Введение

Спенсер Персеваль (1 ноября 1762 – 11 мая 1812) – британский государственный деятель и адвокат, занимавший пост премьер-министра Соединенного Королевства с октября 1809 года до своего убийства в мае 1812 года. Он – единственный британский премьер-министр, подвергшийся убийству, и единственный генеральный солиситор или генеральный прокурор, ставший премьер-министром. Младший сын англо-ирландского графа, Персеваль получил образование в школе Харроу и Тринити-колледже Кембриджского университета. Он изучал право в Линкольнском инне, практиковал как барристер в округе Мидленд, а в 1796 году получил статус королевского адвоката (King’s Counsel). В политику он вошел в возрасте 33 лет, став членом парламента (MP) от Нортгемптона. Будучи сторонником Уильяма Питта-младшего, Персеваль всегда называл себя «другом мистера Питта», а не тори. Персеваль выступал против католической эмансипации и реформы парламента, поддерживал войну против Наполеона и отмену трансатлантической работорговли. Он был против охоты, азартных игр и супружеской неверности; он пил меньше, чем большинство парламентариев того времени, щедро жертвовал на благотворительность и любил проводить время со своими тринадцатью детьми. После относительно позднего вступления в политику его карьерный рост был стремительным: он был назначен генеральным солиситором, а затем генеральным прокурором Англии и Уэльса в министерстве Аддингтона, канцлером казначейства и лидером Палаты общин во втором министерстве Портленда, и в 1809 году стал премьер-министром. Во главе слабого правительства Персеваль столкнулся с рядом кризисов в период своего пребывания в должности, включая расследование Валхеренской экспедиции, психическое заболевание и недееспособность короля Георга III, экономический спад и луддитские бунты. Он успешно преодолел эти кризисы, продолжил войну на Пиренейском полуострове, несмотря на оппозицию и пораженческие настроения, и завоевал поддержку принца-регента. Его положение укрепилось к началу 1812 года, когда он был убит Джоном Беллингемом, купцом, имевшим претензии к правительству Персеваля, в холле Палаты общин. Беллингхэм был повешен через неделю. У Персеваля было четверо старших братьев, доживших до зрелого возраста. По истечении мужской линии их потомков, титул графа Эгмонт перешел к одному из его правнуков в начале XX века и прекратился в 2011 году.

Детство и образование

Персеваль родился в Аудли-сквер, Мейфэр, Лондон, седьмым сыном 2-го графа Эгмонта; он был вторым сыном от второго брака графа. Его мать, Кэтрин Комптон, баронесса Арден, была внучкой 4-го графа Нортгемптона. Спенсер был именем, распространенным в семье Комптон; прадядя Кэтрин Комптон, Спенсер Комптон, 1-й граф Уилмингтон, занимал пост премьер-министра. Его отец, политический советник Фридриха, принца Уэльского, и короля Георга III, недолго служил в кабинете министров в качестве первого лорда Адмиралтейства. Ранние годы Персеваля прошли в доме Чарльтон, который его отец арендовал, чтобы быть поближе к верфи Вулвич. Лорд Эгмонт, отец Персеваля, умер, когда тому было восемь лет. Персеваль поступил в школу Харроу, где проявил себя как дисциплинированный и трудолюбивый ученик. Именно в Харроу он увлекся евангельским англиканством и завязал дружбу с Дадли Райдером, которая продлилась всю жизнь. После пяти лет обучения в Харроу он последовал за своим старшим братом Чарльзом в Тринити-колледж Кембриджского университета. Там он выиграл конкурс чтецов на английском языке и окончил университет в 1782 году.

Юридическая карьера и брак

Как второй сын от второго брака и с содержанием всего 200 фунтов стерлингов в год (200.0 в 1780 году эквивалентно приблизительно <расчетной сумме> в последние годы), Персеваль столкнулся с необходимостью самостоятельно строить свою жизнь. (По закону первородства, земли и титул наследовал старший сын.) Он выбрал юридическую карьеру, учился в Линкольнском пансионате и был допущен к адвокатской практике в 1786 году. Мать Персеваля умерла в 1783 году. Персеваль и его брат Чарльз, впоследствии лорд Арден, сняли дом в Чарльтоне, где они полюбили двух сестер, живших в старом доме детства Персевалей. Отец сестер, сэр Томас Спенсер Уилсон, одобрил брак своей старшей дочери Маргаретты с лордом Арденом, который был состоятельным, членом парламента и лордом Адмиралтейства. Персевалю, в то время небогатому адвокату, работавшему в Мидлендском округе, было сказано ждать совершеннолетия младшей дочери, Джейн, через три года. Когда Джейн исполнилось 21 год, в 1790 году, карьера Персеваля все еще не складывалась, и сэр Томас по-прежнему возражал против этого брака. Пара бежала и тайно обвенчалась в Ист-Гринстеде. Они поселились в комнате над ковровым магазином на Бедфорд-Роу, а затем переехали в Линдси-Хаус, Линкольн Инн Филдс. У них было 13 детей. Благодаря своим семейным связям Персеваль получил ряд должностей: заместитель регистратора Нортгемптона и комиссар по делам банкротств в 1790 году; землемер солодовен и клерк по железу на монетном дворе – синекура, приносящая 119 фунтов стерлингов в год, – в 1791 году; и советник Совета Адмиралтейства в 1794 году. Он выступал младшим юристом Короны в деле Томаса Пейна, обвиняемого в подстрекательской клевете (1792), и в деле Джона Хорна Тука, обвиняемого в государственной измене (1794). В 1794 году, когда страна находилась под угрозой вторжения Франции, Персеваль вступил в Лондонский и Вестминстерский добровольческий конный отряд и служил в нем до 1803 года. Персеваль анонимно опубликовал памфлеты в поддержку импичмента Уоррена Гастингса и в защиту общественного порядка против подстрекательства к мятежу. Эти памфлеты привлекли внимание Уильяма Питта-младшего, и в 1795 году ему предложили должность главного секретаря Ирландии. Он отказался от предложения, поскольку мог зарабатывать больше в качестве адвоката и нуждался в деньгах для содержания растущей семьи. В 1796 году он стал королевским адвокатом (King's Counsel) и имел доход около 1000 фунтов стерлингов в год (1000.0 в 1796 году эквивалентно приблизительно <расчетной сумме> в последние годы). Персевалю было 33 года, когда он получил этот статус, что сделало его одним из самых молодых королевских адвокатов.

Ранняя политическая карьера: 17961801

В 1796 году умер дядя Персеваля, 8-й граф Нортгемптонский. Двоюродный брат Персеваля, Чарльз Комптон, который был членом парламента от Нортгемптона, унаследовал графский титул и занял место в Палате лордов. Персевалю предложили баллотироваться на освободившееся место. На дополнительных выборах в мае Персеваль был избран бесспорно. Через несколько недель ему пришлось отстаивать свое место на ожесточенных всеобщих выборах. В Нортгемптоне было около 1000 избирателей – право голоса имел каждый владелец дома-хозяйства, не получавший помощи от государства – и город отличался сильными радикальными традициями. Персеваль представлял интересы Касл Эшби, Эдвард Бувери – вигов, а Уильям Уолкотт – городской администрации. После спорного подсчета голосов были избраны Персеваль и Бувери. Персеваль представлял Нортгемптон до своей смерти 16 лет спустя и является единственным членом парламента от Нортгемптона, который занимал пост премьер-министра. 1796 год стал для него первыми и последними спорными выборами; на всеобщих выборах 1802, 1806 и 1807 годов Персеваль и Бувери были избраны бесспорно. Когда Персеваль занял место в Палате общин в сентябре 1796 года, его политические взгляды уже были сформированы. «Он был сторонником конституции и Питта, противником Фокса и Франции», – писал его биограф Денис Грей. В течение сессии 1796–1797 годов он выступил с несколькими речами, всегда читая по записям. Его ораторское искусство оттачивалось в дебатерском обществе Crown and Rolls, когда он был студентом-юристом. После того, как Персеваль занял место в Палате общин, он продолжал заниматься юридической практикой, поскольку члены парламента не получали зарплату, а Палата заседала лишь часть года. Во время парламентских каникул летом 1797 года он был старшим советником короны в деле об обвинении Джона Биннса в подстрекательстве к мятежу. Биннс, которого защищал Сэмюэл Ромилли, был признан невиновным. Гонорары от юридической практики позволили Персевалю арендовать загородный дом, Belsize House в Хэмпстеде. Именно во время следующей парламентской сессии, в январе 1798 года, Персеваль укрепил свою репутацию опытного дебатера и свои перспективы на будущую должность министра, выступив с речью в поддержку закона об оценочных налогах (законопроекта об увеличении налогов на дома, окна, прислугу, лошадей и экипажи для финансирования войны против Франции). Он использовал эту возможность, чтобы развернуть атаку на Чарльза Фокса и его требования о реформах. Питт назвал эту речь одной из лучших, которые он когда-либо слышал, и позже в том же году Персеваль был назначен на должность солиситора в Ордонанс.

Адвокат и генеральный прокурор: 18011806

Питт ушёл в отставку в 1801 году, когда Георг III и кабинет министров выступили против его законопроекта об эмансипации католиков. Поскольку Персеваль разделял взгляды короля на католическую эмансипацию, он не посчитал нужным следовать за Питтом в оппозицию. Его карьера продолжала развиваться во время администрации Генри Аддингтона. В 1801 году он был назначен солиситором генералом, а в следующем году – генеральным прокурором. Персеваль не соглашался с общей политикой Аддингтона (особенно во внешней политике) и ограничивался выступлениями по юридическим вопросам. Он оставался на посту генерального прокурора, когда Аддингтон ушёл в отставку, и Питт сформировал своё второе министерство в 1804 году. В качестве генерального прокурора Персеваль участвовал в преследовании радикалов Эдварда Деспарда и Уильяма Коббетта, но также отвечал за более либеральные решения в отношении профсоюзов и за улучшение условий содержания каторжников, сосланных в Новый Южный Уэльс. Когда Питт умер в январе 1806 года, Персеваль нес знамя на его похоронах. Несмотря на то, что у него было мало свободных средств (к тому времени у него было 11 детей), он пожертвовал 1000 фунтов стерлингов на погашение долгов Питта. Он подал в отставку с поста генерального прокурора, отказавшись служить в министерстве лорда Гренвилла «Все таланты», в которое входил Фокс. Вместо этого он стал лидером питтовской оппозиции в Палате общин. В период пребывания в оппозиции Персеваль использовал свои юридические навыки для защиты принцессы Каролины, отчужденной жены принца Уэльского, во время «деликатного расследования». Принцессу обвинили в рождении внебрачного ребенка, и принц Уэльский распорядился провести расследование, надеясь получить доказательства для развода. Правительственное расследование показало, что основное обвинение было ложным (речь шла об усыновлённом ребенке), но критиковало поведение принцессы. Оппозиция встала на её защиту, и Персеваль стал её советником, составив письмо объёмом в 156 страниц королю Георгу III в её поддержку. Его биограф назвал его «последним и величайшим произведением его юридической карьеры». Когда король отказался разрешить Каролине вернуться ко двору, Персеваль пригрозил публикацией письма, но министерство Гренвилла вновь пало – снова из-за разногласий с королем по католическому вопросу – прежде чем письмо могло быть распространено. Как член нового правительства, Персеваль подготовил протокол кабинета, оправдывающий Каролину по всем обвинениям и рекомендующий её возвращение ко двору. Он устроил сожжение письма в Линдси-Хаус, и значительные государственные средства были потрачены на выкуп утекших копий. Некоторые экземпляры всё же остались на свободе, и письмо было опубликовано вскоре после его смерти.

Назначение

После отставки Гренвилла герцог Портлендский сформировал кабинет из сторонников Питта и предложил Персевалю занять должность канцлера казначейства и лидера Палаты общин. Персеваль предпочел бы остаться генеральным прокурором или стать министром внутренних дел и признался в своей неосведомленности в финансовых вопросах. Он согласился принять должность, когда его жалованье (меньшее, чем у министра внутренних дел) было увеличено за счет доходов от герцогства Ланкастер. Лорд Хоксбери (впоследствии Ливерпуль) рекомендовал Персевала королю, подчеркнув его происхождение из старинной английской семьи и совпадение его взглядов с королем по католическому вопросу. Вскоре после назначения Персевала канцлером родился его младший сын, Эрнест Август (принцесса Каролина была его крестной матерью). Джейн Персеваль заболела после родов, и семья покинула сырой и сквозной дом в Бельсайзе, проведя несколько месяцев в доме лорда Тейнмута в Клэпхеме, прежде чем найти подходящую усадьбу в Илинге. Элм-Гроув представлял собой дом XVI века, ранее принадлежавший епископу Дурхэма; Персеваль приобрел его в 1808 году за 7500 фунтов стерлингов (заняв средства у своего брата, лорда Ардена, и доверительных управляющих приданого Джейн), что положило начало долгой связи семьи Персевалей с Илингом. В это время в Лондоне Персеваль переехал из Линдси-хауса в резиденцию по адресу Даунинг-стрит, 10, когда герцог Портленд вскоре после назначения премьер-министром вернулся в Берлингтон-хаус.

Торговля, налогообложение и финансовая реформа

Одной из первых задач Персеваля в кабинете было расширение указов, изданных предыдущей администрацией, направленных на ограничение торговли нейтральных стран с Францией в ответ на континентальную блокаду, введенную Наполеоном против британской торговли. Он также отвечал за то, чтобы законопроект Уилберфорса об отмене работорговли, который все еще не прошел окончательное утверждение в Палате лордов к моменту падения министерства Гренвилла, не был отклонен из-за смены правительства и внезапного голосования. Персеваль был одним из основателей Африканского института, созданного в апреле 1807 года для защиты Закона об отмене работорговли. В качестве канцлера казначейства Персеваль должен был обеспечить финансирование войны против Наполеона. Ему удалось сделать это в бюджетах 1808 и 1809 годов, не повышая налоги, за счет привлечения займов на приемлемых условиях и экономии. Как лидер Палаты общин, он столкнулся с сильной оппозицией, которая критиковала правительство за ведение войны, католическую эмансипацию, коррупцию и парламентскую реформу. Персеваль успешно защитил главнокомандующего армией, герцога Йоркского, от обвинений в коррупции, когда его бывшая любовница, Мэри Энн Кларк, заявила, что продавала офицерские чины с его ведома. Хотя парламент оправдал герцога по основному обвинению, его поведение было подвергнуто критике, и он последовал совету Персеваля и подал в отставку (он был восстановлен в должности в 1811 году).

Падение Портленда и назначение

В министерстве Портленда были три будущих премьер-министра – Персеваль, лорд Хоксбери и Джордж Кэннинг, а также еще два великих государственных деятеля XIX века: лорд Элдон и лорд Кастлерэ. Однако Портленд не был сильным лидером, и его здоровье ухудшалось. Летом 1809 года страна погрузилась в политический кризис, поскольку Кэннинг плел интриги против Кастлерэ, а герцог Портлендский подал в отставку после инсульта. Начались переговоры о назначении нового премьер-министра: Кэннинг хотел либо стать премьер-министром, либо вообще ничего не занимать, Персеваль был готов служить под началом другого человека, но не Кэннинга. Оставшиеся члены кабинета решили пригласить лорда Грея и лорда Гренвилла для формирования «расширенной и объединенной администрации», в которой Персеваль надеялся получить пост министра внутренних дел. Но Гренвилл и Грей отказались от переговоров, и король принял рекомендацию кабинета о назначении Персеваля новым премьер-министром. Персеваль поцеловал руку королю 4 октября и приступил к формированию своего кабинета. Задача осложнялась тем, что Кастлерэ и Кэннинг сами исключили себя из числа кандидатов, вызвав друг друга на дуэль (которую Персеваль пытался предотвратить). Получив пять отказов на предложенные должности, Персеваль был вынужден сам исполнять обязанности канцлера казначейства, – что было вполне в его духе, поскольку он отказался от зарплаты.

Правительство и регентство

Новое министерство не ожидалось, что оно продержится долго. Особенно слабым оно было в Палате общин, где Персеваль имел лишь одного члена кабинета – министра внутренних дел Ричарда Райдера – и вынужден был полагаться на поддержку рядовых депутатов в дебатах. В первую неделю новой парламентской сессии в январе 1810 года правительство проиграло четыре голосования, одно по предложению о проведении расследования Вальхеренской экспедиции (где предыдущим летом военные силы, намеревавшиеся захватить Антверпен, вместо этого отступили, понеся большие потери из-за эпидемии на острове Вальхерен у побережья Голландии) и три по составу финансовой комиссии. Правительство пережило расследование Вальхеренской экспедиции ценой отставки ее руководителя, лорда Четэма. Радикальный депутат сэр Фрэнсис Бердет был заключен в Лондонский Тауэр за публикацию письма в "Политическом регистре" Уильяма Коббетта, в котором критиковалось решение правительства не допускать прессу к расследованию. Из-за ряда ошибок потребовалось три дня, чтобы исполнить ордер на арест Бердетта. Толпа вышла на улицы в поддержку Бердетта, были вызваны войска, и произошли жертвы. Будучи канцлером казначейства, Персеваль продолжал находить средства для финансирования кампании Веллингтона на Пиренейском полуострове, при этом наращивая долг в меньшей степени, чем его предшественники и преемники. Король Георг III отметил свой золотой юбилей в 1809 году, но к следующей осени у него появились признаки возвращения болезни, которая в 1788 году привела к угрозе регентства. Перспектива регентства не привлекала Персеваля, поскольку принц Уэльский был известен своими симпатиями к вигам и не любил Персеваля за роль, сыгранную им в "деликатном расследовании". В ноябре 1810 года парламент дважды был отложен, поскольку врачи давали оптимистичные прогнозы относительно выздоровления короля. В декабре специальные комитеты Палаты лордов и Палаты общин заслушали показания врачей, и Персеваль 19 декабря написал принцу Уэльскому, сообщив о своем намерении на следующий день представить законопроект о регентстве. Как и законопроект Питта 1788 года, он предусматривал ограничения: полномочия регента по созданию пэров и назначению должностей и пенсий были бы ограничены на 12 месяцев, королева Шарлотта отвечала бы за уход за королем, а частным имуществом короля управляли бы доверенные лица. Принц Уэльский, поддержанный оппозицией, возражал против этих ограничений, но Персеваль сумел провести законопроект через парламент. Все ожидали, что регент сменит министров, но, к удивлению, он решил оставить своего старого врага Персеваля. Регент официально заявил, что не хочет делать ничего, что могло бы усугубить болезнь отца. Король утвердил законопроект о регентстве 5 февраля, на следующий день регент принес присягу, и парламент официально открылся для сессии 1811 года. Сессия была в основном посвящена проблемам в Ирландии, экономической депрессии и спорам вокруг банкнот в Англии (был принят закон, признающий банкноты законным платежным средством), а также военным операциям на полуострове. Когда в феврале 1812 года ограничения на регентство истекли, король по-прежнему не проявлял признаков выздоровления, и принц-регент, после неудачной попытки убедить Грея и Гренвилла присоединиться к правительству, решил оставить Персеваля и его министров. Ричард Уэлсли, 1-й маркиз Уэлсли, после интриг с принцем-регентом, подал в отставку с поста министра иностранных дел и был заменен Кастлереем. Оппозиция тем временем начала атаку на "Ордера Совета", которые вызвали кризис в отношениях с Соединенными Штатами и были широко обвинены в депрессии и безработице в Англии. В Мидлендсе и Северной Англии вспыхнули беспорядки, которые были жестоко подавлены. Предложение Генри Брогема о создании специальной комиссии было отклонено в Палате общин, но под постоянным давлением со стороны промышленников правительство согласилось создать Комитет всего состава Палаты для рассмотрения Ордеров Совета и их влияния на торговлю и производство. Комитет начал заслушивание свидетелей в начале мая 1812 года.

Убийство

В 5:15 вечера 11 мая 1812 года Персеваль направлялся на слушание по делу об ордерах в совете. Когда он вошел в вестибюль Палаты общин, мужчина шагнул вперед, достал пистолет и выстрелил ему в грудь. Персеваль упал на пол, произнеся что-то, что одни слышали как «убийство», а другие – как «Боже мой». Это были его последние слова. К тому времени, как его перенесли в соседнюю комнату и уложили на стол, подперев ноги двумя стульями, он потерял сознание, хотя слабый пульс еще ощущался. Когда через несколько минут прибыл хирург, пульса уже не было, и Персеваль был объявлен мертвым. Поначалу опасались, что выстрел может стать сигналом к восстанию, но вскоре стало ясно, что убийца, не предпринявший попытки бегства, был человеком, одержимым личной неприязнью к правительству и действовавшим в одиночку. Им оказался Джон Беллингэм, торговец, считавший, что его несправедливо заключили в тюрьму в России и что он имеет право на компенсацию от правительства, но все его прошения были отклонены. Тело Персеваля положили на диван в приемной спикера и перенесли в резиденцию №10 на Даунинг-стрит ранним утром 12 мая. В то же утро в трактире «Кот и мешки» на углу Даунинг-стрит состоялось следствие, на котором был вынесен вердикт о преднамеренном убийстве. Персеваль оставил вдову и 12 детей в возрасте от трех до 20 лет, и вскоре поползли слухи, что он не обеспечил их будущее. На момент смерти на его банковском счете было всего 106 фунтов стерлингов и 5 пенсов. Через несколько дней после его смерти парламент проголосовал за выделение 50 000 фунтов стерлингов детям Персеваля, а также дополнительных пожизненных пенсий его вдове и старшему сыну. Джейн Персеваль вышла замуж за подполковника сэра Генри Карра, брата преподобного Роберта Джеймса Карра, викария Брайтона, в 1815 году и овдовела шесть лет спустя. Она умерла в возрасте 74 лет в 1844 году. Персеваля похоронили 16 мая 1812 года в склепе Эгмонта в церкви Святого Луки в Чарльтоне, Лондон. По просьбе вдовы похороны были частными. Лорд Элдон, лорд Ливерпуль, лорд Харроуби и Ричард Райдер несли гроб. Накануне Беллингэма судили, и он, отказавшись признать себя невменяемым, был признан виновным и приговорен к смертной казни. Его повесили 18 мая.