of family names". Poggioli was concerned with how death reconciled itself with the pastoral, and thus came up with a loose categorization of death in the pastoral as 'funeral elegy', the most important tropes of which he cites as religion (embodied by Pan); friendship; allegory;and poetic and musical calling. He concedes though that such a categorization is open to much misinterpretation. As well, Poggioli focused on the idea that Pastoral was a nostalgic and childish way of seeing the world. In The Oaten Flue, he claims that the shepherd was looked up to was because they were “an ideal kind of leisure class." Frank Kermode discusses the pastoral within the historical context of the English Renaissance. His first condition of pastoral poetry is that it is an urban product. Kermode establishes that the pastoral is derived as an opposition between two modes of living, in the country and in the city. London was becoming a modern metropolis before the eyes of its citizens. The result of this large scale urban sprawl left the people with a sense of nostalgia for their country way of living. His next argument focuses on the artificiality of poetry, drawing upon fellow theorist, Puttenham. Kermode elaborates on this and says, "the cultivated, in their artificial way, reflect upon and describe, for their own ends, the natural life". Kermode wants us to understand that the recreation or reproduction of the natural is in itself artificial. Kermode elaborates on this in terms of imitation, describing it as "one of the fundamental laws of literary history" because it "gives literary history a meaning in terms of itself, and provides the channels of literary tradition". Kermode goes on to explain about the works of Virgil and Theocritus as progenitors of the pastoral. Later poets would draw on these earlier forms of pastoral, elaborating on them to fit their own social context. As the pastoral was becoming more modern, it shifted into the form of Pastourelle. This is the first time that the pastoral really deals with the subject of love. Annabel Patterson emphasizes many important ideas in her work, Pastoral and Ideology. One of these is that the pastoral mode, especially in the later 18th century, was interpreted in vastly different ways by different groups of people. As a result, distinctive illustrations emerged from these groups which were all variations of the understanding of Virgil's Eclogues. Patterson explains that Servius' Commentary is essential to understanding the reception of Virgil's Eclogues. The commentary discusses how poets used analogy in their writings to indirectly express the corruption within the church and government to the public. When speaking of post Romanticism, it is imperative to take into consideration the influence and effect of Robert Frost on pastoral ideology. His poem, Build Soil is a critique of war and also a suggestion that pastoral, as a literary mode, should not place emphasis on social and political issues, but should rather, as Patterson says, "turn in upon itself, and replace reformist instincts with personal growth and regeneration". William Wordsworth was a highly respected poet in the 1800s and his poem, Prelude, published in 1805, was an excellent example of what a dream of a new golden age might materialize as or look like. Paul Alpers, in his 1996 book, What is Pastoral?, describes the recurring plot of pastoral literature as the lives of shepherds. With William Empson's notion of placing the complex into the simple, Alpers thus critically defines pastoral as a means of allegory. Alpers also classifies pastoral as a mode of literature, as opposed to a genre, and he defines the attitude of pastoral works maintaining a humble relationship with nature. Alpers also defines pastoral convention as the act of bringing together, and authors use this to discuss loss. He says the speakers in pastoral works are simple herdsmen dramatized in pastoral encounters. However, authors like Herrick changed the herdsmen to nymphs, maidens, and flowers. Thus, achieving a mode of simplicity but also giving objects voice. This is done by personifying objects like flowers. Moreover, authors that do this in their works are giving importance to the unimportant. Alpers talks about pastoral lyrics and love poems in particular. He says "a lyric allows its speaker to slip in and out of pastoral guise and reveal directly the sophistication which prompted him to assume it in the first place″. In other words, he claims pastorals lyrics have both pastoral and not pastoral characteristics, perhaps like in the comparisons between urban and rural, but they always give importance to and enhance on the pastoral. Alpers talks about love poems and how they can be turned into pastoral poems simply by changing words like lover to shepherd. And he mentions Shakespeare as one of the authors who did this in his works. Furthermore, Alpers says the pastoral is not only about praise for the rural and the country side. For instance, Sidney dispraises the country life in The Garden. Pastoral can also include the urban, the court, and the social like in L’Allegro. Alpers says that pastoral narration contradicts “normal” narrative motives and that there is a double aspect of pastoral narration: heroic poetry and worldly realities with narrative motives and conventions. And in respect to pastoral novels, Alpers says pastoral novels have different definitions and examples depending on the reader. Also, the pastoral novel differs from Theocritus and Virgil's works. He says there are pastoral novels of the country life, of the longing for the simple, and with nature as the protagonist. And says the literary category of pastoral novels is realistic and post realistic fiction with a rural theme or subject based on traditional pastoral. In What Else Is Pastoral?, Ken Hiltner argues that Renaissance pastoral poetry is more often a form of nature writing than critics like Paul Alpers and Annabel Patterson give it credit for. He explains that even though there is a general lack of lavish description in Renaissance pastoral, this is because they were beginning to use gestural strategies, and artists begin to develop an environmental consciousness as nature around them becomes endangered. Another argument presented in the book is that our current environmental crisis clearly has its roots in the Renaissance. To do this we are shown examples in Renaissance pastoral poetry that show a keen awareness of the urban sprawl of London contrasted to the countryside and historical records showing that many at the time were aware of the issue of urban growth and attempted to stop it.