Введение

Антропологические теории ценности стремятся расширить традиционные теории ценности, используемые экономистами или этиками. Они часто имеют более широкий охват, чем теории ценности Адама Смита, Давида Рикардо, Джона Стюарта Милля, Карла Маркса и др., обычно включая социологические, политические, институциональные и исторические перспективы (трансдисциплинарность). Некоторые из них повлияли на феминистскую экономику. Базовая предпосылка заключается в том, что экономическую деятельность можно полностью понять только в контексте общества, которое её порождает. Понятие «ценности» является социальным конструктом и, как таковое, определяется культурой, использующей это понятие. Тем не менее, изучение предшествующих обществ позволяет нам получить некоторое представление о современных моделях обмена, ценности и богатства. Антропологический подход к экономическим процессам позволяет критически оценить культурные предубеждения, присущие принципам современной экономики. Антропологическая лингвистика – смежная область, изучающая термины, которые мы используем для описания экономических отношений и среды, в которой они существуют. Многие антропологи-экономисты (или экономические антропологи) выступают против того, что они считают изображением современного общества как экономической машины, которая лишь производит и потребляет. Марсель Мосс и Бронислав Малиновский, например, писали об объектах, которые циркулируют в обществе, не будучи потребленными. Жорж Батай писал об объектах, которые уничтожаются, но не потребляются. Брюс Оуэнс говорит о предметах ценности, которые не циркулируют и не потребляются (например, золотые резервы, картины, хранящиеся на складе, семейные реликвии).

Ценность как создание смысла

Дэвид Грейбер пытается синтезировать идеи Карла Маркса и Марселя Мосса. Он рассматривает ценность как модель для формирования человеческого смысла. Отталкиваясь от марксистских определений потребления и производства, он вводит понятие Мосса об "объектах, которые не исчерпываются потреблением" и утверждает, что большая часть человеческой деятельности не может быть корректно отнесена ни к потреблению, ни к производству.

Критика

Некоторые виды поведения, которые, по-видимому, не подпадают под категории потребления или производства, могут быть интерпретированы как сложные или косвенные примеры потребления или производства. Например, написание текста можно рассматривать как производство материала для потребления через чтение, и может осуществляться в ожидании какой-либо выгоды (например, престижа). Другие виды поведения полезно интерпретировать как аналогичные потреблению или производству. Например, прохожие, рассматривающие витрины, можно рассматривать как потребляющие продукт, тратя на витрины внимание, которые создаются маркетологами. Кроме того, некоторые виды поведения, которые, на первый взгляд, не соответствуют определению потребления, можно понимать как замену потреблению. Например, человек, готовящий еду вместо её покупки, можно считать оплатившим эту еду трудом, а не деньгами. Работы Гари Беккера о функциях производства в домохозяйстве и подобные темы показывают, что люди часто покупают товары, а затем сочетают их со своим временем для создания чего-то значимого или полезного для них (что приносит пользу).